Несколько слов о пролеткульте

Буржуазия сумела сделать из просвещения орудие духовного порабощения пролетариата. При помощи школы, прессы, кинематографа и прочего она старалась пропитать пролетариат своим духом, навязать ему свою, буржуазную идеологию, свою, буржуазную этику, свой, буржуазный подход к каждому вопросу.

Поэтому до Октябрьской революции создание Пролеткульта, который бы рука об руку с Коммунистической партией вскрывал на каждом шагу буржуазную подоплеку навязываемой пролетариату идеологии искусства, было рационально.

Октябрьский переворот передал всю власть в руки трудящихся. Пролетариат получил возможность строить дело народного образования так, как он считал нужным, получил возможность вытравлять в этой области все, что он считал буржуазным.

Тут Пролеткульт мог бы сыграть крупную и почетную роль. Он мог бы оказать серьезное влияние на всю постановку дела народного образования, развернуть по всей линии борьбу с пережитками буржуазной идеологии, буде таковые еще остались.

Но Пролеткульт пошел по неверному пути. Он заявил, что задача его – не массовая работа, а работа по выработке элементов пролетарской культуры. Это своего рода лаборатория, в которой пролетариат сумеет выявить настоящий пролетарский подход к науке и искусству, создать в творческом процессе новую науку и новое искусство.

П оскольку Пролеткульт не мог изолировать себя от окружающей среды, он не мог выдержать своего лабораторного характера. Когда кругом массы рвутся к знанию, жадно ловят каждую крупицу знания, когда искусство творится массой, невозможно замкнуться от масс, отказаться от массовой работы, уйти в сень под елью.

Но, превратившись в организацию, ведущую работу среди масс, Пролеткульт не в состоянии был оградить себя от наплыва интеллигентских и мещанских элементов, заявлявших себя носителями пролетарской культуры.

И Пролеткульт превратился в самую обычную просветительную организацию, мало чем отличающуюся и по методу работы, и по классовому своему составу от организаций Наркомпроса. А поскольку он претендовал на независимость, на название «пролетарской» организации, он становился на путь конкуренции с учреждениями Наркомпроса. Лаборатория превратилась в завод, конкурирующий с заводом Наркомпроса. Создалось крайне ненормальное положение, особенно в провинции. Я не стану приводить примеров из этой области – всякий знает по опыту, что учреждения Пролеткульта на девять десятых не носят лабораторного характера.

Является вопрос, можно ли вообще вырабатывать лабораторным путем элементы какой-нибудь культуры. Новая культура вырастает в борьбе со старой культурой, под влиянием общих политических и экономических условий. Надо дать только возможность выявляться и в области искусства новой, создаваемой жизнью коммунистической культуре.

Поскольку Пролеткульт путем организации общедоступных студий и прочего создает условия, благоприятные для выявления этой коммунистической культуры, постольку работа Пролеткульта плодотворна.

Но эта работа является частью работы Наркомпроса – ее составной частью. Поэтому важно, чтобы работа Пролеткульта не протекала где-то в стороне, а велась в полном контакте с общими учреждениями Наркомпроса. Сейчас особо горячие сторонники Пролеткульта говорят: «Вы насаждаете буржуазную культуру – мы насаждаем культуру пролетарскую». Это неверно: и Наркомпрос и Пролеткульт борются с буржуазной культурой. И тут не должно быть противопоставления работы, это должны быть части одной и той же работы. Пролеткульт должен войти в общую организацию Наркомпроса.

Поскольку в настоящее время вся политико-просветительная и культурная работа среди взрослого населения в силу постановления последней сессии ВЦИК¹⁶ будет сосредоточена в едином органе – Главполитпросвете, эта работа, естественно, будет распадаться на три секции: на работу среди пролетариата, на работу среди крестьянства и на работу в Красной Армии. Если бы Пролеткульт примкнул к секции работы среди пролетариата и взял на себя лабораторную часть этой работы, тогда и состав работников Пролеткульта стал бы носить, вероятно, более классовый характер.

Теперешнее положение дела, во всяком случае, ненормально, и поэтому на последнюю конференцию Пролеткульта ЦК РКП (б) внес следующую резолюцию, которая и была принята фракцией Пролеткульта¹⁷.

Вот эта резолюция: «В основу взаимоотношений Пролеткульта с Наркомпросом должно быть положено, согласно резолюции IX съезда РКП, теснейшее сближение работы обоих органов.

Творческая работа Пролеткульта должна являться одной из составных частей работы Наркомпроса как органа, осуществляющего пролетарскую диктатуру в области культуры.

В соответствии с этим центральный орган Пролеткульта, принимая активное участие в политико-просветительной работе Наркомпроса, входит в него на положении отдела, подчиненного Наркомпросу и руководствующегося в работе направлением, диктуемым Наркомпросу РКП.

Взаимоотношения местных органов – наробразов и политпросветов – с пролеткультами строятся по этому же типу: местные пролеткульты входят как подотделы в отделы народного образования, руководствуясь в своей работе направлением, даваемым губнаробразами, губкомами РКП. ЦК дает директивы органам РКП и Наркомпросу создавать и поддерживать условия, которые обеспечивали бы пролетариям возможность свободной творческой работы в их учреждениях»¹⁸.

Будем надеяться, что эта резолюция послужит началом установления более нормальных отношений между Наркомпросом и Пролеткультом и вольет их совместную работу в более правильное русло.

1920 г.