5. Общее равновесие и экономика благосостояния. Критерии оценки благосостояния

Все три условия эффективности могут быть суммированы следующим образом:

• субъективные и объективные предельные нормы замещения между любыми двумя благами (продуктами или факторами) должны быть равны для всех потребителей и всех производителей соответственно, и эти субъективные и объективные соотношения должны равняться друг другу. И имен­но рыночная экономика с совершенной конкуренцией обеспечивает максимально эффективное размещение ресурсов, поскольку она отвечает всем перечисленным выше требованиям.

На основе предельных условий максимальной эффективности производства, обмена и структуры выпуска в теории благосостояния формулируются две теоремы экономики благосостояния.

Первая теорема утверждает, что равновесное размещение производственных ресурсов, достигнутое в результате функционирования совокупности конкурентных рынков, обязательно будет эффективным по Парето.

Согласно второй теореме экономики благосостояния, при определенных условиях (которые математически описываются выпуклостью кривых предпочтений индивидов) эффективное по Парето размещение производственных ресурсов является конкурентным равновесием для какого-либо начального распределения ресурсов. Если общество не удовлетворено возникшим в результате функционирования конкурентных рынков распределением доходов, не следует отказываться от использования рыночного механизма, необходимо лишь перераспределить исходное богатство (ресурсы), а все остальное сделает рыночная конкуренция.

Общее экономическое равновесие, достигнутое в условиях существования совершенной конкуренции на всех рынках, является Парето-оптимальным состоянием, при котором нельзя повысить благосостояние хотя бы одного участника рыночного хозяйства без снижения благосостояния других. Следовательно, система равновесных цен обеспечивает оптимальное по Парето использование ресурсов.

Проблема оценки изменений в общественном благосостоянии, вызванных государственным регулированием экономики, разрабатывается в рамках экономической теории благосостояния.

У. Баумоль отмечал, что эта проблема лежит в основе экономики благосостояния, ибо пока экономист не знает, как отличить изменения в экономике, которые ведут к повышению благосостояния, от изменений, ведущих к его ухудшению, он не может вообще что-либо предлагать в области экономической политики.

Первоначально экономисты количественно измеряли общественное благосостояние как сумму благосостоянии всех индивидов (домашних хозяйств). При этом оптимальным признавалось такое размещение производственных ресурсов, при котором максимизировалась аддитивная (суммирующая) функция полезности. Такой подход соответствовал постулату Бентама: общество есть искусственное тело, состоящее из индивидуальных лиц, которые рассматриваются как составляющие его члены. Что же такое есть в этом случае интерес общества? Сумма интересов отдельных членов, составляющих его. Данный подход основывался на предположении об идентичности функций полезности дохода всех индивидов. Поэтому размещение ресурсов признавалось оптимальным только при условии полного равенства в распределении доходов (в противном случае их перераспределение может увеличить совокупную общественную полезность). Таким образом, проблемы соотношения эффективности и справедливости не возникало. Поскольку достигалось наиболее эффективное размещение производственных ресурсов, постольку общество имело и самое справедливое (равное) распределение доходов.

Впоследствии В. Парето отказался от количественного измерения полезности, убедившись, что повышение благосостояния одних индивидов за счет ухудшения положения других нельзя сопоставить количественно в силу невозможности межличностных сравнений в единицах полезности.

Его концепция оптимального размещения ресурсов базируется на трех предпосылках:

1) каждый человек лучше всех способен оценить свое собственное благосостояние;

2) общественное благосостояние определяется только в единицах благосостояния отдельных людей;

3) благосостояние отдельных людей несопоставимо.

Критерий Парето обычно формулируется следующим образом: следует признать, что любое изменение, которое никому не приносит убытков, но отдельным индивидам приносит пользу (естественно, по их собственной субъективной оценке), является улучшением. Все другие изменения в общественном благосостоянии не могут быть оценены. Следовательно, оптимальным будет такое состояние экономики, при котором благосостояние ни одного человека не может увеличиться через перераспределение готовых продуктов и ресурсов без того, чтобы при этом не уменьшилось благосостояние кого-либо другого. Согласно В. Парето, экономика, не находящаяся в состоянии оп­тимума, по определению неэффективна. При этом существует бесконечное множество несопоставимых между собою (но различающихся первоначальным распределением ресурсов и конечным распределением доходов) оптимумов.

Для анализа конкретных проблем экономики благосостояния критерий Парето малопригоден. Во-первых, он не позволяет осуществить выбор из множества потенциально возможных вариантов распределения доходов; во-вторых, его эмпирическая значимость весьма сомнительна из-за принятого допущения о возможности существования совершенно конкурентных рынков.

Критерий Калдора—Хикса несколько расширил возможность оценки различных вариантов микроэкономической политики благодаря использованию понятия «компенсационный платеж». Так, утверждалось, что микроэкономическая политика обеспечивает рост общественного благосостояния, если индивиды, выигрывающие от ее реализации, субъективно оценивают свои дополнительные выгоды выше того результата, который потерпевшие субъективно считают своими убытками. Не предполагая реальной компенсации убытков, критерий Калдора—Хикса исходил из потенциальной способности индиви­дов, получающих дополнительные выгоды, пойти на такую компенсацию за свой счет.

Критерий Ситовски сложился в развитие предыдущего постулата, но имеет более жесткий характер. Т. Ситовски обнаружил, что переход из одного экономического состояния в другое ведет к улучшению (в соответствии с критерием Калдора—Хикса), однако обратные изменения также могут быть улучшением. Он уточнил критерий Калдора—Хикса, сформулировав его следующим образом: чтобы определить, повышает ли общественное благосостояние та или иная мера микроэкономической политики, необходимо удостовериться, что возвращение к первоначальному состоянию также не ведет к улучшению. Оба критерия (Калдора—Хикса и Ситовски) предполагают возможность сопоставления благосостояния отдельных индивидов (пусть даже в денежной форме), что существенно снижает их научную и практическую значимость.

Более широкий подход к определению критерия общественного оптимума отличает взгляды А. Бергсона. В дальнейшем П. Самуэльсон развил этот подход, в результате чего сформировался критерий Бергсона—Самуэльсона. Ключевым понятием у данных авторов была общественная функция благосостояния. Бергсон в 1938 г. предложил оценивать благосостояние с помощью системы общественных кривых безразличия, ранжирующей различные комбинации индивидуальных полезностей в соответствии с системой ценностных суждений о распределении дохода. В отличие от предшественников, он разработал функцию всеобщего благосостояния, основывающуюся на оценочных суждениях, которые формируются высшим авторитетным государственным органом. Данная функция, по мнению автора, позволяет оценивать предложения в области микроэкономической политики. Она исходит из предположения, что существуют правила агрегирования функций индивидуальных предпочтений. Через понятие общественной функции благосостояния может быть определен критерий Парето: коллективная полезность — это некая функция индивидуальных полезностей, и она возрастает, если возрастают все ее компоненты или если одни возрастают, а остальные не изменяются. Иные варианты не могут однозначно оцениваться с использованием критерия Бергсона—Самуэльсона: он не разрешает проблемы сравнения благосостоянии различных людей.