«Разговор о чувствах»
Вероятно, в любом руководстве по психологическому консультированию можно прочитать, что «разговор о чувствах клиента» является едва ли не самым главным звеном в процессе психологической помощи. В то же время редкое руководство описывает, что это значит «говорить о чувствах» и как это делать практически. Кто-то, возможно, подумает: «А что тут сложного? Надо просто спросить человека о том, что он чувствует, и все». Однако кто пробовал это делать, тот знает: вопрос «Что вы чувствуете?» является вопросом, на который в консультировании, пожалуй, труднее всего получить ответ. В какой-то степени это естественно, потому что это, действительно, один из самых главных вопросов в консультировании, и если бы клиент знал ответ на этот вопрос, то, быть может, он просто не пришел на консультацию. Вот и получается, что для клиента ответ вопрос «Что вы чувствуете?» иной раз менее прозрачен, чем для слушающего его консультанта, и вопреки ожиданиям консультанта, на вопрос «Что вы чувствуете?» чаще всего он получает ответ: «Не знаю». Консультант даже не подозревает, что в данной ситуации отсутствие полноценного ответа на вопрос «Что вы чувствуете?» — это нормальное положение вещей, что ответственность за получение информации об эмоциональном опыте клиента и за качество этой информации лежит не столько на клиенте, сколько на консультанте…
Алекситимия
Термин «алекситимия»1 означает, что человек не может выразить в словах свое эмоциональное состояние, чувства, настроение и т.д. Обычно психиатры и неврологи рассматривают затруднения в вербализации человеком своих чувств как симптом органического поражения головного мозга (врожденного или приобретенного), при котором повреждаются центры, ответственные за функцию распознавания и вербального определения эмоций. Но в нашем случае — в контексте психологического консультирования — нас будет интересовать не органическая, а функциональная алекситимия.
Функциональная алекситимия означает трудности в вербальном описании эмоционального опыта, не связанные с какими-либо органическими расстройствами.
С чем же связана функциональная алекситимия? На рис. 4 отражены различные виды функциональной алекситимии.
Рис. 4. Виды алекситимий
Педагогическая алекситимия
Одна из причин педагогической алекситимии заключается в том, что люди не связывают то, что с ними происходит — свой эмоциональный опыт, свои ощущения и т.д. — с определенными названиями. Для того чтобы разобраться в этом виде алекситимии, нам необходимо задуматься, как вообще человек узнает о том, что такое-то ощущение соответствует такому-то чувству? Очевидно, это знание он приобретает еще в детстве, и оно как-то связано с его воспитанием. Как же ребенок узнает о том, что он чувствует? Видимо, первыми ему должны сообщить об этом его родители, связывая то или иное его состояние, поведение с соответствующими словами1. Затем он получает этот опыт от других людей и из других источников: из книг, фильмов и пр. Благодаря всему этому человек усваивает, что за определенными названиями — так называемой, эмоциональной лексикой — закрепляется определенное эмоциональное содержание, или эмоциональный концепт, то есть комплекс эмоциональных впечатлений, ощущений и других реакций. Если же по каким-либо причинам человек не приобретает опыта обозначения чувств (например, на эмоциональный опыт ребенка не обращалось специального внимания), то он приобретает педагогическую алекситимию, или имеет весьма скудный запас эмоциональной лексики.
Для полноценного усвоения эмоциональной лексики необходимо наличие в педагогическом прошлом человека «вербальной обработки» эмоционально значимых ситуаций, включающей обязательно три компонента (условия): (1) достаточно большой запас эмоциональной лексики у родителей, (2) факт обозначения родителями эмоциональной реакции ребенка тем или иным словом или словосочетанием, относящимся к эмоциональной лексике, (3) факт позитивного принятия эмоциональной реакции ребенка его родителями. В дальнейшем наличие первого и второго компонента обеспечивает знание эмоциональной лексики, а наличие третьего компонента позволяет применять эти знания по отношению к себе1.
Чаще всего жертвами педагогической алекситимии становятся, конечно, мальчики (то есть будущие мужчины). Видимо, в основном это связано с социокультурными факторами, в частности с гендерными педагогическими стереотипами, ограничивающими, во-первых, вербальную коммуникацию родителей с мальчиками в эмоционально значимых ситуациях, а во-вторых, окрашивающими эту коммуникацию в негативные тона. Другими словами, с мальчиками либо не говорят об их чувствах, либо воспринимают их негативно. В результате мы имеем «настоящих мужчин», то есть мужчин, которые «не распускают нюни», «не жалуются», «не плачут» и т.д. Конечно, педагогически обусловленные социокультурные стереотипы «закрытого», «сдержанного», «невозмутимого» и т.д. человека присущи не только мужчинам, но и женщинам. Последние также ограничиваются в выражении своих чувств. Помимо несомненных социальных преимуществ такого воспитания, мы встречаемся с рядом серьезных проблем психологического и медицинского характера. В частности, по данным некоторых исследований, имеется корреляция между распространением психосоматических заболеваний и алекситимией2.