4.4.1. Подстрекательство и пособничество в привлечении заведомо невиновного к уголовной ответственности (ч. 4 и 5 ст. 33 и ст. 299 ук рф)

В объективную сторону состава рассматриваемого преступления входит деяние, выражающееся в вынесении следователем или лицом, производящим дознание, постановления о привлечении в качестве обвиняемого (ст. 171 УПК РФ). Обвинение должно быть предъявлено лицу не позднее трех суток со дня вынесения данного постановления (ст. 172 УПК РФ).

В литературе высказываются две различных позиции о том, с какого момента признавать преступление оконченным: с момента вынесения постановления или с момента предъявления обвинения. Анализ норм УПК РФ указывает на обоснованность первой позиции.

Заведомо невиновный — это лицо, в деяниях которого по внутреннему убеждению субъекта расследования отсутствует состав либо событие вменяемого ему преступления.

Субъект преступления специальный. Это лицо, производящее дознание, следователь.

Субъективная сторона — только прямой умысел. Виновный сознает, что выносит постановление о привлечении в качестве обвиняемого невиновного, и, несмотря на это, желает вынести это постановление и тем самым привлечь лицо к уголовной ответственности по делу. Цель и мотивы в конструкцию состава не входят. Но ими могут быть корыстная или иная личная заинтересованность, ложно понимаемые интересы службы, стремление повысить показатели в работе и т.п. (см. гл. 4.4 и 3.1)

Часть 2 ст. 299 ук рф содержит квалифицирующий признак — обвинение лица в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления (ч. 3 и 4 ст. 15 ук рф).

Недобросовестный адвокат в данном преступлении может принимать участие и как подстрекатель, и как пособник.

Как подстрекатель адвокат (как правило, это «коррумпированный» адвокат) предлагает, уговаривает следователя «попугать» определенное лицо, находящееся в сфере уголовного судопроизводства. К ним могут быть отнесены лица, имеющее хоть какое-то отношение к расследуемым по конкретному делу событиям или те, кто вообще не имеет отношение к делу, но, по мнению адвоката, способны заплатить за «псевдозащиту».

Так, по делу о хищении в форме присвоения товаров из магазина, совершенном одним из продавцов, «коррумпированный» адвокат предложил знакомому следователю начать давление на заведующую магазином, женщину состоятельную, но при этом пугливую, переживающую хищение как личный позор. Вступивший в преступный сговор следователь начал вызывать женщину, допрашивать «с пристрастием», а затем вынес в отношении нее постановление о привлечении в качестве обвиняемой по ч. 1 ст. 293 УК РФ — халатность, и предъявил ей это обвинение. Следователь и защитник хорошо осознавали, что в действиях завмага нет состава данного преступления. В частности, она не была должностном лицом (руководитель МУП)²⁶². Цель была проста — адвокат предлагает ей свои услуги и после предъявления обвинения требует в качестве гонорара значительную сумму денег. А взамен та получает гарантии, что дело в отношении нее будет прекращено. Гонорар злоумышленники поделили поровну. В дальнейшем уголовное преследование в отношении завмага было прекращено за деятельным раскаянием (ст. 75 УК РФ, ст. 28 УПК РФ). Разумеется, и основание прекращения уголовного преследования так же было избрано незаконно (см. гл. 4.4.2.).

В подобного рода случаях преступники иногда вообще не действуют в режиме уголовно-процессуального судопроизводства, не оформляют официально документы. То есть заведомо невиновному лицу следователь в сговоре с адвокатом предъявляет фиктивные, вернее подложные документы, которые не регистрируются, не подшиваются в дело. Иногда даже факт регистрации преступления, возбуждения уголовного дела, проведение процессуальных действий вплоть до предъявления обвинения — все фальсифицируется. То есть жертва преступления полагает, что против нее возбуждено дело, ведется расследование, а на самом деле все сфальсифицировано с целью вымогательства, мошенничества, шантажа.

В отличие от подстрекательства, о пособничестве адвоката в данном преступлении речь идет в случаях, когда инициатором незаконного привлечения к уголовной ответственности выступает недобросовестный следователь, дознаватель. Как уже было отмечено, мотивы, которыми руководствуются эти должностные преступники, бывают разные. Иногда им во что бы то ни стало надо фиктивно раскрыть нераскрытое преступление, закончить производством уголовное дело, создать видимость благополучия в отчетности. И тогда должностные лица ищут «козла отпущения» среди ранее судимых, беззащитных, психологически сломленных, либо умственно отсталых людей²⁶³.

Иногда заведомо для следователя невиновное лицо само, добровольно «берет на себя» ответственность за близкого человека либо за преступного авторитета. Следователи знают примеры, когда привлекаемые к ответственности, например, за изнасилование, пытаются торговаться со стороной обвинения, предлагают «повесить на них» нераскрытые убийства — лишь бы не было предъявлено обвинение в «постыдном» преступлении. Недобросовестные должностные лица часто идут на такие преступные сделки.

В подобных обстоятельствах следователь, осознавая невиновность привлекаемого лица, добивается различными способами участия в деле «контактного», желательно «неквалифицированного» защитника, а лучше всего — «коррумпированного»²⁶⁴ и склоняет его к соучастию в преступлении. В общем, от адвоката требуется лишь одно — чтобы он закрыл глаза на совершенно очевидный факт привлечения к ответственности невиновного, чтобы он формально, а то и фиктивно участвовал в следственных действиях. Взамен недобросовестный следователь обещает адвокату «подкинуть платные дела», иным образом содействовать его интересам.