7.2. Нарушения закона «о содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений»349

Некоторые средства и способы профессиональной защиты, связанные с нарушением данного закона, были описаны ранее. Распространенные правила профессиональной этики также осуждают подобные посягательства (См. 9.2—9.3). Но сам закон настолько интересен и полезен в аспекте настоящего исследования, что заслуживает отдельного изучения.

В соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 17 Закона о содержании под стражей, подозреваемые и обвиняемые имеют право на свидания с защитником. В целом, защитник подозреваемого, обвиняемого, содержащегося под стражей, имеет значительно более широкие права и возможности по сравнению, например, с родственниками арестованного и иными лицами. Так, свидания арестованного со своим защитником не ограничиваются по количеству и продолжительности и не требуют специального разрешения лица, в чьем производстве находится уголовное дело. Свидания проводятся в условиях, позволяющих сотруднику места содержания под стражей видеть общающихся, но не слышать их (ч. 1 и 2 ст. 18 Закона). Даже в условиях водворения в карцер, когда арестованному запрещены любые контакты, посылки, большинство иных гарантированных законом прав, адвокат имеет те же возможности на свидания со своим подзащитным (ст. 40 Закона).

Более того, в соответствии с Правилами внутреннего распорядка³⁵⁰, если свидания подозреваемых и обвиняемых с родственниками и иными лицами проводятся под контролем сотрудников СИЗО в специально оборудованных для этих целей помещениях, через разделительную перегородку, исключающую передачу каких-либо предметов, а их переговоры могут прослушиваться сотрудниками СИЗО (п. 143 Правил), то в отношении свиданий с защитниками действуют значительно более мягкие требования.

В частности, свидания подозреваемого или обвиняемого с защитником осуществляются без разделительной перегородки. Как уже отмечалось, свидания проводятся в условиях, позволяющих сотруднику СИЗО видеть подозреваемого или обвиняемого и защитника, но не слышать (п. 145 Правил). Даже человеку непосвященному нетрудно догадаться насколько широко, с большой пользой для клиента, могут использоваться адвокатами эти официальные привилегии профессиональной защиты.

Однако, очень многим недобросовестным адвокатам и этих, предоставленных законом прав, оказывается недостаточно. И тогда они идут на нарушения, которые чаще всего связаны:

• с несоблюдением ограничений по передаче предметов, веществ, продуктов питания, документов и технических средств, как подзащитному, так и от него;

• с незаконной организацией свиданий своего арестованного подзащитного с другими лицами (См. Приложение 10 п. 1.2.2).

Законодатель, в целях предупреждения и пресечения этих нарушений, подробно оговаривает специальные запреты. В частности, подозреваемые и обвиняемые, обязаны соблюдать порядок содержания под стражей, установленный комментируемым законом и Правилами внутреннего распорядка. Например, им запрещается иметь при себе предметы, вещества и продукты питания, запрещенные к хранению и использованию, а также хранить их и пользоваться ими (ч. 2 ст. 36 Закона).

В развитие данного положения законом установлено, что сокрытие от досмотра или передача подозреваемым и обвиняемым запрещенных к хранению и использованию предметов, веществ и продуктов питания, а равно передача их вопреки установленным правилам вышеупомянутым лицам, влекут за собой ответственность, в соответствии с административным и уголовным законодательством (ч. 5 ст. 25 Закона).

В соответствии со ст. 19.12. КоАП, передача либо попытка передачи любым способом лицам, содержащимся в учреждениях уголовно-исполнительной системы, следственных изоляторах или изоляторах временного содержания и иных местах содержания под стражей, предметов, веществ или продуктов питания, приобретение, хранение или использование которых запрещено законом, влечет наложение административного штрафа в размере от одной тысячи до одной тысячи пятисот рублей с конфискацией запрещенных предметов, веществ или продуктов питания. Субъектом данного правонарушения может быть любое лицо, передающее в СИЗО (ИВС) перечисленные объекты. То есть, им может быть, и чаще всего бывает, именно адвокат.

В отношении «обратной связи», т.е. связи задержанных (арестованных) с внешним миром, в части 4 статьи 32 Закона указано, что переговоры, передача каких-либо предметов и переписка подозреваемых и обвиняемых с лицами, находящимися на свободе, осуществляются только в соответствии с требованиями закона.

При наличии достаточных оснований подозревать лиц, в том числе и адвокатов, в попытке проноса запрещенных предметов, веществ и продуктов питания сотрудники мест содержания под стражей вправе производить досмотр их вещей и одежды при входе и выходе с территории учреждения и изымать незаконно переносимое (ч. 6 ст. 34 Закона).

Упомянутые Правила внутреннего распорядка еще более подробно регламентируют контакты задержанных и арестованных с лицами, находящимися на свободе, а потому предписывают, что лицам, получившим разрешения на свидания с подозреваемыми или обвиняемыми, запрещается проносить в СИЗО и пользоваться во время свидания техническими средствами связи, компьютерами, кино-, фото-, аудио-, видео- и множительной аппаратурой без разрешения начальника СИЗО или лица, его замещающего (п. 146 Правил).

Основаниями для досрочного прекращения свидания являются:

• попытка передачи подозреваемому или обвиняемому запрещенных предметов, веществ и продуктов питания;

• попытка передачи лицами, прибывшими на свидание, сведений, которые могут препятствовать установлению истины по уголовному делу или способствовать совершению преступления (п. 147 Правил).

В отношении адвокатов, видимо, ввиду распространенности соответствующих нарушений, Правилами введена специальная «устрашающая» норма: в случае прекращения свидания с адвокатом начальник СИЗО назначает проверку. О нарушении незамедлительно информируется соответствующий территориальный орган Минюста России. Заключение с копиями материалов проверки направляется в Совет адвокатской палаты субъекта РФ, членом которой является адвокат, для решения вопроса о его ответственности с последующим уведомлением администрации СИЗО.(п. 148 Правил)³⁵¹.

Всем практикующим адвокатам-защитникам хорошо известны и эти права, и эти запреты. Любой адвокат старается максимально использовать свои полномочия. Но недобросовестные представители профессии не удовлетворяется только тем, что разрешено. Как уже отмечено, типичные нарушения Закона о содержании под стражей можно свести в две основные группы:

• нарушения, связанные с незаконной передачей предметов, веществ, продуктов питания, документов и технических средств, как подзащитному, так и от него;

• нарушения, связанные с незаконной организацией свиданий своего арестованного (задержанного) подзащитного с другими лицами.

Первая группа нарушений характеризуется двумя направлениями незаконного перемещения объектов: в СИЗО или ИВС для подозреваемого, обвиняемого (по линии: «свобода — тюрьма»); и в обратном направлении — из СИЗО или ИВС (по линии «тюрьма — свобода»).

В первом направлении (свобода-тюрьма) чаще всего незаконно проносят продукты питания, лакомства, табачные изделия, спиртное, наркотики, лекарственные препараты, деньги, предметы развлечения, а также сотовые телефоны, сменные зарядные устройства к ним и т.п.

Так, в дежурной части СИЗО был задержан адвокат, в ходе досмотра у которого было обнаружено наркотическое средство — гашиш в количестве 30 грамм, которое он пытался пронести для своего подзащитного, страдающего от наркомании, а так же для того, чтобы ее клиент мог пользоваться наркотиком, как «универсальным средством платежа» в контактах с сокамерниками.

Для дополнительной иллюстрации подобного рода нарушений, приведем выдержки из книги адвоката И.П. Якубовской, защищавшей своего мужа — Д.О. Якубовского, осужденного за хищение раритетных рукописей: «Конечно, каждый раз приезжая в «Кресты», я старалась привести продукты… Я специально купила безразмерную шубу — дубленку с силуэтом трапеции, чтобы можно было запрятать в складках одежды еду… Зимой шуба выручала, а летом приходилось труднее. С объемистой сумкой в тюрьму не пускают, разрешалось брать с собой только дамскую сумочку. Много ли там спрячешь? Я укладывала на дно немного продуктов, а сверху прикрывала их бумагами. Очень помогал пиджак, который я небрежно набрасывала на руку. Под пиджаком скрывалась сумочка с гостинцами. Конечно, не всегда все проходило гладко. Пару раз меня ловили. Другому адвокату, возможно, это сошло бы с рук, но на меня сразу писали бумагу в президиум, вызывали, грозили пальцем: так делать нельзя! Хотя все адвокаты так поступают (Выделено мной — Ю.Г.). Есть вещи, которые делать запрещено. Но все знают, что адвокаты пытаются как-то накормить своих подзащитных, угостить сигаретой, передать лекарство. Обычно тюремная администрация смотрит на это сквозь пальцы… Не раз из президиума Коллегии адвокатов в тюрьму поступал ответ, что с Перепелкиной (девичья фамилия автора книги — Ю.Г.) проведена воспитательная работа»³⁵².

Не зря мною обращено внимание на фразу автора о том, что «все адвокаты так поступают». Действительно, есть основания полагать, что пронос в СИЗО и ИВС различных предметов — явление среди адвокатов массовое. Хорошо, если проносят только продукты питания. По-человечески такого адвоката-нарушителя понять можно. Условия содержания и питание в российских СИЗО и ИВС часто сравнивают с пытками.

Но нередко недобросовестные адвокаты проносят арестованным не только и не столько продукты, сколько предметы, документы и сведения которые могут препятствовать установлению истины по уголовному делу или способствовать совершению преступлений. Часто предметом незаконного проноса в СИЗО и ИВС становятся записки от соучастников преступления, находящихся на свободе, записки, документы и предметы от членов организованных преступных формирований, пытающихся контролировать арестованного через «вовлеченного» адвоката.

«… К примеру, одного из защитников задержали в следственном изоляторе с запиской от подельников его клиента, привязанной к детородному органу»³⁵³. Бывает, что недобросовестные адвокаты становятся посредниками в передаче записок и сообщений между несколькими арестованными сообщниками, привлекаемыми к уголовной ответственности по одному делу, содержащимися в одном или разных СИЗО (ИВС).

В обратном направлении (линия «тюрьма-свобода») недобросовестные адвокаты проносят чаще всего записки, послания от арестованного родственникам, друзьям, сообщникам. Часто из сообщений СМИ мы слышим как тот или иной преступный авторитет, будучи арестованным, не просто контактирует с внешним миром, а полноценно руководит возглавляемой им преступной организацией, а так же коммерческими и иными структурами. Каким же образом он передает сообщения, подписывает и направляет документы, дает указания лицам, находящимся на свободе, держит их под своей властью и влиянием и т.д.? Ответ очевиден — через своих защитников.

Одним из самых изощренных незаконных методов деятельности недобросовестных адвокатов является организация встреч в самом СИЗО. Способов этого распространенного нарушения довольно много. Вот типичный.

По делу о групповом разбойном нападении два недобросовестных адвоката, защищающие сообщников, решили организовать встречу между своими арестованными клиентами для того, чтобы те в их присутствии согласовали свои показания, которые бы помогли обоим уйти от ответственности за содеянное. Для этого они заранее сговорились, пришли в одно время в СИЗО и разместились каждый со своим подзащитным в смежных помещениях — кабинетах для следственных действий. Затем, подкупив конвоиров, один из адвокатов со своим клиентом перешел в соседний кабинет, где «общее собрание» проходило более получаса. Только вмешательство следователя, случайно проводившего допрос в соседнем кабинете по другому делу, позволило изобличить нарушителей режима³⁵⁴.

Очевидно, что наиболее опасные и изощренные из подобных нарушений закона о содержании под стражей совершаются адвокатами, ранее работавшими уголовно-исполнительной системе, чаще всего это бывшие оперуполномоченные оперативных подразделений СИЗО, тюрем и колоний. Часто такие нарушения допускаются бывшими следователями и оперуполномоченными.

Особо следует подчеркнуть, что такого рода нарушения, в их наиболее организованных и общественно опасных проявлениях, совершаются только благодаря коррумпированным связям недобросовестных адвокатов с сотрудниками мест содержания под стражей. Эти коррупционные связи, как и многие другие, основаны, прежде всего, на систематической даче взяток должностным лицам, подкупе государственных служащих. Часто, при СИЗО и ИВС образуется своеобразный «ближний круг» адвокатов, которые давно и прочно «прикормлены» к данному учреждению. Эти коррумпированные защитники чувствуют себя в ИВС и СИЗО как у себя дома. Они могут обеспечить передачу своему подзащитному любых предметов, встречу с любыми лицами, но только «за очень дополнительные деньги». Разумеется, из этих грязных денег адвокат-делец рассчитывается с коррумпированными работниками СИЗО (ИВС).

Во многих регионах страны в среде преступных группировок известны имена адвокатов, «прикормленных» к этим учреждениям. Они специализируются на оказании незаконных услуг, связанных с содержанием под стражей подозреваемых и обвиняемых. Известны их «расценки», «перечень услуг», оказываемых такими адвокатами.

Они позволяют себе гарантировать преступникам и их покровителям конкретные условия содержания, в конкретной камере, передачу посылок, записок, мобильных телефонов, организацию встреч и т.п. Часто по этой причине организованные преступные формирования нанимают для своих членов, привлекаемых к уголовной ответственности и содержащихся под стражей, нескольких адвокатов, как минимум один из которых будет заниматься вопросами СИЗО. Реальные масштабы такой незаконной, вернее, преступной деятельности в стране никем официально не изучены. Пора, наконец, обратить на нее внимание и разработать комплекс эффективных средств нейтрализации.