Семёнов, Ю. И. Философия истории
.pdfДемографический детерминизм разрабатывался в работах французских социо логов Адольфа Коста ( 1842 - 1901) Принципы объективной социологии (1899) иОпыт народов и предложения, на нем OCHOBaHHыe (1900) и Анри Секретана (18531916) Население и HpaBЫ . А. Кост утверждал, что рост численности и плотности
населения ПОЛНОстью определяет все изменения, происходящие в сфере и политики, и экономики, и права, и религии, и технический знаний. Он зашел в своем увлечении столь далеко, что это вызвало возражения со стороны других, более считающихся с фактами, поборников демографического детерминизма.
Отдал дань этому направлению Э. Дюркгейм. В работе O разделении общест венного труда» (1893) он видел главную причину перехода общества от механической солидарности к органической, прежде всего в росте плотности населения, а тем са мым - плотности общества и увеличении его объема. Mы не говорим, - пишет Э. Дюркгейм, - что возрастание и уплотнение обществ допускают все большее раз деление труда, но утверждаем, что они обуславливают его необходимость. Это не орудие, посредством которого осуществляется разделение труда; это - определяющая причина eгo .229
В России идеи демографического детерминизма отстаивал Дмитрий Иванович Менделеев (1834 - 1907) в работах 3aBeтныe мысли (ч. 1 -3. СПб., 1903 - 1905;
М. , 1995; 2 и 9 главы опубликованы: Менделеев Д.Н. К познанию России. М., 2000) иK познанию России (СПб., 1906; М., 2002). . . .Человечество взятое в целом, - писал он, - .. .проникнуто инстинктивным стремлением к сохранению и развитию человеческого потомства... .2ЗО Именно эта любовь к потомству И привела к разде лению труда и к тем неравенствам, которые неизвестны в диком животном или началь ном патриархальном быте (хотя в нем уже видны на то начатки) и ведет к разделе
нию жителей по их экономическому положению на разные классы. . . .2З1 Д.И. Менде леев был противником марксизма. Но к демографическому детерминизму склонялись, как мы уже видели, и некоторые российский ученые, считавшие себя марксистами (А.А. Богданов).
Эта концепция имеет массу сторонников и в наши дни. Она существует сейчас как самостоятельно, так и в качестве момента направления, именуемого экологическим детерминизмом (инвайронментализмом).
Идеи демографического детерминизма развивал в работе Подсечно-огневое зем леделие среди киукуру и его значение для культурного развития в бассейне Амазон ки (1961 ) известный американский этнограф Роберт КарнеЙро. Рост населения в условиях, когдаплощадь земли, пригодной к обработки, ограничена, ведетк переходу к более интенсивным методам хозяйства, к соперничеству между племенами и войнам. Войны имеют своим следствием подчинение одних племен другими и возникновение данничества. В последующем подчиненные племена инкорпорируются в состав обще ства завоевателей. Возникают вождества.
Идет процесс увеличения политических единиц. Как племена, так и вождества объединяются в союзы или конфедерации. Победоносные вождества возрастают в размерах и в конце концов возникают крупные завоевательные государства. Внутри этих новых обществ возникает знать. Пленников превращают в рабов. Инкорпора-
229 Дюркгейм э. О разделении общественного труда. Метод в социологии. М., 1991. с. 245.
230Менделеев Д. К познанию России. 5-е изд. СПб , 1907. С. 64.
231Там же. С. 64-65.
ция рабов в завоевательное государство завершает стратификацию общества на четы ре главных класса: вождей (или королей), знать, коммонеров (рядовых общинни ков. - Ю. с. ) и рабов• .2З2
Сами за себя говорят названия работ датского экономиста Эстер Босеруп «Усло вия агрикультурного роста. Экономика аграрных изменений под давлением народо населения. (1965) и американского этнолога Марка Натана Коэна «Пищевой кризис в преистории. Перенаселение и возникновение земледелия!? (1977).
Социолог и демограф О.Д. Дункан в работе «Социальная организация и экоси стема. (1964) вводит понятие экологической экспансии. Она начинается с роста насе ления. Это требует увеличения количества энергии и материалов, извлекаемых обще ством из внешней среды, что в свою очередь предполагает выработку новых форм организации человеческих коллективных усилий в этой области. Конечный резуль тат - переход общества с одной стадии эволюционного развития на другую, более высокую. Как уже указывалось (2.8.4), таких стадий в концепции О.Д. Дугласа семь: от этапа бродячих групп охотников и собирателей до уровня индустриальных госу дарственных обществ.
Американский социолог и демограф Дж. Матрас в книгах «Народонаселение и общества. (1973) и «Введение в народонаселение: Социологический подход. (1977) настаивает на том, что в обществах любого типа рост населения влечет за собой со циальные структурные изменения: дифференциацию и разделение труда, экспансию социальных границ и принятие инноваций, что имеет следствие переход с одной ста
дии социальной эволюцию на другую. Таких этапов в схеме Дж. Матрас, как мы уже видели (2.8.4), восемь.
Другой американский социолог и демограф Джулиан Линкольн Саймон в рабо тах «Экономика роста народонаселения. (1977) и «Теория народонаселения и эконо
мического роста. (1986) выдвигает концепцию «народонаселенческого толчка» (population-push). Суть ее состоит в том, что рост населения и связанное с ним увели чение потребностей и нужд делает необходимым более интенсивный труд, что вызыва ет к жизни множество изобретений, прогресс техники и увеличение производительно сти. Эту концепцию Дж. Саймон пытается обосновать как фактами из истории Древ ней Греции, Рима, средневековой Европы, так и данными современности.
Популярен демографический детерминизм и у части историков. Как писал фран цузский историк Луи Шевалье: «Недостаточно припять во внимание, что демография является одной из составных частей социально истории, ибо она возрождает ее глав ный и, как правило, забытый объект население. Демография в качестве привилегиро ванной дисциплины должна, наконец, вступить в полные права... Лидирует демогра фия. Единственная и незаменимая!? 2ЗЗ Идея решающей роли демографического фак тора пронизывает его работу «Трудящиеся и опасные классы Парижа в первой поло вине Х!Х века!? (1958).
Идея демографического детерминизма присутствуют в работах академика Ники ты Николаевича Моисеева (1917 - 2000) «Мировоззрение современного рационализ ма. Введение в теорию самоорганизации. (Моисеев Н.И. Расставание с простотоЙ. М. , 1998) и «Быть или не быть... человеку. (М. , 1999). Автор плохо знает историче-
232 Carneiro R.L. Slash-and-Burn Cultivation Among the K!Ukuru and its Implications For Cultural Development in the Amazon Ваsш // Native Southamericans. Ethnology of Least Known Continent. Ed. Ьу P.J. Lyon. Boston, 1964. Р. 87.
2ЗЗЦит.: Соколова М.Н. Современная французская историография. М., 1979. С. 319.
ские факты, что нисколько не мешает ему претендовать на осмысление всего пути человечества и предсказание его дальнейшей судьбы.
3. 14.4. Технический, или технологический, детерминизм
(Л. Уайт, Г. Ленски, О. Тоффлер и др. )
Мысль о том, что ведущая роль в развитии истории принадлежит технике, выска зывалась довольно давно. Но окончательно концепции mех1tuческozо, или mех1tолozu ческоzо, детерминизма оформились лишь во второй половине ХХ В . , что было связано
сначалом и последующим развитием научно-технической революции.
Впредельно последовательной форме концепция технологического детерминиз
ма была развита и изложена в книге уже знакомого нам известного американского этнолога и культуролога л.о. Уайта Эволюция культуры. Развитие цивилизации до
падения Рима (1959).
Главным дЛЯ Л. Уайта является понятие культуры. В отличие от других сторон
ников суперорганической концепции культуры он рассматривает ее не только как духовное, но и как материальное явление. Л. Уайт выделяет в культуре четыре компо нента: идеологический, социологический, сентиментальный и технологический. Веду щим среди них является последний. Технологический фактор в общем виде опреде ляет форму и содержание всех остальных. Он детерминирует и социальную систему, и философские взгляды, и общественные чувства. Изменения в технологии вызывают изменения во всех остальных секторах культуры. Технология - базис и движущая сила культурной системы.
Важнейшим в концепции Л. Уайта является понятие энергии. Культурная систе ма, как и биологический организм, захватывает и запрягает энергию с тем, чтобы ее использовать для обеспечения своего существования и развития. Уровень развития культуры определяется тем, сколько энергии она запрягает и использует в расчете па душу паселения в год.
Прогресс культуры выражается в увеличении пропорции отношения нечеловече ской энергии к человеческой. Или, то же самое, но лишь в другой форме: прогресс культуры выражается в увеличении числа удовлетворяющих человеческие потребно сти материальных благ и услуг, созданных единицей человеческого труда. Чем больше материальных благ и услуг создается единицей человеческого труда, тем больше их приходится па душу населения.
На самом первом этапе человек использовал только энергию своего собственного организма. Он обеспечивал свое существование охотой и собирательством. Это была эра человеческой энергии. Данной технологии соответствовала определенная ЭКОIЮ мическая, а тем самым и социальная система. Существовала взаимная помощь. Люди были равпы и свободны. Все были братьями. 
Крупнейшим переломом в развитии технологии, культуры в целом и общества была аграрная революция. Возникло земледелие и скотоводство. Люди запрягли и поставили себе на службу солнечную энергию, воплощенную в нечеловеческую биоло гическую форму, а именно форму животных и растений. Впервые были поставлены под человеческий контроль силы природы. Результатом этого технологического успе
ха было превращение племенного (tribal) общества в цивилизованное (civil society). Возникла частная собственность на средства производства, общественные классы, го сударство, города.
Дальнейшее развитие человеческого общества Л. Уайт сколько-нибудь детально не рассматривает. Из всех последующих технологических сдвигов он упоминает вы движение на первый план промышленности, изобретение паровой машина и вступле ние человечество вступило в век пара. В связи с этим он говорит о топливной (fuel) революции. В результате всего этого возникли капитализм и демократия.
Подчеркивая определяющую роль техники, Л. Уайт в то же ни слова ни говорит о том, почему она развивается. В результате вопрос о движущих силах развития истории остается у него открытым.
Уже известный нам (2.8.4) американский социолог Г. Ленски в книге <iВласть и привилегии. Теория социальной стратификации (1966), обращаясь к механизму раз вития общества, выстраивал такую цепочку детерминации: <iтехнология - экономи
ка - политика - распределительная система .234 Тем самым он фактически высту пал как поборник технологического детерминизма.
Специально вопрос о технологическом детерминизме рассматривается в его сов
местной с Дж. Ленски книге <iЧеловеческие общества: Введение в макросоциологию (1974). Авторы критикуют, с одной стороны, точку зрения, согласно которой техноло гия объясняет почти каждую социокультурную форму, с другой, концепции, преумень шающие или даже отрицающие важностъ технологии.
Собственная их точка зрения изложена следующим образом: <iB целом, совре менная эволюционная теория не принимает детерминистический взгляд на роль тех нологии: она рассматривает технологию жизнеобеспечения лишь как одну из сил в поле действия сил, которые вместе определяют общую модель социетальных характе ристик. Эта позиция может быть коротко выражена в двух пунктах: 1 . Технологиче ский прогресс есть главный детерминант этого сочетания всеобщих тенденций - в населении, культуре, социальной структуре, материальных продуктах, который опреде ляет общие контуры человеческой истории. 2. Технология жизнеобеспечения есть на иболее мощная единственная переменная, влияющая па социальные и культурные характеристики общества - не в смысле определения каждой и всякой характеристи ки, а в смысле определения целостного комплекса этих характеристик .2З5 Это, конеч но, не крайний, но тем не менее технологический детерминизм. Технология - не един ственный, но главный фактор развитйя общества.
На неизбежно встававший вопрос о том, а чем же определяется технология и ее развитие, Г. Ленски отвечает: <iЯ склоненполагать, что в основе всех или большинства тенденций лежит одна, объясняющая все. Эта тенденция - рост объема информации, которой располагает человечество, особенно той, что необходима ему для воздействия на материальный мир, Т.е. технология .2З6 В результате технология сводится к сумме знаний и в качестве движущей силы истории выступает человеческий разум.
Так же обстоит дело почти у всех, если не у всех сторонников концепций как
индустриального, так и постиндустриального общества, которых принято считать тех ническими детерминистами. Все они говорят об огромной или даже решающей роли техники и технологии. Но как только дело доходит до вопроса о том, что лежит в основе их прогресса, то обычный ответ - накопление информации, прогресс знания,
2з4 Lenski G. Power and Privilcge. New York, 1966. Р. 436.
235 Lenski G. and Lenski J. Human Societies: An Introduction in Macrosociology. New York, 1974. Р. 103.
2з6 Lenski G. Нistory and Social Change / / American Journal of Sociology. 1976. Vol. 82. Nq 3. р,. 555.
прежде всего применительно к новому и новейшему времени, разумеется, научного. Впрочем, многие при этом предпочитают говорить о развитии общества как результате взаимодействия множества факторов.
В качестве примера можно рассмотреть хотя бы взгляды О. Тоффлера, которого очень многие исследователи характеризуют как технологического детерминиста. Он действительно много пишет о том, что технология представляет собой важнейшую силу социальных изменений. Эти поразительные экономические факты, - подводит итоги О. Тоффлер всему сказанному им на предшествующих страницах книги Фу туршок» ( 1970), - приводят нас к тому, что технология является великим, ревущим
двигателем перемен .237 Но буквально через несколько страниц мы читаем: ...Если технологию можно
сравнить с большим двигателем, мощным аксельратором, то знания - его топливо .2З8 А конечный его вывод: Я решительно отвергаю, что я - технологический или эконо мический детерминист, и каждому, кто внимательно меня читает, это должно быть ясно. Я не считаю, что какая-то одна-единственная сила приводит в движение систему, будь она технологическая, экономическая, сексуальная, расовая или экологическая .2З9
3. 14.5. Экологический детерминизм (Дж. Кларк, Дж. Стюард,
М. Харрис, Э. Ле Руа Ладюри, Э.С. Кульпин и др. )
Л. Уайт, выдвигая на первый план технику, рассматривал ее, как и всю культуру
вцелом, в качестве средства, при помощи которого общество приспосабливается к окружающей его природной среде. Но понятие среды не играло в его КОlщепции сколько нибудь существенной роли.
Зато в построениях других исследователей, большей частью тоже из числа этно логов, оно выступило па первый план. Развиваемые ими концепции, будучи генетиче ски связанными с географическим детерминизмом, в то же время в целом ряде аспек тов отличались от него. Своеобразным связующим звеном между географическим детерминизмом и этим новым направлением были труды Ф. Ратцеля, прежде всего его работа Земля и жизнь (русск. переводы: Т. 1 . СПб., 1905; Т. 2. 1909 и др.).
Разрабатывая понятие внешней среды, все эти ученые исходили из данных эколо гии, которая, возникнув в качестве науки чисто биологической, в дальнейшем стала включать в себя и такие разделы, как социальная экология. Важнейшим понятием этой науки является категория экологической системы (экосистемы), под которой по нимается единый комплекс, состоящий из множества как живых, биотических (орга низмы и их сообщества), так и косных, абиотических экологических компонентов. Все эти компоненты связаны между собой многообразными связями, включая причинно следственные, обмен веществ и распределение потока энергии. Экосистемы образуют иерархию, низшими звеньями которой являются биогеоценозы, а высшим - биосфера
Земли. Исследуя конкретную экосистему, экологи выделяют те или иные живые орга низмы и их сообщества в качестве центрального объекта, и тогда вся остальная сово
купность экологических компонентов (включая все другие организмы и сообщества) выступает по отношению к ним как среда их обитания. Таким образом, среда включает
2.31 Тоффлер А. Футуршок. СП6., 1997. С. 21. 2з8 Там же. С. 25.
m Toffler А. Previews and Premises. New York, 1983. Р. 208.
всебя все абиотические экологические компоненты и те из биотических, которые в
данном случае не выступают в качестве центрального объекта.
Все эти понятия экологии были заимствованы частью обществоведов и положены
воснову их представлений о развитии общества. В созданных ими концепциях каж
дый социоисторический организм выступал в качестве компонента той или иной эко системы, а совокупность всех остальных ее элементов представала как среда его оби тания. Если не все, то по крайней мере многие из этих ученых в понятие среды данного социора включали и все остальные социоисторические организмы, принадлежавшие,
по их мнению, к данной экосистеме.
Чтобы существовать, социоисторический организм должен приспособиться к сре де, сбалансировать свои отношения со всеми остальными ее компонентами, прежде всего с теми, которые имеют жизненно важное для него и его членов значение. Если равновесие со средой по тем или иным причинам нарушается, то возникает кризис, который ставит под угрозу существование как социора, так и его членов. Чтобы про должать нормальное существование, члены социоисторического организма должны принять меры к разрешению кризиса, восстановить, причем теперь на новой основе, его баланс со средой. Средство восстановления нарушенного равновесия - измене ние культуры, прежде всего техники и технологии, а также и форм хозяйства. Как мы уже видели, в довольно абстрактной форме подобного рода идеи излагались в работах К. Каутского и Н.И. Бухарина (3. 13.3).
Подобного рода концепций существует множество. В одних главный упор делает ся на среду. Основная их идея заключается в том, что в основе изменения общества лежатизменения окружающей среды, прежде всего природной. Такие концепции харак теризуются обычно как экологический детерминизм, средовой детерминизм. Другое на звание - envlronmentalism (от англ. enVlronment - среда), что по-русски чаще всего передается как энвайронментализм, хотя правильно было бы - инваЙронментализм.
В других концепциях природная среда и технология (или природная среда и хозяйство) в целом выступают как во многом равноправные факторы, взаимодействие которых и обеспечивает развитие общества. Еще в ряде концепций в качестве решаю щей силы выступает технология или даже хозяйство либо экономика в целом. Но всегда при этом и технология, и хозяйство или экономика в целом рассматриваются как способы приспособления к среде.
Иногда в некоторых концепциях ко всем названным выше факторам добавляется и демографический, и ему тогда нередко отводится ведущая роль. Рост населения требует увеличения количества энергии и ресурсов, поступающих в общество из внешней среды, ведет к нарушению равновесия между ним и средой. Чтобы обеспечить такой приток и восстановить равновесие, необходимо развитие техники, изменение системы хозяйства, а нередко и всей социальной организации. В результате рост населения дает толчок к развитию общества. Пример такого подхода был уже приведен в разделе о демографи ческом детерминизме - это концепция экологический экспансию> о. Дугласа.
Английский археолог Джон Грэм Дуглас Кларк (1907 - 1995) в книге Доисто рическая Европа: Экономический очерк!; (1952; русск. перевод: М . , 1953) придержи вался взгляда, что экономика всякого общества в любое время неизбежно является продуктом какого-то установившегося соотношения между состоянием культуры и окружающей природой!;. 240 Это равновесие может быть нарушено в результате изме-
><0 Кларк Дж.Г Д. Доисторическая Европа Экономический очерк. М., 1 953. с. 19.
нения природных условий, роста населения или культурных перемен. Чтобы его вос становить, необходимы изменения в ЭКОНОмике. Именно так он объясняет переход населения Европы от Доистории!; К истории!;.
Провести грань между всеми этими концепциями трудно: они незаметно перехо дят друг в друга. Поэтому нередко все концепции, в которых в качестве если не единственного, то важного фактора развития общества выступает среда, характеризу ют как экологический детерминизм.
Примером не столько средового, сколько техно-средового детерминизма может по служить концепция уже упоминавшегося выше американского этнолога Дж. Стьюарда, изложенная в его книге Теория культурных изменений. Методология многолинейной эволюцию> (1955). Сам автор отмежевывается и от географического, и от средового (инвайронментального) детерминизма, предпочитая называть свое учение культурной экологией. Другой американский этнолог Марвин Харрис в книге Подъем антрополо гической теории. История теорий культуры!; (1968) называет свою концепцию техно экономо-экологическим или демо-техно-экономо-экологическим детерминизмом.
Идея хозяйственно-экологического детерминизма была заимствована у зарубеж ных ученых и некоторыми отечественными этнографами. Пример - книга Софьи Александровны Маретиной Эволюция общественного строя у горных народов Севе ро-Восточной Индии!; (М., 1980). B Северо-Восточной Индии, - говорится в ней, - хозяйство горных народов как сфера их общественной организации составляет одно из звеньев цепи cpeдa - хозяйство - социальная структура» . Хозяйство в значи тельной степени определяется возможностями среды и в свою очередь оказывает ак тивное воздействие на последнюю. Нарушение привычного баланса между ними неза медлительно сказывается на всей общественной структуре, которая именно от этой хозяйственной базы получает основной импульс для трансформации!;.241
Поборниками всех вариантов экологического и техно-экологического детерми низма были чаще всего этнологи, которые имели дело с небольшими по размеру демо социальными организмами. Поэтому все подобного рода подходы развивались в рам ках т.н. экологической (инвайроменталыюй) антропологии, или этнической экологии.
Но и историки не остались в стороне. Подход очень близкий к экологическому развивается в работах французского историка Эмманюэля Ле Руа ЛаДIОРИ Крестья не Лангедока!; (1966) и История климата с 1000 года» (1967; русск. перевод: Л. , 1971 ). Попытку использовать своеобразный вариант хозяйственно-экологического детерминизма для объяснения истории геосоциальных организмов мы находим в ра ботах российских востоковедов Э. С. Кульпина Человек и природа в Китае!; (М. , 1990), Социоестественная история: Предмет, метод, концепциЯ» (М. , 1992), Путь России!; (М. , 1995), Бифуркация Запад-Восток!; (М. , 1996) и Дмитрия БОРИСОВИ';lа Прусакова Природа и человек в Древнем Египте!; (М. , 1999) и др.
3 . 14.6. Классический волюнтаризм (Т. Карлейль, П.Л. Лавров, Н.В. Шелгунов, Х. Ортега-и-Гассет, К. Поппер, Л. Мизес и др.)
Взгляд, согласно которому развитие истории определяется разумом и волей от дельных людей, исчезнувший или, точнее, оттесненный на задний план в результате
241 Маретина С. А. Эволюция общественного строя у горных народов Северо-Восточной Индии. М., 1980. С. 41.
великих потрясений конца XVIII - начала XIX вв. в последующем вновь начал обретать влияние. Одним из крупнейших апологетов исторического волюнтаризма в XIX в. был британский мыслитель Томас Карлейль (1795 - 1881), автор книги «Герои, почитание героев и героическое в истории. (1841 ; послед. русск. изд. : Карлейль Т. Теперь и прежде. М., 1994).
«...Всемирная история, - писал он, - история того, что человек совершил в этом мире, есть, по моему разумению, в сущности, история великих людей, потрудившихся здесь, на Земле... Все, содеянное в этом мире, представляет, в сущности, внешний мате риальный результат, практическую реализацию и воплощение мыслей, принадлежа щих великим людям, посланным в этот мир. История этих последних составляет поис
тине душу всей мировой истории .242 Однако никто из приверженцев волюнтаристического взгляда на историю не мог
выдержать его до конца последовательно. Не представлял исключения и Т. Кар лейЛЬ. В той же самой книге он писал и о том, что великие люди были призваны своим временем, что они осуществляли то, к чему стремилась вся масса людеЙ.24З Тем самым он фактически признавал, что существуют какие-то объективные факторы, обусловли вавшие характер эпохи и желания масс людей. Но рассматривать эти факторы он не пожелал, ибо в таком случае его концепция рухнула бы.
То же противоречие пронизывает работу уже упоминавшегося русского мысли теля П.Л. Лаврова «Исторические письма (1868 - 18691891 ; послед. изд. : Лавров пл. Философия и социология. Т. 2. М., 1965). с одной стороны, он пишет, что « . . .Как ни мал прогресс человечества, но и то, что есть, лежит исключительно на критически мыслящих личностях; без них он безусловно не возможен; без их стремления распро странить его он крайне не прочен .244 С другой стороны, он же вынужден признать, что «культура общества есть среда, данная историей для работы мысли и обусловливаю щая возможное для этой работы в данную эпоху с такой же неизбежностью, с каковой во всякое время ставит пределы этой работе неизменный закон природы• .245
Врезультате он оказывается в своеобразном кругу: культура обусловливает мысль,
апоследняя изменяет культуру. «История мысли, обусловленной культурой, в связи с
историей культуры, изменяющейся под влиянием мысли, - вот вся история цивилиза ции., - таков его конечный вывод.246
Но особо противоречивыми в этом отношении являются взгляды русского публи циста и общественного деятеля Николая Васильевича Шелгунова (1824 - 1891 ). в своей статье « Историческая сила критической личности , представляющей отклик на
«Исторические письма П .Л. Лаврова, он, полностью признавая правоту последнего, писал: «Но так как историю ведет лишь умственный элемент человечества, а предста вителями умственного элемента являются те счастливцы, которые «куплены ценою прогресса. , то ясно, что и будущий прогресс ведут они, и личность их является руково дящей и двигающей силоЙ• .247 Это было сказано в 1870 г.
242 |
Карлейль Т |
Герои, почитание героев и героическое в истории // Т Карлейль Теперь и прежде. |
М., 1994 С 6 |
|
|
243 Там же С 6, |
1S |
|
244 |
Лавров П Л |
Исторические письма / / Из6р. соч. на социально-политические темы. Т. 1 . М., |
1934 с. |
227. |
|
24S |
Там же с. 244. |
|
:Ш Там же.
7 Шелгунов Н. В. Историческая сила критической личности // Соч.. 2-еизд. Т. 2. СП6., 1895. с. 414.
Но двумя годами раньше Н.В. Шелгунов в работе « Социально-экономический фатализм утверждал: «Социально-экономический фатализм есть сила роковая: ничто не может устоять против нее: как она вела человечество до сих пор, так поведет она его
вперед в будущем .248 И не следует думать, что за эти два года его взгляды кардинально изменились. Через два года после отклика на книгу П.Л. Лаврова, в котором отстаивал ся волюнтаризм, появилась его статья «Фатализм исторического процесса . «. . . Про гресс, - говорилось в ней, - к сожалению, идет не путем сознания. Люди, стоящие во главе так называемых исторических событий, так же мало знают, что им делать, как и покорные люди, которыми они повелевают. . . Людская бессознательность исключала до сих пор возможность другого прогресса, кроме фаталистического .249
Таким образом, во взглядах Н . В. Шелгунова причудливо сочетались такие взаи моисключающие представления о ходе истории , как волюнтаризм и фатализм. И , по видимому, ни тот, ни другой взгляд полностью его не удовлетворяли, в особенности волюнтаристский. Отсюда его метания. Собственно волюнтаризм как его самого, так и п л . Лаврова, был обусловлен одной единственной причиной - стремлением обосно вать необходимость активной революционной деятельности в условиях, когда не было массового революционного движения.
Обычно к числу сторонников волюнтаристического взгляда на историю относят
и такого видного русского мыслителя, как Николай Константинович Михайловский (18421904), чаще всего ссылаясь при этом на его работу « Герои и толпа (1882. Соч. Т. 2. СПб. , 1896; Избр. труды по социологии. Т. 2. СПб., 1998). Но ее содержа ние не дает оснований для такого вывода.
Как подчеркивает сам Н . К Михайловский, в этой работе он не рассматривает вопрос о роли личности в истории. В центре внимание его отношение между толпой,
массой и человеком, под влиянием которого она находится и за которым следует. И ту проблему он поставил и исследовал за 8 лет до появления книги Габриэля Тарда
(1843 - 1904) «Законы подражания (1890), которому обычно отдают приоритет. Один из историков философской мысли, стремясь доказать волюнтаризм Н.К Ми
хайловского, ссылается на одно из мест в другой его работе, где, как этот автор утверж дает, говорится, что ставить человека в зависимость от необходимости, закономерности общественного развития «значит унижать его человеческое достоинство, превращать его в машину, которая не ведает, что творит .250 Такая мысль действительно изложена
на этой странице данной работы и процитированные слова на самом деле взяты оттуда, но только эта идея принадлежит вовсе не Н . К Михайловскому. ОН просто излагает чужой ВЗГЛЯД, а затем подвергает его критике.251
Собственные взгляды Н . К Михайловского на роль личности в истории лучше всего изложены в его статье «Граф Бисмарк (1871). « История, - писал он, - управ ляется общими постоянными законами, но не они составляют прямую, непосредствен ную причину человеческих действий. Человек действует под напором той сети усло
вий, среди которых ему приходится жить, а эта сложная, постоянно в известных преде
лах колеблющая, постоянно изменяющаяся, то отливающая, то приливающая сеть под чинена общим, простым и постоянным законам. И независимость человека от общих
248 Социально-экономический фатализм / / Там ж. С. 254.
249Шелгунов Н. Б. Фатализм исторического процесса // Соч. 2-е изд. Т. 1 . СПб., 1895. С. 490.
250История философии. Т. 4. М., 1 959. С. 40.
251 См. Михайловский Н.К Аналитический метод в обществеииых науках / / Соч. . Т. 1 . СПб. 1896. С. 367.
законов истории, и его зависимость от ближайшего сочетания причин - относитель ны. С одной стороны, есть в истории течения, с которыми человеку, будь он семь пядей во лбу, бороться невозможно. С другой, человек, получив причинный толчок от данной комбинации фактов, становится к ней сам в положение причинного деятеля и можеТ влиять на нее более или менее сильно. Сознательная деятельность человека есть та кой же фактор истории, как стихийная сила почвы или климата. Общие, простые и постоянные исторические законы намечают пределы, за которые деятельность лично сти ни в коем случае преступить не может. . . Общими законами истории определяется тот порядок, в котором исторические фазисы следуют друг за другом. В этом отноше нии все тянущие в разные стороны усилия отдельных личностей в среднем выводе и в окончательном результате нейтрализуются. Но не то мы видим в отношении скорости, с которой исторические фазисы идут друг другу на смену. Здесь главным образом и сказывается значение индивидуальной деятельности. Бессильная вырыть новое русло для истории, личность может, однако, при известных условиях временно запрудить историческое течение или ускорить его быстроту. . . Итак, то обстоятельство, что в истории время от время являются личности, накладывающие свою индивидуальную печать, вовсе не противоречит законосообразности истории: общие законы заведуют порядком исторического движения, личности влияют на его скорость. . . Для того, что бы личность могла давать тон истории, набросить свой личный колорит на эпоху, тре буется, разумеется, чтобы она сама попала в тон, чтобы было нечто общее между ее задачами и средой, в которой ей приходится деЙствовать .252
Волюнтаризма здесь нет. Единственное, в чем можно упрекнуть Н.К. Михайлов ского, так это в том, что говоря о объективных движущих силах истории, он ни в этой, ни в других своих работах ничего конкретного сказать о них не может. Будучи уверен в их существовании, он ничего о них не знает.
Отмеченная выше непоследовательность во взглядах характерна не только дЛЯ Т. Карлейля, П.Л. Лаврова и Н.В. Шелгунова, но и вообще почти для всех мыслите лей, которые либо прямо отстаивают волюнтаризм, либо так или иначе склоняются к нему.
При всей сумбурности и противоречивости взглядов Фридриха Ницше ( 1844 - 1900) на историю в них отчетливо пробивается струя волюнтаризма. Критикуя взгляд, согласно которому в центре внимания историка должны быть массы и законы их дви жения, Ф. Ницше в работе O пользе и вреде истории для жизни (1874; мн. русск. переводов) писал: Maccы представляются мне достойными внимания только в трех отношениях: прежде всего , как плохие копии великих людей, изготовленные на пло хой бумаге со стертых негативов, затем, как противодействие великим людям и , нако нец, как орудия великих людей; в остальном же побери их черт и статистика! .25З
Эклектическая смесь волюнтаризма и провиденциализма обнаруживается в тру де итальянского философа, историка и публициста Бенедетто Кроче (1866 - 1952)Теория и история историографии (1915; русск. перевод: М . , 1998).
И з мыслителей Х Х в . к волюнтаристическому пониманию истории склонялся Хосе Ортега-и-Гассет (1883 - 1955). B хорошо организованном обществе, - писал оп в работе Восстание Macc (1930), - масса не действует сама по себе. Такова ее роль. Она существует для того, чтобы ее вели, наставляли и представительствовали за
ш Михайловскии н.к. Граф Бисмарк / / Соч.. т 6 СП6., 1897. С. 101-102.
l53 Ницше Ф. О пользе и вреде истории для жизни / / Соч. в 2-х т. Т. 1. М., 1990. С. 219.