Глава 1. Введение

29

тернам, специфичным для семейной группы. Наконец, этот подход выходит за рамки картезианских дуализмов, чье долгожительство скорее препятствовало, чем способ­ствовало научному прогрессу. Поскольку в контуре систем­ных отношений каждый элемент взаимодействует со всей системой, то любая дихотомия — будь то тело и разум, сознательное и бессознательное — теряет там свой смысл.

Глава 2. Методика работы

Научно-исследовательский институт семьи, созданный Марой Сельвини Палаццоли, начал свою деятельность в Милане (Италия) в мае 1967 года.

В начале работы мы столкнусь с множеством препят­ствий. В условиях культурно неподготовленного и часто враждебного окружения было сложно найти семьи, кото­рые желали бы пройти курс лечения. Сама команда состо­яла всего из двух терапевтов, которые хотя и являлись экспертами в индивидуальной и групповой психотерапии, не имели совершенно никакого опыта в работе с семьей.

По ряду причин, связанных со статусом государствен­ной психиатрии в Италии, было решено создать центр, совершенно независимый от системы государственных лечебных учреждений. В противном случае многие обстоя­тельства могли бы оказать давление на команду и поме­шать ее работе: график публикации результатов, навязыва­ние команде новых членов, использование исследования в политических целях или в целях пропаганды.

Этот выбор в пользу автономии имеет не только прин­ципиальные преимущества, но и определенные недостатки, которые не следует игнорировать: сложно находить специ­фические случаи, не хватает средств для покрытия всех затрат. Последняя проблема была решена следующим обра­зом: мы работали неполный рабочий день с ограниченным количеством семей, которые оплачивали сеансы в соответ­ствии со своими финансовыми возможностями. Институт был официально зарегистрирован как некоммерческая организация, и мы использовали плату, получаемую от се­мей, для покрытия расходов на содержание Института. Члены команды не получали никакого вознаграждения за свою работу.

Начиная с 1972 года количество семей, обращающихся за помощью в Институт, постоянно возрастало, пока не пре­высило возможностей Института. Это позволило нам отби-

Глава 2. Методика работы

31

рать интересные случаи и сосредоточить внимание на опре­деленных типах заболеваний. В частности, бьшо проведено исследование по нервной анорексии, о результатах кото­рого сообщается в четвертой части английского издания книги «Добровольное голодание: от интрапсихического к транс­персональному подходу к нервной анорексии» (1974).

Так как семьи, получающие психотерапевтическую помощь, должны платить за нее в соответствии со своими финансовыми возможностями1, можно сделать вывод, что их мотивы сравнимы с мотивами пациентов, идущих на индивидуальную терапию. Действительно, внесение платы предполагает наличие у клиента определенной мо­тивации и обеспечивает его независимость в терапевтичес­кой ситуации. Наличие платы составляет важное отличие нашей работы от той, которая выполняется в условиях обычной больницы. Наша команда, численность которой возрастала в течение 1970 и 1971 годов, короткое время насчитывала восемь человек, прошла через самые разные испытания и злоключения, которые, в конце концов, при­вели ее к разделению и реорганизации. Нынешний кол­лектив исследователей сформировался в конце 1971 года. Он состоит из четырех человек, авторов этой книги (двух мужчин и двух женщин), все четверо — психиатры. Это ком­бинация позволяет двум психотерапевтам разного пола вести прием, в то время как другая пара находится в ком­нате наблюдения и образует постоянный «тыл».

Использование гетеросексуальной терапевтической пары составляет еще один важный аспект работы Инсти­тута: благодаря этому создается более «физиологичный» баланс между двумя парами терапевтов, а также между ними и семьей. Кроме того, различия во взаимодействии семьи с одним и другим терапевтом на начальной фазе терапии могут помочь исследователям в понимании пра­вил семейной игры.

В Институте мы принимали семьи, принадлежащие ко всем социально-экономическим слоям. Как увидит читатель, уро­вень образования, коэффициент интеллекта, культурный уровень и т. д. не являются критериями пригодности для нашего типа психотерапии.

32

Часть первая

Так, если мы имеем дело с семьей, в которой тради­ционно доминируют женщины, то все или некоторые члены семьи незамедлительно обнаружат тенденцию обра­щаться к терапевту-женщине, явно игнорируя ее партнера. Еще одно преимущество работы в паре с участием двух терапевтов разного пола состоит в том, что она помогает противостоять влиянию культурных стереотипов, связан­ных с полом, стереотипов, которые терапевты неизбежно разделяют. При обсуждении семейных сеансов мы часто выявляли у членов одной пары терапевтов диаметрально противоположные впечатления о семейной паре, а также отмечали их склонность моралистически оценивать сло­жившиеся в семье отношения:

— Как он мог жениться на такой женщине!

— О чем ты говоришь? Это он ее провоцирует. Неужели ты не заметил? Он даже со мной то же самое делал!

Осознание этого феномена помогло нам принять си­стемную модель, невзирая на глубоко укоренившуюся тенденцию к произвольной пунктуации и причинно-след­ственным интерпретациям.

Гетеросексуальные терапевтические пары не были постоянны, их состав мог меняться с каждой новой семьей; единственное требование состояло в том, чтобы каждый член команды работал равное количество часов как тера­певт и как наблюдатель. Благодаря этому мы смогли уви­деть, как особенности личности каждого терапевта прояв­ляются в реципрокных отношениях между терапевтами и в стиле работы, формируемом каждой парой. И это по­зволило нам понять, что успех терапии зависит скорее не от харизм того или иного терапевта, а от применяемого метода. Правда в том, что если метод верен, никакая харизма не нужна.

Таков избранный нами стиль работы, который полнос­тью доказал свою эффективность. Разумеется, мы не счи­таем его единственно возможным. Конечно, терапевт, обладающий достаточным опытом, способен работать с семьей один. Однако мы считаем, что он все равно не сможет обойтись без живых супервизий.