§ 26. Политическая история ханства (первая половина XVI века)

Еще более запутанным, сложным было политическое положе­ние Казанского ханства в XVI веке. Правящей элите не удалось остановить внутренние распри и междоусобицы, которые неиз бежно приводили к ослаблению власти, к нестабильности. Не ис чезли и даже усилились внешние угрозы.

В первой половине XVI века Казанское ханство страдало о". давления и вмешательства не только Москвы, но и Крыма, во главе которого стоял могущественный хан Менгли-Гирей (1468— 1515). Каждое из этих сильных государств стремилось устано­вить свое господство над Казанью.

106

В 1502 году по распоряжению Ивана III хан Абдул-Латиф был арестован, увезен в Москву и сослан на Белоозеро. На казанский престол вновь был посажен Мухаммед-Эмин, бывший до этого правителем Каширы и Серпухова.

Став казанским ханом второй раз (1502— 1518), Мухаммед-Эмин изменил свою политичес­кую ориентацию, взяв курс на проведение более независимой политики. При этом он до поры до времени действовал тайно, исподволь готовясь к военному отпору домогательствам Москвы.

Планам Мухаммед-Эмина способствовали из­менения в высшей власти Русского государства: в октябре 1505 года умер Иван III; сменивший его на престоле сын Василий III не обладал ни талан­том, ни опытом своего отца.

Тем не менее молодой московский правитель, видя, что казанцы все более выходят из-под влас­ти Москвы, весной 1506 года послал против Каза­ни большую армию, состоявшую, по сведениям некоторых русских источников, из 100 тысяч че­ловек. Часть этой армии прибыла под Казань по реке на судах.

25 июня казанское войско под руководством Мухаммед-Эмина наголову разбило эту армию. Как писал К. Маркс в своих конспектах по исто­рии России про это сражение, «московитов... так разбили под Казанью, что спаслись только 7000».

Василий III вынужден был составить с Му-хаммед-Эмином договор — «мир по старине и дружбу». Как отмечал чуть позднее С. Герберш-тейн, «казанцы отложились от государя московс­кого».

В дальнейшем правление Мухаммед-Эмина протекало относительно спокойно. Положение ханства было стабильным. Иностранных наблюда­телей поражали богатство и роскошь ханского двора. Автор «Казанской истории», например, рассказывал об этом периоде: «Подела себе царь венцы драгие, и сосуды и блюда серебряныя и златыя, и царский наряд драгий устрой». Отме­тим также, что Мухаммед-Эмин занимался поэзи­ей — был известнейшим поэтом Казани.

Однако после преждевременной смерти Мухам­мед-Эмина в 1518 году ( в возрасте 48 лет) поли­тическая обстановка в Казани вновь обострилась. Законных наследников престола по мужской ли­нии не оказалось. Дочь Ибрагима Гаухаршад, по обычаям того времени, не подходила на эту роль.

Казанский воин

Ярлык хана

Сахиб-Гирея.

XVI век

107

Как бывало нередко в истории, династическим кризисом поспе­шили воспользоваться внешние заинтересованные силы — Крым и Москва.

Из Крыма поступило предложение посадить на казанский престол младшего сына Нурсултан (вспомним, она была вдовой хана Ибрагима, после кончины которого стала женой крымского хана) от Менгли-Гирея, Сахиб-Гирея.

Василий III хотел видеть на казанском троне своего ставлен­ника. Его выбор пал на старшего сына касимовского хана Шейх-Аулияра Шах-Али, получившего воспитание в Москве. В Казани верх взяла промосковская партия.

Еще перед отъездом в Казань Шах-Али в Москве дал присягу на верность России и сел на казанский престол в 1519 году 13-летним юношей.

Шах-Али был трижды посажен Москвой на казанский трон и фактически трижды выгнан оттуда. Из-за его откровенно про-московской позиции и весьма непривлекательных личных ка­честв он не пользовался поддержкой не только простого народа, но и значительной части казанской знати. Назначением Шах-Али был недоволен также крымский хан Мухаммед-Гирей, со­стоявший в союзе с Москвой.

И вот весной 1521 года в сопровождении всего 300 воинов из Крыма в Казань прибыл Сахиб-Гирей. Он беспрепятственно во­шел в город. Были арестованы русский посол и воевода, конфис­ковано имущество всех русских и касимовских купцов, перебита почти вся личная гвардия Шах-Али. Последний чудом спасся и убежал в Москву.

Казань и Крым совместно начали войну против Москвы. Ка­занцы взяли Нижний Новгород, а затем вместе с крымской ар­мией подошли к стенам Московского Кремля. Василий III сбе­жал в Волоколамск, оставив оборону Москвы своему шурину Петру Ибрагимовичу — Худай-Кулу. Русское правительство зап­росило мира, и великий князь, вернувшись в Москву, вынужден был подписать унизительный для него договор с признанием за­висимости от крымского хана, согласившись платить ему дань. Казанские татары вернулись с большой добычей и получили пол­ную независимость от Москвы.

Однако победа вскружила головы кое-кому из казанской правящей верхушки. Вернувшись в Казань, они устроили по­гром русских купцов, приказали убить посла Москвы. Эти бес­чинства, грубо нарушавшие завет предков «ilcega ylem juk» («не убивайте послов»), вызвали крайне резкую реакцию Моск­вы. Василий III начал готовиться к войне с Казанью. В север­ной части ханства была построена военная крепость Василь-го-род (Васильсурск), призванная служить форпостом в наступле­нии на Казань.

Положение Казани осложнилось тем, что в Крыму скончался Мухаммед-Гирей, брат и союзник Сахиб-Гирея. Новый хан начал переговоры с Москвой, настаивая, чтобы она заключила мир с

108

Казанью. Василий III ответил катего­рическим отказом.

В этой сложной ситуации Сахиб-Ги­рей вызвал в Казань из Крыма своего племянника Сафа-Гирея, а сам отпра­вился в Турцию просить у султана по­мощи в споре с Сиадет-Гиреем за крым­ский трон.

Семейный портрет

(царица Сююмбике). Гравюра

с утраченного оригинала