2.4. Развитие рынка социологических услуг

Продолжая характеризовать особенности российской социологии в перестроечный и постперестроечный период, отметим такую из них как появление и развитие рынка социологических услуг. В 90-е годы возникли сотни (а, возможно, и больше – статистики на этот счет нет) коммерческих социологических фирм, деятельность которых связана с изучением спроса и предложения (исследования маркетингового характера), управленческим консультированием (исследования и практическая работа по заказу менеджеров), организацией предвыборных кампаний (исследования на стыке социологии и политологии по заказу администраций, политических деятелей, крупного бизнеса).

Сегодня на рынке социологических услуг реализуют себя тысячи социологов. Многие выпускники социологических факультетов стремятся получить работу в таких коммерческих структурах, готовясь к ней еще на студенческой скамье: участвуют в исследованиях как лаборанты, анкетеры, интервьюеры, наблюдатели и т.д. При этом вряд ли было бы правильным полагать, что этот рынок окончательно сформировался. Рынок социологических услуг, с одной стороны, является составной частью рыночной экономики. С другой стороны, он становится необходимым и неотъемлемым компонентом системы политической демократии.

Можно утверждать, что в рыночной социологической деятельности формируется новый стиль – предпринимательский. Основное значение зачастую приобретает не столько содержание и характер исследований, сколько их результат. Главным вопросом становится соответствие полученного результата ожиданиям (а иногда и требованиям) заказчика, финансирующего исследование, поскольку именно от этого соответствия зависит вознаграждение труда социологов. Наряду с новым, предпринимательским стилем сохраняется и традиционный, академический стиль социологической деятельности, также нацеленный на получение результата, но такого, который имеет значение прежде всего для развития научных исследований и соответствует высоким требованиям, к ним предъявляемым.

2.5. Развитие социологии в российских регионах

Важной особенностью развития отечественной социологии в период с конца 80-х гг. до наших дней является активизация усилий ее представителей не только в центральных городах (Москва, Санкт-Петербург), но и в региональных центрах, особенно тех, где в 90-е гг. начало развиваться профессиональное социологическое образование. Последнее десятилетие ХХ в. наверняка войдет в историю нашей страны как время повышенного внимания к проблемам регионов, их социально-экономической и политической модернизации. Этому способствовали центробежные процессы, характерные для российского общества названного периода.

Социология не осталась в стороне от них. Ее также затронули центробежные тенденции. Так, вместо нескольких крупных отделений, работавших в составе Советской социологической ассоциации (Центральное, Северо-Западное, Поволжское, Северо-Кавказское, Уральское, Сибирское, Дальневосточное), в структуре ее правоеемника - Российского общества социологов – оказалось первоначально 47 региональных отделений (затем еще больше). В самом этом факте ничего страшного нет, если только он не ведет к определенному социологическому изоляционизму и снижению уровня научных исследований. Именно в последнем обстоятельстве заключена опасность разрыва налаженных исследовательских связей в научном сообществе. Поэтому один из основных уроков, который важно извлечь социологам в регионах, состоит в том, чтобы "не разбредаться" по региональным (национальным, областным, городским) социологическим "квартирам", а стремиться к консолидации, к объединению творческих и организационных усилий.

Говоря о развитии социологии в регионах, отметим три основные группы факторов, влияющих на этот процесс. Первая из них связана с социально-экономическими и политическими процессами в регионах, вторая – с отношением к социологии как науке, проведению социологических исследований и позицией региональных властей в этом вопросе, третья – с процессами в самой социологической науке. Сегодня силу влияния этих факторов на развитие социологии в регионах можно ранжировать в том убывающем порядке, в каком они указаны выше.

Более всего на состоянии социологических исследований и их проблематике сказывается конкретная ситуация в регионе, "узел" вопросов, беспокоящих население и властные структуры. На втором месте – позиция этих структур, их отношение к социологии – негативное, равнодушное или поддерживающее. Последнее характеризуется не только моральной поддержкой, но и системой заказов на проведение исследований, привлечением социологов к принятию управленческих решений.

Совершенно очевидно и не требует особых доказательств влияние социальных процессов в регионе – экономических, социальных и политических – на содержание и характер социологических исследований. Когда в регионе бастуют шахтеры, учителя, когда не выдают месяцами, а то и годами пенсию и зарплату, когда люди забывают, что такое "живые" деньги и не могут купить детям тетради и одежду, тогда возникают сами собой проблемы напряженности и возможного социального взрыва. В этих ситуациях социологи пытаются определить "запас прочности", существующий у региональных властей. А что же сами власти? Как они относятся к таким исследованиям, в целом к развитию социологии в регионе? Чаще всего там господствует равнодушие, о социологах вспоминают в периоды предвыборных кампаний и, как правило, стремятся иметь дело с "ангажированными" специалистами.

Рассматривая в целом положение социологии в регионах, употребим для его характеристики, пусть и весьма спорное и дискуссионное, понятие социологического провинциализма. В 1997 г. известный отечественный социолог Л.Н.Коган утверждал: "Новая общественно-политическая ситуация в 90-е годы привела к серьезным изменениям в отношениях регионов и центра, но только не к ожидавшемуся росту духовного потенциала провинции"¹. Этот тезис можно использовать и для характеристики дел в социологии, имея в виду снижение (относительно центра) социологического потенциала провинции (кстати сказать, одного из элементов духовной жизни региона). Социологический провинциализм является прямым следствием снижения духовного потенциала регионов. Однако здесь необходимы пояснения, показывающие противоречивость и неоднозначность этого процесса.

С одной стороны, существует целый ряд достижений социологической науки и практики в регионах. Среди них: возросшие возможности профессионального социологического образования; появление большого количества центров, объединений, агентств и т.д., проводящих социологические исследования; усиление международных контактов, поездки за границу, использование сети "Интернет"; новые возможности публикации работ в области социологии; увеличение числа диссертационных советов и др.

С другой стороны, возник разрыв между центром и регионами в области использования возможностей развития социологической науки: в центре существуют значительно большие финансовые средства для этого; штаб-квартиры международных и отечественных фондов, спонсирующих социологические исследования, проведение конференций, семинаров и школ, выделение грантов под проекты и поездки за границу, расположены в основном в Москве с вытекающими отсюда последствиями отлаженной системы лоббирования и получения средств и грантов преимущественно столичным участникам конкурса; наиболее крупные издательства, публикующие книги, переводы, учебники, также в основном используют интеллектуальный потенциал и силы авторов из столичных городов.

Все это ведет к усилению социологического провинциализма. Нельзя забывать и о такой его причине, как частое ощущение в регионах самодостаточности того, что делается, удовлетворенность собственным творчеством независимо от того, знакомо с ним социологическое сообщество или нет. Настоящий социологический провинциализм есть незнание научной общественностью региона того, что делают другие исследователи в стране, в мире, исследуя аналогичные проблемы.

Он особенно проявляется в качестве исследований, применяющихся технологиях и публикуемых материалах. Столичные журналы (кроме "Социса") редко публикуют материалы из регионов, поскольку те далеко не всегда отвечают возросшим требованиям, связанным с умением авторов содержательно проблематизировать данные исследований, "преподнести" их на современным уровне с учетом достижений мировой социологии, использованием работ ее представителей и 90-х гг., и более ранних периодов, изложить результаты анализа так, как этого требует дух современной социологии.

Строго говоря, понятие социологического провинциализма может быть применено не только к характеристике взаимоотношений "центр-периферия" в одной стране. Социологической провинцией может быть и страна в целом, если работы ее социологов плохо известны в мире, если они не публикуются на иностранных языках, если исследователи не принимают участия в жизни мирового социологического сообщества, не входят в руководящие органы и структуры Международной социологической ассоциации, не читают лекций в зарубежных университетах, не ведут совместных проектов, не обучают своих студентов за рубежом, а иностранных студентов – в своей стране.

Следовательно, понятие социологического провинциализма имеет не только (а в ряде случаев и не столько) географический, но и содержательный характер. Оно означает концептуальное и технологическое отставание социологии и социологов (научных коллективов) от передовых достижений науки. Явление социологического провинциализма определяется иным, более низким уровнем ее развития.

Социология – не математика, физика или биология, передовые рубежи развития которых имеют более четкие и строгие очертания, нежели у социогуманитарных наук. Но и у последних, включая социологию, есть критерии достижений: актуализация современных методов исследования (связанных в том числе с применением компьютерных технологий), появление новых концепций как способов интерпретации имеющихся и возникающих социальных процессов и явлений, использование этих концепций в социологическом сообществе как факт научного признания их ценности и полезности, эффект критического анализа исследований со стороны коллег по сообществу, публичность и общедоступность материалов этих исследований, достигаемая и благодаря СМИ. Стремление соответствовать названным критериям и есть преодоление социологического провинциализма в регионах России, путь развития в них современной социологии.

Если явление социологического провинциализма в России существует, и мы признаем его как социальный факт, то возникает вопрос: что делать для его преодоления, как конкретизировать сформулированное требование соответствовать названным выше критериям? Самый банальный, но в то же время, вероятно, самый верный и простой ответ: работать, догонять, не отставать, стараться опережать, стремиться к участию в конкурсах проектов и получению грантов, к публикациям не только в местной, но и в центральной и зарубежной печати. Видимо, наиболее перспективный путь – формировать новое поколение социологов на иных базовых принципах, на новой литературе (в том числе и зарубежной, что требует владения иностранными языками), на новых исследовательских методиках и технологиях, на знании зарубежного опыта.