Основные идеи сикхизма

Бросая вызов многобожию индуизма, Нанак говорил о том, что су­ществует только один Бог, и поэтому важнейшее определение Бога — Эк (Один, Единый, Единственный). Первая мантра («Мул Ман-

332

тра» — основная, главная мантра), которой открывается священная кни­га сикхов Ади Грантх, говорит: «Бог Един и вечен. Он имманентно при­сутствует всюду и одновременно является Творцом всего сущего. Он имманентен в своем создании. Он лишен страха и враждебности. Он существует вне времени. Он вне смерти и рождения. Он познается ми­лостью гуру».

Бог у Нанака не персонифицирован, он — «ниргун», то есть у него нет качеств, но в то же время он существует везде и повсюду, проявля­ясь через бесконечное множество живых форм, а также через свои дея­ния, приобретая тем самым характеристику «сагун» — «обладающий качествами». При этом он никогда не приобретает антропоморфный об­лик и всегда остается невидимым, а потому, соответственно, невозмож­но поклоняться его изображению и бессмысленно воздвигать в его честь храмы.

Единственный вбирает в себя все божества, как индусские, так и мусульманские. Он олицетворяет собой единство трех главных богов индусского пантеона — Брахмы, Вишну и Шивы (Создателя, Хранителя и Разрушителя). И неважно, какое имя избрать при обращении к Богу, говорил Нанак, поскольку у него нет собственного имени, и в то же время у него бесконечное множество имен. Он обращался к Богу, испо­льзуя и индусские, и мусульманские понятия и имена — Хари, Рам, Па-рамешвар, Гопал, а также — Сахиб (Господин), Аллах и т. д.; все они сливаются в едином Божестве. Но чаще в гимнах Нанака звучали не имена собственные, а многочисленные эпитеты, отражающие божест­венную сущность: акал (существующий вне времени; этот эпитет встре­чается наиболее часто), абинаси (вечный), анади (не имеющий начала), аджуни (не рожденный), амар (бессмертный), аруп (не имещий формы), анант (бесконечный), апар (бескрайний).

Путь спасения у сикхов — это любовь к Богу, познание его и слия­ние с ним, достижение такого состояния, когда божественная и собст­венная сущность становятся единым целым. С одной стороны, пости­жение Божества невозможно никоим образом: он — агочар (вне воз­можностей интеллекта), абол, аках, алекх (не постижимый ни с помо­щью написанного слова, ни с помощью произнесенного). Но в то же время слияние с ним возможно и доступно для каждого человека, при­чем вне зависимости от его происхождения, религии («Нет индусов и нет мусульман»), касты, общественного положения. Не нужен ни уход от мирских дел, ни отшельничество, ни аскетизм; наоборот, человек должен вести полную добродетели трудовую жизнь, соответствующую дхарме домохозяина, и непрестанно размышлять о Боге. «Человек дол­жен трудиться и делиться плодами своего труда с другими людь-

ззз

ми»,— учил Нанак. Кроме этого, необходимо стремиться к избавлению от пороков, которых насчитывается пять: гнев (кродх), гордыня (хан-кар), алчность (лобх), страсть (кам), и привязанность к земным благам (мох).

Последователям Нанака импонировали провозглашаемые гуру идеи о равенстве всех людей перед Богом, отрицание каст и кастовой систе­мы. Для познания Божества не нужны были никакие посредники — ни брахманы, ни муллы с их толкованием священных книг, церемониалом и обрядами. Именно поэтому новое учение сразу же снискало большое число сторонников, главным образом из числа городских торговцев и ремесленников, а также крестьян.

При Нанаке была введена особая форма богослужения — сангат, что означало совместное присутствие сикхов (вне зависимости от касты) на проповеди гуру и коллективное исполнение ими гимнов. Несколько поз­же, при третьем гуру Амар Дасе (1552—1574), появилась практика про­ведения совместных трапез в «гуру ди лангар» — «трапезных гуру», ключевым моментом которых была передача присутствующими из рук в руки железной чаши и испитие из нее воды. Это символизировало пол­ный отказ от норм индусского кастового общества, в соответствии с ко­торыми вода считалась наиболее легко оскверняемым объектом.

После смерти Нанака проповедь его учения продолжили еще девять гуру. По традиции они рассматриваются сикхами как десять воплоще­ний одного гуру, проповедовавшего единое учение, подобно свечам, за­горающимся одна от другой, или пламени одного факела, зажигающего остальные. При первых пяти гуру этот титул был ненаследственным и переходил к наиболее достойному члену общины.