Тэнноизм

Первое появление термина тэнно (Небесный Государь) относится к VIII в., когда он появился в посланиях японских правителей в Корею и Китай.

Этапом развития синто стало возникновение концепции «Исэ син­то», главной целью которой было укрепление культа императора. Одной из причин появления этой концепции явилось усиление авторитета и влияния святилищ, особенно Исэ дзингу, в период и после монголь-

440

ского нашествия (1261—1281 гг.). Тогда небывало возрос культ «оби­тавшей» в Исэ «прародительницы» императорского дома Аматэрасу, оказавшей помощь своим потомкам: божественный ветер «камикадзе», дважды разметав флот нападающих, отвратил угрозу. Развитие «Исэ синто» во второй половине XVI в. привело к возникновению нового ку­льта, допускающего обожествление какого-то лица при жизни, при этом основанием была не принадлежность к императорскому роду, а круп­ные политические и общественные деяния. Такими фигурами были объединители страны — Ода Нобунага, Тоётоми Хидэёси, Токугава Иэясу. Ода Нобунага в начале 80-х годов XVI в. потребовал от поддан­ных поклонения себе как живому богу на всей завоеванной им террито­рии острова Хонсю. Хидэёси был удостоен императором возведения в сан синтоистского божества, и в его честь было построено святилище. Он стремился к включению себя и в буддийский пантеон в качестве бодхисаттвы Хатимана. Токугава Иэясу был обожествлен посмертно; император пожаловал ему посмертное имя Тосё дай гонгэн — «Великое воплощение солнечного сияния Востока».

Несмотря на значительное количество синтоистских святилищ и буддийских храмов, единого духовного центра, характерного для мно­гих стран Востока, в Японии не сформировалось. Наследники Токугава Иэясу попытались осуществить идею создания такого единого общена­ционального религиозного центра. Таким центром могла стать древняя императорская столица Киото — традиционная резиденция император­ской «божественной» династии на территории японского архипелага. Однако сёгунат не был заинтересован в усилении позиций института императора.

Не соответствовало планам сёгунских властей и использование в этих целях наиболее известных, сложившихся как крупные центры па­ломничества, городов, таких, например, как Нагоя, где было множество разнообразных храмовых сооружений. В то же время было ясно, что, хотя каждый вступающий во власть сёгун и получал «благословение» от императора, все же сёгунат как система правления не мог рассчиты­вать на сакрализацию своего режима, поскольку уже императорская власть этого не допустила.

В этих условиях потомки первого сегуна Токугавской династии предприняли попытку превратить построенное в 1617 г. в честь Токуга­ва Иэясу святилище Тосёгу в Никко (северо-восточнее столицы Эдо) в центр общенационального религиозного поклонения. Деревянная ста­туя Токугава представляла собой синтай святилища. После смерти вну­ка Иэясу, сегуна Иэмицу, мемориальный комплекс в Никко был расши­рен и стал насчитывать более пятидесяти синтоитских святилищ и буд­дистских храмов.

441

Сёгунат прилагал усилия к тому, чтобы повысить значение Тосёгу, умело используя религиозный авторитет императора. В 1645 г. решени­ем императора святилище получило высший статус «мия», который со­ответствовал Исэ дзингу.

По указу сёгуната в каждой из провинций создавались свои копии святилища Тосёгу в Никко. К середине XIX века их общее количество достигло двухсот.

И, тем не менее, формирования нового, созданного сегунами Току-гава культа, так же, как и создания единого религиозного центра в мас­штабах страны, не произошло. Старые синтоистские ками, тесно свя­занные с нуждами земледельческой общины и повседневной жизнью и деятельностью горожанина, оказались ближе японцу и сильнее культа военного диктатора, ставшего «Великим воплощением солнечного сия­ния Востока».

В период правления Токугавской династии (1603—1867) различные течения конфуцианства обогащали синто этическими идеями, создавая широкую основу для активизации синто-конфуцианского синкретизма. Идеи защиты императора, реставрации императорской власти стали идеологической основой оппозиционного движения за свержение сис­темы сёгуната.

В марте 1868 г. был опубликован указ о восстановлении единства системы религиозного ритуала и управления государственными делами (единства религии и политики). Культ императора — тэнноизм — стал центром государственного синто, фактически заменившего множество богов одним «живым богом».

Теоретически обоснованием тэнноизма стал сложный комплекс по­нятий, составляющих кокутай (в приблизительном переводе «национа­льная сущность», в дословном — «тело государства»). Компоненты ко­кутай— это идеи о божественном происхождении японцев и их госу­дарства, о непрерывности в веках императорской династии, о национа­льной самобытности воплощающейся в особом характере японца с его моральными добродетелями, верноподданностью и сыновней почтите­льностью. Идеологи тэнноизма, используя традиционную концепцию «гармоничного государства», содействовали укреплению националисти­ческих тенденций, а в конечном счете — в готовящихся войнах — освя­щению милитаризма (пропагандой «божественной миссии», «хакко ити У» — «весь мир под одной крышей»).

В целом комплекс государственного синто включал: династийный синто, являвшийся достоянием императорской семьи; тэнно­изм— культ императора; храмовый комплекс, в котором осуществля­лось почитание как общеяпонских, так и локальных богов, домашний алтарь с камидана — миниатюрным аналогом храмового жертвенника.

442

Еще в период токугавского правления в синтоизме возникли религи­озные течения. В 1882 г. был издан закон, разделяющий синто на две сферы — храмовый синтоизм, или государственный, и неофициальный синто. В первую вошли большинство синтоистских храмов страны, во вторую — различные синтоистские течения. С 1882 г. только святилища храмового синто могли называться дзиндзя, что указывало на их госу­дарственную институализацию. Здания других течений синто не могли называться дзиндзя, а имели название кёкай (церковь, церковное зда­ние).

В 30-х годах XX века возникли три крупных оппозиционных госу­дарственному синто движения — Омото сё, Хито но мити, Хоммити.

После поражения Японии во Второй мировой войне началось осу­ществление курса демократизации страны. Применялись меры по иско­ренению милитаризма и тэнноизма. В 1946 г. в новогоднем обращении к народу, император Хирохито отрекся от божественного происхожде­ния. Были проведены прогрессивные реформы в системе образования, отменено «моральное воспитание» в школах, отправление культа импе­ратора. Конституция 1947 г. изменила статус императора, теперь он объ­являлся «символом государства и единства нации».

Однако идея восстановления системы тэнноизма сохранилась. Основным направлением политики возрождения тэнноизма становятся попытки восстановить синтоизм в статусе государственной религии. В 1946 г. была создана Ассоциация синтоистских святилищ, которая по­зволила сохранить единую централизованную систему управления свя­тилищами и добиться передачи в их собственность обширных земель­ных участков, которые ранее, как правило, принадлежали государству.

Уже в 1952 г. обрядность императорского двора приобрела характер официальных государственных церемоний. Не менее важным этапом укрепления идеи государственного синто стало возрождение оба-раи — обряда великого очищения всей японской нации. Символическое участие в обряде высшего религиозного лица государства подчеркивало единство национальной религии и императорской власти. В 1966 г. вос­становлен отмененный конституцией 1947 г. праздник кигэнсэцу—день основания государства.

В 1969 г. на основе Ассоциации синтоистских святилищ была созда­на Синтоистская политическая лига — организация, которая впервые после ликвидации государственного синто в послевоенный период от­крыто ставила политическую задачу участия в управлении государст­вом.

В январе 1989 г. скончался император Хирохито. Система синто определяла весь разнообразный комплекс церемоний в ритуале престо­лонаследия. Вручение «божественных регалий», государственной и им-

443

ператорской печати, первый прием императором высокопоставленных должностных лиц по решению правительства были проведены не толь­ко как религиозные церемонии, но и как государственный акт.