§4. Пр для шоу-бизнеса

Начнем со слов Аллы Пугачевой, сказанных ею в период гастролей в Ростове-на-Дону: "Я скандалов не придумываю и не ищу. Скандалы сами находят меня"1. Почему же скандалы так легко находят певицу? Потому что это наиболее верный путь преодоления барьеров невнимания массового сознания. В этом плане может прогнозироваться та или иная информа­ция, которая несомненно попадет на страницы печати и от­туда в массовое сознание. Начиная, например, с самолета пе­вицы — ТУ-134 с именем "Алла" на борту или "Линкольна" примы. Следующий уровень визуального образа певицы — костюмы: что и отразил корреспондент: "Музыканты и де­вушки из бек-вокала вышли на сцену все в черном. В черном появилась и Алла: в мини и газовой накидке. Еще во время репетиции любопытные фотографы, увидев висящий на сце­не пиджак, приподняли полу. На лейбле значилось: "Вален­тин Юдашкин". В этом костюме и выступала Алла. Народ ожидал от нее демонстрации экстравагантных нарядов — ну чтобы было о чем поговорить. И трагически ошибся. Единст­венное, чем порадовала Алла Борисовна, — несколько раз сменила головные уборы и накинула белое манто".

Все образы поп-звезд созданы имиджмейкерами. Им ис­правляют внешние физические данные (зубы, прическа, осанка). Учат владеть литературным языком, петь, ездить верхом. Задают необходимый тип машины, домашнего жи­вотного, друга-подруги. В принципе, за любым громким именем стоит конкретный имиджмейкер. Мауриц Штиллер сделал Грету Гарбо из стокгольмской продавщицы, Йозеф фон Штернберг создал Марлен Дитрих, Наташа Рамбова — Рудольфе Валентино. Звездам пишутся новые биографии, издаются журналы для их поклонников, распускаются нуж­ные для них слухи.

Продюсеры звезд в своих интервью не задают границ сво­их возможностей. Так, Айзеншпис, работавший с Цоем и работающий сегодня с Владом Сташевским, говорит, что се­годня уже миллиона долларов не хватает на раскрутку даже хорошего товара. Он следующим образом описывает свою "ставку" на Сташевского2: "Один раз я имел глупость ска-

зать: дайте мне глухого, горбатого, слепого, я из него сделаю звезд/. Я имел в В1щу, что владею профессиональными сек­ретами производства звезд. Мне всегда хотелось доказать всем, какова роль продюсера, и поэтому я задумал безымян­ный проект, чтобы пройти весь путь от подошвы музыкаль­ного Олимпа до вершины — взять новичка. Он должен был соответствовать неким незримым параметрам. Я искал. По­ка на одной из ночных дискотек не встретился с Владом Сташевским. Он почему-то сидел за кулисами с друзьями и поигрывал на пианино песенки из репертуара Александра Розенбаума и Михаила Шуфутинского. И я подумал, а что, если из этого никому не известного парня сделать звезду?"

Создание звезды требует определенной работы и от самой звезды. Княгиня Голицына, первая леди Кристиана Диора, вспоминает: "Диор придумал для своих начинающих моде­лей так называемые правила шести "П", в которые нужно было полностью вписаться (на "П" все эти слова начинают­ся, естественно, в английском написании): осанка, характер, красота, пунктуальность, вежливость и настойчивость. Ины­ми словами, он требовал, чтобы его манекенщица была лич­ностью, а не подушкой для булавок портного"3.

Барри Алибасов в своем споре с налоговой инспекцией (передача "Суд идет", НТВ, 1998, 9 мая) подчеркивал, что в имидж актера входит внешность, голосовые данные, что по­нятно, но также и шикарная машина, и дорогие костюмы. Последние, по его мнению, должны подпадать под произ­водственные расходы звезды. "Суд" не внял его просьбе, но имиджелогия должна это сделать; поскольку, действитель­но, упомянутые им компоненты становятся предметом об­суждения у публики.

Звезда — это человек, о котором говорят. Отсюда следует фундаментальное отличие звезды от политика, хотя часто по­литики также стремятся пойти этим путем. Большой массив информации о звезде часто должен распространяться устно. Звезды как бы возвращают нас к старому фольклорному ва­рианту взаимоотношений зрителя и актера, когда они пыта­ются максимально сблизиться, а не разделиться, как это про­исходит в классическом искусстве. Трудно представить себе выход на сцену публики с танцами и песнями во время ис­полнения классической симфонии. Хотя это вполне возмож-

но в случае эстрады. Она стимулирует эти каналы, чтобы за­хватить как можно большее число лиц. Она моделирует от­крытость, приближенность к аудитории на всех уровнях.

Отсюда — модели символического поведения, которые избирают актеры. Все определяется ответом на вопрос, яв­ляется ли данное событие зрелищно интересным, подлежит ли оно пересказу, удивляет ли оно. Характерный пример — женитьба Аллы Пугачевой и Филиппа Киркорова, она при­влекает внимание к обоим персонажам. Все сразу начинают высчитывать разницу в возрасте и т.д. Поп-певец избирает образ, который максимально привлечет к нему внимание публики. Так, Влад Сташевский сменил свое амплуа роман­тического любовника на амплуа Дон-Жуана, ибо романти­ческому любовнику мы только сочувствуем, а образ Дон-Жуана влечет всех, словно бабочек на огонек. Александр Малинин был панком, затем переключился на исполнение того, что мы условно называем '"белогвардейским роман­сом". Действуя по вышеназванной устной модели коммуни­кации (она необязательно реализуется через устный канал, но по модели устного канала), необходимо все время "заря­жать" сообщения, чтобы они обладали свойством самотран-слируемости. В принципе, есть два варианта: пропаганда пе­редает энергетику своим сообщениям как бы всей мощью имеющихся у нее средств; поп-культура, по многим параме­трам будучи контркультурой по отношению к культуре офи­циальной, вынуждена ''подпитывать" свои сообщения свои­ми собственными движущими средствами, закладывая в форму и содержание то, что подлежит обсуждению, само по себе, а не по указанию сверху. Эта модель в основе своей — возможная цель и недостижимый полюс для ПР-политики. Однако на этот стиль поведения есть и определенные запре­ты; например, с точки зрения политихи, он в энной степе­ни вульгарен. Но даже осторожные политики все равно стремятся приблизиться к этому циклу популярности. Так, к примеру, депутат Ирина Хакамада снялась в клипе эстрад­ной группы ' Дубы-колдуны" в роли принцессы. Ничего ве­ликого в этом юшпе нет, но это сразу стало пересказываемым фактом, то есть принципиально явлением поп-культуры.

Например, группу ''Ролшшг Стоунз" постоянно сопро­вождал шлейф событий, которые затем разносила пресса. То

девочка-подросток упала с балкона, то был сорван концерт португальского пианиста, происходивший в соседнем поме­щении, то шеф полиции отключает микрофоны, чтобы оста­новить разбушевавшуюся толпу. Как пишет "Комсомольская правда" (1998, 13 мая): "Имидж группы тоже вызывает бур­ные споры в прессе. Так, журнал "Tailor and Getter", который спустя несколько лет назовет Джаггера в числе "горячей" сотни прекрасно одетых мужчин, призывает группу носить галстуки, чтобы спасти их производителей от финансового краха. А какой-то школьный учитель осудил родителей, ко­торые позволяют своим детям носить вельветовые штаны, моду на которые ввели "Стоунз". Кстати, как видим, здесь действует чисто западная аксиоматика, в соответствии с ко­торой не так важно, плохо или хорошо о тебе говорят, важ­но, чтобы при этом не перевирали твою фамилию.

Поп-культура привлекает потребителя еще одним качест­вом своей информации: определенной подключенностью потребителя к ее созданию. Юрий Лотман говорил о двух типах коммуникативных процессов. "Один — получение извне. В этом случае информация перерабатывается где-то на стороне и в константном объеме передается получателю. Второй — строится иначе: извне получается лишь опреде­ленная часть информации, которая играет роль возбуди­теля, вызывающего возрастание информации внутри со­знания получателя. Это самовозростание информации, приводящее к тому, что аморфное в сознании получателя становится структурно организованным, означает, что адре­сат играет гораздо более активную роль, чем в случае про­стой передачи определенного объема сведений"4. Поэтому молодежь всегда подпевает поп-песням, чего она лишена в случае официального искусства.

Еще одним отличием этого типа порождения популярно­сти от политической популярности является полная под-ключенность поп-артиста. Мы часто вникаем, например, в его кулинарные пристрастия. Так, жена Николая Карачен­цова рассказывает о том, что именно любит есть ее муж: "Макароны по-флотски и котлетки. Колечка вообще очень скромен в еде. Ребенок, естественно, любит "пепси" и обильно все поливает кетчупом. Мне, конечно, повезло, что Коля такой нетребовательный в еде и принципиально жиз-неоалостный. Уттюм. просыпаясь, всегда что-нибудь хооо-

шее скажет. И сразу — будто солнышко взошло..."5 Тут включены привычки героя в еде. На эту волну включенно­сти в жизнь другого настроена и передача ОРТ "Пока все дома". Тут в процесс новостей попадают семейные характе­ристики. Например: "Когда... съемочная бригада работала у Славы Мал ежика, его маленький сын Ванечка сначала оро­бел, а потом так активно включился в творческий процесс (мы просили его что-нибудь рассказать), что оттеснил маму с папой, крутил колки гитары и фактически солировал"6.

Та же картина наблюдается и в западном мире. Так, жур­нал "Time" (1990, 22 окт.) рассказывает о пристрастиях Дэ­вида Линча, создателя фильма "Твин Пике". Он пьет крас­ное вино, бутылочную воду и кофе. О ком другом мы будем читать такие фразы? "Реально я люблю капуччино. Однако даже чашка плохого кофе лучше, чем вообще без кофе". Он не готовит дома. "Я не разрешаю готовить в моем доме. За­пахи. Запах приготовления, когда рисуешь или пишешь, мо­жет испортить мою работу. Поэтому я ем то, что не требует включения огня. Или заказываю пиццу. Скорость, с которой я ее ем, не дает распространиться запаху". Если официаль­ная культура представляет человека в смокинге или в костю­ме и галстуке, то поп-культура разрешает ему появиться в чем угодно, хотя бы из-за своего оппозиционного характера. Мы говорили об устном характере коммуникации. Джон Фиске вообще считает поп-культуру транслятивной, то есть существующей только в процессах передачи. Мы говорили также о подключении человека в полном объеме. Теперь речь пойдет о следующей характеристике поп-культуры: о ее эпатажности. Поп-культура, для того чтобы быть само­транслируемой, должна задать настолько зрелищные и ут­рированные характеристики, которые невозможны ни в ка­ком другом ее варианте. Отсюда, из этого требования задания самотрансляции, возникают:

• определенная вульгарность, например, Маша Распутина: "Я по жизни авантюристка. Очень люблю жизнь, и в ней чрезвычайно азартна. Мне нравится все, что со мной происходит. Я очень счастливый человек. Когда выхожу на сцену, такое впечатление, что я вырвалась из каких-то оков... Никто ко мне не подойдет, я здесь — короле­ва!" ("Всеукраинские ведомости", 1995, И марта);

• криминальный оттенок: вот названия двух интервью Михаила Шуфутинского: "Я не блатной, я — просто фраер" ("Всеукраинские ведомости", 1995, 23 авг.) и "Блатную жизнь люблю, но воровать боюсь" ("Комсо­мольская правда", 1995, 31 марта);

• определенная сексуальность: заголовки интервью с Влацом Сташевским — "Девушки — как смена декора­ций" ("Всеукраинские ведомости", 1995, 15 сент.) и Владимиром Пресняковым старшим — "Мой сын — самый сексуальный певец" ("Всеукраинские ведомос­ти", 1995, 23 марта);

• почти обязательной становится некоторая аномальность: "Майкл Джексон: "Дети сами прыгают в мою постель" ("Всеукраинские ведомости", 1995, 2 сент.); Маша Рас­путина (отвечая на вопрос о Филиппе Киркорове): "Не люблю я мужиков-артистов. Они все очень капризные, к тому же голубые" ("Всеукраинские ведомости", 1995, 11 марта); Барри Алибасов: "Для популярности любого артиста лучше слыть голубым" ("Комсомольская прав­да", 1995, 28 апр.).

В целом следует признать, что поп-культура тоже дейст­вует по чисто "химическому" признаку, выставляя напоказ именно то, что может заинтересовать максимальное число людей, привлечет наибольшее количество поклонников. Это принцип молодежной среды, которая из-за своей от­крытости для контактов всегда одета в яркие, крикливые тона. Есть и другой полюс — среда монашеская, принципи­ально одетая в черный цвет, не требующая "химического" соединения с другими. Набор таких "чистых" химических реакций зафиксирован в массовом сознании. Например: "Джентльмены предпочитают блондинок". Или такой при­мер: Стае Намин сообщает, что следующий номер его жур­нала "Стае" поместит на обложке портрет Иосифа Кобзона без парика, после чего следует опровержение.

Таким образом, идя по пути увеличения контактности, поп-культура предлагает для своих героев следующие ими­джи. В качестве основной сферы, где протекает действие, избрана любовь, которая предположительно может охватить всех. В советское время существовала еще сфера "патриоти­ческая", где сосуществовали как два варианта: песня офи-

циально-парадная (для торжественных концертов) и песня массовая (типа "Мой адрес не дом и не улица, мой адрес — Советский Союз"). Индивидуальная любовь, например, к лесам ("Я в весеннем лесу пил березовый сок") была пред­почтительней в фильмах о предателях.

В сфере любовной для мужского типа предлагается два имиджа: романтического любовника и Дон-Жуана, отме­ченные выше в метаморфозах Влада Сташевского. Почему переход к дон-жуанству выгоднее с точки зрения увеличе­ния контактности? Мы можем представить это сопоставле­ние в следующей таблице:

романтический любовник: Дон -Жуан:

он любит он не любит

его не любят его любят

Как ни странно, но позиция Дон-Жуана выгодна как для женской, так и для мужской аудитории. Для женской ауди­тории он привлекателен, поскольку его любят многие. То же характерно и для мужской аудитории, всегда приятно оказаться в числе любимых.

Женская модель строится практически так же: безответ­ная любовь — и женщина, покорительница мужских сердец. Безответная любовь — это вариант плача. Соблазнительни­ца — вариант превосходства. По первой модели строятся песни покорительниц сердец тинейджеров. Более взрослая молодежь предпочитает оптимизм женщины-вамп.

Если посмотреть на письма кумирам, которые, к приме­ру, печатает фан-клуб "Комсомольской правды", поражает обнаженная эмоциональность этих посланий. Фаны как бы находятся вне самоконтроля. Например:

"Владу Сташевскому.... Владик, мечта моя... Я все время думаю о тебе... Влад, почему ты не выступаешь в обнажен­ном виде?.. Ты такой сексуальный! Наташа, г. Рыбинск

Алене Апиной. Аленочка! Я тебя очень люблю, и не могу без тебя жить! Я не смогу полюбить ни одного парня, так как мое сердце занято тобой! Когда я смотрю тебя по теле­визору, то просто плачу! Ты прелесть и очень сексуальная. Я жалею, что не родилась парнем, может, я бы стала твоим мужем. Моя красавица, к тебе с любовью. Екатерина, 12 лет, г. Ярославль"7.

Все эти примеры еще раз подтверждают транслятивный характер реализации поп-культуры. Даже название альбо­мов порождает те или иные транслятивные процессы. В ка­честве примера приведем сообщение "Комсомольской правды" (1997, 28 марта) о выпуске альбома "Flaming Pie" ("Огненный пирог"): "Маккартни, две недели назад возве­денный английской королевой в рыцарское звание, сказал, что пластинка посвящена памяти Джона Леннона. В 61-м году в одном из интервью на вопрос о происхождении на­звания группы Джон Леннон ответил, что у него было ви­дение, в котором человек, сидящий на огненном пироге, сказал: "С этого дня вы будете называться "Битлз"! Снача­ла предполагалось, что название пластинки относится к де­ятельности Линды Маккартни по производству полуфабри­катов для вегетарианцев". В нескольких предложениях есть и рыцарское звание, и история происхождения названия и даже полуфабрикаты для вегетарианцев. Каждый для пере­сказа получает свой "квант", который затем сможет вытя­нуть и остальные порции информации. Из этого примера видно, что выпуск альбома персонализируется, он входит в нашу память с определенной эмоциональной аурой. Тем более, что сообщение проиллюстрировано фотографией, где изображены Маккартни и королева с надписью (кстати, тоже работающей) "Королева Елизавета и ее рыцарь Пол".

Позитивный символизм поп-звезд часто пытаются пере­нести в иные сферы. "Битлз" приглашались и в прошлом ко двору английской королевы. Звезд принимают президенты США. Звезды массово включились в избирательный про­цесс в России. Они участвуют в различных презентациях. Например: "Первыми покупателями в новом магазине ста­ли Леонид Якубович, Андрей Макаревич и Леонид Ярмолъ-ник, присутствовавшие на открытии"8. Вспомним желтую кофту футуриста Владимира Маяковского, эпатировавшего публику. Пересказ об этом событии продолжается до сего­дняшнего дня. Просто сейчас это приняло иные размеры и требует вложения иных денег. Но и используется на другом уровне. Сумма контракта компании "Pepsico" с Майклом Джексоном составила 26 миллионов долларов. Когда же слухи о сомнительном поведении певца перешли границы дозволенного, компании пришлось расторгнуть контракт.

Построенная по правилам устной модели коммуникации, поп-культура использует устные события типа слухов и скандалов. Вот мнение Михаила Задорнова: "Есть артисты, для которых это как наркотик — когда их обсуждают. Но за всем, по большому счету, стоят деньги. И у артистов на это чутье. После того, как проходит какая-то серьезная сплетня о каком-то артисте, вырастают гонорары. Очень резко..."9. Кристина Орбакайте дает интервью под заголовком "К сплетням я привыкла": "Есть целая система организа­ции скандалов. Кто-то это делает специально, чтобы под­держивать свою популярность"10. Приведем пример еще не­скольких заголовков: "Лайма Вайкуле: "Самая интересная сплетня обо мне, это..." ("Всеукраинские ведомости", 1995, 2 июля), "Станислав Садальский о том, как делаются скан­далы" ("Киевские ведомости", 1995, 21 сент.).

Поп-культура вовсе не Золушка, как ее пытается предста­вить культура официальная. Она просто занимает иную ни­шу, со своей собственной публикой. Поэтому и законы коммуникации там могут носить иной характер. Вспомним и то, что в одной культуре не так принято менять имена, как в другой. К примеру, дуэт "Академия" лишился фами­лий. Ведущая канала МУЗ-ТВ по имени Аврора так отвеча­ет на вопросы по этому поводу:

— Почему же Аврора?

— Потому что это очень органично для меня.

— Это что-то из Пушкина или что-то из Великой Октябрьской революции?

— Ага, вот в чем изюминка! Мне очень нравится это имя, потому что в нем та двусмысленность, которую я обожаю"11.

Как видим, и здесь имя выступает в роли начала нового транслятивного процесса, а не просто притягивает к себе внимание, хотя и это тоже очень важно.

1 Комсомольская правда. — 1998. — 30 апреля.

2 Совершенно секретно. — 1997. — № 3.

3 Комсомольская правда. — 1997. — 29 марта.

4 Лотман Ю. М. Каноническое искусство как информационный пара­ докс. - М., 1973. - С. 18-19.

5 Всеукраинские ведомости. — 1995. — 24 октября.

6 Всеукраинские ведомости. — 1995. — 20 октября.

7 Комсомольская правда. — 1995. — 3-10 ноября.

8 Московские новости. — 1995. — № 67.

9 Киевские ведомости. — 1995. — 22 июля.

10 Всеукраинские ведомости. — 1995. — 20 мая.

11 Комсомольская правда. — 1997. — 26 марта.