3. Правила логической аргументации и приёмы логического манипулирования

Сфера действия каких бы то ни было законов и правил рас­пространяется только на аргументацию ad rem, то есть к логи­ческой аргументации, поэтому представленный свод правил относится именно к этому типу аргументации. С нарушениями данных правил связаны логические уловки (софизмы) и логи ческие ошибки — паралогизмы.

Достаточность обоснования. Приёмы обхода этого требования

Закон (или принцип) достаточного основания требует, чтобы в случае каждого утверждения указывались основания, в силу которых оно принимается, то есть чтобы те­зис обязательно сопровождался подтверждением (обоснованием), чтобы он был подтверждён аргументами.

Нарушение данного принципа, сформулированного Г. Лей­бницем, делает утверждение голословным, бездоказательным. Так, выражения «На Марсе существует жизнь», «Эта женщина одержима дьяволом», «Иванов убил Сидорова» и даже чисто­сердечное признание «Я убил Сидорова» голословны и бездо­казательны.

Доказательство тезиса — задача непростая, требующая оп­ределённых умственных усилий и поиска аргументов, поэтому придумано немало приёмов ухода от так называемого бреме­ни доказательства, или доказывания, и от бремени аргументации — обязанностей крайне тяжёлых и неприятных, которые, в соответствии с изве­стным правилом риторики, лежат на том, кто выдвинул дан­ный тезис. Одна из таких уловок называется переме щением бремени доказательства. Переместить бремя доказательства можно в двух направле­ниях: а) на третье лицо; б) на самого адресата или оппонента. Пример из политиче­ской дискуссии:

— В этом учреждении немало взяточников.

— Кто? Имена? Фамилии?

— Вы эти имена и фамилии сейчас сами назовёте, ибо прекрасно их знаете. Приём перемещения бремени доказательства может быть ис­пользован и во благо, в частности, как педагогический приём, когда перед учащимися ставится задача доказать определённый тезис — к примеру, о том, что неблагозвучие является причи­ной коммуникативных неудач. В процессе размышлений и по­иска соответствующих примеров студенты или школьники са­мостоятельно приходят к доказательству и, как показывает практика, надолго запоминают и примеры, и тезис, и способы его доказательства. Данная методика называется эвристи­ческой (греч. evpio-ксо 'нахожу').

Софизм откладывания или, аргумент откладывателя: «Подождите немно­го, ещё не наступило время». Это высказываение состоит из двух тезисов: 1) «Подождите не­много» [вопрос: почему мы должны ждать?]; 2) «Ещё не насту­пило время» [вопрос: почему не наступило? где аргументация?]. Ни один из тезисов не подтверждён аргументами, однако второй тезис играет роль, или, вернее, создаёт видимость аргумента, то есть замаскирован под обоснование. Таким об­разом, данная уловка основана на видимости соблюдения за­кона достаточного основания.

Как логическая уловка, которая придаёт утверждаемому те­зису характер аксиомы, а потому позволяет обойти закон дос­таточного основания, известен так называемый нечестный вопрос: «А Вы всё продолжаете на меня доносы писать?», «Перестали Вы наконец бить свою жену?», «Вам доверили общественные деньги. Скажите, как Вам удалось в короткий срок растратить такую сумму?». Нечестный вопрос, как правило, сбивает адресата с тол­ку, ставит его в тупик, приводит в растерянность. Каждый из подобных вопросов основан на определённой пресуппозиции, например: «Как Вам удалось излечиться от алкоголизма?». Пре­суппозиция: «Общеизвестно, что Вы алкоголик». Данная пре­суппозиция и есть утверждаемый тезис, сформулированный с нарушением закона достаточного основания. Любой прямой ответ на нечестный вопрос («Да», «Нет» и др.) означает принятие этой пресуппозиции и попада­ние в ловушку. На нечестный вопрос нельзя отвечать прямо, поскольку прямой ответ соответствуют замыслу манипулятора:

• Нечестный вопрос как способ воздействия на поведение ад­ресата иногда причисляют к разряду приёмов гипноза. Мы заходим в дорогой магазин. К нам тут же подходит про­давец с вопросом: «Что желаете?» или «Могу я Вам помочь?». Здесь подвох может быть заключён не только в вопросе. Когда торговец арбузами говорит нам «Выбирайте!», он использует эту же психологическую схему.

Ответ должен соответствовать не вопросу, а той пресуппо­зиции, на которой он основан. На нечестном вопросе, или «вопросе с подвохом», основан знаменитый античный софизм «Рогатый», составленный, по свидетельству Диогена Лаэртского, греческим софистом Евбулидом (или Эвбулидом) Эристиком из Милета, жившим в IV в. до н. э.:

—Терял ли ты рога?

• Нет.

• Значит, ты рогатый.

По своему содержанию нечестный вопрос соответ- ствует двум вопросам: 1) тому, который следовало бы задать предварительно: «Страдали ли вы алкоголизмом?»; 2) заданно- му: «Как Вам удалось излечиться от алкоголизма?». Второй вопрос корректен только в том случае, если до этого адресат положительно ответил на первый вопрос и таким образом сформировал пресуппозицию, опорную для второго вопроса^.

Закон достаточного основания, или, точнее, достаточ- ности обоснования регулирует,во-первых, количество привлекаемых доводов, во-вторых, качество этих доводов, их убедительность, то есть эффективность. Отсюда два требова- ния к аргументации: 1) количественная достаточность; 2) каче- ственная достаточность.

1. В количественном отношении аргументация; может быть: 1) единичной (с, одним аргументом); 2) множественной (использующей ряд аргументов). Множественная аргумен­тация применяется в том случае, если «доводы могут составить убедительную аргументацию только в совокупности»: «Вы никак не могли встретить мою мать в магазине "Маркс и Спенсер" в городе Ше-рингам на прошлой неделе, потому что в Шерингаме нет тако­го магазина (1), и к тому же моя мать умерла два года тому на­зад (2)»; «Нам пришлось пообедать в кафе, поскольку дома не было еды (1) и все магазины были закрыты» (2)». Данный вид аргументации используется и с более простой це­лью — усилить действенность речи.

Множественная аргументация в психологическом отноше­нии более выигрышна и потому может использоваться в рито­рических целях, так как благодаря выдвижению целого ряда аргументов защита выглядит сильнее. Необходимо помнить о том, что излишние доводы затрудняют восприятие доказательства.

При множественной аргументации необходимо следить за тем, чтобы аргументы, приводимые в поддержку одного тези­са, не противоречили друг другу, ибо противоречия в аргу­ментах создают путаницу.

Чем длиннее рассуждение, тем больше веро­ятность появления противоречивых аргументов, что сле­дует иметь в виду при составлении и редактировании любого текста.

2. Качественная аргументация. По степени их эффективности или силе, то есть по степе­ни убедительности, аргументы принято подразделять на сильные, средние и слабые. Эффективность аргумента, или его сила, определяется тем, как он воздействует на данную кон­кретную аудиторию^. С точки зрения формальной логики соотнесение сильных аргументов связано только с логически кор­ректными, а слабых -- только с психологическими и логически некорректными доводами. Те аргумен­ты, которые точки зрения формальной логики являются «сла­быми», в парадигме неформальной логики считаются сильны­ми и даже «нокаутирующими».

С. И. Поварнин не без основания считает, что «в обычных спорах, особенно в спорах перед слушателями, слабых доводов лучше совсем не приводить». В противном случае оппонент может применить приём неполного опровержения, или софизм плохого аргумента, когда он «стремится опровергнуть один, два довода наиболее слабых и наиболее эффектно опровержимых, оставляя прочее, часто самое существенное и единственно важ­ное, без внимания. При этом он, во-первых, делает вид, что опровергнул всё доказательство и что противник "разбит по всему фронту"», а во-вторых в тече­ние длительного периода давит на болевую точку слабого ар­гумента, не давая противнику опомниться и после удачного удара «не отпуская его». Тактику давле­ния на болевую точку называют напиранием. Какой бы ни был спор, всегда следует зорко следить за слабыми пунктами в аргументации противника и, найдя такой пункт, «разработать» его до конца, не «выпуская» противника из рук, пока не выяснилась и не подчеркнулась вся слабость этого пункта.

Использующие софизм плохого аргумента исходят из того, что если довод ненадёжен и слаб, то ненадёжны не только и те­зис, но и сама логика аргументации. В класси­ческой риторике данный приём называется аргументом к логике. Эту эристическую тактику ак­тивно эксплуатируют учёные-атеисты с тем, чтобы пошатнуть основы религии:

Из неправильности аргумента не всегда вытекает неправильность тезиса, а вытекает лишь необходимость поиска более сильных и более эффективных аргументов. И действительно: теорема Пифагора не пострадает, если не­радивый ученик не сможет подобрать нужные аргументы для её доказательства. Таким образом, опроверже­ние аргументов означает не опровержение тезиса, а лишь то, что следует подобрать другие, более веские аргументы.

Следует принимать во внимание общеизве­стный факт, что психологическое восприятие спора любой ауди­торией (будь это диссертационный совет или суд присяжных) подчиняется формуле «Аргументация слаба, значит тезис ло­жен»^. Поэтому противники обычно очень внимательно следят за аргументацией друг друга, выслеживая её уязвимые точки; слабый довод — подарок оппоненту. В дискуссий следует «исходить из посылок, безусловно одобряемых и принятых большинством аудитории».

Убедительность ар­гументации определяется не числом доводов, а их силой и по­следовательностью. Именно поэтому до­воды в процессе аргументации располагаются не как попало, а по определённым аргументационным схемам:

1. От второстепенных к сильным - вос­ходящая аргументация, или проектезис, [лат. 'к самому сильному дово­ду']. Данная модель убеждающего воздействия иногда имену­ется кульминационной. Например: Диссертация не может быть рекомендована к защите (тезис), по- скольку: 1. В тексте много опечаток (слабый аргумент, мелкая придир- ка). 2. Стиль изложения оставляет желать лучшего (второстепенный аргумент). 3. Отсутствуют выводы по главам и заключение (аргумент средней силы). 4. Работа имеет реферативный харакер (главный аргу- мент).

2. От сильных к второстепенным (нисходящая аргу­ментация). Данную модель воздействия иногда именуют антикульминационной. Нисходящая аргументация используется в случаях, когда «аудитория не слишком заинтересована в предмете обсуждения, и надо ошеломить её чем-то неожиданным, приковав к себе вни­мание слушателей.

Расположение самого сильного аргумен­та в середине сообщения называют пирамидальной мо­делью:

В соответствии с законом края, эф­фектом края, об­ращает на себя внимание, а следовательно, лучше запоминает­ся то, что даётся в начале и конце сообщения.

Эф­фективным приёмом служит выдвижение фрагментов текста, фразы или списка в так называемые сильные позиции:

1) В начало речевой единицы. В тексте здесь обычно распо­ложены заглавие, посвящение, эпиграф. В воспри­ятии цифр большую роль играет закон левого края, то есть того края, с которого начинается чтение русского текста.

2) В конец речевой единицы. Руководитель при обсуждении спорного вопроса обладает пра­вом на заключительное слово. Именно он подводит итоги дис­куссии и высказывает решающее мнение. Оптимальным поряд­ком следования доводов считается Гомеров порядок, при котором в начале речи приводится сильный аргумент, в се­редине — второстепенные, а в конце — основной:

На законе края основан целый ряд фигур и схем аргумента­ции: 1)аккумуляция [лат. 'накопление— та­кое построение речи, при котором в её заключительной части все приведённые выше аргументы кратко перечисляются в вос­ходящей последовательности, то есть от второстепенных к ос­новному; 2) апофазия — критическое рассмотрение ряда ар­гументов с отклонением всех, кроме одного, самого сильного, приводимого в конце рассуждения; 3) эпифонема — психологический при­ём, состоящий в кратком подытоживающем повторении (напри­мер, в форме перечисления) уже изложенных фактов в заключительной части речи. В более узком смысле под эпифонемой. понимается «заключительная часть высказывания»¹, а также заключение речи пословицей или поговоркой, подытоживаю­щей сказанное. По закону края именно концовка речи должна нести наиболее сильную информационную и эмоциональную на­грузку. В классической риторике такая концовка именуется клаузулой: «последнее слово должно быть самое сильное» (Н. Ф. Кошанский).