Источники и литература

Специально учению Ван Ян-мина и его современников и потомков посвящены две монографии А.И. Кобзева. Они также содержат переводы избранных философских произведений мыслителя, его прозы и поэзии, а также содержат подробнейшие библиографии и источниковедческие и историографические очерки.

Для лучшего понимания культурного и интеллектуального климата в период Мин не существует лучшего пособия, чем фундаментальная книга В.В. Малявина:

Малявин В.В. Сумерки Дао. Культура Китая на пороге Нового времени. – М., 2000.⁵⁹

Модуль 6. Поздняя империя

XIX в. в истории Китая с полным основанием может быть назван «бунташным». Одновременно это был век тотального кризиса всех основ традиционной китайской цивилизации, и в первую очередь – духовного кризиса, порождённого знакомством с соответствующим теоретическим материалом Запада в условиях ослабления изоляционизма и усиления контактов с внешним миром.

Этот век начался для Китая с тяжелейшей крестьянской войны 1796 – 1804 гг., а завершился ещё более грандиозным восстанием, организованным тайным союзом «Дружины справедливости и гармонии» (義和團yìhétuán). Середина же века оказалась занята тремя торговыми войнами, развязанными западными державами в 1839 – 1860 гг. (так называемыми «опиумными» 鴉片之役), и крупнейшей в мировой истории гражданской войной – Тайпинской революцией 1850 – 1864 гг. (太平革命),⁶⁰ не считая огромных по масштабу восстаний некитайских народов. Китай столкнулся с тремя комплексами фундаментальных проблем:

1. Социально-экономический и эколого-демографический кризис. Население Китая к 1850 г. превысило 430 миллионов человек, и на одного крестьянина в среднем приходилось не более 1,8 му земли (亩mŭ = 1/15 га). Количество стихийных бедствий увеличилось в среднем в 8 раз. Ещё в 1793 г. конфуцианец Хун Лян-цзи (洪亮吉, 1746 – 1809) сформулировал принцип постоянного опережения численности населения по сравнению с ростом продовольственных, земельных и жилищных ресурсов. Он на пять лет опередил аналогичные выводы, предложенные английским демографом Томасом Мальтусом (1766 – 1834).

2. Этнокультурные противоречия между ханьцами – основным населением, и правившими страной маньчжурами.

3. Борьба с постоянной успешной экспансией западных держав, России, США и Японии.

Ни одна из этих проблем в условиях традиционного государства не могла быть решена радикальным способом, в результате чего Китай пережил ужасающую метаморфозу: из процветающей державы XVIII в., которой восхищались европейские просветители (в том числе – и особенно! – Вольтер), обладающей чувством абсолютного превосходства над всем миром, Цинская империя к концу XIX в. превратилась в колосса на глиняных ногах, поражённого нищетой, коррупцией и ощущением собственной неполноценности. Именно пути преодоления кризиса занимали лучшие умы Китая, и самый радикальный проект был предложен лидером Движения за реформы 1898 г. (戊戌变法wùxūbiànfǎ) Кан Ю-вэем.

6.1. Теории Кан ю-вэя

ГЛАВНЫЕ ИДЕИ

Классические каноны «древних знаков» сфальсифицированы, а содержащиеся в них идеи – неаутентичны.

Конфуций был прежде всего реформатором общества.

Конфуций – небожитель и основатель великой религии.

Мировую историю можно разбить на три эпохи, каждая из которых включает в себя три цикла.

«Сознание, не переносящее страдания других живых существ», является основой природы человека, главной его добродетелью.

Эпоха Великого Единения (Да тун) еще впереди, она непременно наступит с неотвратимостью закона природы.

Кан Ю-вэй (康有為), именуемый Гуан-ся (廣廈guǎngxià⁶¹) и известный как Кан Наньхайский (康南海), родился 19 марта 1858 г. в уважаемой семье потомственных чиновников, жившей в Наньхае (南海), на юго-западе провинции Гуандун. С малых лет он начал изучать конфуцианскую классику, в 13 лет удостоился первой учёной степени, а когда ему исполнилось 19 лет, поступил в обучение к знаменитому ученому, приверженцу неоконфуцианской школы Ван Ян-мина, стороннику практического использования конфуцианской философии Чжу Цзю-цзяну (朱九江, 1807 – 1881), известному как Чжу Цы-ци (朱次琦).⁶² Неоконфуцианская учёность тяготила его, в 1879 г. он посетил Гонконг и убедился, что «варвары» во всём превзошли китайцев. Он стал интенсивно изучать китайские переводы всех западных книг, какие ему только попадались. В возрасте 21 года после длительной медитации Кан Ю-вэй вдруг ощутил, что является совершенномудрым, современным аналогом Конфуция. Это ощущение он решил воплотить в жизнь как в области теории, реформируя конфуцианский канон, так и в области практики, выступив с предложением социальной и религиозной реформы. В 1888 г. он послал императору Гуан-сюю (光緒, правил с 1875 г. по 1908 г.) меморандум с предложением реформы, однако его предложения были блокированы придворными консерваторами.

Потерпев неудачу с обращением к императору, он стал обдумывать проект переселения китайцев в Южную Америку для колонизации долины Амазонки. Этот проект был также не реализован, и Кан Ю-вэй с головой ушёл в учительство и научную работу, основав в Гуанчжоу академию. В 1891 г. он опубликовал первый свой критический трактат《新學僞經考》 («Исследование поддельных канонов Синьского учения»), а в 1895 г. с отличием сдал экзамены на степень цзинь ши – с третьей попытки, заняв таким образом место в первых рядах интеллектуальной элиты. Перед ним открылись перспективы популяризации своих идей. Как раз тогда Китай потерпел поражение в войне с Японией, и Кан Ю-вэй, поддержанный учёными всей страны, направил императору целую петицию с требованием реформ. Однако его петиция снова была блокирована консерваторами.

Кан  Ювэй основал Общество усиления государства (保國會bǎoguóhuì), став его председателем, и 16 июня 1898 г. добился наконец двухчасовой аудиенции у императора, который поручил ему разработать программу реформ. Так было положено начало знаменитым «Ста дням реформ» (11 июня – 20 сентября 1898 г.). Но когда одному из генералов, Юань Ши-каю (袁世凯, 1858 – 1916),⁶³ было поручено арестовать главную противницу реформ, вдовствующую императрицу Цы-си (慈禧太后Cíxǐ Tàihòu)⁶⁴, он, вместо того чтобы исполнить приказ, встал на ее сторону и положил конец реформам. Император был заключен под домашний арест, шесть основных реформаторов казнены (в том числе младший брат Кан Ю-вэя), а сам мыслитель вынужден был бежать сначала в Гонконг, а затем в Японию.

Шестнадцать лет Кан Ю-вэй провел в странствиях по Юго-Восточной Азии, Америке и Европе, посетив 30 стран и трижды обогнув земной шар. В 1899 г. в Канаде он основал Общество защиты императора (保皇會bǎohuánghuì). В Китай он вернулся только после революции 1911 г. и продолжал выступать в поддержку конституционной монархии и за принятие конфуцианства в качестве государственной религии. Однако его идеи не получили поддержки: для нового поколения революционеров и даже либералов он уже был архаичен, а для современных ему консерваторов – слишком радикален. Кан Ю-вэй принимал участие в обеих попытках реставрации монархии в 1917 и 1924 гг. Несмотря на то что общество отвернулось от Кан Ю-вэя, за преданность идеалам конфуцианства его продолжали называть «мудрецом Каном». В конце жизни он основал ещё одну академию, где проповедовал свои взгляды, и называл себя 天游化人 («Отшельником – Небесным странником»). Основным источником его доходов в этот период сделалось каллиграфическое искусство. Скончался он 31 марта 1927 г. в Циндао. Главный его труд – 《大同書》 («Книга о Великом Единении») впервые увидел свет только в 1935 г.

Оценки учения Кан Ю-вэя полярно противоположны: его называют и реакционером и реформатором, но при этом следует учитывать, что с конца 1880-х годов и до самой кончины взгляды его практически не изменялись. До 1900 г. он казался отчаянным радикалом, предлагалсь сломать средневековую государственную машину Китая и уравнять в правах маньчжуров и китайцев (внешним проявлением этого стало бы переименование страны: 中華zhōnghuá). Он также предложил отменить календарь, отсчитываемый по годам правления, и заменить его эрой от рождения Конфуция. В декабре 1911 г. была провозглашена Китайская республика (中華民國Zhōnghuá Mínguó), но Кан Ю-вэй продолжал настаивать на сохранении конституционной монархии (虚君共和xūjūn gònghé), для которой даже составил проект конституции. Республиканцы провозгласили его «махровым реакционером», а монархисты, делившие в 1917 г. власть, также не нуждались в пламенном идеалисте. В результате, после поражения монархистов, мыслитель был занесён в расстрельные списки и более полугода скрывался в посольстве США…

В современном Китае Кан Ю-вэй становится год от года популярнее, ему было суждено удостоиться законной славы – нет, пожалуй, ни одной области в теории и практике государства и науки, в которой он не оставил бы вклада. Его главный труд – «Книга о Великом Единении», занесена в современном Китае в список 100 книг, изменивших судьбу человечества, наряду с Библией, Кораном и конфуцианским каноном. Проследуем же причудливыми путями мысли Кан Ю-вэя.

От своего учителя Кан Ю-вэй унаследовал и воплотил в жизнь тот неоконфуцианский принцип, согласно которому образованный человек не может быть оторванным от жизни анахоретом, знание должно быть дополнено действием. Главным его достижением было то, что новую реальность западного общества и его политических институтов. Кан Ю-вэй сумел описать в классических понятиях китайской цивилизации и нашёл в отечественном прошлом аргументы в пользу реформ.

В XVIII в. в Китае вновь возродился спор школ «древних знаков» и «современных знаков». Кан Ю-вэй присоединился к школе «современных знаков» в трактовке Чанчжоуской группировки (常州派) (Чжуан Цун-юя 莊存與, Лю Фэн-лу 劉逢祿 и др.).

Кан Ю-вэй заявил, что все тексты, предложенные школой «древних знаков», в действительности были подделаны Лю Синем (劉歆, ок. 46 до н.э. – 23 г. н.э.), тексты же «новых письмен» написаны самим Конфуцием. Тем самым, Кан Ю-вэй заложил основание для пересмотра сложившихся представлений о конфуцианском учении и одновременно открыл дорогу его интерпретации, в перспективе ведущим к превращению конфуцианства в государственную религию. Этой последней, по мнению Кан Ю-вэя, Китаю недоставало, чтобы сравниться в развитии с западными государствами.

Филологические изыскания Кан Ю-вэя не нашли приверженцев в своё время (хотя сейчас в свете учения «новой хронологии» снова становятся актуальными), зато представление о Конфуции-реформаторе стало очень популярным в XX в.

Центральная идеологическая проблема Кан Ю-вэя удивительно современна: как обеспечить развитие страны, не теряя культурной уникальности? Кан Ю-вэй нашел следующее решение: он объявил Конфуция величайшим мыслителем, а его учение – самым высоким достижением философской мысли. В то же время Кан Ю-вэй воспринял западные идеи эволюции (演變yǎnbiàn), прогресса (向上xiàngshàng), социал-дарвинизма (社會達爾文主義shèhuì dáěrwénzhǔyì), веры в технический прогресс, поэтому провозгласил Конфуция ещё и создателем теории эволюции общества. Чтобы вдохнуть жизнь в этот «гибрид», Кан Ю-вэю пришлось отказаться от традиционной версии конфуцианства, объявив ее искажением первоначального учения Конфуция. Сначала конфуцианство было «искалечено» Сюнь-цзы, затем были добавлены подделки Лю Синя, и, наконец, Чжу Си полностью исказил картину мировоззрения Конфуция.

Поскольку Конфуций был не только совершенномудрым, но и божеством, окончательно уничтожить его откровения было попросту невозможно. Эти откровения нашли выражение в писаниях школы «новых письмен» и в идеологии Дун Чжун-шу. Об этом следует упомянуть подробнее.

Указанные идеи Кан Ю-вэй изложил в трактате《孔子改制考》 («Исследование [учения] Конфуция об изменении правления», 1897), который был даже презентован императору. Кан Ю-вэй, кажется, искренне верил, что Небо проявило божественную мудрость, породив Конфуция из сострадания к человечеству, чтобы наставить людей на путь истинный. Таким образом, Конфуций – это своего рода человеческая инкарнация небесной мудрости. Об этом свидетельствует уже история его чудесного зачатия и появления на свет. Благодаря этой мудрости он и смог осуществить свои реформы, создать новые социальные институты, с помощью которых можно было управлять всей Поднебесной. Кан Ю-вэй решительно настаивал на том, что заслуга этой реформации принадлежит целиком Конфуцию, а вовсе не мудрецам древности, как утверждал сам Конфуций.

Исторические взгляды Кан Ю-вэя ещё более причудливы. Теория трех эпох была предложена ещё Дун Чжун-шу, но у него она носила циклический характер, тогда как Кан Ю-вэй интерпретировал ее в русле идей эволюции и общественного прогресса, подобрав соответствующие цитаты из канонических конфуцианских текстов. Всё это он изложил в своей главной «Книге о Великом единении», написанной в 1902 г.

Прогресс по Кан Ю-вэю существует: первобытные люди жили разрозненно и пребывали в дикости, но затем объединились, создав племена и кланы, а постепенно появились и народы. На этой стадии возникло государство, которое прошло ряд эволюционных фаз – от самодержавия через конституционную монархию к республиканскому правлению. При этом идеи сыновней почтительности, как и прочие конфуцианские добродетели, являются универсальными моральными ценностями и могут быть распространены на все народы и страны. Когда мир признает их универсальность и начнет использовать на практике, наступит эпоха Великого единения – Да тун (大同). Тогда снова исчезнет понятие «нация» и останется только понятие «личности», но поднятое уже на недосягаемую прежде высоту.

Кан Ю-вэй использовал схему ханьского мыслителя Хэ Сю (何休,129 – 182), введшего понятие Трёх эр (三世sānshì). В древнем комментарии 《公羊傳》 (gōngyáng zhuán), включённом в состав «Тринадцатиканония», выделены три категории сведений из летописи «Вёсен и осеней»: 1) то, чему Конфуций был свидетелем; 2) то, что Конфуций слышал от очевидцев; 3) то, о чем Конфуций мог узнать только из предания. Хэ Сю попытался совместить данный (в основе своей – источниковедческий) подход с тройственной схемой Дун Чжун-шу. Именно Хэ Сю вводит понятие сань ши, под которым понимал следующее. Период, очевидцем которого был Конфуций, Хэ Сю назвал 太平 (tàipíng) – «Великим равновесием», предшествующий – «Поднимающимся равновесием» (昇平 shēngpíng), древний, известный Конфуцию только по преданиям, – «Хаосом и упадком» (據亂 jūluàn), Конфуций трактовал о нем предельно кратко, видимо, не желая останавливаться на этом периоде подробнее.

Соответственно, Кан Ю-вэй отождествил эры Хэ Сю с понятиями, вводимыми каноном Ли-цзи. Схема развёрнута в будущее, и потому её венчает太平, отождествлённая с大同. Эру昇平 Кан Ю-вэй отождествил с小康 (xiăokāng). В этой эре, по мнению Кан Ю-вэя, уже живут некоторые западные страны, например, США или Швейцария.

Далее следовало соединить китайские этические понятия с европейской физикой. Кан Ю-вэй утверждал, что китайская этика родственна западной философии и науке. Он верил в существование космической гармонии, и нашёл её материальное воплощение – электричество (電diàn), отождествлённое с китайской пневмой ци. Ци пронизывает все сущее, как электромагнитное поле. Поэтому в мире существует притяжение подобного (аналогичное магнитному притяжению). Вот этим-то притяжением и объясняется склонность людей сочувствовать, сопереживать и помогать друг другу, т.е. существование принципа гуманности (жэнь), того, что Мэн-цзы называл «непереносимостью страдания живых существ». В этом кроются спасение и надежда человечества на лучший мир, именно благодаря этой силе возможно установление Великого единения.

Кан Ю-вэй соединил буддийскую концепцию об извечности страдания, принцип стремления всех живых существ к максимальному уровню счастья, и конфуцианские представления о добродетели. Поскольку нынешний мир полон страдания, то прежде всего нужно установить его социальные причины и искоренить их, ибо добродетельные граждане при наличии хорошего правительства способны создать такое общество, в котором все будут счастливы. Это и есть общество Великого единения.

Кан Ю-вэй разработал подробную концепцию страдания, выделив шесть основных его категорий:

1. Семь типов «биологических» причин страдания: реинкарнация, смерть, помешательство, жизнь на границе страны, жизнь в облике варвара, раба или женщины.

2. Восемь типов «естественных» причин страдания: голод, наводнения, засуха, чума и т.п.

3. Пять типов «социальных» причин страдания: вдовство, сиротство, болезни, бедность, низкое социальное положение.

4. Пять типов страданий из-за плохого государственного устройства: казни, налоги, существование семьи и государства как такового.

5. Восемь типов «чувственных» причин страдания: глупость, ненависть, похоть и т.п.

6. Наконец, пять типов причин страдания, возникающих из-за богатства, славы, высокого социального положения, долголетия, власти, существования в виде божества, совершенномудрого, бессмертного или Будды.

Кан Ю-вэй полагал, что все эти страдания обусловлены тем, что человеку в настоящее время свойственно проводить различия девяти типов – национальные, классовые, расовые, половые, семейные, профессиональные, «хаотические» (иррациональные), видовые и, наконец, страдания из-за наличия страдания как такового. Именно эти девять типов различий должны быть устранены для того, чтобы возник мир без страданий.

Быстро этого достичь не удастся, и человечеству придётся приложить немалые усилия, чтобы для начала объединить планету. Он предложил очень интересный план интеграции мирового сообщества, который сегодня выглядит как весьма продуманный план глобализации. Точных сроков объединения мира Кан Ю-вэй не назвал, но надеялся, что основание Лиги Наций (國際聯盟Guójì Liánméng) в 1919 г. очень сильно продвинуло человечество на пути к Великому Единению.

В будущем главным злом станет конкуренция, давление семьи и нации и проблемы, связанные с неравным отношениям к расам. Кан Ю-вэй хотел вывести единое человечество, обладающее европейской внешностью и китайской культурой. В будущем, по Кан Ю-вэю, не будет существовать политических, социальных, расовых и половых различий, а также связанных с ними страданий. Институт семьи канет в прошлое, люди будут жить в коммунах, питаться в общих столовых и вместе растить общих детей. Мужчины и женщины станут одеваться одинаково. Ежедневно будут появляться все новые изобретения, облегчающие жизнь, и болезни останутся в прошлом.

Так как все желания будут удовлетворены, люди достигнут состояния счастья. Последним будет удовлетворено желание физического бессмертия (примечательно, что в будущем по Кан Ю-вэю бессмертие будет достигнуто, хотя ранее он объявил его одной из причин страдания). Далее Земля станет тесной колыбелью человечества, и ему предстоит последнее великое свершение – выход на просторы Галактики. Впрочем, о дальнейшей, космической, судьбе человечества мыслитель написать уже не успел…

Если мы внимательно посмотрим на идеал, к которому призывал Кан Ю-вэй, и на методы, которыми он собирался достигать идеала, мы обнаружим странную вещь: не сомневаясь в превосходстве всего китайского, он фактически исчерпал то, что могла предложить ему отечественная традиция, и вдохновлялся новыми идеями и вещами, с которыми познакомился за годы странствий по миру (его равно восхищали руины Помпей, казино Монте-Карло, Эйфелева башня и авиация, ведь он впервые поднялся в небо в возрасте 64 лет!). Таким образом, Кан Ю-вэй – это знаковая фигура в развитии конфуцианства: пройдя через испытания XIX в., через искушения западной цивилизации, носители конфуцианской традиции вошли в ХХ век с противоположными и равносильными устремлениями: практически осуществить вновь познанное, но и «залить новое вино в старые мехи освящённых традицией представлений» (А.И. Кобзев). Это и определелило дальнейшую судьбу конфуцианского учения.