Краткое объяснение

В более определенной форме Корнхаузер пишет:

«...Существует две основные версии теории массового обще­ства. Каждая версия принимает на вооружение продуктивную концепцию внутреннего устройства системы, оказавшейся без­защитной перед массовыми движениями. Однако сама по себе каждая из концепций оказывается недостаточной. Когда обе концепции объединяются, четко вырисовывается более общая и более наглядная картина состояния общества, в котором мо­гут быть распространены движения, столь губительные для ин­дивидуальной свободы.

1. Одна концепция, которую можно назвать аристократической критикой массового общества, утверждает, что чем больше про­ пасть, отделяющая элиты от не-элит, тем ниже вероятность ши­ рокомасштабных массовых движений, губительных для инди­ видуальной свободы.

2. Другая концепция, которую можно назвать демократической критикой массового общества, утверждает, что, если не-элиты ведут независимую жизнь внутри своего класса и не являются

388

вследствие этого легкодоступными... широкомасштабные дви­жения, губительные для индивидуальной свободы, менее веро­ятны, чем в том случае, когда не-элиты являются раздроблен­ными и потому легкодоступными для элит, с) Сочетание этих двух концепций позволяет точно определить условия для широкомасштабных движений, губительных для демократических систем: если элиты относительно недоступ­ны для проникновения в них не-элит и/или не-элиты являются сравнительно непригодными для мобилизации по заказу элит, то в таком случае массовые движения менее вероятны, чем тогда, когда и элиты, и не-элиты являются легкодоступными» [Kornhauser 1959: 114-115].

«Сочетание двух приведенных выше вариантов формирует го­раздо более стройную теорию, чем каждый из них в отдельности. Эта комплексная теория массового общества связывает вопро­сы политического поведения масс с положением обоих слоев — элит и не-элит, т. е. с социальной структурой в целом и особенно со структурой групп, занимающих промежуточное положение между государством и семьей» [Kornhauser 1959:9-22].

Существует три особенности массового общества, кото­рые «порождают как легкодоступные элиты, так и легко мо­билизуемые и доступные не-элиты» [Kornhauser 1959:115]:

1. Недостаточное количество промежуточных структур и групп. Это «делает институциональные элиты слабо связанными с об­ ществом и открытыми для прямого проникновения массовых движений. При этом не-элиты также слабо связаны с обществом и всегда готовы к мобилизации со стороны элит, ориентирован­ ных на запросы масс».

2. Унифицированная и непостоянная шкала ценностей массо­ вой культуры. «Недостаток дифференцированных, но постоян­ ных норм лишает как элиты, так и не-элиты четких ориентиров и делает их неустойчивыми перед требованиями масс».

3. «Позиция самоотчуждения усиливает восприимчивость ин­ дивида к массовым требованиям».

Таким образом, ключевая зависимая переменная в данном случае — это «уязвимость социальных систем по отношению к массовым политическим движениям». Теорией, которая «удовлетворительнее всех» объясняет эту уязвимость, и яв­ляется теория массового общества [Kornhauser 1959: 227].

389

«Массовое общество» не может быть привязано ни к определенным историческим периодам, ни к от­дельным странам. Не стоит его связывать и с каким-либо определенным социальным классом. «Массы» не следует путать с рабочим классом, как, впрочем, не стоит и отож­дествлять «массовые движения» с общественными дви­жениями, у истоков которых так или иначе стоят рабочие. В данном исследовании развивается предположение, со­гласно которому при определенных условиях любой класс или даже все классы могут сформировать так называемые массы, т.е. большие группы людей, объединенные в бо­лее широкие социальные группы. Далее будут приведе­ны аргументы в пользу того, что тоталитарные движения в основе своей являются скорее массовыми, чем классо­выми [Kornhauser 1959:14]. Даже несмотря на определен­ную разницу, к примеру, между коммунистической и фа­шистской пропагандой, массовые движения опираются на все классы общества. Однако чем ниже общественный класс, тем сильнее его восприимчивость к мобилизации подобного рода.

Еще важнее то, что внутри каждого класса наиболее уязвимыми являются те, кто наименее социально инте­грирован, что подводит нас к основному аргументу теории массового общества: «Разница в восприимчивости к мас­совым символам и лидерам зависит прежде всего от кре­пости общественных связей, а не от влияния конкретного класса или любого социального статуса самого по себе» [Kornhauser 1959: 237]. Типичный состав потенциальных участников массовых движений включает: интеллектуа­лов «свободных профессий» (в отличие от объединенных в корпорации интеллектуалов, например тех, кто работает в университетах), мелких предпринимателей (в отличие от представителей крупных компаний), неквалифици­рованных рабочих (в отличие от квалифицированных), шахтеров и портовых рабочих (в отличие от рабочих дру­гих отраслей промышленности), сельскохозяйственных рабочих и мелких фермеров (в отличие от зажиточных фермеров), молодых людей, особенно студентов (в отли­чие от лиц более старшего возраста), политически индиф-

ферентных (в отличие от политически ангажированных), безработных (в отличие от работающих) [Kornhauser 1959:223].