20 Сентября 1937 г.

Нач[альнику] Парфеновского НКВД

* Такие факты получили отражение в литературе и воспоминаниях: Судьба сельского активиста (воспоминания Анны Сергеевны Вангоковой об отце — Ванюкове Сергее Гри­горьевиче) // Алтайская деревня в первой половине XX века. Барнаул, 2007. С. 220-221. " См.: ОСД УАДААК. Ф. Р-2. Оп. 7. Д. 17566. Л. 35-36 об.

Песчановский с/совет сообщает вам в том, что сын К. учится в Новосибирске в комвузе, которого необходимо нужно снять, так как

сын бандита кулака. И второй сын Петр работает в Алтайском за­готзерно, которого снял с работы и исключил из ВЛКСМ Парфенов-ский РК ВЛКСМ.

Председатель] с/совета (подпись)

ОСД УАДАК. Ф. Р-2. Оп. 7. Д. 6089. Л. 18. Рукописный подлинник.

№ 250

Из заявления детей осужденного Л. на имя министра внутренних дел СССР Л. П. Берия о реабилитации отца

18 Апреля 1953 г.

Наш отец, гражданин Л., рождения 1892 года, по специальности ветеринарный фельдшер, будучи заведующим Сычевским зоовет-пунктом Смоленского района Алтайского края, 5 октября 1937 года был арестован органами НКВД и постановлением тройки осужден по 58 ст. УК на 10 лет лишения свободы, несмотря на то, что в предъявленных ему обвинениях себя виновным не признал.

За что арестован и за что осужден для нас неизвестно по настоя­щее время и есть предположения, что об этом не известно и самому осужденному.

Отбыв положенный ему срок заключения, 5 октября 1947 года гражданин Л., находясь в Хабаровском крае, в гор. Магадан, прииск им. Максима Горького, был освобожден из заключения, но, однако, выезд его, по непонятным для нас причинам, продолжают задержи­вать.

С момента ареста и осуждения г-на Л. прошло более 15 лет. Мы же, его дети, по прошествии 15 лет, до сих пор никак не можем дать объективную оценку случившемуся с нашим отцом.

Заключение и осуждение отца явилось тягчайшим позором во всей нашей жизни и не только нашей, но и наших детей.

Естественно, всегда у нас возникал вопрос, за что же наказан наш отец, в чем заключается его виновность перед государством и завое­ваниями Великой Октябрьской социалистической революции и за что мы, его дети, должны нести моральную ответственность за дея­тельность отца?

Совершенно недавно (в марте м-це с. г.) одному из наших брать­ев — офицеру запаса Л. — пришлось проходить мандатную комис­сию при отборе офицеров по линии военного комиссариата, где ему было заявлено, что он имеет отрицательную характеристику своего социального прошлого.

Из этой характеристики единственная правда о том, что отец осу­жден по 58 ст. УК, но то, что отец отца (т. е. наш дед) был лишен из­бирательных прав и якобы все мы были лишены избирательных прав — это уже является прямой ложью и клеветой.

<...>*

С уважением к Вам (подписи)

ОСД УАДАК. Ф. Р-2. Оп. 7. Д. 5508. Л. 380, 382. Машинописный подлинник.

№ 251

Заявление сына осужденного Ю. на имя председателя Президиума Верховного Совета СССР К. Е. Ворошилова о пересмотре дела отца

19 Июля 1956 г.

Убедительно прошу Вас пересмотреть дело моего отца Ю. и бра­та, которые были взяты по линии органов НКВД в 1937 году в Зна­менском, а ныне Верх-Суетском районе Алтайского края и осужде­ны в то время созданной тройкой при органах. Какие им предъявля­ли обвинения мне не известно, но я хорошо знаю, что они работали в колхозе честно и каких-либо замечаний не имели, кроме того, нико­гда не высказывали и не имели мыслей в отрицательном смысле против существующего строя. Напротив, отец всегда восхищался по­становкой дела по обучению детей в школе и возможности детям колхозников получать необходимое образование вплоть до высшего, приводил в пример нас и многих других, когда мы три брата обуча­лись в различных учебных заведениях за счет государства. Поэтому считаю, что они осуждены не правильно, как и многие другие чест­ные люди нашей страны в мрачные 1937-1938 годы. Знаю так же, что после того как были осуждены отец и брат, сколько мне лично, моим остальным братьям пришлось пережить горя и страдания только за то, что они являются нашими родственниками - неодно­кратные вызовы, запросы, проверка, презрение - нет ничего мучи­тельнее было жить в такой обстановке. Поэтому прошу Вас пере­смотреть их дела и реабилитировать, чтобы мы знали, что их смерть и наши страдания и горе было дело рук подлой банды Берия, орудо­вавших в органах госбезопасности.

О Вашем решении убедительно прошу сообщить по указанному выше адресу.

(подпись)

ОСД УАДАК. Ф. Р-2. Оп. 7. Д. 6112. Л. 102. Машинописный под­линник.

№ 252

Заявление жены осужденного К. в У КГБ по Алтайскому краю о выплате пособия

1957 г.

Мой муж К., рождения 4 марта 1898 года, в селе Колывань Змеи­ногорского р-на Алт[айского] края. Проработав 11 лет на Колыван-ской шлифовальной фабрике в должности гл. бухгалтера, в 1936 г. по состоянию его здоровья мы переехали в гор. Барнаул, где он работал ст[аршим] бухгалтером Алтметаллзавода, ныне — завод дизельных запасных частей.

14 ноября 1937 года его арестовали, за что — нам не известно. До 1956 г. нам о его существовании ничего не было известно и только в 1956 г. нам в управлении МГБ сказали, что он в 1944 году скончался от разрыва сердца, и здесь же сказали, что он не был виновен. Дело прошлое и его не вернешь.

Я хочу написать вам о том, как нам пришлось жить все это время и особенно первые годы после его ареста.

Когда мужа посадили, у меня на руках осталось четверо детей: моей старшей Лидии 10 лет, Юрию — 8, Руфине — 6 и Людмиле — 3 года.

Мы жили в доме металлзавода [по ул.] Анатолия, 73, вскоре же после ареста мужа нас из квартиры выселили и только благодаря со­чувствию жильцов оставили на некоторое время в общей кухне.

Я пыталась устроиться на работу, но меня нигде не брали, пото­му что боялись за якобы какие-то последствия, потому что муж арестован. Я вынуждена была продавать свои и мужа вещи, чтобы хоть как-нибудь прокормить детей. Только в 1938 году в июне м-це я устроилась на работу рассыльной в Заготзерно с зарплатой в 90 руб., представьте себе семью в 5 человек прокормить на 90 руб., через 4 месяца, узнав, что муж у меня арестован и сидит по 58 ст., меня с работы уволили. С большим трудом удалось мне устроиться на рабо­ту в детдом №5, где проработала 17 лет.

Из кухни, где мы жили, нас выселили, и я была вынуждена все ос­тальное продать, залезть в долги и купить на неплановом месте на

Парковом взвозе землянку в 5 кв. метров. Ребятишки росли в нищете и голоде, образования не получили, но я их вырастила всех.

За эти годы я столько пережила и вынесла, что человеку за всю не пережить жизнь.

После ареста мне не выдали зарплату его за полмесяца и облига­ции, за которые было выплачено.

Кроме этого землянка, в которой я живу, была выстроена без раз­решения на Парковом взвозе и подлежит к сносу, со мной еще живут 2 детей.

Я Вас прошу дать указание о выплате мне зарплаты мужа за пол­месяца и облигации, а также возвратить нам квартиру по ул. Ана­толия, 73.

Я слышала, что жены, мужья которых погибли в тюрьме, получа­ют 2-месячную зарплату мужа, если это правда и возможно, прошу Вас дать соответствующее указание.

Очень Вас прошу, что можно сделать из моей просьбы — сделайте.

(подпись)

ОСД УАДАК. Ф. Р-2. Оп. 7. Д. 5486/4. Л. 5, 5 об. Рукописный подлинник.

№ 253

Заявление жены осужденного Б. в УКГБ по Алтайскому краю об оформлении пенсии по утрате кормильца