Философия (хрестоматия)

человеческом смысле, есть самопотребление человека.

Частная собственность сделала нас столь глупыми и односторонними,

что какой-нибудь предмет является нашим лишь тогда, когда мы им облада-

ем, т.е. когда он существует для нас как капитал или когда мы им непосред-

ственно владеем, едим его, пьем, носим на своем теле, живем в нем и т.д., –

одним словом, когда мы его потребляем, – хотя сама же частная собствен-

ность все эти виды непосредственного осуществления владения в свою оче-

редь рассматривает лишь как средство к жизни, а та жизнь, для которой они служат средством, есть жизнь частной собственности – труд и капитализи-

рование.

Поэтому на место всех физических и духовных чувств стало простое отчуждение всех этих чувств – чувство обладания. Вот до какой абсолютной бедности должно было быть доведено человеческое существо, чтобы оно могло породить из себя свое внутреннее богатство.

Поэтому уничтожение частной собственности означает полную эман-

сипацию всех человеческих чувств и свойств; но оно является этой эмансипа-

цией именно потому, что чувства и свойства эти стали человеческими как в субъективном, так и в объективном смысле. Глаз стал человеческим глазом точно так же, как его объект стал общественным, человеческим объектом,

созданным человеком для человека. Поэтому чувства непосредственно в своей практике стали теоретиками. Они имеют отношение к вещи ради ве-

щи, но сама эта вещь есть предметное человеческое отношение к самой себе и к человеку, и наоборот. Вследствие этого потребность и пользование ве-

щью утратили свою эгоистическую природу, а природа утратила свою голую

полезность, так как польза стала человеческой пользой.

…Мы видели, как при предположении положительного упразднения частной собственности человек производит человека – самого себя и другого человека; как предмет, являющийся непосредственным продуктом деятель-

ности его индивидуальности, вместе с тем оказывается его собственным бы-

тием для другого человека, бытием этого другого человека и бытием послед-

него для первого. Но точно таким же образом и материал труда и человек как субъект являются и результатом и исходным пунктом движения (в том, что они должны служить этим исходным пунктом, в этом и заключается истори-

ческая необходимость частной собственности). Таким образом, обществен-

ный характер присущ всему движению; как само общество производит чело-

века как человека, так и он производит общество. Деятельность и пользова-

ние ее плодами, как по своему содержанию, так и по способу существования,

носят общественный характер: общественная деятельность и общественное

пользование. Человеческая сущность природы существует только для обще-

ственного человека; ибо только в обществе природа является для человека

звеном, связывающим человека с человеком, бытием его для другого и быти-

ем другого для него, жизненным элементом человеческой действительности;

только в обществе природа выступает как основа его собственного человече-

ского бытия. Только в обществе его природное бытие является для него его

человеческим бытием и природа становится для него человеком. Таким обра-

зом, общество есть законченное сущностное единство человека с природой,

подлинное воскресение природы, осуществленный натурализм человека и осуществленный гуманизм природы.

Маркс К., Энгельс Ф.// цитируется по «Человек: мыслители прошлого и настоящего

о его жизни, смерти и бессмертии, XIX». – 1995. С. 171-178.

Задание:

1. В чем состоит идея упразднения частной собственности? В какой форме отмена собственности должна проводится? Какие противоречия бла-

годаря этому разрешаются?

2. По какой причине направленность человеческого бытия на облада-

ние приводит общество к кризису?

3.Каким образом соотносятся в теории коммунизма личная свобода человека и отмена частной собственности?

4.Какая форма отчуждения наиболее опасна для человека?

Приложение.

Э. Фромм ()

Концепция человека у К. Маркса.

I. МАРКС И ФАЛЬСИФИКАЦИЯ ЕГО МЫСЛЕЙ.

Ирония истории состоит в том, что, несмотря на доступность источни-

ков, в современном мире нет предела для искажений и неверных толкований различных теорий. Самым ярким примером этого рода является то, что сде-

лано в последние десятилетия с учением К. Маркса. В прессе, литературе и речах политических деятелей постоянно упоминается Маркс и марксизм, так же как в книгах и статьях известных философов и социологов. Создается впечатление, что ни политики, ни журналисты ни разу не прочли ни единой Марксовой строчки, а социологи и обществоведы привыкли довольствовать-

ся минимальными знаниями текстов Маркса. И при этом они явно чувствуют себя совершенно уверенно, ибо никто из влиятельных в этой области людей не высказывает недоумения по поводу их сомнительных, невежественных за-

явлений.

Самым распространенным заблуждением является идея так называемо-

го «материализма» Маркса, согласно которой Маркс якобы считал главным мотивом человеческой деятельности стремление к материальной (финансо-

вой) выгоде, к удобствам, к максимальной прибыли в своей жизни и жизни своего рода. Эта идея дополняется утверждением, будто Маркс не проявлял никакого интереса к индивиду и не понимал духовных потребностей челове-

ка: будто его идеалом был сытый и хорошо одетый «бездушный» человек.

Одновременно Марксова критика религии отождествляется с отрицанием всех духовных ценностей (ибо духовность понимается этими интерпретато-

рами как вера в Бога).

Исходя из вышеприведенных представлений, социалистический рай Маркса преподносится нам как общество, в котором миллионы людей под-

чинены всесильной государственной бюрократии; как общество людей, ко-

торые отдали свою свободу в обмен на равенство; это люди, которые удовле-

творены в материальном смысле, но утратили свою индивидуальность и пре-

вратились в миллионы роботоподобных автоматов, управляемых маленькой,

материально более обеспеченной элитой.

Следует отметить сразу, что это расхожее представление о Марксовом

«материализме» совершенно ошибочно. Цель Маркса состояла в духовной эмансипации человека, в освобождении его от уз экономической зависимо-

сти, в восстановлении его личной целостности, которая должна была помочь ему отыскать пути к единению с природой и другими людьми. Философия Маркса на нерелигиозном языке означала новый радикальный шаг вперед по пути пророческого мессианства, нацеленного на полное осуществление ин-

дивидуализма, то есть той цели, которой руководствовалось все западное общественное мышление со времен Возрождения и Реформации и до середи-

ны ХIX в.

Такое представление, вероятно, шокирует многих читателей. Но преж-

де чем перейти к доказательству, я хочу еще раз подчеркнуть, в чем состоит ирония истории: она состоит в том, что обычно описание Марксовых целей и его идей социализма, как две капли воды, совпадает с современным запад-

ным капиталистическим обществом: поведение большинства людей мотиви-

ровано материальной выгодой, комфортом и растущим потреблением. Рост потребностей безграничен, он сдерживается лишь чувством безопасности и стремлением избежать риска. Люди достигли такой степени конформизма,

который в значительной мере нивелирует индивидуальность. Они преврати-

лись, по Марксовой терминологии, в беспомощный «человеческий товар» на службе у сильных и самостоятельных машин. Фактическая картина капита-

лизма середины XX в. совпадает с карикатурой на марксистский социализм,

как его рисуют его противники.

Еще более удивительно, что люди, которые обвиняют Маркса в «мате-

риализме», сами критикуют социализм за отрыв от реальности, за то, что он не признает, что единственным стимулом человека к труду является матери-

альная выгода.

Я попытаюсь доказать, что такая интерпретация Маркса ошибочна: 1) в

марксистской теории нет такого положения, что главным мотивом человече-

ской деятельности является материальная выгода; 2) истинная цель Маркса состояла в освобождении человека от давления экономической нужды, с тем чтобы он мог – и это главное – развиться как человек (сформировать себя как гармоничную личность). То есть главная забота Маркса – освободить челове-

ческую личность, помочь человека преодолеть утраченную гармонию с при-

родой и другими людьми; 3) философия Маркса – это скорее духовный экзи-

стенциализм (на секуляризованном языке), и именно ввиду своей духовной сущности он не совпадает, а противостоит материалистической практике и материалистической философии нашего века.

Как это стало возможно, что философия Маркса оказалась искажена до неузнаваемости, до своей полной противоположности?

Для этого есть несколько причин. И первая из них – это чистое невеже-

ство. Дело в том, что материализм не изучается в университетах, не подвер-

гается ни анализу, ни критике. Поэтому многие, вероятно, считают, что им предоставлено полное право говорить об этом все, что взбредет на ум, без всякого знания дела. Каждый считает себя вправе говорить о Марксе, не про-

чтя ни единой его строчки или хотя бы того минимума, который необходим,

чтобы разобраться в сложной системе его мыслей и идей. Кстати, одна из главных работ Маркса по проблеме отчуждения и эмансипации до 1959 г. во-

обще была неизвестна англоязычной публике («Экономическо-философские рукописи 1844 года»).

Вторая причина состоит в том, что русские коммунисты присвоили се-

бе марксистскую теорию и попытались убедить мир, что они в своей теории и практике являются последователями Маркса. И хотя на деле все обстоит как раз наоборот. Запад согласился с их пропагандистским тезисом о соот-

ветствии русской теории и практики идеям Маркса. Но не только русские коммунисты виноваты в фальсификации Маркса. Мысль о том, что Маркс отстаивал идеи экономико-гедонистского материализма, разделяется многи-

ми антикоммунистами и реформ-социалистами. Причины этого нетрудно отыскать.

Хотя теория Маркса представляет собой критику капитализма, многие ее сторонники сами были так сильно пропитаны капиталистическим духом,

что они наполняли логику рассуждений Маркса экономическими и материа-

листическими понятиями, которые распространены в современном капита-

лизме. Это факт, что советские коммунисты и реформ-социалисты считаются врагами капитализма, но сами они понимают коммунизм (или социализм)

именно в духе капитализма. Для них социализм – это не такое общество, ко-

торое коренным образом отличается от капитализма (с точки зрения пробле-

мы человека), а скорее это некая форма капитализма, в которой на вершине социальной лестницы оказался рабочий класс; для них социализм – это, по ироническому выражению Энгельса, «современное общество, но без его не-

достатков».

Я назвал логические, рациональные причины искажений Маркса. Од-

нако существуют еще причины иррационального характера. На протяжении многих лет Советский Союз считается абсолютным воплощением всякого зла, поэтому его идеи носят отпечаток дьявольщины. Как в 1917 г. слова

«кайзер» и «гунны» стали воплощением всемирного зла (а все немецкое,

включая музыку Моцарта, попадало в этот чертов круг), так сегодня это ме-

сто заняли русские коммунисты, и поэтому их доктрину никто не способен изучать объективно.

Причиной этой ненависти обычно называют террор эпохи сталинизма.

Однако есть серьезные основания для того, чтобы усомниться в искренности подобных объяснений: ведь аналогичные террористические акции и бесчело-

вечность французов в Алжире, Трухильо в Сан-Доминго, Франко в Испании и так далее не вызвали к жизни подобного морального разоружения. И далее:

смена сталинской системы террора хрущевским реакционно-политическим

государством не привлекла к себе достаточного внимания Запада....

Все это дает нам основание задуматься, а не коренятся ли антироссий-

ские настроения в морально-гуманистических чувствах, в том ощущении, что система, которая не знает частной собственности на средства производства,

является бесчеловечной и опасной.

Трудно сказать, какой из вышеназванных факторов несет максималь-

ную ответственность за искажение марксистской философии. Наверное, в

разное время один - больше, другой - меньше, а может быть, все вместе…

II. ИСТОРИЧЕСКИЙ МАТЕРИАЛИЗМ МАРКСА

Чтобы правильно понять философию Маркса, нужно сперва очистить от искажений такие ее понятия, как материализм и исторический материа-

лизм. Если кто-то думает, что материализм утверждает в качестве главного мотива человеческой деятельности материальные интересы и стремление к постоянному росту личного благосостояния, он упускает из виду тот простой факт, что слова «материализм» и «идеализм» у Маркса и других философов указывают не на психологическую мотивацию поведения... На философском языке слово «материализм» (или «натурализм») обозначает направление фи-

лософии, которое полагает, что в основе мира лежит движущаяся материя.

Досократики были материалистами в этом и только в этом смысле, а не в смысле ценностных суждений или этических принципов. С точки зрения

«идеализма» мироздание определяется бестелесными сущностями или идея-

ми, и впервые словом «идеализм» была названа платоновская философская система. Маркс – с этой точки зрения – является представителем материали-

стической онтологии, но вопросы онтологии его по большому счету не инте-

ресовали и он ими почти не занимался. В философии существуют множество видов и форм материализма и идеализма, и чтобы разобраться в материализ-

ме Маркса, надо вспомнить, что он однозначно выступал против того фило-

софского материализма, который отстаивали многие прогрессивные мысли-

тели его времени (особенно естествоиспытатели). Это был материализм, ко-

торый считал, что материальный субстрат лежит в основе не только матери-

альных процессов, но также психических и духовных явлений.

Они самым вульгарным образом представляли, будто идеи и чувства суть результат химических процессов в организме, и что мысль по отноше-

нию к мозгу представляет собой то же самое, что моча по отношению к поч-

кам. Маркс боролся с этим механическим «буржуазным», «абстрактно-

научным материализмом», который исключал из своей философии рассмот-

рение общественно-исторического процесса; напротив, Маркс утверждал вместо этого то, что назвал в «Экономическо-философских рукописях 1844

года» словами «натурализм» и «гуманизм», который отличался как от мате-

риализма, так и от идеализма, одновременно включая их в себя.

На самом деле Маркс никогда не употреблял таких понятий, как «исто-

рический» или «диалектический материализм», а говорил о своем собствен-

ном диалектическом методе, в противоположность гегелевскому, и о «мате-

риалистическом базисе», под которым подразумевал фундаментальные усло-

вия человеческого существования.

«В прямую противоположность немецкой философии, – писал Маркс, –

спускающейся с неба на землю, мы здесь поднимаемся с земли на небо, т.е.

мы исходим не из того, что люди говорят, воображают, представляют себе, –

мы исходим также не из существующих только на словах, мыслимых, вооб-

ражаемых, представляемых людей, – чтобы от них прийти к подлинным лю-

дям; для нас исходной точкой являются действительно деятельные люди, и

из их действительно жизненного процесса мы выводим также и развитие идеологических отражений и отзвуков этого жизненного процесса».

После критики спекулятивной, перевернутой философии Гегеля Маркс четко формулирует свою позицию в отношении истории общества:

«Этот способ производства надо рассматривать не только с той сторо-

ны, что он является воспроизводством физического существования индиви-

дов. В еще большей степени это – определенный способ деятельности дан-

ных индивидов, определенный вид их жизнедеятельности, их определенный образ жизни. Какова жизнедеятельность индивидов, таковы и они сами. То,

что они собой представляют, совпадает, следовательно, с их производством –

совпадает как с тем, что они производят, так и с тем, как они производят. Что представляют собой индивиды, – это зависит, следовательно, от материаль-

ных условий их производства».

В «Тезисах о Фейербахе» Маркс четко проводит грань между истори-

ческим материализмом и современным ему материализмом. «Главный недос-

таток всего предшествующего материализма – включая и фейербаховский – заключается в том, что предмет, действительность, чувственность берется только в форме объекта, или в форме созерцания, а не как человеческая чув-

ственная деятельность, практика, не субъективно. Отсюда и произошло, что деятельная сторона, в противоположность материализму, развивалась идеа-

лизмом, но только абстрактно, так как идеализм, конечно, не знает действи-

тельной, чувственной деятельности как таковой».

В отличие от Гегеля, Маркс исследует человека и историю; при этом он исходит не из идей, а из действительного (реального) человека и экономиче-

ских и социальных условий его жизни. Таким образом, Маркс в равной мере далек как от буржуазного материализма, так и от гегелевского идеализма, что дает ему право сказать, что его философия не является ни материализмом, ни идеализмом, а представляет собой синтез натурализма и гуманизма.

Теперь можно выяснить, в чем ошибка широко распространенного представления о сущности исторического материализма. Ходячее представ-

ление утверждает, что, по мнению Маркса, самым сильным психологическим мотивом человека является жажда денег и материальных благ; если это глав-

ная движущая сила человека, то – рассуждает далее «интерпретатор» истори-

ческого материализма – ключ к пониманию истории находится в материаль-

ных стремлениях человека; отсюда ключ к объяснению истории – в челове-

ческом желудке и его стремлении к удовлетворению материальных потреб-

ностей. Важнейшая ошибка, на которой строится эта интерпретация, состоит в допущении, что исторический материализм – это психологическая теория,

которую занимают человеческие страсти и страдания. На самом деле он не является психологической теорией; он утверждает только то, что способ, ка-

ким человек производит, определяет и его мышление, и его желания, а не то,

что главным мотивом человеческой деятельности служит желание макси-

мальной материальной выгоды.

Это значит, что экономика определяется не тем или иным душевным порывом, а способом производства; не субъективными «психологическими»,

а объективными «экономико-социологическими» факторами.

Единственная квазипсихологическая предпосылка этой теории состоит в указании на то, что человек нуждается в пище и крове, и потому должен за-

ниматься производством этих средств жизни. Естественно, способ производ-

ства средств жизни, который зависит от целого ряда объективных факторов,

выдвигается на первый план и определяет все прочие сферы человеческой деятельности.

Объективные условия, которыми определяется способ производства, а

тем самым социальная организация, детерминируют также и самого челове-

ка: его цели и его интересы. Сама мысль о том, что «человека формируют об-

стоятельства», не нова, она принадлежит Монтескье; новым у Маркса ока-

зался детальный анализ обстоятельств, которые уходят корнями в способ производства и лежащие в его основе производительные силы.

Конкретные экономические условия, имеющие место при капитализме,

производят и такой важнейший побудительный момент, как жажду денег и собственности; а другие экономические условия могут вызвать к жизни пря-

мо противоположные стремления; например, аскетизм и презрение к земным благам, которые мы наблюдаем во многих восточных культурах, а также на самой ранней стадии развития капитализма.

По Марксу, стремление к деньгам и собственности обусловлено эконо-

мически – точно так же, как и диаметрально противоположные ему стремле-

ния.

Марксово «материалистическое», или «экономическое», понимание ис-

тории не имеет ничего общего с известным утверждением, что «материали-

стические», или «экономические», мотивы являются главной движущей си-