Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
документы для нира.docx
Скачиваний:
15
Добавлен:
23.05.2015
Размер:
722 Кб
Скачать
☆

93 И как два года назад он обходил с нами небольшое помещение Студии в Мансуровском переулке, так в этот вечер он обошел с нами новое помещение своего театра.

Новое помещение театра Третьей студии МХАТ помещалось на Арбате в одном из особняков, принадлежавших богатому представителю московских буржуазных кругов. Одно время после революции в нем помещалось собрание довольно посредственных картин. Пожар уничтожил часть помещений, картины были переданы в государственный фонд, а Третья студия МХАТ, восстановив здание, устроила в пострадавших от пожара комнатах сцену и зрительный зал на четыреста человек.

Мраморная лестница из вестибюля вела наверх.

Многочисленные гостиные, отделанные под различные стили, — от готического до китайского — должны были служить своеобразными фойе.

Обходя дозором свои новые владения, Вахтангов по временам тяжело вздыхал и с грустной иронией трогал то дорогой разноцветный штоф, которым были затянуты стены гостиных, то в комическом изумлении останавливался перед диванами, имитировавшими средневековые тропы.

Не о таком театральном помещении, вероятно, мечтал он! Художественный вкус у Евгения Богратионовича был строгий, безупречный.

— Ну что ж, — сказал он, — спасибо и на этом Анатолию Васильевичу31*. Не каждый театр начинал с такого роскошного помещения! Превратим все эти комнаты во дворец хана Альтоума и в каждой из них сыграем по сцене из «Принцессы Турандот»32*!

Вахтангов шутил. Но мы знали, что у него часто под шуткой скрывался и определенный замысел. Точный план постановки «Турандот» еще не был решен. А может быть, Евгений Богратионович и не шутит…

— Ну-с, дальнейшие занятия по режиссуре, — продолжал Вахтангов, — переносятся прямо на нашу репетиционную каждодневную работу. Хотя вы меня все обманули: никто не работает над собой в смежных областях — литературе, музыке, живописи — увидите, как дорого это вам обойдется в будущем! Сейчас нам надо режиссерские занятия перенести на практику.

— Всем вам назначу определенную область в нашем театральном хозяйстве и буду вас учить, строя вместе с вами театр, наш театр! Кое-чему я вас как будто и научил, но одной стороны вашей человеческой сущности не победил, увы! Вы не образовали небольшой, сплоченной 94 режиссерский коллектив. Вы остались все же индивидуалистами. С театром, не спорю, вы сжились, сработались. А в режиссуре эгоисты, индивидуалисты. Скажите, сколько раз без меня вы собирались за эти два года как режиссерская группа?

Мы молчали. По различным и, как нам казалось, убедительным причинам, нам за эти два года не удалось ни разу собраться без Евгения Богратионовича. Как режиссерами, скажем прямо, мы не очень интересовались друг другом, хотя были в отличных товарищеских отношениях.

— Молчите? — понял нас без слов Вахтангов. — Значит, ни разу! Что делать? Не знаю. А, впрочем, — помолчав, добавил он, — может быть, это особенность такой профессии, как режиссура, быть индивидуалистом? А как вы полагаете? С другой стороны, радость творчества художника (имею в виду режиссера!) приобретается только тогда, когда ее разделяют вместе с ним все окружающие его — товарищи по театру, по искусству, зрители. Подумайте-ка обо всем этом покрепче!