Глава 7

Цифры убедительные и коварные

Глава, в которой автор, призывает к осторожному обращению с цифрами. Но не потому, что они якобы обладают, как считали древние, магической силой. Неправильное использование, а также обилие цифр затрудняют восприятие текста и порой сводят на нет эффективность материала, подобно тому, как избыток полезных удобрений замедляет рост растения и может вовсе погубить его.

Мечта любого автора: для пущей убедительности излагаемых фактов привести пару цифр. Естественно, там, где это в принципе возможно. Действительно, цифры обладают магией непреложного доказательства. Но они, как и магия, в руках человека малоопытного могут сослужить недобрую службу.

Вот несколько основных правил, как лучше использовать цифры. Сразу подчеркну: все, о чем пойдет речь, касается исключительно публикаций в изданиях общего направления, рассчитанных на широкую публику.

Правило 1. Частокол цифр затрудняет восприятие материала. Количество их желательно дозировать: не более трех на каждые 2000 знаков текста. А лучше – и того меньше.

Данное правило, конечно же, не распространяется на статьи по банковской, экономической, финансовой тематике или на комментарии по итогам выборов, социологических опросов, где все построено на “игре” с цифрами. Но даже в таком случае, если, конечно, публикация не ориентирована на специалиста, можно постараться изящно выйти из положения, следуя своеобразному “принципу относительности”. В каждом блоке информации лучше дать одну-две базовые цифры, а остальные представлять относительно этой цифры. Например:

«Явка на избирательные участки составила 73,9 % избирателей, за кандидата А проголосовали 36,2 %, а за кандидата В – 11,4 % избирателей.»

Эту информацию можно подать в следующем виде: «Явка на выборы составила 73,9 процента. Почти половина избирателей отдали голоса кандидату А. За кандидата В набрал втрое меньше голосов.»

Иногда полезен такой незамысловатый способ визуально сократить число цифр, а, значит, и облегчить восприятие текста: часть цифр писать словами. Можно написать “Как отметил президент в своем выступлении, число людей, живущих в России за чертой бедности, составляет сегодня 25 млн человек, а это на 5 млн меньше, чем было еще год назад.” Но лучше – «Как отметил президент в своем выступлении, число людей, живущих в России за чертой бедности, составляет сегодня 25 млн человек, а это на пять миллионов меньше, чем было еще год назад.”

Многие авторы, видимо, полагают, что одна цифра менее убедительна, чем ширма из двух. И при этом попадают в капкан “принципа неопределенности”. Вот как это выглядит на практике:

-- “Топливная составляющая в цене билета уже сейчас составляет 60—65%”, сказал на встрече с депутатами Госдумы Игорь Левитин.”;

-- “Как показывают выборочные проверки, в крупнейших торговых сетях объем пиратских DVD колеблется в пределах 30—40 %, CD – 10%.”;

-- “Размер ежемесячного платежа (по кредиту – авт.) жестко привязывается банками к ежемесячному доходу клиента – обычно он не должен превышать 30—40% ежемесячного дохода семьи.”;

-- “Стоимость страхования “коробки” квартиры составит от 0,2—0,3% в год.”;

-- “Получается, чтобы ребенок не ходил голодным в школе, нужно 40—50 рублей в день, или более 1000 рублей в месяц.”

Такие “цифроширмы” на самом деле не уточняют, а прячут смысл сказанного. Но если транспортник Левитин позволяет себе на пресс конференции вольное обращение с информацией, то журналист должен сразу уточнить: министр не знает точно, сколько процентов от цены билета составляет транспортная составляющая, или цифра колеблется в зависимости от каких-то обстоятельств? Тогда что это за обстоятельства – сезонные, региональные, вид железнодорожного транспорта (электричка, тепловоз, пассажирский или грузовой состав)?

Если по поводу пиратских DVD меня, как потребителя, информация не слишком волнует (пиратские или лицензионные – мне все равно, лишь бы качество и цена удовлетворяли), то знать, сколько надо платить по кредиту важно. Первая цифра (30 процентов) – это треть, даже меньше, семейного дохода, а вторая (40 процентов) психологически приближается к половине. И здесь хотелось бы информацию получить более точную.

Крайние цифры стоимости страхования “коробки” квартиры (0,2—0,3 процента) отличаются в полтора раза. И при стоимости (на начало 2005 года) “коробки” простенькой двухкомнатной квартиры в 900 000 рублей сумма страховки будет от 1800 до 2700 рублей. Разница для рядовой семьи, особенно пенсионеров, немалая. Но, видимо, журналист не сильно озабочен интересами читателя, если реальные факты прячет за цифроширму.

Цифровая неопределенность имеет порой даже нравственный аспект. Почему бы автору цитируемой статьи о школьных обедах не сказать (если это, конечно, соответствует действительности), что стоимость питания учащихся в 40—50 рублей определяется регионом (везде свои цены), возрастом ребенка (естественно, первоклассник ест меньше, чем восьмиклассник), вероятно, еще какими-то факторами. А из приведенного текста напрашивается вывод, что чиновники от образования толком не знают потребности школ и цифры дают “с потолка”. С разбросом в 20 процентов. По отношению к детям это безнравственно.

Разумеется, все сказанное не означает, что использовать цифроширмы нельзя ни при каких условиях. Если речь идет о прогнозе, без элемента неопределенности не обойтись. “По экспертным оценкам, создание лаборатории обойдется итальянскому правительству в 1,5—2 млн евро.” -- во фразах, подобных этой, цифроширма единственный способ подачи достоверной информации.

Правило 2. При выборе между простой и точной цифрой, предпочтение (если только речь не идет о специализированном издании) следует отдавать первой.

Точность (до десятых и сотых долей) чаще всего не нужна в обобщенном комментарии, в обзорной статье. “Круглая” цифра, как и лаконичный текст, проста для восприятия и легче запоминается. Лучше написать “почти треть голосовавших поддержали кандидатуру”, чем “32, 67 процента голосовавших поддержали кандидатуру”.

А как же достоверность информации, спросит начинающий автор? И будет абсолютно прав. При подготовке оперативной информации, скажем, о ходе предвыборной борьбы или голосования, или же о результатах соцопроса, без точных цифр действительно не обойтись. Но и здесь можно выйти из положения.

Один путь (простейший) -- приводить словами “округленные” данные и тут же в скобках для въедливых читателей дать точные (до сотых долей) цифры. В приведенном примере это будет выглядеть так: “почти треть голосовавших (32, 67%) поддержали кандидатуру”. В сознании остается “округленный” вариант, легкий для восприятия и запоминания.

Второй путь: дополнить текстовой материал небольшой таблицей с точными цифрами. Кому надо – проштудирует эту таблицу. Не стесняйтесь предложить редактору именно такой вариант, если считаете его в вашем случае целесообразным.

Правило 3. Старайтесь, там, где это возможно, цифры “очеловечить”. Принцип хьюман тач, о котором мы с вами говорили применительно к лиду, необходимо соблюдать везде.

Абстрактные тонны, километры, квадратные метры жилья и гектары ровным счетом ничего не говорят тому, кто не является специалистом в данной области. Когда в прежние времена в беседе с иностранными журналистами наши чиновники начинали жонглировать миллионами квадратных метров строящегося жилья в Ленинграде, я всегда просил перевести это на человеческий язык: ежегодно 50 тысяч ленинградских семей отмечают новоселье. Очень просто и понятно.

Вспомним классику жанра – «Операция «Ы» и другие приключения Шурика». Фильм первый -- «Напарник», где Шурик перевоспитывает на стройке хулигана Верзилу. Верзила (артист Смирнов) появляется на стройке и прораб (артист Пуговкин) с пафосом рассказывает ему о своем строительно-монтажном управлении:

А если взять поэтажно весь объем работ, выполненный нашим управлением за первый квартал, и поставить эти этажи один на другой, то мы получим здание, которое будет в два раза выше, чем всемирно известная Эйфелева башня или в три раза выше, чем знаменитая Нотр-Дам-де-Пари.

Силой своего воображения представьте, какой замечательный квартал здесь будет построен. Наше строительно-монтажное управление построило такое количество жилой площади, которое равно одному такому городу как Чита, десяти таким городам, как Волынск или тридцати двум Крыжополям.

В комедии это выглядит забавно. Но по сути абсолютно верно: «голые» цифры маловразумительны. Нужны хорошо знакомые точки отсчета. Задача журналиста правильно их определить. И тогда цифры «заговорят» понятным языком.

Я уже приводил в качестве примера, как можно «очеловечить» миллионы квадратных метров жилой площади. То же самое касается расстояний: называя сотни и тысячи километров, дайте понятное читателю сравнение – скажем, расстояние от Москвы до Петербурга.

Иной раз наглядность требует перевести тонны… в километры. Звучит парадоксально. Но на самом деле так и есть.

Скажем, вы пишите о том, как дорого отапливать какой-нибудь населенный пункт мазутом, и какую выгоду несет газ. Фраза «За один отопительный сезон поселок N сжигает 100 тысяч тонн мазута» точная, но малоговорящая рядовому читателю. Гораздо лучше написать так: «За один отопительный сезон поселок N сжигает состав с цистернами мазута длиной в 20 километров.»

«Тысячи тонн мазута» для не профессионала звучит абстрактно. А вот состав длиной в 20 километров представить способен каждый. И это впечатляет.

Правило 4. Никогда не начинайте и не оканчивайте предложение цифрой. И уж тем более, избегайте ставить друг за другом два предложения: одно из которых оканчивается цифрой, другое – начинается с цифры.

Лозунг «Москва для москвичей» близок 21,3%, «чужие обычаи и культура» пугают еще 5,1%. 30,7% приезд мигрантов не волнует. (120 зн.)

Информация воспринимается гораздо отчетливее, если подать ее следующим образом:

Лозунг «Москва для москвичей» близок 21,3%, «чужие обычаи и культура» пугают 5,1% опрошенных. А почти треть участников опроса (30,7%) не волнует приезд мигрантов. (161 зн.)

При таком подходе объем текста увеличился на треть. Но жертва вполне оправданная. Краткость изложения не самоцель, а средство максимально доходчиво подать информацию. И доходчивость – прежде всего.

Чтобы избежать предложений, начинающихся с цифры, есть максимально простой и действенный прием: написать союз «а» или «но», либо слова «зато», «при этом», «вместе с тем». Иногда (хотя и редко) единственный путь – изменить всю структуру предложения. И пусть вас при том не смущает увеличение объема текста.

Правило 5. Абсолютно недопустимо перечислять цифровые данные через запятую. Это так же плохо воспринимается при чтении как в случае, если предложение завершить цифрой, а следующее – с цифры начать (см. Правило 4).

Если бы в классе был ученик, говорящий по-русски с акцентом, высмеивать его стали бы 2,9% опрошенных, избегать общения с ним – 6,5%, 56,7% не обратили бы на это внимания.

Совсем несложно разрядить этот частокол цифр так, как рекомендовано в правиле четвертом – поставить союз «а». Или даже написать: «а не обратили бы на это внимание 56,7% учеников».

Правило 6. Разносите в тексте цифры, характеризующие разные параметры описываемого предмета или явления.

Проведем мини эксперимент. Следующую фразу прочитайте быстро, как мы это делаем обычно, скользя по газетному тексту глазами.

“В 2005 году планируется ввести в строй еще 5 больших 3—4-звездных гостиниц на 1086 номеров.” (94 зн)

Скорее всего, получится так: “В две тысячи пятом году планируется ввести в строй еще пять больших три-четыре…”. Тут вы, запнетесь, осознав, что “три-четыре-звездных” звучит неверно, надо -- “трех-четырехзвездных”. По крайней мере, несколько человек, среди которых я провел эксперимент на чтение и восприятие этого отрывка, именно таким образом и спотыкались о частокол цифр.

А ведь цифры в приведенном примере характеризуют различные параметры: первая – количество гостиниц, две другие – число звезд, то есть качество гостиниц. Уже одно это должно заставить автора задуматься, как разнести такой частокол по разным предложениям. Если разнести не удается, рецепт один: какую-то группу цифр писать словами.

В данном случае информацию можно подать двумя способами:

“В текущем году планируется открыть еще пять гостиниц. Это будут отели 3-4 звезды общим числом 1086 номеров.” (109 зн.)

“В этом году планируется открыть еще 5 гостиниц (трех- и четырехзвездных) общим числом 1086 номеров.” (101 зн.)

Количество знаков в обоих предложенных вариантах немного больше, чем в оригинале. Но зато от обилия цифр мы избавились. И текст получился проще для восприятия. При этом, из предложенных вариантов второй, пожалуй, лучше. Поскольку главное -- количество гостиниц, а оно во втором предложении обозначено цифрой, что скорее обращает на себя внимание.

Правило 7. Cоблюдайте правила арифметики. Для правильного использования цифр достаточно помнить четыре определения из арифметики – что такое средняя величина, максимальная и минимальная, а также что такое порядок цифр в системе десятичного исчисления.

Привожу их по памяти, так что какой-нибудь педант сможет, наверное, уличить меня в неточности формулировок. Но за суть ручаюсь.

Итак, средняя величина – это сумма значений величины, деленная на их количество. Если величина зарплаты у одного работника 10 000 рублей, у другого – 12 000 рублей, у третьего – 30 000 рублей, то средняя заработная плата будет 10 000 +14000+30000, деленная на три. То есть 18 000 рублей.

Максимальная величина – это самая большая из данной совокупности. Минимальная – соответственно самая маленькая.

Что же объединяет эти три, с точки зрения арифметики различные, понятия – средняя величина, максимальная и минимальная?

А объединяет их то, что каждое из них можно представить одной (и только одной) цифрой. Также одной (и только одной) цифрой – но уже по законам русского языка – выражается величина, обозначенная словом “примерно”: в некотором смысле это то же самое, что “средняя величина”.

Если помнить это обстоятельство, то полной нелепицей покажутся фразы, которыми пестрят отечественные газеты:

• Средний размер предоставляемого кредита составляет 350—380 тыс. руб.;

• Так, “Газпром” ежегодно взвинчивает цены в среднем на 20—23%;

• Численность работников на предприятиях ОПК Петербурга за 10 лет сократилась более чем в 15 раз, средний возраст наших рабочих – 58—59 лет;

• Минимальная доля малого бизнеса в ВВП в развитых странах составляет 35—40%.

• Страховка отделки помещения обойдется примерно в 0,3—0,4% в год.

Во всех приведенных примерах цифры сами нуждается в уточнении. Я, читатель, задумал взять кредит. И вот теперь, получив “информацию” в газете, мучительно соображаю: от чего зависит этот самый “средний кредит” – от банка, который его предоставляет, от региона, где я живу, от моего дохода или от моего возраста? Та же самая история со страховкой помещения. Что определяет ее величину? Тем более, очень велик относительный разброс – четверть указанной суммы.

А теперь, что такое «порядок» применительно к цифрам в десятичной системе. Цифры первого порядка – до десяти, второго – до сотни, третьего – до тысячи…. На порядок больше – значит, больше в десять раз. На два порядка больше – больше в сто раз. В нашей прессе, слава Богу, не часто, но можно встретить, когда «на порядок» употреблено в смысле «значительно больше», а «на два порядка» -- «вдвое».

Кроме правил арифметики, надо помнить и про русский язык, когда имеешь дело с цифрами. Характерная ошибка из категории тех, о которых только что шла речь, но в сочетании со словом «оптимальный». «Оptimus» в переводе с латыни означает «наилучший». Именно в таком значении оно и вошло в наш язык – наилучший для данных обстоятельств. И потому предложение «Оптимальный бюджет Ren TV на производство телесериала в 2006 году -- $ 30—35 млн.» составлено безграмотно: нилучшим может быть только одно значение.

Даты как точки отсчета

Дружить со временем надо всегда. И человеку любой профессии. В том числе и журналисту.

Если кто-то скажет, что я нарушаю правило, за которое ратую: начинаю с банальной и всем известной истины, то я отвечу: “Коль скоро пишущая братия далеко не всегда в ладах со временем, значит истина эта если и известна, то не стала для некоторых жестким руководством к действию. Вот и приходится повторять банальности.”

В самом деле, станет ли профессиональный журналист, дружащий со временем, писать: «отходы здесь начинают вывозить примерно с 7.00». Если уж «примерно», то пиши: «примерно с семи часов». А если процесс начинается точно по-военному в ноль-ноль минут, то слово «примерно» уже неуместно.

Читаем в одной из общероссийских газет, которая время от времени напоминает читателям, что она – самая многотиражная в стране:

“В 70-х годах прошлого столетия здесь начали строить дачи почти все знаменитые петербуржцы. Так появились загородные дома писателя Леонида Андреева, профессора медицины Петра Лесгафта, художников Александра Бенуа и Валентина Серова, писателя Александра Куприна. Сегодня именно здесь располагаются дачи известных всей России Петербуржцев …”.

Текст дан врезкой в красной рамке да еще сверху на алой плашке крупная надпись вывороткой -- “Дачи”. Сделано все, чтобы именно этот кусок из всей подборки сразу привлек внимание. Думаю, не только я один испытал легкое замешательство на мгновение – как так получается, знаменитые личности тридцать лет назад… Да нет, ерунда какая-то. Конечно, ерунда – потому что перечисленные петербуржцы селились на карельском перешейке в 70-х года позапрошлого века. Подобный ляп еще можно было бы извинить в 2001 году. Но выдать такое в мае 2005 года – это надо быть очень не в ладах со временем.

Впрочем, приведенный пример, скорее, курьез, которых немало в еженедельных газетах. Гораздо важнее обратить внимание на принципиальные ошибки. А корень их в одном: нежелании встать на место читателя. Помните, что я говорил о шизофреническом раздвоении сознания? «Научитесь раздваивать свое сознание. Научитесь становиться на позицию читателя. Научитесь в каждый данный момент соотносить то, о чем вы пишете, с тем, как это воспримет читатель,» -- процитирую я себя, любимого.

Случай первый. Вы пишете “оперативку” в номер, то есть в газету, которую прочтут завтра. И вряд ли будут перечитывать послезавтра или через неделю (недаром говорят: сегодня в газете, а завтра в клозете) Тут, наверное, каждому понятно: про событие, свидетелем которого вы только что стали, надо писать “вчера”. Соответственно, если на пресс конференции сообщили, что “завтра открывается конгресс”, не забудьте написать “сегодня открывается конгресс”.

Случай второй. Вы пишете в еженедельную газету. Здесь с датами все сложнее. С одной стороны материал не должен быть вечным (вневременным) и в то же время вы понимаете, что читатель его прочтет через неделю, а может быть и две. Сообразно с этим надо выстраивать временной отсчет.

Случай третий. Статья готовится для ежемесячного журнала. Здесь требуется очень внимательно отнестись к таким отсылкам как “месяц назад”; “в прошлом году”; “на следующий день после Пасхи”; “во время кинофестиваля “Окно в Европу”. Их использовать в принципе можно, но лишь в том случае, если вы уверены, что это будет сразу понято как надо и читателю не придется мысленно вычислять, когда же реально происходили описываемые события. Ведь ежемесячный журнал рассчитан не на один месяц активного использования. А если уж вы взялись за историко-культурный очерк, то лучше сразу взять за правило: приводить точные даты. Разумеется, такой подход не означает, что ваш опус должен превратиться на хронограф.

Случай четвертый. Вы пишете книгу, брошюру. Здесь категорически нельзя использовать фразы типа “два года назад”. Удивительно, но этим грешат даже умудренные написанием популярной литературы специалисты – социологи, политологи, экономисты. Случалось, когда мне в самом деле важно было узнать, какое время имеет в виду автор, говоря “два года назад”. Ищешь страницу с выходными данными, прикидываешь, за какой срок до издания книги мог быть написан текст. Кроме легкого раздражения такие экзерсисы ничего не оставляют.

И последнее, на что настоятельно обращаю ваше внимание: даты – сугубо на совести пишущего журналиста. Меньше всего надейтесь в этом вопросе на редактора или корректора. Самый опытный редактор именно даты запросто может пропустить в горячке выпуска газеты. Как случилось это в приведенном отрывке, где великих петербуржцев переселили в другой век.

Цифры говорят сами за себя?

Вопреки расхожей формуле, цифры вовсе не говорят сами за себя. Мнение об исключительной убедительности цифр на самом деле сильно преувеличено. Цифра в определенном смысле уподобляется закону, который что дышло: куда повернул, то и вышло. А поворачивает тот, кто пишет. По одной версии стакан наполовину заполнен, по другой – он наполовину пуст. Какая из версий ближе к истине, можно спорить до поросячьего визга.

Так, например, сторонник новой стройки напишет: “Уже на стадии проектирования нефтяного терминала на природоохранные объекты запланировано выделить свыше 170 млн рублей”. Скептик подаст информацию иначе: “Проект нефтяного терминала предусматривает выделить на природоохранные объекты менее полутора процентов сметной стоимости всего объекта”. Противник строительства усилит негатив и вовсе напишет -- “немногим более одного процента”. При этом все три цифры “170 млн руб.”, “менее 1,5 % сметной стоимости” и “немногим более 1% сметной стоимости” отражают одну величину: реальный объем финансирования. Понятно, что первая – наиболее выигрышная.

А вот как одна из ведущих общероссийских газет сообщила в сентябре 2005 г. об итогах выборов президента Египта:

Хосни Мубарак победил малым числом

Его выбрали 8% египтян

Это заголовок и подзаголовок. Многие читатели, кого не интересуют тонкости политической борьбы в Египте, ограничатся данной информацией. Но вот идет лид:

Согласно официальной статистике, за него проголосовало подавляющее количество избирателей – 88,6%. Несмотря на то, что они составляют лишь 8% населения страны, Хосни Мубарак в пятый раз станет законным президентом Египта.

Формально журналист приводит объективные данные. Но эти две цифры для читателя, не склонного или не имеющего времени вдумываться в суть проблемы, на самом деле путают картину. И в памяти, скорее всего, останется одна цифра – 8 процентов. Она проще, она повторяется дважды, а главное – выносится в подзаголовок. Хотя на поверку (далее по тексту статьи) оказывается не восемь, а 8,6%, что по правилам арифметики если уж округлять, то до девяти. Но автору явно хотелось, или он получил задание, принизить выигрыш президента Египта. При этом журналист так спешил, что не удосужился “подбить” все цифры и, скорее всего, по недогляду в середине текста выскочили 8,6%:

“Правда, на участки пришли лишь 23% обладающих избирательным правом граждан, то есть 7 млн из 32 млн избирателей. Из чего следует, что господин Мубарак сохранил президентское кресло, заручившись поддержкой лишь 8,6% граждан Египта”.

Вот классический образец частокола цифр, который лишь скрывает истину. К тому же цифр неверных: 23 процента от 32 млн избирателей будет 7, 36 млн (а не 7 млн, как пишет автор).

Но это еще полбеды, главное в другом. Мало кто из читателей, пробегающих статью глазами, даст себе труд уяснить: если на избирательные участки пришли 23% избирателей, а из них 88,6% отдали голоса президенту, то, значит, ему доверяют 20,38% жителей страны, имеющих право голоса. А это в два с половиной раза больше цифры, вынесенной в подзаголовок статьи.

Но журналист ловко подменил понятие “имеющий право голоса” на “гражданин”. В самом деле, граждан гораздо больше: это и несовершеннолетние, и преступники, и умалишенные и … кто там еще не имеет права голоса в Египте? Вот их всех до кучи и сложил журналист, чтобы вывести нужный ему минимальный процент голосовавших. Получается, обе цифры верные – “20,38% избирателей” и “8,6% граждан”. Обе объективные. А информация, которую они несут, сильно разнится. Поневоле задумаешься: цифры что дышло, куда повернул, то и вышло.

Замечу, в начале 90-х годов прошлого столетия Ельцина величали всенародно избранным президентом. “Всенародно избранный” употреблялось долгое время как своеобразный титул, вроде “Его императорское величество”. Но при этом наша пресса тщательно избегала цифр, которые показывали, что реально за первого российского президента отдали голоса на выборах 1991 года менее половины избирателей (42,8%), а на выборах 1996 года -- лишь около четверти (24,63%). Вполне сопоставимо с доверием, которое оказали Мубараку.

Еще один пример того, как с помощью специфического подбора цифр можно трансформировать информацию. В начале 2006 года радиостанция «Маяк» сообщила, что впервые в истории отечественного телевидения рейтинг канала «Россия» по итогам года превзошел рейтинг «Первого канала». Вывод сделан на основании данных компании «Гэллап-Медиа». На самом деле, канал «победитель» набрал 24, 14%, а другой – 24, 13%. Различие в одну сотую процента является статистической погрешностью и не может являться основанием для определения победителя.

И в данном случае можно было бы говорить о ничьей. Но когда один из журналистов попытался копнуть глубже, выяснилось: эти цифры касаются аудитории «18+», то есть для зрителей старше 18 лет. А если брать аудиторию с 4 лет (как обычно и делается при определении рейтингов ТВ), то рейтинг «Первого канала» -- 23,0; канала «Россия» -- 22,6.

Строго говоря, мы уже вторгаемся в другую тему – манипулирование сознанием. Что не есть предмет нашего разговора. Моя задача скромнее: показать на конкретных примерах, что цифра, хотя и отражает объективную реальность, но направляет, усиливает или, наоборот, ослабляет это отражение журналист.

В подтверждение своих слов процитирую статью, опубликованную в г. “Аргументы и факты” № 36 за 2005 г. (с. 6) “И как они учат за эти гроши”:

Давайте оперировать цифрами. Порой сухая статистика бывает выразительнее любых слов. По данным того же Росстата, средняя зарплата в России за первое полугодие этого года (2005 г. – авт.) была 8 464 рубля. А воспитатели в детском саду получают 3 966 руб., учителя в школе – 4 808 руб., преподаватели в вузе – 8 164 руб.

Хитроумное манипулирование цифрами дало результат. Теперь зарплата учителя сравнивается с зарплатами в перерабатывающих отраслях (получается где-то 66%). А раньше сравнивали с зарплатой в промышленности (туда входят и нефтянка, и добыча полезных ископаемых). Там в среднем получают 18 049 руб. Сколько процентов составляет зарплата учителя от зарплаты нефтяника, посчитайте сами.