6.2.2 Установки интра- и экстраверсии в психотерапии Юнга и основные психические функции.

Карл Юнг создал свое направление в психологии и пси­хотерапии. Его концепции подчас сложны для понимания, трудно систематизируются, но отличаются глубиной и изя­ществом. Влияние Фрейда здесь несомненно, но очевидна и оригинальность мыслей. Юнг отрицает пансексуализм Фрейда. По Юнгу, либидо является универсальным недифференцированным источни­ком энергии, которая проявляет себя не только в сексуаль­ной жизни, но и в языке, культуре, обрядах и т.д. Он выдви­нул оригинальные понятия о стратификации (послойном строении) психики, об архетипах, о коллективном бессозна­тельном. Одно из центральных понятий в учении Юнга — индиви-дуация — процесс развития человека, включающий установ­ление связей между Эго и самостью. Согласно Юнгу, созна­тельное и бессознательное находятся в постоянном взаимо­действии, а нарушение баланса между ними «проявляется неврозом». Исходя из этого, аналитическая психотерапия направлена в основном на уравновешивание сознательного и бессознательного, оптимизацию их динамического взаи­модействия.

Юнг считал, что каждый индивидуум, вернее, фокус его интересов, может быть обращен преимущественно к своему внутреннему Я или, наоборот, к внешнему миру. Первый тип людей он на­звал интровертами, второй — экстравертами. Экстраверсия исключает интроверсию, но ни один из этих типов не имеет предпочтений перед другим. Обычно человек не бывает чистым интро- или экстравер­том, хотя и склонен к той иди иной ориентации. В идеале Юнг видит «пластичность», т.е. умение пользоваться одной из этих двух ориентации там, где она более подходит. Но в жизни так почти не бывает. Интроверты интересуются преж­де всего собственными мыслями, своим внутренним миром. Опасность для них заключается в том, что если слишком глу­боко погрузиться в свое внутреннее Я, то можно утратить контакты с внешним окружением. Экстраверты заняты пре­имущественно внешним миром, они легче устанавливают социальные связи и лучше осознают, что происходит вокруг них. Опасность для них заключается в утрате умения анали­зировать свои внутренние психические процессы. Такие лю­ди, вместо того чтобы развивать собственные идеи, занима­ются анализом чужих.

Истерические личности больше склонны к экстраверсии, астеники и аутичные — к интроверсии. Юнг выделяет четыре основные психические функции: мышление, чувствование, ощущение и интуицию. Мышление и чувствование, по Юнгу, есть альтер­нативные способы формирования суждений и принятия ре­шений. У мыслительного типа ярче, чем у других, проявляется способность к обобщениям, абстрагированию, логическим построениям. Мыслительные типы — способные составите­ли планов, но часто оказываются в их плену, даже если эти планы противоречат конкретной ситуации. Чувственные типы логике предпочитают эмоции, а реше­ния принимаются ими по принципу: хорошо — плохо, кра­сиво — некрасиво. Если мышление и чувствование Юнг рас­ценивал как способы принятия решения, то ощущение и ин­туицию — как способы получения информации. Ощущение основано на конкретных фактах, на том, что можно увидеть, понюхать, потрогать руками.

И нтуиция - способ обработки информации, накапливае­мой преимущественно в бессознательном. Индивидуум, у которого доминируют ощущения, более адекватно, чем дру­гие типы, реагирует на конкретную ситуацию, но и более за­висим от нее. Интуитивный тип более доверяет собственно­му опыту. Информация у таких людей обрабатывается очень быстро, тут же автоматически связывается с прошлым опы­том, а принятое решение, если оно и правильное, нередко «противоречит» здравому смыслу.

Гармоничная оценка внешнего и внутреннего мира, по Юнгу, возможна при гармоничном сочетании всех четырех психических функций. «Чтобы ориентироваться, — пишет Юнг, — мы должны обладать функцией, которая подтверж­дает, что нечто наличествует (ощущение); вторая функция устанавливает, что именно наличествует (мышление); третья решает: подходящее это или нет, хотим ли мы принять это (чувствование); четвертая функция указывает, откуда это пришло и к чему ведет (интуиция)».

К сожалению, у человека эти четыре функции развиты неодинаково. Обычно одна из них доминирует и еще одна — сопутствует. Остальные две функции выражены слабо и на­ходятся в бессознательном. Чем более развиты доминирую­щая и сопутствующая функции, тем более антагонистичны им их противоположности. Юнг всегда подчеркивал, что нельзя говорить о том, какой тип лучше — мыслительный или интуитивный. Лектор мысли­тельного типа, например, сктонен к систематизации и детали­зации материала, к логическим построениям и этим положи­тельно отличается от лектора интуитивного типа, который ча­сто отвлекается от темы, перескакивает с предмета на предмет, зато более предрасположен к предвидениям и прогнозам.

Индивидуация и аналитическая психотерапия. Способность человека к самопознанию и саморазвитию, слияние его сознательного и бессознательного Юнг назвал процессом индивидуации. «Индивидуация, — говорит ученый, — означает становление единым, однородным существом, и поскольку «индивидуальность» — это наша наиболее внут­ренняя, постоянная и ни с чем не сопоставимая уникаль­ность, то индивидуация также подразумевает становление собой».

Первый этап индивидуации — это анализ персоны. Персона выполняет запретные функции, но в то же время является маской, скрывающей самость. Внешнее проявле­ние личности (имя, титул, должность, персональная ма­шина и т.п.) еще не является ее сущностью. «Анализируя персону, — указывает Юнг, — мы срываем маску и обнаружи­ваем, что то, что называли индивидуальным, на самом деле является коллективным».

Второй этап — осознание тени. Если мы признаем ее реальность, то можем освободиться от ее влияния. Кроме то­го, осознание личного бессознательного — путь к ликвида­ции неврозов.

Третий этап индивидуации — встреча с Анимой и Ани-мусом. Сам Юнг относился к этому архетипу как к реально­му существу, находящемуся в тайниках его души. Он совето­вался со своей Анимой, считался с ее мнением, учился у нее...

Четвертый этап — анализ самости. «Самость — наша жизненная цель, потому что это наиболее полное выражение того судьбоносного сочетания, которое мы называем инди­видуальностью». Юнг считал, что «человек должен быть со­бой, должен нести собственную индивидуальность, тот центр личности, который одинаково удален и от сознания, и от бессознательного; мы должны стремиться к этому идеаль­ному центру, к которому природа, кажется, направляет нас».

В процессе индивидуации сознание расширяется и «ком­плексы» из бессознательного переводятся в сознательное.

По Фрейду, комплекс — это вытесненное в бессознатель­ное аффективно окрашенное сексуальное представление. Юнг считает, что комплекс далеко не всегда имеет сексуаль­ное содержание. Комплекс — это скрытая в глубине бессоз­нательного неразрешенная жизненная проблема, неосо­знанное столкновение самых различных актуальных проти­воречий. Источник этих противоречий — обычно какой-то моральный конфликт, который и является главной причи­ной невроза. В отличие от Фрейда Юнг понимает невроз не как конфликт между примитивными влечениями и требова­ниями общества, а в основном как проявление дисгармоничного развития самой личности. К. Юнг, так же как и А. Адлер, придает основное значение не прошлому человека, не его раннему детству, а сегодняшним ситуациям и насущ­ным жизненным проблемам.

Основной задачей психотерапевта, считает Юнг, являет­ся установление контактов сознательного личности с его личным и коллективным бессознательным. Он подчеркива­ет, что терапия — это соединение усилий аналитика и анали­зируемого. Более того, психотерапия — это прежде всего вза­имодействие бессознательного аналитика с бессознатель­ным пациента.

Весь процесс лечения Юнг условно разделил на две ста­дии: аналитическую и синтетическую. Аналитическая стадия состоит из двух этапов: при­знания и толкования. Лечение начинается со сбора материа­ла. Пациент рассказывает о своей жизни, переживаниях, сновидениях и т.д. Врач осторожно направляет рассказ, ста­раясь сделать его более полным и откровенным. Уже в про­цессе признания происходит частичное осознание своего бессознательного. Следующий этап — толкование собранно­го материала. Особо важное значение Юнг придавал снови­дениям и символам. Кроме исповеди пациента в качестве материала для анализа Юнг широко использовал и другие формы выражения бессознательного: рисунки, танцы, скульптуры и т.п.

При анализе снов Юнг в отличие от Фрейда придавал значение не столько свободным ассоциациям, сколько кон­кретному содержанию сновидения. «Свободные ассоциации выведут наружу все мои комплексы, но едва ли значение сна. Чтобы понять значение сна, я должен так близко, как воз­можно, придерживаться образов самого сна». В процессе толкования сновидений Юнг придавал одинаково важное значение ассоциациям как аналитика, так и пациента.

На второй стадии лечения — синтетической, также вы­деляются два этапа: обучение и трансформация. Юнг считал, что прозрение и понимание — это только первая половина лечения. За ней следует не менее важная и трудная — обуче­ние. Результатом этого этапа лечения должно стать форми­рование у пациента не только нового понимания себя и окружающего мира (предыдущая стадия), но и Новых привычек, стереотипов поведения и реагирования. На за­ключительном этапе лечения зависимость пациента от вра-

ча должна быть сведена к минимуму. Центр тяжести перено­сится (трансформируется) на самого пациента, на процесс самообучения и самосовершенствования.

6.2.3 Индивидуальная психология А. Адлера. Комплекс неполноценности и сверхкомпенсация. Схема апперцепции. Агрессия и борьба за превосходство.

Почти каждый человек имеет какие-либо физические или психические, чаще всего характерологические, недостатки. Это обстоятельство, по утверждению А. Адлера, формирует у него комплекс неполноценности. Чувство неполноценности может оказывать и позитивное влияние на личность, так как н ередко является стимулом для достижения цели. В этих случаях комплекс неполноценности формирует устойчивое стремление быть не хуже, а лучше других, побуждает инди­видуума к усилиям, делает его более упорным, благодаря че­му он добивается очень многого. «Чувство неполноценности, — писал Адлер, — само по себе не является ненормальным. Оно — причина многих улучшений в положении человека». В своих ранних работах Адлер утверждал, что борьба за превосходство и агрессивные тенденции человека являются важным фактором в борьбе за выживание, самосовершенствование и самоутверждение. В отличие от А. Ницше он не отождествлял агрессию с враждебностью, а рассматривал ее как инициативу к преодолению препятствий. Стремление к превосходству понимал не только как агрессию и «волю к власти», а намного шире — как по­буждение улучшить себя, развить свои способности, свои потенциальные возможности. Стремление к превосходству, по Адлеру, является врожденным и коренится в эволюционном процессе. Все виды развиваются в направлении более эффективной адаптации к окружающему, в противном случае они погибают. У детей, воспитанных в обстановке гиперопеки, чувство общности и социальный интерес развиты слабо. Избалованным детям не хватает уверенности в своих силах, так как все жизненные проблемы за них обычно решают другие. На пер­вый план у таких детей выступает эгоцентризм и борьба за собственное превосходство. Примерно в таком же положении и нежеланные, отверг­нутые дети. Лишенные любви близких им людей, они теря­ют уверенность в своей полезности и нередко вырастают холодными и жестокими. Интересно в этом отношении на­блюдение самого Адлера: «Черты нелюбимых детей в наибо­лее развитой форме могут быть обнаружены при изучении биографий наиболее значительных врагов человечества. Бросается в глаза одна общая черта — со всеми с ними плохо обращались в детстве. Таким образом, у них развивалась не­стойкость характера, зависть, враждебность; они не могут видеть других счастливыми».

Когда чувство неполноценности достаточно выражено, а социальный интерес развит недостаточно, индивидуум стремится к личному превосходству, так так в глубине души ему не хватает уверенности в том, что он сможет успешно сотрудничать с окружающими. Такие люди не приносят обще­ству ничего ценного, так как фиксированы на себе, а это не­избежно ведет к поражению, чувству неудовлетворенности, неврозу.

Схема апперцепции – собственные представления индивидуума об окружающей среде и о себе. Апперцепция — это свойство психики человека, выражающее зависимость восприятия и поведения человека от его представлений об окружающем мире. Если свернутая в жгут веревка в сумерках покажется человеку живой змеей, то он может испытать такой же сильный страх, как ес­ли бы на месте веревки действительно была змея. Ученый считал, что «наши чувства не воспринимают реальные факты, а получают лишь субъективные образы, отражение внешнего мира». Адлер считал, что основной проблемой большинства людей является их ошибочная схема апперцепции, определяемая недостижимой и нереальной целью превосходства над другими. Схема апперцепции, по Адлеру, во многом определяет поведение индивидуума и лежет в основании механизма неврозов. А. Адлер утверждал, что всякий невроз есть не что иное, как результат конфликта между стремлением к могуществу и чувством собственной неполноценности. Преодоление чувства неполноценности может идти несколькими путями: 1) путем успешной компенсации, в результате чего индивидуум достигнет цели в борьбе за основ­ные жизненные блага; 2) посредством сверхкомпенсации (маленький и щуплый пытается казаться сильным, трусливый мнит себя героем и т.п.); 3) путем «ухода в болезнь», что есть скрытая тенденция к достижению превосходства. По­следний путь, по Адлеру, и есть невроз. В то время как здо­ровый человек ставит перед собой более или менее реаль­ные, достижимые цели, невротик - фиктивные, заведомо невыполнимые цели. Развившийся невроз одновременно и маскирует собственную несостоятельность, и является сред­ством «подчинения» себе окружающих. Адлер расценивал невроз не как болезнь, а как своеобразный характер, деформирующий жизненный стиль, а путь, избранный невротиком, — как компенсаторное приспособление к социальной среде. Исходя из этого, лечение невротиков, по мнению ученого, должно сводиться к его перевоспитанию, коррекции фиктивных жизненных целей, что требует перевода их из подсознательного в сознательное: «Вы можете вылечиться за две недели, если будете следовать предписаниям пытаться каждый день делать кому-либо приятное».

Таким образом, каждый индивидуум стремится к самосовершенствованию и совершенствованию своих отношений с окружающей средой. Если цель превосходства включает об­щественные интересы, то и развитие личности принимает конструктивный характер. Если же цель предполагает борь­бу только за личное превосходство, лишена социального ин­тереса, то такая цель, по мнению Адлера, не приносит удов­летворения индивидууму, деформирует его «жизненный стиль» и в конечном итоге приводит к неврозу.