Тема 6.3 Теории личности в эго-психологии

1. Инстанция психики (Эго), отвечающая за переработку конфликтов как предмет исследования эго-психологии Анны Фрейд.

Эго-теория личности Э. Эриксона и его эпигенетический принцип.

2.Психосоциальные стадии развития личности: орально-сенсорная, мышечно-анальная, локомоторно-генитальная, латентная, подростковая, ранняя зрелость, средняя зрелость, поздняя зрелость.

3.Понятие психосоциального кризиса и исследование эго-идентичности в социокультурной теории личности К. Хорни.

4.Базальная тревога и стратегии её компенсации в ориентация на людей, от людей, против людей и особенности психологии женщин.

Список литературы

1. Адамс Э.К. Творчество Эрика Х. Эриксона // Энциклопедия глубинной психологии. Т. 3. М.: Когито-Центр, 2002. С. 178-223.

2. Балинт М. Базисный дефект. М.: Когито-Центр, 2002. 256 с.

3. Бержере Ж. Психоаналитическая патопсихология. М.: МГУ, 2001.

4. Бессер Р. Жизнь и творчество Анны Фрейд // Энциклопедия глубинной психологии. Т. 3. М.: Когито-Центр, 2002. С. 1-54.

5. Вальдхорн Г.Ф. Хайнц Гартманн и современный психоанализ // Энциклопедия глубинной психологии. Т. 3. М.: Когито-Центр, 2002. С. 55-83.

6. Кляйн М., Айзекс С., Райвери Дж., Хайманн П., Развитие в психоанализе. М.: Академический проект, 2001.

7. Кохут Х. Анализ самости. Системный подход к лечению нарциссических нарушений личности. М.: Когито-Центр, 2003. 368 с.

8. Крэйн У. Теории развития. СПб.: прайм-ЕВРОЗНАК, 2002. 512 с.

9. Ризенберг Р. Творчество Мелани Кляйн // Энциклопедия глубинной психологии. Т. 3. М.: Когито-Центр, 2002. С. 84-124.

10. Тайсон Ф., Тайсон Р.Л. Психоаналитические теории развития. Екатеринбург: Деловая книга, 1998. 528 с.

11. Фрейд А. Эго и механизмы защиты // Теория и практика детского психоанализа / Пер. с англ. и нем. М.: ООО Апрель-Пресс; ЗАО Изд-во ЭКСМО-Пресс, 1999. С. 115-244.

12. Хоффмайстер М. Вклад Микаэла Балинта в теорию и метод психоанализа // Энциклопедия глубинной психологии. Т. 3. М.: Когито-Центр, 2002. С. 125-177.

13. Хьелл Л., Зиглер Д. Теории личности. СПб., 1997.

14. Шмидбауэр В. Вытеснение и другие защитные механизмы // Энциклопедия глубинной психологии. Т. 1. М.: ЗАО МГ Менеджмент, 1998. С. 289-295.

15. Штоцка Г. Остроумие и юмор // Энциклопедия глубинной психологии. Т. 1. М.: ЗАО МГ Менеджмент, 1998. С. 304-343.

16. Шторк Й. Психическое развитие маленького ребенка с психоаналитической точки зрения // Энциклопедия глубинной психологии. Т. 2. М.: Когито-Центр, 2001. С. 134-198.

17. Эриксон Э. Детство и общество. СПб., 1996. 592 с.

18. Эриксон Э. Идентичность: юность и кризис. М., 1996. 344 с.

1.Эго-теория личности А. Фрейд и эпигенетический принцип Э. Эриксона

Инстанция психики (Эго), отвечающая за переработку конфликтов как предмет исследования Анны Фрейд. Распространяет основных положений 3. Фрейда на сферу сознания в рассмотрении детского развития как процесса постепенной социализации ребенка, подчиняющегося закону перехода от принципа удовольствия к принципу реальности.

Следуя традиции классического психоанализа, А. Фрейд разделяет личность на ее устойчивые составные части: ид, эго и суперэго. Инстинктивная часть, в свою очередь, делится на сексуальную и агрессивную составляющие (психоаналитический закон биполярности). Развитие сексуального инстинкта определяется, как и в ортодоксальном психоанализе, последовательностью либидозных фаз. Соответствующие фазы развития агрессивности проявляются в таких видах поведения, как кусание, плевание,  цепляние  (оральная  агрессивность); разрушение и жестокость (проявление  анального садизма); властолюбие, хвастовство, зазнайство (на фаллической стадии);   дисоциальные начала (в предпубертатности и пубертатности) [19].

Анализируя развитие суперэго, А. Фрейд описывает идентификацию с родителями и интериоризацию родительского авторитета. Суперэго взрослого индивида является представителем моральных требований общества, в котором живет человек. Таким образом, требование, которое имело первоначальный характер и исходило от родителей, становится лишь в ходе прогресса (от объектной любви к родителям до отождествления с ними) эго-идеалом, независимым от внешнего мира и его прототипов [19, стр. 99]. Каждое нарушение привязанности ребенка к родителям имеет опасные последствия для моральной сферы и структуры личности  ребенка. Если ребенок теряет своих родителей, или если они в силу некоторых причин теряют для него ценность как объекты, то он подвергается вместе с тем и опасности потерять или обесценить свое частично уже созданное суперэго. Из-за этого он не может уже противопоставить своим влечениям, требующим удовлетворения, активных внутренних сил. Таким образом А. Фрейд объясняет возникновение некоторых асоциальных типов и психопатических личностей [19, стр. 100].

Каждая фаза развития  ребенка,  по  мнению  А.  Фрейд,  есть  результат  разрешения конфликта между внутренними инстинктивными влечениями и ограничительными требованиями внешнего социального окружения. А. Фрейд считает, что, учитывая фазы,  можно построить линии развития для бесконечного количества сфер детской жизни.  С точки зрения А. Фрейд, важным является не только уровень развития, достигнутый по соответствующей линии, но и соотношение между всеми линиями. При этом, подчеркивала она, несоответствие, дисгармонию между  различными линиями не следует рассматривать как патологическое явление, так как рассогласования в темпе развития, наблюдающиеся у людей с самого раннего возраста, могут быть всего лишь вариациями в пределах нормы. Дисгармония линий развития становится патогенетическим фактором только в том случае, если личность чрезмерно разбалансирована. Вытекающие отсюда нарушения поведения весьма тревожны, особенно в таких областях, как действия из сексуальных и агрессивных побуждений, избыточные фантазии, тонкие рационализации делинквентных установок и недостаток контроля над анальными и уретральными тенденциями [19, стр. 213].

Чем самостоятельнее становится ребенок в отношении еды, сна и т.д., считает А. Фрейд, тем более отходят на задний план телесные потребности, уступая место новым  инстинктивным желаниям. Ребенок стремится к их удовлетворению с тем же рвением,  как прежде стремился к насыщению при чувстве голода. И снова он сталкивается с ограничениями, которые налагает на него внешний мир. Ребенок, естественно, стремится  осуществить свои инстинктивные цели безотлагательно, не учитывая внешних обстоятельств, но это может стать опасным для его жизни, поэтому взрослый, хочет он того или нет, вынужден ограничивать ребенка. В результате этого несоответствия между внутренним и внешним, стремлением к удовольствию и учетом реальности все дети подросткового возраста, по выражению А. Фрейд, «запутаны» в постоянных сложностях внешнего мира и, естественно, непослушны, невежливы и упрямы.

В раннем детстве принцип удовольствия господствует без внутреннего сопротивления. У более старших детей он все еще владеет такими сторонами психики,  как бессознательная и, отчасти, сознательная жизнь фантазий, сновидений  и  др. Тот, кто находится под властью принципа удовольствия, руководствуется в своих действиях  исключительно своим стремлением к удовлетворению желаний. Лишь принцип реальности создает, по словам А. Фрейд, пространство для отсрочки, задержки и учета  социального окружения  и его требований. На этом основании можно предположить, что принцип удовольствия и десоциальное, или асоциальное  поведение сплетены так же  тесно, как принцип реальности  и состоявшаяся  социализация.  Однако, было замечено, что беспризорные дети и юные преступники могут достичь высокой степени развития принципа реальности, не используя его для социализации. Переход от принципа удовольствия  к принципу реальности - лишь предварительное условие социализации  индивида. Продвижение к принципу реальности само по себе еще не дает никакой уверенности, что индивид будет следовать социальным требованиям [19, стр. 249].

По мнению  А.  Фрейд,  почти  все  нормальные  элементы детской  жизни, особенно такие, как жадность, корысть, ревность, пожелание смерти – толкают ребенка в направлении десоциальности. Социализация - это защита от них. Некоторые  инстинктивные желания вытесняются из сознания, другие переходят в свою  противоположность (реактивные образования), направляются на другие цели (сублимация), сдвигаются с собственной персоны на другую (проекция) и т.д. С точки  зрения А. Фрейд, между процессами развития и защитными процессами нет никакого внутреннего противоречия. Действительные противоречия лежат глубже - они между желаниями индивида и его положением в обществе, поэтому невозможно гладкое  протекание процесса социализации. Организация защитного процесса - это  важная и необходимая  составная часть развития "Я".

Становление принципа реальности, с одной стороны, и мыслительных процессов, с другой, открывает путь для новых механизмов социализации - таких, как подражание, идентификация, интроекция, способствующих образованию инстанции суперэго. Формирование эффективного суперэго означает для ребенка решающий прогресс в социализации. Ребенок теперь способен не только подчиняться моральным требованиям своего социального окружения, но и сам принимает в них участие и может чувствовать себя их представителем. Однако эта внутренняя инстанция еще очень слаба и долгие годы нуждается в поддержке и опоре со стороны авторитетного лица (родители, учитель) и  может  легко разрушиться из-за сильных переживаний и разочарования в нем.

Другой представитель Эго-психологии – Э. Эриксон рассматривает жизненный цикл личности как совокупность восьми сменяющих друг друга стадий роста, из которых первые четыре соответствуют классическим фазам становления детской сексуальности по Фрейду. Однако, в отличие от ортодоксального психоанализа, флуктуации либидо играют здесь второстепенную роль. Определяющим фактором развития индивида, наряду с его психосоматическими задатками, выступает общение со «значимыми другими», круг которых, расширяясь по мере взросления ребенка, направляет формирование его личности в социально заданное русло. Положив в основу своей психологической концепции биологический принцип эпигенеза, Эриксон описывает становление личности как поэтапное преодоление нормативных психосоциальных кризисов. Разрешение каждого из них означает приобретение одной из двух противоположных базовых личностных характеристик: доверия-недоверия к миру, свободного волеизъявления-безынициативности, работоспособности-стагнации и т.д., с последующим переосмыслением общей жизненной перспективы. Интериоризация социально одобренных качеств способствует формированию психосоциального тождества личности (ее идентичности) как основы психического здоровья и признака успешной социальной адаптации. Под идентичностью Э. Эриксон понимает чувство реальности самости человека внутри социальной реальности, возникающее в результате двуединого процесса рефлексии и наблюдения; это — ощущение самотождественности Я в момент восприятия им окружающего мира, представление о своей непрерывности во времени и пространстве (психологический аспект), а также чувство включенности этого Я в некоторую человеческую общность, тождественность собственного образа мира с присущими этой общности системой ценностей и типом мировосприятия (социальный аспект). Решение задач, характерных для каждого этапа, согласно Эриксону, зависит как от уже достигнутого уровня психомоторного развития индивида, так и от общей духовной атмосферы общества, в котором этот индивид живет. Эти соображения Эрика Эриксона легли в основу двух наиболее важных понятий его концепции – «групповой идентичности» и «эго-идентичности». Групповая идентичность формируется благодаря тому, что с первого дня жизни воспитание ребенка ориентировано на включение его в данную социальную группу, на выработку присущего данной группе мироощущения. Эго-идентичность формируется параллельно с групповой идентичностью и создает у субъекта чувство устойчивости и непрерывности своего «Я», несмотря на те изменения, которые происходят с человеком в процессе его роста и развития.

О подростковом возрасте Эриксон говорит: «Опасность этой стадии заключается в смешении ролей. Там, где в его основе лежит сильное предшествующее сомнение в собственной половой идентичности, не редки делинквентные и психотические эпизоды…  …Интеграция, теперь уже имеющая место в форме эго-идентичности, есть нечто большее, чем сумма детских идентификаций. Она представляет собой накопленный опыт способности эго интегрировать все идентификации со злоключениями либидо, со способностями, развившимися из задатков, и с возможностями, предлагаемыми социальными ролями» [21, стр. 250]. Подростки, проходя кризис идентичности, могут ощущать свою неприспособленность, деперсонализацию, отчужденность и иногда бросаются в сторону «негативной» идентичности – противоположную той, которую настойчиво предлагают им родители. В этом ключе Эриксон интерпретирует некоторые виды девиантного поведения [27, стр. 229].

Таким образом, и Анна Фрейд и Эрик Эриксон рассматривают детское развитие как процесс постепенной социализации ребенка, расставляя при этом разные акценты: А. Фрейд – на переходе от главенствующего принципа удовольствия к принципу реальности и формировании суперэго, Э. Эриксон – на интериоризации социально одобряемых качеств посредством общения со значимыми другими.

Эрик Эриксон — последователь 3.Фрейда, расширивший психоаналитическую теорию. Он смог выйти за ее рамки благодаря тому, что начал рассматривать развитие ребенка в более широкой системе социальных отношений. Особенности становления личности зависят от экономического и культурного уровня развития общества, в котором растет ребенок, от того, какой, исторический этап этого развития он застал. Ребенок, живущий в Нью-Йорке в середине XX в., развивается не так, как маленький индеец из резервации, где во всей полноте сохранились старые культурные традиции и время как бы остановилось. Ценности и нормы общества передаются детям в процессе воспитания. Дети, принадлежащие к сообществам практически одинакового уровня социально-экономического развития, приобретают разные черты личности из-за разных культурных традиций, связанных с основным видом занятий, и принятых стилей воспитания. В разных индейских резервациях Э.Эриксон наблюдал два племени — Сиу, бывших охотников на бизонов, и Юрок — рыбаков и собирателей желудей. В племени Сиу детей не пеленают туго, долго кормят грудным молоком, не следят строго за опрятностью и вообще мало ограничивают свободу их действий. Дети ориентируются на исторически сложившийся идеал своего племени — сильного и отважного охотника в бескрайних прериях - и приобретают такие черты, как инициативность, решительность, смелость, щедрость в отношениях с соплеменниками и жестокость в отношении к врагам. В племени Юрок, наоборот, детей рано отучают от груди, туго пеленают, рано приучают к опрятности, сдержанны в общении с ними. Они вырастают молчаливыми, подозрительными, скупыми, склонными к накопительству.

В основание концепции жизненного пути по Э. Эриксону положен эпигенетический принцип, который заключается в том, что рост и развитие организмов идет по общему план. Исходя из общего плана эмбрионального развития развиваются отдельные части. Причем каждая из них имеет наиболее благоприятный период для преимущественного развития. Так происходит до тех пор, пока все части, развившись, не сформируют функциональное целое. Эпигенетические концепции в биологии подчеркивают роль внешних факторов в возникновении новых форм и структур и тем самым противостоят преформ истеки м учениям. С точки зрения Э. Эриксона, последовательность стадий - результат биологического созревания, но содержание развития определяется тем, что ожидает от человека общество, к которому он принадлежит. По Э. Эриксону, любой человек может пройти все эти стадии, к какой бы культуре он не принадлежал, все зависит от продолжительности его жизни. Развитие личности по своему содержанию определяется тем, какие ценности и идеалы ей предлагает общество, какие задачи ставит перед ним на разных возрастных этапах. Но последовательность стадий развития ребенка зависит от биологического начала. Ребенок, созревая, с необходимостью проходит ряд следующих друг за другом стадий. На каждой стадии он приобретает определенное качество (личностное новообразование), которое фиксируется в структуре личности и сохраняется в последующие периоды жизни. До 17—20 лет происходит медленное, постепенное становление главного ядерного образования — идентичности личности. Личность развивается благодаря включению в различные социальные общности (нацию, социальный класс, профессиональную группу и т.д.) и переживанию своей неразрывной связи с ними. Идентичность — психосоциальная тождественность, позволяющая личности принимать себя во всем богатстве своих отношений с окружающим миром и определяющая ее систему ценностей, идеалы, жизненные планы, потребности, социальные роли с соответствующими формами поведения. Идентичность — условие психического здоровья: если она не сложится, человек не находит себя, своего места в обществе, оказывается "потерянным". Идентичность формируется в юношеском возрасте, это характеристика достаточно зрелой личности. До этого времени ребенок должен пройти через ряд идентификаций — отождествления себя с родителями, мальчиками или девочками (половая идентификация) и т.д. Этот процесс определяется воспитанием ребенка, поскольку с самого его рождения родители, а затем и более широкое социальное окружение приобщают его к своей социальной общности, группе, передают ребенку свойственное ей мировосприятие. Еще один важный для развития личности момент — кризисность. Кризисы присущи всем возрастным стадиям, это "поворотные пункты", моменты выбора между прогрессом и регрессом. В кризисные моменты личностного роста подростки стихийно ритуализируют отношения между собой и таким путем еще более отделяют свое поколение от взрослых и детей. Молодые люди в поисках своего "Я", своего места в мире, пишет Э. Эриксон, осуществляют стихийный поиск новых ритуализации, новых смыслов бытия человека и часто не удовлетворяются существующим идеологическим ответом на эти вопросы. Так обостряется проблема "отцов и детей", разрыва поколений, стремление молодежи к переоценке ценностей, к отрицанию сложившихся устоев, традиций и условностей.Общество, со своей стороны, через инициацию, конфирмацию, посвящение и другие ритуалы признает, что подросток стал взрослым, что он может посвятить себя ритуальным целям, иначе говоря, стать творцом новых ритуалов и поддерживать традиции в жизни своих детей. По Э. Эриксону, стать взрослым, то есть полностью вырасти в человеческом смысле, означает не только освоить современную технологию и осознанно включиться в свою социальную группу, но и уметь отвергать чуждое мировоззрение и чуждую идеологию как навязчивый ритуал. Только соединение этих процессов позволяет молодежи сконцентрировать свою энергию для сохранения и обновления общества. В случае диффузии идентичности, когда молодой человек не может найти свое место в жизни, усиливаются стихийные ритуализации, которые со стороны выглядят вызывающе и сопровождаются насмешками посторонних людей. Однако, подчеркивает Э. Эриксон, на самом деле подобные ритуализации - глубоко искренние попытки молодых людей противодействовать обезличенности массового производства, неясности проповедуемых целей, недостижимости перспектив как для индивидуального, так и для подлинно общественного существования. Быстрые перемены в области технологии показывают необходимость найти новый смысл ритуальных действий. В современном высокоразвитом обществе предпринимаются попытки вовлечь молодежь в массовые ритуалы, соединяющие благоговение, правосудие и драму, организованные с детальной проработкой формального аспекта. Таковы, например, фестивали, спартакиады, хитпарады, театрализованные зрелища, которые закрепляют в массах молодых людей идеологические принципы и мировоззрение, характерные для данного общества