186 Христианское воспитание детей

Библия говорит о том, что родители должны наставить ребенка "при начале пути его" (Прит 22:6). Что это означает применительно к начальной стадии религиозного воспитания, к ребенку до 7-ми лет?

Вы задали прекрасный вопрос. Я глубоко убежден, что духовное воспитание должно быть систематическим и должно быть продумано заранее. У нас оно слишком спонтанное. Чтобы достичь цели, нужно знать, к чему мы. собственно, стремимся.

Ниже я предлагаю памятку для родителей — "Духовное развитие вашего ребенка": 5 библейских стихов и вопросы к ним. Некоторые из них предполагают ту степень духовной зрелости, которая детям, как правило, еще не свойственна. Не надо требовать от маленького ребенка, чтобы он сразу стал взрослым христианином, но можно дать ему нужное направление, указать цель.

Эти библейские стихи призваны заложить основу будущей веры. Пусть ребенок осознает их. А родитель-христианин должен проверить, как ребенок их понимает.

I. "Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим" (Мк 12:30).

1. Нежная и самоотверженная любовь родителей — залог того, что ребенок поймет, что такое Божья любовь. Дает ли ребенку ваша любовь к нему верное представление о Господней любви? Это очень важно!

2. Размышляет ли ваш ребенок о Господе, говорит ли о Нем, соотносит ли свои планы с Господней волей?

3. Учится ли он обращаться к Иисусу, когда ему страшно, беспокойно, одиноко?

4. Приучается ли он читать Библию?

5. Приучается ли он молиться?

6. Понимает ли он, что значит верить в Бога и доверять Богу? Учится ли он верить и доверять Богу?

7. Чувствует ли он радость жизни со Христом?

Учебный текст 17 187

8. Чувствует ли он духовную красоту подвига Иисуса Христа, Его рождения, смерти и воскресения?

II. "Возлюби ближнего своего, как самого себя" (Мк 12:31).

1. Учится ли ваш ребенок понимать других, сочувствовать и сострадать им?

2. Учится ли он не быть капризным и эгоистичным?

3. Учится ли он делиться тем, что имеет (игрушками, конфетами и

т.д.)?

4. Учится ли он не сплетничать, не злословить и не осуждать других людей?

5. Учится ли он принимать себя таким, каков он есть?

III. "Научи меня исполнять волю Твою, потому что Ты Бог мой" (Пс 142:10).

1. Учится ли он быть послушным родителям? В дальнейшем это поможет ему быть послушным Богу. Это очень важно!

1. Учится ли он хорошо вести себя в церкви?

2. Понимает ли он, что такое Божья любовь и Божья праведность?

3. Учится ли он быть послушным всем, кому он должен подчиняться?

2. Понимает ли он, что такое грех и каковы его неизбежные последствия?

IV. "Бойся Бога и заповеди Его соблюдай, потому что в этом все для человека" (Эккл 12:13).

1. Учится ли он быть честным и правдивым?

2. Учится ли он посвящать один день в неделю Господу?

188 Христианское воспитание детей

3. Понимает ли он, что деньги и вообще материальные ценности — не самое главное в жизни?

4. Понимает ли он смысл и назначение христианской семьи и важность супружеской верности?

5. Учится ли он всегда поступать по совести?

V. "Плод же духа: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание" (Гал 5:22-23).

1. Приучается ли он отдавать Богу часть своих доходов и сбережений?

2. Умеет ли он контролировать свои чувства?

3. Приучается ли он трудиться и нести ответственность за порученное дело?

4. Понимает ли он разницу между эгоистической гордостью и чувством собственного достоинства?

5. Учится ли Он благоговейно поклоняться Богу — Вседержителю и Творцу вселенной?

Первые семь лет должны подготовить ребенка к тому, чтобы потом, став ответственным и самостоятельным, он был готов сказать, вслед за пророком: "Вот я, пошли меня!" (Ис 6:8).

Нашу четырехлетнюю дочку часто колотят ровесники. Мы учили ее, что драться нехорошо; но бедняжку довели до отчаяния. Что я как христианин должен ей посоветовать?

Одно дело — причинять боль ближним, и совсем другое — самозащита. Дети бывают жестоки, они часто травят слабого. Всю власть и самые лучшие игрушки может захватить один сильный нахал — это настоящее кулачное право. Не все христиане согласятся со мной; но я уверен, что детей нужно учить защищаться, когда на них нападают. Евангельское наставление "кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати к нему и

Учебный текст 17 189

другую" станет актуальным позднее (хотя даже взрослые далеко не всегда умеют исполнять эту заповедь).

Я недавно беседовал с одной мамой: ее маленькая дочка оказалась совершенно беззащитной. Трехлетней Энн сказали, что драться ни в коем случае нельзя; и вот ее сверстница Джоан (маленькая, хрупкая, но очень задиристая) бьет ее по лицу при каждом удобном случае, упиваясь своей безнаказанностью. "Пусть Энн даст ей сдачи", — посоветовал я маме. Через несколько дней состоялся "бой"; Джоан была побеждена и с плачем убежала домой. Победительница, сунув руки в карманы, объявила: "Больше она меня бить не будет". Здесь действовал более древний принцип — "око за око, зуб за зуб". Потом, конечно, девочки помирились и с тех пор прекрасно играют вместе.

Родители должны объяснить, что драться глупо. Но велеть ребенку стоять смирно, пока его колотят, — значит требовать от него слишком многого. Его сверстники могут вполне сознательно использовать ваш запрет, а на их милосердие в этом возрасте рассчитывать не приходится.

Как привить сыну уважение к людям, независимо от национальности и цвета кожи?

Единственный путь к этому — личный пример. Кто-то сказал: "Родителям кажется, что они сумели замести следы, но дети все равно пойдут по следам родителей". Дети внимательно следят за нами. Они инстинктивно подражают нам. Поэтому, если мы кого-то не уважаем, относимся к кому-то предвзято, вряд ли стоит ожидать, что дети будут доброжелательно относиться ко всем людям. Как мы научим их вежливости, если от нас самих не дождешься ни "пожалуйста", ни "спасибо"? Если мы велим ребенку сказать налоговому инспектору, что папы нет дома, то как ему стать честным и правдивым? Дети прекрасно видят разницу между нашими словами и нашими поступками. И, как правило, они подражают поступкам, а не словам...

Как научить детей христианскому отношению к собственности, к деньгам?

Тут опять важны не призывы, а поведение, личный пример.

190 Христианское воспитание детей

Вот что интересно: "деньги" — едва ли не самая частая тема проповедей Иисуса. Это действительно острый вопрос. Господь показывает нам прямую связь между большим богатством и духовным падением (мы часто наблюдаем это и сегодня в Америке). Я убежден: родители, которые слишком много внимания уделяют материальным ценностям, наносят вред духовному развитию детей. Плохо, если дети видят, что нас больше интересуют вещи, чем люди. Еще хуже, если мы, чувствуя свою вину перед детьми, пытаемся "купить" их любовь или демонстрируем отвратительное сочетание набожности и скупости. В результате дети часто вырастают неверующими циниками. Наконец, если дети видят, как папа вкалывает 15 часов в сутки, чтобы побольше заработать и побольше потратить, они поймут, что его сокровище — не на небесах. Они будут верить тому, что видят своими глазами.

Вредны ли детям военные игрушки?

Дети веками играют в войну, в ковбоев, в индейцев и прочее. Мне кажется, ваше беспокойство не оправдано. Мальчик в детстве проводит больше времени с матерью, чем с отцом. В яслях, в детском саду, в начальной школе, в воскресной школе его окружают тоже, как правило, женщины. Этот мир слишком "сладок" для будущего мужчины. Мальчикам полезно играть в мужчин, пусть даже в воинов: кроме того, игры не затрагивают в сколько-нибудь сильной степени их душу. Если мальчик кричит товарищу: "Пиф-паф, ты убит!", это не значит, что он испытывает гнев или растет жестоким.

Но родители должны обратить особое внимание на то, чтобы ограничить просмотр детьми фильмов ужасов и боевиков. Видеоэлектроника очень сильно воздействует на нервную систему, и это опасно. Когда ребенок смотрит боевик со сценами насилия, у него убыстряется пульс, расширяются зрачки, потеют руки, сохнет во рту, учащается дыхание. Если это повторяется регулярно — это небезопасно для психики, для душевного и духовного состояния ребенка.

Мы с мужем встревожены: наша дочь-подросток всегда любила Бога, а сейчас, похоже, отвергает свои прежние христианские убеждения. Я в панике. Что вы мне посоветуете?

В детстве ребенок живет чужими мыслями, он принимает убеждения и вкусы родителей. Это естественно; так установлено Богом, чтобы мы

Учебный текст 17 191

могли направлять и учить детей. Но наступает момент, когда эти идеи нужно подвергнуть серьезному анализу, чтобы либо принять их уже как свои собственные, либо отвергнуть.* Если такой личной переоценки не произойдет, то подросток не сможет с позиции "меня так учили" перейти на позицию "я в это верю" — иначе говоря, он так и не станет зрелым христианином.

Поэтому сомнения естественны для подростка. Он может спросить себя: "Существует ли Бог на самом деле? Если существует, то есть ли Ему дело до меня? А нужен ли Он мне? Стоит ли стремиться жить так, как меня учили родители? Не толкают ли они меня на ложный путь? У меня уже есть свой жизненный опыт. Как он согласуется с тем, чему меня учили?" Это испытание самого себя начинается в переходном возрасте; трудно сказать, когда оно заканчивается.

Для родителей это болезненно. Они должны сидеть в сторонке и смотреть, как все, чему они учили, подвергается самой строгой ревизии. Хорошо бы как "детям", так и "отцам" понимать, что эти поиски себя — нормальная, необходимая составляющая процесса взросления...

Вы рассказывали, что у вас в последние восемнадцать месяцев умерли семь ваших близких родственников. Мою семью тоже не миновали утраты. Моя жена умерла, оставив на моих руках троих детей — 5-ти, 8-ми и 9-ти лет. Очень трудно объяснить детям, что такое смерть. Что сказать им, чтобы им было легче справиться с этой страшной правдой (особенно если умирает их мать или отец)?

Несколько лет тому назад мне пришлось быть на похоронах. В конторе кладбища я увидел брошюру под названием "Если это случится с вашим ребенком"; ее автор — Джон Мак-Кинли (президент похоронного бюро, город Инглвуд, Калифорния). За его плечами — 15 лет похоронного бизнеса. С разрешения м-ра Мак-Кинли, я приведу некоторые цитаты из этой брошюры.

"Я знал семью Томми; мы жили по соседству, ходили в одну и ту же церковь. Ближе всех мне был сам Томми. Это был самый живой и счастливый пятилетний мальчик из всех, кого я когда-либо встречал. И когда его мать пришла ко мне в бюро в качестве клиента (внезапно скончался отец Томми) — я был потрясен.

Врач не может позволить себе страдать наравне с пациентом. То же самое относится и к распорядителю похорон. За год мимо меня

192 Христианское воспитание детей

проходят тысячи людей, переживших сокрушительные потери. Я знаю, что должен "держать дистанцию", иначе их страдания меня захлестнут, и я не смогу работать. Но я не могу "держать дистанцию", когда вижу осиротевших детей.

"Не знаю, что бы я делала без Томми, — признавалась мне его мать,

— он вел себя как мужчина. В свои 5 лет он делал все, чтобы заменить семье отца". Это была правда. Томми держался стойко. Он не плакал.

Я чувствовал, что это неправильно. Томми — еще не мужчина, ему необходимо плакать. Он нуждался в утешении даже больше, чем она. Я должен был бы сказать ей об этом. "Но ведь я не психолог!" — подумал я и... промолчал.

Два года спустя я снова увидел Томми. Прежнее его веселье так и не вернулось. Даже мне, неспециалисту, было ясно — он нездоров. Я уверен, что причина этого в том, что ему — по неведению — не дали выплакать свое горе; кроме того, на него взвалили невыносимое бремя

— в 5 лет "занять место папы".

Таких ярких примеров, к счастью, немного. Но сколько мне пришлось перевидать, сколько раз сжималось мое сердце! Сколько раз меня спрашивали: "Что я должна сказать Мэри (Полю, Джиму...)"? Наконец, я решил поискать ответы на эти вопросы. Я отправился к специалистам. Как вести себя с ребенком в такие минуты? Каких правил держаться? Я говорил с психологами, психиатрами, педиатрами (главным образом — с психиатром доктором А. И. Дювалем и детским психологом доктором Джеймсом Гарднером). Вот то, чему я научился, — в изложении для непрофессионалов:

• Ребенок — живое существо; когда он переживает тяжелую утрату, он плачет. И ему не только можно, но и нужно плакать! Пусть поплачет, пока текут слезы. В такие минуты его нужно утешать, но ни в коем случае не говорите ему "не плачь" или "не хнычь"! Этих слов нельзя произносить!

• Слезы могут литься несколько дней, а могут и несколько месяцев; пускай льются! Более того, нужно дать ребенку понять: плакать хорошо, это правильно, не надо стыдиться слез; он не плакса, у него горе.

• Иногда ребенку хочется остаться одному со своим горем; уважайте эту потребность. Но во всякое другое время, наоборот,

Учебный текст 17 193

старайтесь пожалеть и приласкать его; это почти так же способствует исцелению, как и слезы.

«*

• Ребенку нужно сказать правду: смерть — это навсегда. "Мама уехала на каникулы", "папа в командировке" — такая ложь только прибавит смятения. Не надо отсрочивать, неизбежное! У детей (особенно маленьких) чувство времени совсем не развито. Маму, которая "уехала", ребенок ждет к обеду, в крайнем случае — завтра. Если мамы нет ни завтра, ни послезавтра — боль усиливается не только из-за постоянного огорчения и разочарования, но и из-за того, что ребенок перестает верить отцу (а в такие минуты это доверие нужнее всего). Трудно сказать "никогда", но другого выхода нет^Самое милосердное — сказать правду.

• Не пытайтесь объяснить смерть малышу. Для пятилетних смерть — это отсутствие; объяснение только запутает его (может помочь сравнение с мертвой птичкой или домашним животным, если он их когда-нибудь видел). Для ребенка папа (мама, брат, сестра) просто "никогда не вернется". Что значит "умер", он поймет постепенно, обычным путем — сопоставляя наблюдения и задавая вопросы.

• Без веской причины не следует препятствовать детям смотреть на мертвое тело. Пусть ребенок увидит сам, что эта безжизненная маска — "уже не папа". Это поможет ему справиться с горем.

— Гораздо в большей степени ребенка травмирует церемония прощания, особенно если на похоронах много людей, которые выражают скорбь и соболезнования. Пусть он попрощается отдельно.

• Малыши (от 2 до 5-6 лет) не понимают "взрослых" объяснений смерти. Ребенку говорят: "Мама ушла на небеса"; а он теряется в догадках: "Зачем она туда ушла? Почему она меня бросила?". Для него "небеса" — это просто "где-то очень далеко". Он не понимает, почему бы маме не вернуться с небес на землю.

• Это может вызвать острую обиду — на того, кто "ушел". Ребенок считает, что его бросили. Если это чувство есть, лучше, если оно будет высказано вслух (это так же полезно, как выплакаться).

• Иногда ребенок чувствует себя виноватым; он может думать, что сестра умерла, потому что он с ней ссорился, или мама — потому что он плохо себя вел. Такое чувство вины может привести к неврозу, бросить тень на всю дальнейшую жизнь. Именно поэтому так важно честно и открыто объяснить ему, что произошло.

194 Христианское воспитание детей

— Но если ребенку позволят выплакаться, если он окружен теплом, если ему не лгут, если ему дают самому понять разницу между жизнью и смертью, если его горе встречает сочувствие (даже когда горе выражается в чувстве обиды на умершего) — он сможет пережить потерю.

— Смерть — это часть человеческого опыта; наши близкие продолжают жить с нами, в нашей памяти. Когда зарубцуются раны, на месте руин встанут новые постройки — жизнь продолжается. Вспоминать об ушедших родных, рассказывать о них естественно — образ, собранный "по кусочкам", будет окроплен живой водой детского воображения. Воспоминания об ушедшем не усиливают детскую печаль; если дети сами вспоминают о нем, то в доме памяти живет радость".

Вот что говорит Мак-Кинли. Я в целом согласен с ним с одной оговоркой: единственный достойный ответ на вызов, который бросает нам смерть, — Евангелие Иисуса Христа. Поэтому, "разумеется, я не согласен с замечанием Мак-Кинли о небесах. По-моему, ребенку можно сказать, например, так: "Сейчас мамы с нами нет. Всем нам положено однажды умереть — но потом мы воскреснем и снова будем вместе. Слава Богу!" Какое утешение для ребенка сознавать, что есть надежда на встречу в вечности! Родителям-христианам следует сказать детям о даре вечной жизни как можно раньше — до того, как несчастье заставит их это сделать.