2. 2. Состав преступления и квалификация

В специальной литературе есть немало определений состава преступления. Все они в основном сходятся на том, что состав преступления является совокупностью юридических признаков, обладающих объективными и субъективными свойства­ми, которые определяют данное деяние как преступление, т.е. общественно опас­ное, уголовно противоправное и виновное действие (бездействие).

По существу, общепризнанно, что состав преступления - единственное основа­ние уголовной ответственности. Но для В.Н. Кудрявцева состав еще и «юридичес­кое основание квалификации» содеянного. Б.А. Куринов в составе видит и «зако­нодательную модель для квалификации преступления». Авторы учебника «Советское уголовное право» (МГУ, 1981) в обязанность состава преступления вклю­чают: «Важнейшая функция состава — быть основанием квалификации преступле­ний». В учебнике же «Уголовное право» (МГУ, 1993) сказано: «Помимо основания уголовной ответственности и квалификации преступления состав выступает также главным критерием конструкции санкции уголовно-правовой нормы».

Состав преступления многозначен. Это обстоятельство подтверждает его боль­шую актуальность в теоретико-практической деятельности органов следствия и суда. Речь идет не вообще о составе - общем составе преступления, имеющем научно-познавательную значимость, а о конкретных составах преступлений, ко­торые описаны, названы и перечислены в статьях Особенной части Уголовного кодекса.

Естественно, возникает вопрос о соотношении состава преступления и диспозиции уголовно-правовой нормы в том смысле, охватываются ли последней (дис­позицией) все признаки состава преступления.

Известно, что в диспозиции дается наименование преступления или описание признаков преступления. Именно по технике построения и по способу описания этих признаков различают разные виды диспозиции: простая, описательная, бланкетная и ссылочная. Спрашивается, как квалифицировать содеянное при простой диспозиции, законодатель общеизвестным термином называет преступное деяние, не раскрывая его признаков? Или при бланкетной диспозиции, где все признаки состава преступления не определяются, и для их установления законодатель отсылает к другим нормативным актам.

Кроме этого, есть статьи Особенной части уголовного закона, в которых не указаны объект и субъект преступления, его субъективная сторона. Обычно в диспозиции уголовно-правовой нормы описываются признаки лишь объективной стороны состава преступления, да и то не в полной мере (не говорится о причинной Связи, связывающей действие с его результатом, отсутствуют указания на определенные последствия и т. д.).

Все это свидетельствует о том, что состав преступления имеет глубокое содержание и значительно шире, объемней текста диспозиции закона. Поэтому при квалификации содеянного необходимо обращаться к нормам Общей статьи УК, к толкованию их и не только тогда, «когда они уточняют характер преступной деятельности лишь по сравнению с той деятельностью, которая описана в норме особенной части».

Прав А.Н. Трайнин: «... было бы глубоким заблуждением огульно, во всех слу­чаях рассматривать диспозицию как единственный источник распознавания со­става или как источник распознавания одного единственного состава. Порой нуж­на тщательная аналитическая работа, чтобы из материала диспозиции построить, откинув лишнее и добавив недостающее, состав преступления».

При конструировании состава преступления - диспозиции уголовно-правовой нор­мы, т.е. статьи Особенной части УК - законодатель производит «отбор» из массы признаков наиболее типичных и существенных, характеризующих общеопасное дей­ствие (бездействие). В своей совокупности они представляют опасность для личности, общества и государства, поэтому описываются в диспозиции закона.

Состав преступления, хотя предметно и конкретен, его конкретность носит обобщенный характер. В нем не описывается деяние, нет и не может быть сплошного совпадения между ними, отсутствуют индивидуальные черты и признаки устанавливаемого последствия. В общем, состав преступления не идентичен деянию, здесь нет тождества. Тем самым создается несколько непривычная реальная ситуация, расходящаяся с обще­принятым понятием: состав преступления всегда конкретен (что означает единство, целостность), однако сам является результатом рационального обобщения.

В отношении признаков формируемого состава преступления и их научной классификации в теории уголовного права есть разные мнения и предложения. Здесь говорят об «основных» и «решающих», «второстепенных» и «нерешающих», «обязательных» и «дополнительных» и т.д. признаках. Притом, порой один и тот же признак понимается по-разному, представляется то обязательным, то только возможным. Авторы курса Советского уголовного право пишут. «В общем учении о составе преступления все признаки конкретных составов принято подразделять на основные и дополнитель­ные. Основные признаки - это признаки, свойственные всем без исключения конкретным преступлениям. В соответствии с этим в каждом составе должны быть установлены конкретный объект, деяние, вина, вменяемость и достижение субъектом преступления указанного в законе возраста». Дополнительные (факультативные) при­знаки «используются законодателем при описании либо отдельного преступления, либо группы преступлений. Разумеется, признаки составов могут быть классифициро­ваны таким образом лишь в рамках общего понятия состава преступления. В конк­ретном составе преступления нет основных и факультативных признаков - здесь все признаки необходимы».

В части конструирования состава преступления, можно утверждать, что из множества фактических признаков содеянного в состав попадают лишь немногие и только важнейшие признаки, которые своей совокупностью раскрывают обще­ственно опасный характер совершенного деяния, его социальную вредность и тем самым, с точки зрения законодателя, обосновывают уголовную ответственность.

Мы считаем, что признаки конкретного состава преступления должны обла­дать тремя характерными чертами: типичностью, обязательностью (в смысле их незаменимости) и законностью. В принципе это свидетельствует о реальном содержании преступления, его общественной опасности и уголовной противоправ­ности. Что же касается иных признаков, не типичных, характерных лишь для индивидуального случая совершения преступления (например, что похищено при краже личного имущества граждан: вещи, деньги, скот), то они в состав уголов­но-наказуемого деяния не включаются, находятся за его пределами и потому не имеют значения для квалификации.

От построения состава преступления, наиболее точно выражающего суть содеянного, верного юридического толкования нормы закона, предусматривающей этот состав, логического умозаключения, психологического восприятия и профессионального опыта зависит правильная квалификация преступления, ее соотношение с реальной действительностью данного деликта. Такая квалификация действий, справедливо отмечал Б.С. Никифоров, не есть результат «механического подведе­ния факта под «абстрактную» формулу закона». Ибо состав преступления представляется как «максимально сжатое законодательное определение конкретного преступления».

В теории уголовного права принято квалификацию преступлений проводить по элементам состава: объекту, объективной стороне, субъекту и субъективной стороне. Поэтому признаки совершенного деяния по их установлению соответ­ственно группируются для дальнейшего сравнения и анализа с надлежащей нор­мой закона.

По сути дела, - пишет В.Н. Кудрявцев, - весь процесс квалификации состоит в последовательном отграничении признаков совершенного деяния от элементов других, смежных составов преступлений. Это разграничение преступлений есть обратная сторона их квалификации. Конечно, квалификация преступления не сводится к разграничению составов, хотя таковое здесь имеет место

Сущность деятельности суда и следственно-прокурорских органов в части квалификации преступлений заключается в следующем: нужно сопоставить и найти тождество (равенство) между признаками содеянного и признаками преступления, предусмотренного статьей Особенной части УК, и тем самым дать уголовно-правовую, оценку совершенному деянию.

Итак, квалификация преступлений как самостоятельный, институт уголовно­го права, основывается главным образом на теоретических положениях учения о составе преступления, а также общих предпосылках теории доказательств, в смысле понятия и классификации последних - доказательственных фактов, всестороннего и полного исследования обстоятельств уголовного дела, без чего не может быть правильной квалификации содеянного. Именно в результате исследования дока­зательств, подтверждающих наличие того или иного признака общественно опас­ного действия (бездействия), содержание последнего «наполняется» соответству­ющими сведениями, обретая постепенно определенную правовую форму, и становится тождественным составу преступления статьи Особенной части УК, пре­дусматривающей схожий состав, где наиболее полно описываются признаки фак­тически совершенного деяния.

Органы предварительного следствия в ходе расследования уголовного дела могут менять квалификацию содеянного по ходу изучения обстоятельств его совершения.

Другое положение у суда: а) признав предъявленное подсудимому обвинение доказанным, суд, однако, считает необходимым изменить квалификацию преступ­ления на более легкую статью УК предусматривающую более легкую ответствен­ность, в таких случаях он должен указать в приговоре на изменение квалификации с одной статьи на другую; б) если же речь идет об изменении квалификации со­деянного по статьям УК, предусматривающим более тяжелую ответственность, суд обязан направить уголовное дело на доследование; в) квалификация преступ­лений представляется спорной (уголовное дело со смежными составами, близкими Друг к другу по конкретному содержанию и юридическим признакам) - приводят­ся соображения как по одной, так и по другой статье УК - прокурор обязан под­робно обосновать, какую квалификацию он считает единственно правильной, но последнее слово (решение) остается за судом.

В общем, суд в приговоре может сузить обвинение по сравнению с тем, по кото­рому подсудимый предан суду, но не может расширить или заменить другим, но­вым, ранее не предъявленным обвинением в совершении более тяжкого преступ­ления (ст. 320 УПК).

Следует отметить непосредственно процесс квалификации преступлений, т.е. установление тождества признаков содеянного и состава преступления, осуществляемого при использовании законов логики, ее категорий и приемов. Это обуслов­лено тем, что квалификация преступлений есть итог мыслительной деятельности человека, сложного процесса познания, умозаключения.

Представляется возможным квалификацию преступлений по элементам со­става рассмотреть как: а) квалификация по объекту преступления и объективной стороне; б) квалификация по субъекту преступления и субъективной стороне. В основу такого условного объединения положен принцип внешнего и внутренне­го свойства признаков состава преступного деяния.