Часть 1. Философская психология _______________________ 221

нравственный двигатель. Здесь, в красоте и порядке структурно спланированного пространства, мужчинам, женщинам и детям постоянно напоминали об их обязательстве вносить красоту и порядок в свои жизни и свои желания. В этом отношении город Возрождения является не неожиданным изобретением, а логическим расширением рыцарского намерения. Когда людские сообщества были разобщенными и слабыми, именно рыцарь одиноко бодрствовал, охраняя человеческий потенциал жертвенности и чести. Военная и экономическая безопасность Церкви Италии времен Кватроченто преобразовала идею города как крепости в идею города как действующей силы. Даже при таком расширении сферы ответственности город сохранил по существу рыцарский характер. То есть, даже оказавшись под более современным давлением финансовых и политических интриг, город сохранил качество некоторого символа — большого средневекового символа. Если некогда силуэт рыцаря, изображенный на фоне мрачного и предвещающего зловещее неба, охлаждал намерения незадачливого преступника, воспламенял духовный пыл детей, вдохновлял и крестьянина, и священника духом Божественной справедливости и благодати, то теперь его заменил план города. Церкви и дома, залы для собраний и муниципальные офисы, сады и рынки размещались в пределах города согласно некоторому плану. Улицы прокладывались так, чтобы соединять связанные функции. Величина использовалась как определенный символ значительности. Каждый фриз и выступ не только украшал здание, но и рассказывал некоторую историю, преподавал урок, напоминал о некоторой ценности, произносил нараспев обязательство, вызывал благородное чувство. Налицо — архитектура как прикладная психология и гражданское право. Флоренция и Рим эпохи Возрождения были городами большого масштаба, даже по современным стандартам. Здесь можно было найти все известное и все произведенное цивилизованным миром. Здесь концентрировалась большая часть богатства, почти все искусство, все таланты данного века.

У всего этого была также и темная сторона. В античной Греции существовало символическое соглашение между аристократами и земледельцами. В период наибольшего влияния Афин земледельческий класс все еще играл выдающуюся роль в делах государства.

222 Интеллектуальная история психологии

 

Средневековый городок или население крепости сохранили эту традицию. В Риме даже патриции уважали землю и устремлялись к пастушеским пространствам за пределами городской территории для спокойствия и размышления. Однако город Возрождения, набирая силу, начал это изменять, и такое изменение прогрессировало почти непрерывно. К пятнадцатому столетию потребности главных городов уже начали становиться ненасытными. Провинция превратилась всего лишь во вспомогательное звено; ее жители — почти в варваров. В настоящее время урбанизм, изысканность являются определенной культурой, город же есть одновременно и символ некоторой более высокой миссии, и реальность со своими собственными правами. То есть возможности, однажды провозглашенные городом, сейчас отодвинуты на задний план теми реальностями, которые он предоставляет своим жителям. Жизнь стала покупаться, и поиски совершенства уступили дорогу борьбе за успех. Когда рыцаря заменил банкир, рыцарский идеал исказился до цветистого ритуала неуклюжего героизма. Город живет своей собственной жизнью, он начинает использовать горожан и злоупотреблять ими, предлагая в обмен на это простые услуги. Ценности уступили место моде, доблесть — соревнованию, ограничения и жертвы — невообразимой бедности. В социологическом понимании, «современный мир» начинается с города Возрождения, который, по иронии, призван был вновь разбудить классический идеал жизни.