13.8. Нравственная ответственность ученого

Задачи строительства коммунистического общества ставят перед нашими учеными не только научно-теоре­тические и научно-практические проблемы, но и вопросы повышения роли морального фактора в научно-иссле­довательской работе и научной среде. Моральная атмо­сфера в научных коллективах и результативность науч­ной деятельности находятся в известной зависимости • друг от друга

В связи с увеличением численности научных работ­ников и особенно там, где складывается пренебрежи­тельное отношение к моральным ценностям науки про­шлого и слабо поставлено нравственно-этическое воспи­тание среди научной молодежи, вероятность появления различных отрицательных моральных установок и форм поведения увеличивается. В этих условиях каждому чле­ну коллектива необходимо прививать чувство ответст­венности за порученное дело, за качественное и своевре­менное выполнение поставленной задачи.

Даже талантливость и деловитость человека при ос­лабленной ответственности оказывается не достоинства­ми, а средствами искажения истины во имя временных интересов и целей эгоистического, узко личного, а не подлинно общественного характера.

Цель науки — выявление и исследование законов природы, Поиск истины. Ученый пытается постичь сущ­ность окружающего нас мира, изучая механизмы и взаи­мосвязи явлений.

Свобода научного поиска, его объективность и эф­фективность часто обеспечиваются полицентр и чно- стью, т.е. независимым финансированием из различ­ных источников (госбюджет, хоздоговор), а также международным характером науки, в котором заинтере­сован^ не только ученые, но и государства (ни одному государству не под силу, да и не выгодно развивать нау­ку во всем ее объеме самостоятельно). Ярким примером этому служат международные научные комплексные программы стран социалистического содружества.

Полицентричность науки проявляется также в разно­образных возможностях для публикаций результатов исследований" (существование различных перекрываю­щихся по тематике научных журналов с разными со­ставами редакционных коллегий, обеспечивает публика­ции результатов практически любого исследования или любой идеи, если только они выполнены с учетом эле­ментарных технических требований и содержат элемент нового).

Для науки факты начинают существовать лишь после их независимого воспроизведения. В ходе многократных

и разносторонних воспроизведений научных данных из них постепенно отсеиваются исходный субъективизм, случайные и несущественные элементы; эти данные до­полняются и уточняются и в конце концов входят как окончательные, полностью воспроизводимые в систему научных знаний. Иначе говоря, научные факты или идеи начинают жить не с момента их получения или публи­кации, а лишь после того, как они подтверждаются в но­вых циклах исследований или включаются в уже суще­ствующий цикл, индуцированный другими данными или идеями. •

Из этого вытекает ряд конкретных организационных следствий. Во-первых, дублирование в поисковых иссле­дованиях не только не вредно, но абсолютно необходи­мо (разумеется, в определенных пределах). Во-вторых, никто не может заменить естественной цикличности ис­следований-в становлении научной истины.

Таким образом, научный подход вовсе не исключает субъективизма; более того, он питается субъективизмом даже в его крайних проявлениях как неизбежным след­ствием полного раскрытия индивидуальности исследо­вателя. Научная этика дает исследователю даже право на ошибки. Но при этом наука извлекает из деятельно­сти ученого лишь положительный опыт.

Высокую эффективность научного поиска обеспечи­вают два механизма⁴⁰. Первый — автоматический. Это хорошая продуктивная идея, ценное и воспроизводимое наблюдение естественным образом привлекают внимание исследователей, и фронт работ в новом направлении сам собой расширяется за счет менее актуальных работ. Наиболее ярким примером последнего времени такого развития работ в физике является поиск материалов, обеспечивающих сверхпроводимость электрического то­ка. В научно-исследовательскую работу этого направле­ния включается все большее количество иаучных кол­лективов. Второй механизм— организационный. Фи­нансирующие организации, опирающиеся на мнение компетентных специалистов, стимулируют наиболее ак­тивно работающих исследователей, в результате чего то или иное направление становится доминирующим в дан­ной области науки.

Бесперспективное исследование или исследование, не индуцировавшее цикла «расширенного воспроизводст­ва», не привлекает притока свежих сил и при современ­ных темпах развития науки быстро затухает.

В профессиональной этике ученого можно выделить вопросы, связанные как с собственно исследовательской работой, так и с научно-организационной деятельностью. Точность фактического материала — основа науки. Про­фессионального исследователя в этом отношении может характеризовать даже некоторый педантизм — излиш­няя, казалось бы, скрупулезность в изложении фактов. Несерьезное отношение к научным фактам ведет к са­мому страшному для исследователя — к научной «смер­ти» (человек продолжает жить и работать, но работ его не читают и не цитируют, он как бы перестает существо­вать для науки). Объективную истину нужно найти и отличить от заблуждений, которые чрезвычайно жи­вучи.

И в наше время в общем потоке информации появ­ляются непроверенные факты, слухи. Запретить лжена­учные рассуждения нельзя (это лишь привлекает к ним внимание), но с ними нужно бороться только путем про­тивопоставления им действительных фактов науки, пу­тем популяризации действительно научных идей. Сориен­тироваться в безбрежном море научных идей современ­ности можно только овладев научным методом позна­ния, став профессионалом в своей области.

Предельный профессионализм — одно из главных предъявляемых требований к человеку, посвя­тившему себя науке. Профессиональная этика без про­фессионализма превращается в пустую формальность. Но не противоречит ли такое утверждение фактам? Ведь всем известно, что "Ампер и Фарадей не получили спе­циального образования, Вольт учился в школе иезуит­ского ордена, Джоуль был пивоваром, врачами были Коперник, Гельмгольц и Майер; юристами — Авогадро, Лавуазье и Ферма; в наше время Эдвии Хаббл, сделав­ший крупнейшие открытия в астрономии, по образова­нию был юристом, Луи де Бройль — один из основателей квантовой теории — филологом... Но люди, отвергающие требования профессионализма и ссылающиеся на исто­рические примеры, забывают, что все перечисленные ученые достигали своего успеха только в результате то­го, что в процессе научных поисков стали образован­нейшими в новой области специалистами, овладели се­кретами нового мастерства. Идеи, выдерживающие про­верку, рождаются только на основе профессионализма, только при этих условиях возникает научная интуиция.

Решая какой-то вопрос, исследователь сначала ста­рается собрать все, что было сделано в этой области до него, и затем, естественно, в ходе работы следит за теку­щей литературой. Публикуя полученные результаты, автор должен ссылаться на все родственные работы вне зависимости от своего к ним отношения. Он имеет пол­ное право высказать свое отношение к цитируемой ра­боте, но не замечать труд предшественника неэтично. К нарушению этических норм относится и плагиат — .умышленное присвоение авторства на чужую работу или даже использование автором в своей работе чужих принципиально важных результатов; идей без ссылок на первоисточник. Это лишает человека морального права называться творческим работником, ученым. Именно по­этому плагиат преследуется законом. Резко отрицатель­но реагируют на него специализированные советы по защите диссертаций и Высшая аттестационная комиссия [(ВАК) при Совете Министров СССР.

Иногда двое или даже несколько людей, порой одно­временно в разных странах, приходят независимо друг от друга к одинаковым результатам. Приоритет принад­лежит тому, кто первый оповестил общественность о сво­их достижениях. Вопрос о научном и техническом при­оритете важен для национальной науки в целом. Именно поэтому некоторым высоко авторитетным научным ор­ганизациям разрешена публикация препринтов — сроч­ных и кратких сообщений о вновь полученных результа­тах исследований.

Этика индивидуального исследования непосредст­венно смыкается с этикой руководства научной группой или лабораторией. При коллективном исследовании или комплексе исследований отношения участников этой об­щей работы должны определяться их реальной ролью в ее замысле и осуществлении, а не административным положением. Творческий коллектив плодотворно может работать только в том случае, если положение сотруд­ников соответствует и органически вытекает из их дей­ствительной роли в исследованиях и это затем находит адекватное отражение в совместных публикациях в оценке совместной деятельности. В случае же, когда такого соответствия нет, рано или поздно возникают ложные отношения, идущие во вред делу и приводящие к распаду коллектива.

Однако далеко не всякая разновидность труда дает моральное и юридическое право на личную подпись под публикацией, считать себя соавтором изобретения, ра­ционализаторского предложения. В частности, при соз­дании изобретения, рационализаторского предложения к соавторам не относится лицо, оказавшее только тех­ническую помощь (изготовление чертежей и образцов, выполнение расчетов, оформление документации, прове­дение опытной проверки и т.п.), а иногда и тот, кто вы­сказал идею или предложил тему, но не принял участия в совместном творческом труде. В последнем случае лишь сам коллектив исполнителей может предложить такому сотруднику войти в авторский коллектив.

Этическое положение ученого в научно-организаци- онной сфере более сложно, чем в области исследования. Его личная позиция формально отделена от принятия ре­шения ученым советом или редколлегией журнала и ча­сто формально освобождает от моральной ответственно­сти за принятое решение. В то же время подобная про­цедура обезличивает принятое решение, дробит ответственность за него, лишает этическую позицию ученого той очевидности, какой она обладает в сфере индивидуального исследования. Строгое отношение к фактам и честность по отношению к коллегам — вот этическая норма в любой ситуации.

В профессиональной этике органически сочетаются строгое отношение и... терпимость. Печальные примеры из истории науки показывают, насколько вредоносны бывают фанатически убежденные в своей непогрешимо­сти ученые, в особенности имеющие заслуженный авто­ритет (даже если они не прибегают к мерам админист­ративного воздействия на инакомыслящих). Их ошибоч­ные или поверхностные суждения о работах других направлений, не согласующихся с принятой ими точкой зрения, высказанные публично, приобретают подчас си­лу окончательного приговора в глазах общества и под­рывают уверенность в правильности выбранного пути у самого автора исследования.

Научная терпимость предполагает широту взглядов, глубокое понимание принципов организации науки, под­линную заинтересованность в ее прогрессе; она требует от ученого преодоления личной ограниченности, личных симпатий и антипатий, а когда нужно, и совершения по­ступков, даже противоречащих собственным интересам

." Вместе с тем научная терпимость может быть плодо­творной лишь в сочетании с абсолютно принципиальным, нетерпимым отношением к ложным научным выводам, т.е. ко всему неподлннному, противоречащему научной этике.

В капиталистическом обществе ученый, нередко рас­сматривается как средство получения информации, как поставщик конкретных сведений по заказу фирмы, мо­нопольного объединения, правительственных учрежде­ний. Стремление правящих кругов сохранить существу­ющие общественно-экономические порядки зачастую . вступает в противоречие с задачей ученых выявить исти- „ ну. Естественно, что в этих условиях многие ученые на­чинают бояться ответственности, особенно за использо­вание открытий в милитаристских целях.

Осознание ответственности, переживаемое в таких случаях ученым выливаются в социальный протест, в создание прогрессивных национальных и международ­ных организаций ученых, активно выступающих против ядерной войны, за разоружение и мир во всем мире.

Каждый, кто собирается посвятить свою жизнь нау­ке, обязан придирчиво проверить свою внутреннюю нрав­ственную готовность к трудному, ответственному пути ученого

.ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Важнейшей задачей, поставленной XXVII съездом пар­тии перед высшей школой страны, является существен­ное повышение качества подготовки специалистов с выс­шим образованием, обладающих творческими способно­стями, навыком практического использования полученных в вузе знаний в деле ускорения научно-технического про­гресса.

Длительный опыт многих ведущих вузов страны по­казал, что одним из эффективных направлений решения такой задачи является привлечение студентов к творче­ской работе в период обучения, требующей применения уже полученных знаний, необходимости их углубления и практического закрепления.

В связи с этим сведения, получаемые в вузах при чте­нии учебников, традиционно закреплялись на семинар­ских занятиях, в процессе выполнения лабораторных ра­бот. Однако всесторонние методические разработки каж-^/ дого такого занятия или лабораторной работы во многих случаях требовали от студентов лишь более или менее точного выполнения методически продуманных этапов работы, чтобы получить конечный результат. Эта форма практического закрепления получаемых знаний, конечно, давала определенный результат, но не требовала от сту­дентов творческого напряжения, поиска заранее неизвест­ного результата, что, естественно, снижало эффектив­ность таких занятий.

С этим были связаны усилия многих вузов поднять эффективность творческого воспитания будущих специа­листов в направлении усложнения учебных заданий, вве­дение в них творческих элементов, что естественным пу­тем приводило к целесообразности привлечения студен­тов к научно-исследовательской работе в самых различных формах.

Накопление опыта, расширение такой работы как в рамках учебного процесса, так и вне его дало возмож­ность, с одной стороны, обобщить положительный опыт, а с другой — принять меры, способствующие по возмож­ности более ранней подготовке студентов для участия

в творческой, научно-исследовательской работе, ведущей­ся не только непосредственно в вузе, но и в других ис­следовательских производственных организациях, уча­ствующих в подготовке специалистов.

Такой мерой было включение во многие планы вузов специального времени, отводимого для выполнения учеб­но-исследовательской работы и введение учебной дис­циплины «Основы научных исследований», утверждение Государственным комитетом СССР по народному обра­зованию учебной программы по этой дисциплине, в со­ответствии с которой подготовлен предлагаемый учебник.

В задачу названной дисциплины {и учебника) входит вооружение будущего специалиста комплексом знаний, необходимых для участия в творческой работе, выполняе­мой, как правило,коллективом.

В связи с этим учебник охватывает вопросы, которые помогут специалисту с большей подготовкой участвовать в исследованиях, правильнее организовать свое рабочее время в процессе поиска решения поставленной перед ним творческой задачи.

Научно-техническая революция привела к прогрессив­но увеличивающемуся объему научной и научно-техни- ческой информация по каждому направлению человече­ских знаний. Выбор темы для исследовательской работы практически невозможен без предварительного ознаком­ления со всей информацией, относящейся не только к вы­бираемой теме, но и к вопросам, смежным с ней. Если ранее эту работу в течение всей своей творческой жизни выполнял сам ученый, то в современных условиях эта задача оказалась ему непосильной (слишком велик объ­ем), поэтому постепенно развивалась система информа­ции, которая теперь предоставляет специалистам трудно- оцеиимые услуги. Однако, чтобы воспользоваться ими, необходимо иметь представление о системе информации в стране и в мире.

Освоение каждым специалистом сведений, содержа­щихся в предлагаемом учебнике, дадут желаемый высо­кий эффект только при условии, если теоретическая ра­бота будет подкреплена практикой, практическим участием студентов в научно-исследовательской, конст­рукторской, проектной и другой творческой работе в пе­риод обучения.

В настоящее время многие вузы стремятся организо­вать свою научно-исследовательскую работу так, чтобы каждый будущий специалист нашел в ней свое место

.Важность в современных условиях научно-технической революции именно такой организации подготовки спе­циалистов с высшим образованием особенно четко про­иллюстрирована постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР по Московскому высшему техническо­му училищу им. Н. Э. Баумана. Его коллективу, как флагману технического образования в стране, поручена подготовка специалистов высшей квалификации, обла­дающих глубокими фундаментальными и прикладными знаниями и развитыми творческими способностями. В этих целях на каждом факультете предусмотрена ор­ганизация научно-исследовательского института, кото­рый совместно с факультетом составит научно-учебный комплекс. Основной задачей такого комплекса является обеспечение активной творческой работы в НИИ препо­давателей. и студентов, а научных работников НИИ — в учебном процессе, в руководстве творческой работой студентов,

ПРИЛОЖЕНИЕ I

Использование ИПЯ в документальных АИПС

Основу любого информационно-поискового языка (ИПЯ) составляет множество лексических еди­ниц (ключевых слов, словосочетаний, дескрипторов) и заданные на этом множестве отношения между лексическими единицами. Под ключевым словом (КС) понимается полнозначное слово естественного языка, вы­ражающее смысловое содержание запроса самостоятель­но или в наборе с другими КС. Словосочетание — это последовательность нескольких (2...5) слов естественно­го языка, выражающая основное смысловое содержа­ние фрагмента документа или запроса. Словосочетание может использоваться и в роли ключевого слова. Де­скриптор — это понятие, обозначающее группу эквива­лентных или близких по смыслу ключевых слов, т. е. это имя класса синонимов. В качестве дескрипторов мо­гут быть использованы код, слово или словосочетание.

Среди отношений используются парадигматические и синтагматические. Парадигматические отно­шения обусловлены наличием не языковых, а логических связей между предметами и явлениями, обозначаемыми данными словами. Например, отношениям «вид—род», «часть—целое», «причина—следствие» соответствуют «шкаф—мебель», «лезвие—нож», «молния—гром».

В ИПЯ недопустима многозначность, поэтому в нем учитываются парадигматические отношения синони­мии (полисемия, условная синонимия, абсолютная си­нонимия) и омонимии знаков естественного языка. Омонимия знака (слова, словосочетания, выражения) состоит в том, что он при одинаковом написании может иметь различный смысл. Например, понятие «соль» мо­жет обозначать: вещество, ноту, суть чего-либо и т. д. Полисемия знака состоит в том, что один и тот же знак выражает несколько родственных значений. Например, слово «ключ» обозначает: дверной ключ, нотный ключ и т. д. Синонимия знаков состоит в том, что один и тот же объект имеет разные обозначения. Например, слова «коллега» и «друг» могут относиться к одному и тому же человеку, но отличаются друг от друга по смыслу. Это условные синонимы. Абсолютная синонимия имеет место тогда, когда разные слова обозначают один и тот же объект и выражают одинаковый смысл.

Отношения, устанавливаемые при соединении слов в словосочетания и фразы, носят название синтагма­тических отношений. Простейший вид синтагматиче­ских отношений — вхождение нескольких лексических единиц ИПЯ в один и тот же текст, фрагмент текста, фразу, т. е. отношение координации.

Парадигматика и синтагматика — это два различных аспекта ИПЯ, первый связан с его лексикой, а второй — с грамматикой. По характеру грамматических средств различают прекоординированные и посткоординирован- ныеИПЯ.

Прекоординированные ИПЯ — это языки, у которых словарный состав, парадигматические и син­тагматические отношения самостоятельно не существуют, а образуют жестко связанную структуру. По сути дела, каждый ИПЯ этого типа представляет собой некоторую систему классификации. Индексирование текстов (пере­вод текстов на ИПЯ) состоит в присвоении каждому документу соответствующего индекса (рубрики, подруб- рики) используемой системы классификации. Иерархи­ческие классификации получают заданием отно­шения древовидного порядка (например, Десятичная классификация Дьюи, Классификация Библиотеки кон­гресса США, Универсальная десятичная классификация, Международная классификация изобретений, Рубрика­тор ГСНТИ). А л ф а вит но-п р ед м етные клас­сификации получают заданием отношений алфавит­ного порядка на множествах лексических единиц ИПЯ, определяемых предметными классами понятий. Приме­рами таких ИПЯ являются различного рода каталоги и указатели. Фасетные классификации вклю­чают несколько жестких структур (фасетов), каждая из которых отображает один аспект отношений между сло­вами ИПЯ. По сути дела, фасетная классификация есть набор нескольких иерархических классификаций. По­строению фасетных классификаций предшествует фасет- ный анализ, в результате которого вся лексика ИПЯ разбивается на иоаспектные множества (фасеты). На этих множествах и строятся в дальнейшем иерархиче­ские классификации. Например, часто рассматривают­ся фасеты: «Вещества», «Материалы», «Процессы», «Со­стояния», «Свойства», «Реакции», «Действия».

Посткоординированные ИПЯ — это языки, словарный состав которых не связан грамматикой зара­нее, и такая связь осуществляется в процессе индекси­рования и/или поиска. Обычно выделяют три типа таких ИПЯ: дескрипторные ИПЯ, семантические коды и син­тагматические ИПЯ, из них наибольшее распространение в АИПС получили дескрипторные ИПЯ.

Иногда ИПЯ делят на классификационные (к ним относят иерархические и фасетные классификации), ру- брикационные (алфавитно-предметные классификации) и дескрипторные (все посткоординированные ИПЯ).

В основе дескрипторных ИПЯ лежит принцип координатного индексирования, который предполагает, что основное смысловое содержание документа может быть выражено списком ключевых слов, т. е. наиболее существенных для понимания текста полнозначных слов, к ним относятся существительные, прилагательные, гла­голы, наречия, числительные, местоимения. Неполно- значные слова — это предлоги, союзы, частицы.

Простейший дескрнпторный ИПЯ основан на прин­ципе чистого координатного индексирования и поиска, который состоит в индексировании документов и запро­сов списками ключевых слов и в последующем сравнении полученных списков. Документ выдается на запрос в том случае, если их поисковые образы имеют не менее К об­щих ключевых слов.

Пусть, например, заданы следующие документы: 02. Хлористый натрий, бромистый калий, йодистый калий.

4. Ядерные реакторы.

   5. Столкновение мезона с протоном.

      6. Химические реакторы.

08. Передача электроэнергии из Англии в Шотландию. Поисковые образы (результаты индексирования) до­кументов:

02. Хлориды, натрий, бромиды, калий, йодиды.

4. Ядерные, реакторы.

   5. Столкновения, мезоны, протоны.

      6. Химические, реакторы. -

08. Передача, электроэнергия, Англия, Шотландия.

Рассмотрим некоторые типичные ситуации, возникаю­щие при поиске в подобном массиве. 1. Ложная координаци

яЗапрос — Йодистый натрий ПОЗ — Иодиды, натрий

В соответствии с принципом чистой координации, ес­ли К^2, то в массиве, выданном на данный запрос, бу­дет документ 02. В действительности этот документ не отвечает запросу, так как в нем говорится об йодистом калии, а не о натрии.