Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
Шейнов_рус.docx
Скачиваний:
5
Добавлен:
01.07.2025
Размер:
2 Мб
Скачать
☆

12.5. Методы создания слухов и противодействие им

Техника приходит на помощь любому желанию и любому страху.

Г. Марсель

Чтобы информация превратилась в слух, необходимо, чтобы:

  • информация была значимой для объекта воздействия (т.е. она должна за ї ра j гивать актуальные интересы социальной группы или общества в целом);

  • информация была понятной как передающему, так и принимающему чело- | веку;

  • информация обладала значительной ценностью для принимающего чело- I века;

  • 449

    информация способствовала повышению социального престижа передающего. Слухи являются очень мощным оружием, но они должны быть хорошо подго­товлены и находиться под контролем. Для формирования слуха необходимо вы­полнение следующих условий:

ІїЗак. 1087

  • источник должен быть привлекательным для аудитории и пользоваться ее доверием; .

  • содержание слуха должно вызывать доверие;

  • получатель слуха становится его передатчиком по мере передачи его дальше.

Для создания слуха используются три операции: выравнивание, выпячивание,

уподобление.

Выравнивание — слухи должны быть краткими и простыми, поскольку подле­жат устной передаче.

Выпячивание — закономерности выборочного восприятия, когда из большого текста берут только ключевые моменты.

Уподобление — слух отражает имеющиеся стереотипы, этноцентризм и преду­беждения. Знание этих характеристик позволяет отобрать правильную фабулу слуха.

Значим акцент на особенностях обработки информации разными социальными группами. Одно из правил этого уровня звучит следующим образом: «Информа­ция, которая не выровнена, выпячивается, становясь важной. То, что выпячива­ется одной группой, может быть выровнено другой» [126, 301].

Работа по созданию слухов включает выявление неудовлетворенных информа­ционных и психологических потребностей, а также наиболее характерных для данной культуры (страны, региона, города) разносчиков неофициальной инфор­мации. Например, в русских городах питательной средой для слухов обычно счи­таются старушки-пенсионерки, на Ближнем и Среднем Востоке — базарные тор­говцы, в странах Латинской Америки — таксисты; на Кавказе традиционным местом распространения слухов являются похороны и (во вторую очередь) свадь­бы, куда съезжаются многочисленные родственники и друзья.

Распространение слухов

Использование слухов в интересах психологического воздействия представляет собой распространение информации, выгодной инициатору. Оно требует большо­го искусства и осторожности, так как содержание слухов в процессе их распрост­ранения может выйти из-под контроля. При этом, как мы видели, содержание слухов зачастую подвергается изменениям, вплоть до обретения смысла, проти­воположного намеченным целям.

На основании проведенных исследований было установлено, что, запуская тот или иной позитивный или негативный слух в отношении политика, партии или организации, необходимо дозировать степень его недостоверности. Раньше счита­лось, что чем неправдоподобнее слух, тем более действенным он окажется. Так, например, каноны геббельсовской пропаганды требовали, чтобы ложь была ог­ромной и даже «чудовищной» — тогда люди легче склонятся к тому, чтобы пове­рить ей. Со временем, однако, оказалось, что рост информированности защищает людей от излишней доверчивости. В наши дни считается, что дезинформация, запускаемая по неформальным каналам, должна строго дозироваться. Появляясь как сравнительно правдоподобная, она постепенно завоевывает доверие и только после этого начинает «обрастать» подробностями, медленно продвигаясь к черте абсолютной недостоверности.

В спецслужбах некоторых государств были созданы подразделения, которые в период холодной войны активно занимались распространением слухов на Совет­ский Союз. Причем для своих дипломатов они выпускали специальный бюлле­тень, в котором предупреждали о дезинформации. Объектами слухов становились звезды эстрады (Аллу Пугачеву несколько раз западные радиостанции «оставля­ли» за границей), политические деятели (неоднократно сообщалось о смерти пре­старелых лидеров СССР), другие события, будоражащие общественное мнение. Достаточно сильно помешали карьере Г.В. Романова, перспективного политичес­кого деятеля времен Л.И. Брежнева, слухи о якобы использовании им на свадьбе дочери сервизов из Эрмитажа.

Агрессивные слухи антирусской направленности появились на Украине после трагедии на Чернобыльской АЭС. Во время парламентских выборов в Украине в 2006 г. «оранжевые» использовали слух о том, что Россия лишит газа рядовых пользователей.

Толчком к многочисленным межнациональным и межгосударственным конф­ликтам последнего времени явились запущенные слухи соответствующей направ­ленности.

Политические анекдоты

Распространение анекдотов является важным средством политической борьбы и используется в политическом пиаре. Его основные задачи — дискредитация кон­курентов, формирование симпатий к сторонникам, и прежде всего — к своим политическим лидерам.

В советские времена ходило множество анекдотов, высмеивающих ключевые идеологические установки той системы: Ленин, Чапаев и прочие символические фигуры коммунистической пропаганды были одновременно и героями анекдотов.

Например, в разгар массовой кампании по принудительному принятию «соци­алистических встречных планов» в Москве был запущен искусственно сконструи­рованный (это видно по усложненной для массового сознания конструкции) анекдот.

Жена спрашивает мужа: «Ваня, тут на работе встречный план заставляют принимать, а что это такое?» — «Это просто, Маша. Вот ложимся мы в постель, и ты говоришь: "Ваня, давай разок ". А я отвечаю: "Нет, Маша, давай два разика!" Это и есть мой встречный план. Но на самом-то деле мы знаем, что больше одного раза все равно не сможем».

Уже на третий день пересказы этого анекдота были зафиксированы во Влади­востоке. Опережая скорость движения поезда, он распространился по стране со скоростью самолета. Позднее выяснилось, что актуальность анекдота была настоль­ко высока, что его пересказывали в междугородных телефонных переговорах.

Сравним два известных коротких анекдота. Первый: Брежнев по бумажке за­читывает текст приветствия на открытии московской Олимпиады (1980 г.): «О! О!. О! О! О!» (лист бумаги с текстом его речи начинается изображением пяти колец олимпийской эмблемы). Второй анекдот: «Вы слышали? Андропов руку сломал!» — «Кому?» Соответственно рисуются два разных образа руководителей с разным к ним отношением. Ироническое отношение к косноязычию Брежнева резко кон­трастирует с ожиданием жесткости от пришедшего к власти Андропова.

Слухи в организации

Слух несет информацию, более волнующую, чем просто факты или правда, так как возникает в том случае, когда отсутствует информация по волнующему всех вопросу.

Во многих наших организациях слухи преобладают среди источников информа­ции. Если слух совпадает с ожиданиями той группы, в которую он попадает, его непросто нейтрализовать. Тем более что существует эффект «стремления к под­тверждению слухов»: сотрудники ищут подтверждение возникшим слухам в проис­ходящих событиях и, сами того не подозревая, способствуют «реализации» слухов.

Следовательно, организация должна реагировать на слухи сразу, как только они возникли. Поскольку они появляются при отсутствии информации, то наиболее эффективным методом их устранения является заполнение информационного ваку­ума, обеспечение доступа к интересующим персонал сведениям.

Судя по опыту, руководство большинства предприятий и организаций далеко не всегда правильно себя ведет. В тот же момент, когда возникают реальные проблемы, не появляется интересующая работников информация. Результат — сразу же возникают слухи.

Для предотвращения отрицательного воздействия слухов информацию важ­но предоставлять постоянно, сглаживая при этом острые углы, не создавая завесу таинственности. Эффективными методами борьбы со слухами является распространение контрслухов и раскрытие реальной информации лидером орга­низации.

Определить источник слухов очень сложно, и, как правило, это не стоит затрачиваемого времени. Очень часто плохой слух, например о сокращении шта­та, увольнениях и так далее, удается смягчить путем своевременной коммуни­кации. Как правило, такие решения принимаются только после долгого анали­за сложившейся ситуации, рассмотрения различных альтернатив и попыток исправить ситуацию иными методами. Окончательное решение обычно являет­ся компромиссом, отражающим нужды организации и различных групп, вклю­чая, естественно, и ее сотрудников. При объявлении такого неприятного реше­ния необходимо объяснить персоналу, каким образом оно было найдено, предлагая возможные альтернативы. Действуя таким образом, плохие новости можно смягчить.

Однако чем дольше принимается решение по болезненному для коллектива вопросу, тем больше слухов. Производительность труда при этом резко падает.

Поэтому, например, в случае с ситуацией с необходимостью сокращения штата рекомендуется как можно раньше принять решение о принципах такого сокращения и вывесить его на стенде объявлений (письменная информация не способствует возникновению слухов). Предположим, эти принципы таковы: сокращению подле­жат: 1) достигшие пенсионного возраста; 2) работающие не по специальности и т.п. Тогда подавляющее большинство сотрудников успокоится и почвы для слухов не будет.

Слухи можно поставить и на службу организации. Ведь им очень доверяют, и источник слуха определить практически невозможно. Поэтому созданный и запу­щенный контрслух может оказаться эффективнее, чем, например, проведение собрания.

К положительным сторонам слухов можно отнести то, что они служат индика­тором сбоев в системе внутренних связей — по их возникновению можно опреде­лять те вопросы, которые недостаточно освещены средствами внутрифирменной коммуникации. Слух заполняет информационный вакуум, возникший при несо­вершенной системе коммуникации. Неформальные, неконтролируемые каналы преобладают там, где несовершенны официальные каналы.

Противодействие слухам

Слухи подчас представляют серьезную опасность как для общества в целом, так и для отдельных его групп (например, слухи, приводящие к панике), а также и для властных структур.

Как побороть слух? Приведем несколько примеров.

В первые недели Великой Отечественной войны почтовые отделения по всей стране без разговоров принимали посылки в города, уже оккупированные немца­ми, чтобы опровергать «вредные слухи».

Входе Второй мировой войны Великобритания сумела быстро вытеснить неиз­бежные для военного времени панические слухи. Для того чтобы повысить престиж и усилить впечатление надежности и достоверности; правительственной радио­станции Би-Би-Си пришлось пойти на экстраординарные меры. Радиостанция стала сознательно завышать в информационных программах потери англичан и, наоборот, преуменьшать германские потери так, чтобы цифры выглядели хуже, чем даже в тенденциозных сообщениях геббельсовской пропаганды. В итоге жители Великобри­тании стали больше верить своему радио и перестали воспринимать немецкую пропаганду и панические слухи о собственных неудачах. После этого Би-Би-Си отказалось от временной дезинформации, но навсегда обрела имидж самой досто­верной радиостанции.

После чернобыльской катастрофы украинские партийные власти, чтобы ра­зоблачить слухи об опасной радиации, провели, как обычно, массовые первомай­ские демонстрации во всех населенных пунктах Украины, включая и радиоактив­но зараженные. Сотни тысяч людей получили дополнительные «рентгены». Жертвы оказались напрасными — слухи в тот период так и остались основным источни­ком информации о Чернобыле.

В целом же оптимальный способ противодействия слуху — его быстрое подав­ление удобными для вас фактами. Ведь если слух распространяется, значит, в массах есть потребность в информации на данную тему. Эту потребность и удов­летворить, разъяснив официальную точку зрения на дискуссионные вопросы. Поэтому эффективным считается, не упоминая о факте существования слуха (иначе вы принимаете участие в его распространении), заполнить информацион­ный вакуум убедительной информацией. Публикация фактов, противоречащих слухам, — лучшее средство их подавления.

В фашистской Германии также активно боролись со слухами. Нацисты столкну­лись с тем, что население пересказывало содержание листовок, сбрасываемых с самолетов, поскольку там содержались более достоверные военные сводки. Поэто­му распространение получила контрпропагандистская деятельность, когда в ответ на конкретные слухи запускались не менее конкретные контрслухи, призванные им противостоять.

Вот примеры подобных слухов и контрслухов той поры:

Слух: «Большевики не причиняют никакого вреда населению в оккупирован­ных ими районах рейха». Контрслух: «Они совершают вопиющие зверства».

Слух: «Германская 7-я армия окружена в Нормандии». Контрслух: «Это не так, но союзникам приходится лгать из-за успешных бомбардировок Англии ракетами V-I и разногласий с русскими по поводу Польши».

В истории Советского Союза выделяется [122] несколько очагов распростране­ния слухов: 20—30-е годы, 40—50-е годы и вторая половина 80-х. В ответ вводи­лись жесткие методы борьбы, например: «В годы Великой Отечественной войны слухи усиленно распространялись по всей стране, создавали панику, страх, демо­рализовали население. Вносили дезорганизацию в практическую жизнь людей. И это несмотря на принятый в начале июля 1941 года Указ Президиума Верхов­ного Совета СССР, предусматривающий за распространение ложных слухов са­мые жесткие кары. По неполным данным, с 6 июля по 1 ноября 1941 года по этому Указу военные трибуналы осудили 1423 человека» [122, 19].

12.6. МОДЕЛЬ ВЛИЯНИЯ ПОСРЕДСТВОМ СЛУХОВ

То, что сегодня наука, завтра — техника.

Э. Теллср

Все вышесказанное позволяет сформировать следующую модель влияния, осу­ществляемого с помощью распространения слухов:

Мишень воздействия — потребность адресатов в снятии психологического на­пряжения, вызванного отсутствием информации по актуальной для них проблеме.

Вовлечение — правдоподобие передаваемой слухом информации.

Фон — психологический дискомфорт, вызванный отсутствием информации по актуальной для адресатов проблеме.

Побуждение — потребность поделиться волнующей новостью и возможность поднять свой коммуникативный статус.

Главо 13

ашопродвижєниє

Правило буравчика: Чтобы продвигаться, надо вертеться.

А. Ратнср

13.1. ТАКТИКИ САМОПРОДВИЖЕНИЯ

В этом мире добивается успеха только тот, кто ищет нужных ему условий и, если не находит, создает их.

Б. Шоу

Крупный успех составляется из множества предусмотренных и обдуманных мелочей.

В. Ключевский

Самопродвижение реализуется индивидами посредством демонстрации своей компетентности, высокого статуса и власти, а также ассоциирования себя с вы­сокозначимыми личностями.

Чтобы представить себя компетентными, люди используют несколько тактик: организуют демонстрацию своей компетентности; на словах заявляют о своих возможностях; окружают себя предметами и привычками, которые обычно ассо­циируются с компетентностью.

Показано [399], что самопродвижению способствует создание атрибутов ком­петентности и значимости: вид занятого человека, множество записей в рабочем календаре и деловом блокноте, выбор места расположения.

Иногда для демонстрации своих успехов достаточно просто поместить себя в центр внимания публики. В одном из экспериментов участники-студенты, которые надеялись выступить удачно в игровом шоу, выбирали места в первых рядах и в центре. Студенты, которые не надеялись на свой успех, предпочитали крайние, уда­ленные места [175, 155].

Когда окружающие не замечают успехов индивида, желающего выдвинуться, то таковой сам создает возможность продемонстрировать свою компетентность перед публикой [347].

Годфри, Джонс и Лорд в 1986 г. экспериментально доказали, что люди, кото­рые на словах подчеркивают свои достоинства, не нравятся окружающим. Однако слова, сказанные за нас другими, могут принести нам пользу [175, 190].

В отличие от застенчивых людей социально уверенные в себе личности начина­ют преувеличенно рекламировать свои способности, когда общественное мнение об их компетентности было испорчено из-за неудачи, но не тогда, когда их реальная компетентность легко проверяется окружающими.

Активно «продвигающие» себя люди создают социальную атмосферу, в кото­рой другие также чувствуют необходимость рекламировать себя [175, 168].

Самореклама может оказаться ненадежной. Рассказ о собственных достижениях может улучшить самопрезентацию, но может неожиданно привести и к обратным результатам и создать впечатление, что вы заносчивы и неуверенны в себе. Это происходит потому, что наблюдатели часто оценивают человека более чем по одному параметру одновременно. Человек, явно рекламирующий самого себя, несомненно, может убедить других людей в том, что он компетентен, но также может продемонстрировать очевидный эгоизм..

Важным фактором саморекламы служит контекст, в котором люди рассказы­вают о себе. В одном из исследований проводилось сравнение впечатлений, произво­димых людьми, которые положительно высказывались о своих интеллектуальных способностях в несколько различных условиях. Люди, упоминавшие о своих интеллек­туальных достижениях, рассматривались более благосклонно, когда такие высказы­вания они делали в ответ на конкретный вопрос. Например, когда человека спраши­вали, как он сдал экзамены, его ответ о том, что он сдал все на «отлично», производил благоприятное впечатление. Подобным же образом положительные высказывания о самом себе усиливали положительный образ человека, если они делались в контексте взаимного раскрытия обоих партнеров.

Напротив, люди, начинавшие рассказывать о собственных способностях, ког­да их об этом не спрашивали, или вне контекста разговора о достижениях другого человека, воспринимались как менее приятные, менее тактичные и более эгоис­тичные. Контекст разговора определял решающее различие в том, как наблюдате­ли интерпретировали саморекламирующие высказывания.

Еще одним тактическим приемом управления положительным впечатлением является осторожное использование скромности. Сложность заключается в том, чтобы знать, когда скромность будет эффективна. Существуют два простых пра­вила. Во-первых, скромность украшает человека только тогда, когда исполнение действительно было успешным. Скромность по поводу плохого исполнения не создает хорошего впечатления. Во-вторых, скромность работает на усиление обще­ственного образа человека тогда, когда аудитория уже знает о его успехе. Победи­тельница соревнований может позволить себе быть скромной, потому что ее слава опережает ее [163, 197].

Люди часто хотят, чтобы другие рассматривали их как персон, обладающих высоким статусом и властью. Создавать подобный имидж им помогают четыре тактики: демонстрация признаков высокого статуса, расточительное расходова­ние денег, объединение себя с другими людьми, имеющими высокий статус, и выражение доминирования невербальными средствами.

Мужчины сильнее, чем женщины, стремятся к созданию такого имиджа, а те женщины, для которых статус и власть действительно имеют ценность, часто вынуждены «затушевывать» свое честолюбие, чтобы не показаться неприятными (об этом см. далее). От того, к какому полу принадлежат представляющий себя и его зрители, зависит, какие тактики окажутся наиболее эффективными для демон­страции высокого статуса и власти. Мужчины, как правило, используют более пря­молинейные, связанные с физической стой тактики, представляя себя перед дру­гими мужчинами, в отличие от случаев, когда зрителями являются женщины, а женщины часто должны маскировать свои реальные амбиции, чтобы не выглядеть несимпатичными [175, 168].

Тендерные различия

Демонстрация своего статуса и власти может производиться многими способа­ми. Как люди пытаются создать себе такой имидж, предпринимают ли они вооб­ще подобные попытки, частично зависит от того, к какому полу принадлежит человек, осуществляющий самопродвижение, и представители какого пола со­ставляют аудиторию. Мужчины, например, представляют себя перед женщинами не так, как перед другими мужчинами. Хотя мужчины вообще склонны отвечать агрессивно на оскорбления в присутствии других людей, эта агрессия ради само­продвижения проявляется наиболее сильно, когда зрители также мужского пола. Фактически женская аудитория часто способствует уменьшению напористости и физической агрессии мужчин. Но это происходит не потому, что женщинам не нравится, когда мужчины демонстрируют свой высокий статус и власть. На са­мом деле женщины высоко ценят статус и власть в своих партнерах-мужчинах, поэтому мужчины любят хвастаться в присутствии женщин своей профессио­нальной и личной состоятельностью.

Это проявляется, в частности, в таких ситуациях в присутствии женщины, как покупка цветов (не торгуются с продавцом), расчет с официантом (не проверяется правильность представленного счета, оставляют большие чаевые), не скупятся при заказе блюд, выборе подарка и т.д.

Женщины в целом меньше одобряют проявление мужчинами физической аг­рессии. Так что, хотя мужчины демонстрируют свой статус и власть как перед мужской, так и перед женской аудиториями, они избирают при этом разные тактики, чтобы соответствовать предпочтениям «зрителей».

Мужчины, умеющие ненавязчиво подчеркивать свой высокий статус, обычно добиваются внимания женщин.

Самопродвижение по-женски

Женщины, которые стремятся к положению, дающему высокий статус и власть, встречают на своем пути особенные препятствия.

В традиционно мужских сферах деятельности они часто несут наказание за то, что делают свою работу хорошо, возможно, даже потому, что они делают свою работу хорошо.

Прямолинейный стиль общения обычно считается приемлемым (и иногда даже желательным) для преуспевающего мужчины. С ним не так легко мирятся, если его демонстрирует настолько же преуспевающая женщина. Например, хотя муж­чины допускают, чтобы ими управлял прямолинейный, настойчивый, ориенти­рованный на задачу мужчина, они обычно не поддаются влиянию женщин, ис­пользующих этот же стиль. Также, хотя агрессивно-утвердительный невербальный язык достаточно хорошо помогает сообщить о своем статусе, когда используется мужчинами, для женщин он менее эффективен.

Некоторые из наиболее эффективных тактик заявления о своем статусе и власти, применяемых мужчинами, являются безуспешными, когда используются честолю­бивыми женщинами. Суть проблемы проявляется, если рассмотреть вторичное впе­чатление, которое производят на окружающих людей женщины, использующие подобные тактики. Если женщины демонстрируют ориентированный на задачу или доминирующий стиль, они, как правило, представляются мужчинам несимпатич­ными и угрожающими; для мужчин же эти стратегии не несут с собой таких больших издержек. Кроме того, женщины, использующие жесты и движения, связанные с высоким статусом, рискуют показать себя сексуально агрессивными.

Как правило, мужчинам не нравятся женщины, которые активно занимаются самопродвижением. Возможно, женщины будут проявлять иное отношение, будут легко принимать других женщин, представляющих себя в агрессивно-утвердительной манере ? Существуют, однако, свидетельства того, что это неверно.

Несколько экспериментов Лори Рудмана показывают, что женщины еще больше, чем мужчины, не любят утверждающих себя женщин. Рудман и другие ученые счи­тают, что женщины более охотно поддерживают других женщин, когда те помога­ют в благих начинаниях других людей, но еще меньше, чем мужчины, склонны поддер­живать женщин, которые продвигают себя.

Здесь выделяются два момента. Во-первых, мы снова видим, как важно нра­виться другим: людям, которые нравятся, легче добиться высокого статуса и вла­сти. Во-вторых, честолюбивые женщины, представляя себя, встречаются с намно­го более значительными препятствиями, чем столь же честолюбивые и во всем остальном равные им мужчины. Поэтому женщины до сих пор вынуждены скры­вать свои честолюбивые стремления и свидетельства своего успеха, чтобы удовлет­ворять все еще имеющим большую силу полоролевым стереотипам [175, 166—168].

13.2. СОЗДАНИЕ ПОПУЛЯРНОГО ОБРАЗА

Образ может заменить описание.

Л. Витгенштейн

Факторы популярности

Популярности образа способствует следующее: поступки, обратившие на себя внимание общественности; частота предъявления себя публике; «особые приметы» человека; одежда; использование «эффекта присоединения»; работа имиджмейке­ров (для политиков и кандидатов в таковые) и продюсеров (в шоу-бизнесе).

Поступки

Поступки человека производят на окружающих самое сильное впечатление. Ведь поступок говорит о человеке убедительнее всяких слов.

Великие люди создавали себе популярность необычными и яркими поступка­ми. Многие их этих поступков навсегда вошли в историю.

Некоторые поступки настолько символичны, что повторить, их не гнушаются и великие. При короновании Наполеона как императора он повторил поступок одного из французских королей, вырвавшего из рук Папы Римского корону и самолично возло­жившего ее себе на голову.

. Подобными примерами изобилует мировая история. Естественно, современные политики стараются создать себе популярность запоминающимися поступками. Их масштаб, правда, отвечает масштабу этих деятелей.

То, что с будущим президентом Ельциным постоянно что-то происходило (вспомним, например, темную историю с его падением с моста в районе подмос­ковных дач), также работало на его известность.

Губернатор Кемеровской области А. Тулеев, войдя в 1999г. в захваченный терро­ристом автобус и добившийся освобождения заложников, совершил реальный По­ступок.

Попытка совершить поступок (даже независимо от результата) остается за­печатленной в имидже. Все знают, что программа Григория Явлинского «500 дней» оказалась мыльным пузырем. Но она принесла автору огромные политические диви­денды, создав ему имидж реформатора.

Лидер Союза правых сил Б. Немцов, отправившийся в октябре 2000 г. в захва­ченное террористами здание театра на Дубровке, где находились зрители мюзикла «Норд-Ост», так и не вступил в контакт с захватчиками — побыв несколько минут в пустом фойе, он быстро вернулся к телекамерам. Он произвел имитацию поступка, но обеспечил себе место в телеэфире всех каналов, рассказав о перего­ворах, которые он якобы вел в «закрытом режиме».

Поскольку роль событий в популяризации политиков велика, то наиболее талантливые из них сами организуют эти события. И чем они необычнее (для своего времени), тем больший эффект производят.

Когда кампания по избранию Дж. Кеннеди в конгресс (в 1946г.) подходила к концу, все женщины города, где он баллотировался, заявившие, что будут голосовать за демократов, получили от семьи Кеннеди приглашение на чай. Городские полити­каны откровенно посмеивались над этим новшеством, но в назначенный час более двух тысяч женщин собрались перед отелем «Коммандер» в Кембридже, где Дж. Кен­неди и его родители принимали гостей.

Следующий случай из американской политической жизни показывает, сколь велико влияние экстравагантных (но хорошо просчитанных) поступков людей из ближайшего окружения политиков.

В конце первого года президентства Рейгана его супруга Нэнси одним своим поступком добилась очень многого. Вот как пишет об этом эпизоде сама первая леди: «Пять минут весны 1982 года решительно изменили мои взаимоотношения с вашингтонским журналистским корпусом. Это случилось во время традицион­ного обеда в клубе "Гридайен". "Гридайен" — клуб для избранных, члены его — шестьдесят журналистов из разных газет и журналов. Каждую весну они устраива­ют изысканный обед во фраках, куда приглашается не более шестисот гостей. Программа всегда бывает одна и та же. Представители прессы показывают острые, а иногда и смешные скетчи, в которых подтрунивают как над демократами, так и над республиканцами...»

Нэнси Рейган, узнав о том, что на очередном обеде «Гридайена» будет испол­няться песенка о ней, решила также спеть в ответ свою, но не про прессу, а шутку в свой собственный адрес. Итак, на традиционном обеде в клубе «Гридай­ен» в 1982 г. исполнитель спел от имени Нэнси Рейган песенку — новые слова на мотив «Подержанной розы» — популярной в 1920-е годы песенки.

Для ее исполнения Нэнси Рейган переоделась в «...белые с голубыми бабочка­ми брюки, желтые резиновые сапоги, голубую в белую крапинку блузку, а поверх всего замечательно уродливое красное домашнее платье без рукавов. Кроме того, — вспоминает Нэнси Рейган, — на мне была голубая ситцевая юбка, подко­лотая с одной стороны блестящей бабочкой, длинная нитка фальшивого жемчу­га, драное боа и красная соломенная шляпка с перьями и цветами. Спряталась за большой вешалкой, где никто не мог меня увидеть, и дождалась, пока шуточный номер закончился. Когда певец смолк, я расправила костюм и вышла.

Меня встретили зловещим молчанием. Несколько мгновений никто не мог сообразить, что это за женщина. Но как только до них дошло, зал встал и награ­дил меня овацией, еще до того как я успела открыть рот. Когда снова наступила тишина, я запела свою песенку на мотив "Подержанной розы".

Когда я закончила, зал, стоя, опять устроил мне овацию, и лишь тогда я расслабилась и развеселилась. Аудитория требовала повторить номер, и я спела всю песенку еще раз.

Никогда бы я не подумала, что это мое выступление будет иметь такие важ­ные последствия. Сколько мы жили в Вашингтоне, столько об этом вспоминали. Одна эта песенка и то, что я ее захотела спеть, послужили законодателям обще­ственного мнения сигналом, что, быть может, я не такая, как они думали, — не холодная, не царственная, не надменная... Я давно не читала о себе в печати ничего приятного, поэтому мне очень дороги были газетные отклики на то вы­ступление: "первая леди положила всех на лопатки своей песенкой и танцем" — писала "Нью-Йорк дейли ньюс". А "Нью-Йорк Тайме" отметила: "Президент Никсон однажды играл здесь на рояле, а Бетти Форд однажды танцевала, но все сошлись во мнении, что ни одна первая леди никогда еще не приходила сюда, так отлично подготовившись... Потрясающий успех!"»

По-своему важна роль поступка не только неожиданного, но и отсутствия действия, которого все ждут. Всеобщее внимание привлекло поведение канцлера Германии Шредера и премьер-министра Италии Сильвио Берлускони, долгое время не признававших победы своих противников на парламентских выборах 2006 г. (не­смотря на незначительный перевес, победа последних ни у кого не вызывала сомне­ний). Ожидаемые общественностью в таких ситуациях поздравления в адрес побе­дителей так и не состоялись.

Частота предъявления себя публике

Говоря об аттракции, мы.приводили результаты исследований, гласящие, что аттрактивность (притягательность образа) возрастает по мере увеличения частоты контактов. В этом смысле уникальную возможность предоставляют современные СМИ. Ни для кого не секрет, что чем чаще человек появляется на телеэкране, звучит в радиопередачах, фигурирует в других СМИ, тем он популярнее.

Стало аксиомой, что кандидат, чаще других «светящийся» в СМИ, особенно на TV, имеет значительное преимущество перед соперниками.

Основные расходы имиджмейкеров на «раскрутку» политиков или так называ­емых «звезд» эстрады — это расходы на «свечение» на TV и звучание на радиока­налах.

Особые приметы как фактор узнаваемости

Коса Ю. Тимошенко в стиле Леси Украинки, кудри Г. Явлинского, усы Б. Грыз­лова и борода С. Миронова стали неотъемной частью их имиджа. То же относится к родимому пятну Михаила Горбачева, за которое он даже получил в народе прозвище «Меченый». Лысина (точнее бритая голова) депутата Государственной Думы В. Шандыбина добавила ему чисто человеческой популярности и выделила из монотонного ряда членов фракции КПРФ. Стрижка Ирины Хакамады, в мод­ном в 1990-е годы направлении «унисекс», стала ее «визитной карточкой» и легла в основу создания нового для России образа женщины — активного политика. Запомнились аккуратная прическа Б. Ельцина, характерный тембр голоса и воле­вой подбородок А. Лебедя.

Юрий Лужков получил прозвище «большая кепка» за свою привычку не расста­ваться с этим головным убором. Кепка Ю. Лужкова является не просто признаком «народности» — это еще и камуфляж для не всеми позитивно воспринимаемой лысины.

Подобный камуфляж использовали многие знаменитые люди. Цезарь прикры­вал безобразившую его лысину лавровым венком, а Ясир Арафат — палестин­ским головным убором, за что имел прозвище «Большой платок».

Клички— это краткое обозначение имиджа. Если политики сами не придумы­вают их себе (Ленин — в напоминание о Ленском расстреле рабочих царскими жандармами; Сталин — в напоминание о крепости стали), то им дают их окружа­ющие.

Особыми приметами некоторых известных политиков являлись сигары и ку­рительные трубки. Сигара стала признаком благополучия и принадлежности к элите. Но усилиями советской пропаганды в 20—30-х годах был создан образ «буржуина» в цилиндре, во фраке и с неизменной сигарой. Для советских людей сигара была символом принадлежности человека к вражескому лагерю:

Именно этим попытался воспользоваться Черчилль, предложив на одном из приемов Сталину сигару. Если бы Сталин отказался, Черчилль мог бы изобразить из себя обиженного. Однако Сталин спокойно взял сигару и закурил. Черчилль стал искать глазами фотографа, но наткнулся на насмешливый взгляд вождя, который во избежание подобных казусов распорядился удалить репортеров забла­говременно. Пропагандистский кадр не состоялся.

Описанный случай лишний раз демонстрирует, сколь важны в политике даже мелочи, если они обладают символическим значением.

Сложился стереотип, что люди, курящие трубку, склонны избегать поспеш­ных решений и что приверженность к трубке свидетельствует о склонности к доминированию ее хозяина. Знаменитый сыщик Шерлок Холмс принимал своих посетителей, куря трубку и сложив руки в виде купола — два ярких признака чувства превосходства и даже самодовольства. Сталин, который, прежде чем при­нять важное решение, выслушивал мнения своих соратников и специалистов по тому или иному вопросу, не расставался с трубкой, даже когда она затухала. Зачастую он использовал ее как указку, как своего рода жезл, с помощью кото­рого он акцентировал те или иные свои высказывания, придавал им желаемую весомость и исключительность, указывал, как надо поступать.

Элементы речи, способствующие популярности

«Словечки» Важную роль в имидже публичного человека играют яркие фра­зы, образные слова и «словечки», свойственные только ему выражения. Они формируют имидж политика, активно способствуя его запоминанию и узнава­нию. Показательно в этом отношении, что пародисты на своих концертах по одному слову восстанавливают в сознании аудитории образ известного политика. Достаточно протянуть знаменитое «Понима-ашь», чтобы все узнали Ельцина. Сколь­ко бы ни открещивался Жириновский, к нему навсегда приклеилось «Однознач­но!», как к Немцову — «Совершенно понятно!»

Черномырдин вошел в историю великой фразой, звучащей на уровне национальной идеи: «Хотели, как лучше, а вышло, как всегда» (якобы придумано для него заранее одним из известных сатириков), а также многочисленными оговорками («Если у кого чешется, здесь и чешите»). Черномырдин прочно вошел в народный фольклор благодаря своим корявым и оттого очень популярным высказываниям.

Половиной своего рейтинга тогда еще премьер-министр Путин был обязан обещанию «мочить бандитов в сортире». В другой раз, тактично заменив в пого­ворке одно непечатное слово, Путин сказал, что всех женщин не перецелуешь, но стремиться к этому надо. Обратило на себя внимание его выражение «только сопли жевать». Огромный политический резонанс вызвали его слова о необхо­димости «отделить мух от котлет».

Афоризмы. Самым афористичным политиком новой России, безусловно, был и остается А. Лебедь. Он запомнился своими короткими, хлесткими высказываниями, понятными и близкими простым россиянам. В американской книге, посвященной ему, есть целый раздел, получивший название «лебедизмы». Именно они делали воздей­ствие образа генерала более многомерным, способствуя его запоминанию. Вот ти­пичные образчики афоризмов Лебедя: «Генерал-демократ — все равно что еврей- оленевод», «Депутаты сидят с видом задумчивой гири», «У меня камуфляж всегда наготове, шашка смазана», «Голова — это кость, болеть не может» и т.д.

Определенная часть избирателей идентифицировала себя с Лебедем и Черно­мырдиным, поскольку те говорили на простонародном языке. Однако в афориз­мах Лебедя, в отличие от Черномырдина, содержатся повелительные интонации. Его утверждения безапелляционны и больше похожи на военный приказ. Этим объясняется их сила воздействия на электорат, поскольку эффективность слов зависит от вызванных образов — точных, повелительных. А высказывания Черно­мырдина выдают его неуклюжесть, скованность. Они не несут в себе волевого, повелительного заряда. Поэтому Черномырдин выглядит не столь выигрышно и его афоризмы портили имидж солидного, делового человека, который ему со­путствовал на протяжении многих лет.

Одежда

В главе «Формирование благосклонности» мы убедимся, что факторы, свиде­тельствующие о похожести в чем-либо индивидов друг на друга, способствуют межличностной аттракции. В соответствии с этим одежда — это один из способов, позволяющих выглядеть более демократичным, близким народу, или, напро­тив, — отдалиться от него.

Одежда служит идентификации политика: куртка «аляска» Владимира Пути­на, черный свитер Гавриила Попова, белые брюки Бориса Немцова.

Когда в бытность его мэром Москвы Гавриила Попова обвинили в корруп­ции, причислив его к самым богатым людям России, то все эти нападки на фоне простого свитера, в котором он любил появляться, показались диким вымыслом.

Молодые российские политики резко подрывали собственный имидж, не при­давая должного значения своей одежде. Борис Немцов в бытность первым вице- премьером отправился встречать в белых брюках азербайджанского лидера Гейда­ра Алиева. После этого Алиев долго жаловался журналистам: «Так не уважили старика — уж и с королями встречался, и с президентами, и с баронессой Тэт­чер, и все уважали. Но чтобы так...» Евгений Примаков рассказывал, что он долго отказывался от поста премьер-министра, потому что склонять его к этому приез­жал в МИД тогдашний руководитель президентской администрации Валентин Юмашев «в мятой футболке».

Первое появление Владимира Путина в телевизоре относится к тому времени, когда он был заместителем петербургского мэра. Довольно неуклюжий мужчина, со встрепанной разночинской прической, в дурном пиджаке, в дешевом галстуке.

Сейчас пиджак президента хорош, галстук стоит ровно половину президент­ской месячной зарплаты, прическа выполнена профессионалом.

Однако не стоит думать, будто Владимир Путин сразу стал одеваться хорошо. Все происходило постепенно. Сначала, когда Анатолий Собчак переизбирался в губернаторы и вся его команда пообещала уйти в случае проигрыша патрона, Владимир Путин одевался в игривый салатовый двубортный костюм, модный в то время у бизнесменов. Собирался стать бизнесменом? Нет (о чем он заявил уже будучи президентом, отвечая на вопрос, не желает ли он возглавить «Газпром», когда закончится его второй президентский срок).

Потом, когда Анатолий Чубайс пригласил Владимира Путина работать в адми­нистрацию президента Ельцина, Путин стал носить приличные костюмы, но не догадывался (а подсказать было некому?) покупать к ним соответствующие ру­башки. Когда его представляли Федеральной службе безопасности в качестве ново­го директора и полковник Путин сказал, что возвращается в родной дом, он был одет в дорогой пиджак и дорогой галстук, но воротничок его сорочки был мят, как всегда бывают мяты воротнички дешевых сорочек. Воротничок директора ФСБ будет мятым в продолжение всей его службы на этом ответственном посту.

Внимание в нашем обществе к деталям одежды возникло не сегодня. Вот что пишет в своих воспоминаниях «железный канцлер» Отто фон Бисмарк: «Янигде не испытывал потребности носить ордена, кроме как в Петербурге и в Париже, в этих столицах просто необходимо показываться на улице не иначе, как с ленточкой в петлице, если хочешь, чтобы полиция и публика обращались с тобой вежливо».

Использование эффекта «присоединения»

Для раскрутки образа успешно эксплуатируются особенности восприятия ин­формации. Одной из таких особенностей является связывание в сознании ее полу­чателя в единое целое двух объектов, находящихся рядом: «рядом — значит вмес­те». Этот эффект и носит название «присоединение».

Действие эффекта присоединения, в частности, позволяет с помощью монта­жа кадров добиваться того, чтобы поставленные рядом кадры из разных контек­стов связывались зрителями в единую логическую цепь.

Присоединение к «звездам»

Позиции политика усиливаются, если его поддерживают популярные люди. Так, анализ влияния «звезд» кино, эстрады и телевидения на поддержку Бориса Ельцина на выборах1996 г. выразился в следующих цифрах: если молодежь узнает, что Алла Пугачева голосует за Ельцина, у 4,4 % молодых избирателей усилится желание проголосовать «за». «Машина времени» дает плюс 5,7 %, Киркоров — 4 %, Юрий Никулин — 6 %, Никита Михалков —5,6 %, Леонид Ярмольник — 4,5, Леонид Яку­бович — 4 %. В этом случае Борис Ельцин присоединяется к этим положительным образам и переносит на себя частичку их славы.

Именно поэтому на президентских выборах в России 1996 г. десятки бригад популярных артистов были брошены на борьбу за повышение рейтинга Ельцина.

Во Франции также наблюдается смещение любви французов от политиков в сторону артистов и «раскрученных» исследователей. На втором месте по популяр­ности в стране стоит Жак-Ив Кусто, на 12-м — Катрин Денев, на 15-м — Патри- сия Каас. Политики же идут намного дальше: Франсуа Миттеран — на 31-м, президент Жак Ширак—32-м месте.

Если же говорить о самих кандидатах, то присоединиться избиратель желает к сильному, уверенному в себе и удачливому лидеру. То есть к тому, у которого есть шансы самому стать звездой в политике. Именно поэтому имиджмейкеры учат кандидатов всегда демонстрировать уверенность в своей победе, даже в са­мых трудных ситуациях.

Присоединение к значимым символам

Вспомним, как выступают первые лица. Они всегда находятся в окружении символов власти государства (флаг, герб и т.д.). Политики выступают на фойе лозунгов своей партии и своих портретов.

Участие в этих ритуалах напрямую связывает нас с прошлыми этапами развития цивилизации, когда поднятие человека на новый уровень оказывалось возможным только в рамках существующих ритуалов. То есть перед нами исторически оправ­данный набор действий, и с этой точки зрения четко выигрышный.

Политтехнологи утверждают, что около 30 % россиян делают свой выбор непосредственно в день голосования. Вот тут и вступает в битву за голоса электо­рата наглядная агитация: всяческая партийная символика.

Эмблемы партий, как известно, присутствуют в бюллетене голосования — они расположены напротив названий. Получается, что это последний атрибут, который избиратель видит в кабинке непосредственно перед принятием решения. Можетли удачная эмблема партии принести ей дополнительные голоса на выборах? «Безус­ловно, — считает профессор психологии Российской академии госслужбы Влади­мир Зазыкин. — Символ, форма, цвет — все имеет значение».

Специалисты-психологи уже давно вывели общие требования к символике: она должна быть простой и лаконичной. Доказано, что самое сильное эмоцио­нальное воздействие оказывают на нас крест, звезда, свастика и круг. Они оли­цетворяют гармонию и силу.

Второе непременное требование к эмблеме — отражение исторически сложив­шихся архетипов.

Третье требование — определенная цветовая гамма. Считается, что эмблема должна иметь национальные цвета: в России, к примеру, это синий, золотой (не желтый!), красный и белый, в Украине — желтый и синий.

В момент острейшего политического противостояния на президентских выборах в Украине сторонники сохранения «статус-кво» («за Януковича») избрали для своих флагов синий цвет, как один из двух цветов государственного флага; сторонники же революции («за Ющенко») — оранжевый, как цвет, вызывающий состояние агрессии.

Присоединение к знаменательным событиям

Кандидаты от власти любят позировать перед телеоператорами при открытии новых объектов, предприятий, памятников. Лидер и успех должны слиться в сознании зрителя в единое целое.

Билл Клинтон использовал для поднятия своей популярности Олимпийские игры. По словам одного из республиканских критиков, «президент буквально завернулся в олимпийский флаг и навесил на себя олимпийские кольца как украшения». Жена и дочь Клинтона побывали в Греции на зажжении олимпийского факела, что и было освещено в новостных программах. А президентские спичрайтеры получили указания вставлять олимпийскую тематику в президентские выступления.

И российские политики играли на этом поле. Пытаясь понравиться, они нагово­рили олимпийцам—2004 столько лестных слов и предвосхищений больших побед, что эти надежды легли тяжелым психологическим грузом на спортсменов, выступивших в итоге менее успешно, чем раньше.

Присоединение к массе

Необходимые информационные поводы (события) целенаправленно создают­ся. Таково было появление Ельцина в домашней одежде (свитере) среди зрителей на игре КВН. Во время президентских выборов в России газеты публиковали сообщения под рубрикой «Телефон доверия президенту работает». Кстати, и все рекламные ролики президентской кампании Ельцина строились на использова­нии видеоряда с простыми Людьми. В свое время благодаря усилиям имиджмейке- | ров Ельцин буквально «очаровал» страну.

; Билл Клинтон подчеркивал свою демократичность, выступая в ресторанах 1 быстрой еды, встречаясь с тинейджерами на канале МТВ.

Присоединение политиков к массе играло решающую роль в критические мо­менты истории. Прошлое в значительной степени определяет нынешнее восприя­тие событий и отношение к ним. Интересная в этом плане мысль прозвучала в статье по поводу столетнего юбилея РСДРП:

«Из более поздних воспоминаний Мартова мы узнаем, что его не устраивали в Ленине ни его "плебейская грубость ", ни отсутствие щепетильности в вопросах нравственности. Но за этим стояло не просто несовпадение в характерах, каж­дый из них — Ленин и Мартов — представляли разные типы культуры внутри одной партии. Со временем, однако, обнаружится, что политическая культура боль­шевиков во многом перекликается с умонастроениями радикальной части интел­лигенции, с одной стороны, и беднейших слоев населения — с другой ("все отнять и поделить"). Опираясь на них, в том числе и в критические дни Октябрьского переворота, большевики могли с полным правом утверждать, что за ними большин­ство народа».

Присоединение к прошлому

Мишенью воздействия на избирателей является и их отношение к прошлому. В государствах СНГ преобладающее число избирателей пенсионного возраста но­стальгирует по временам социализма. По российским данным, предпочтение советской системе отдают 39 % населения в целом (и 58 % сельского населе­ния).

Косвенно отношение к социалистическому прошлому эксплуатируется на многих выборах. При этом каждая из противоборствующих сторон отсылает к противопо­ложным результатам одного и того же опыта. Сторонники Ельцина пугали воз­вратом карточек и террора. Сторонники Зюганова апеллировали к стабильности советского периода.

Помощь имиджмейкеров

Самопродвижение происходит в целом более успешно, если в этом помогают советами профессиональные имиджмейкеры. Их труд есть даже там, где на пер­вый взгляд он отсутствует. Группа «Битлз» была создана имиджмейкером Брайа­ном Эпшгейном, который вытащил этих музыкантов из выступлений в квартале «красных фонарей» Гамбурга, сделав из них некурящих и непьющих, обожаемых родителями и тинэйджерами.

Приведем несколько примеров работы имиджмейкеров по созданию привле­кательного имиджа известных политиков.

Борис Ельцин

Известный нам имидж Бориса Ельцина создан специалистами. Увидев, как он закрепощен и напряжен, его имиджмейкеры использовали ряд ухищрений, что­бы придать ему более живой вид. И тексты выступлений, и мимика, и жесты Ельцина были тщательно выверены специалистами. Стоя на танке, Ельцин за­фиксировался в сознании в образе храброго лидера. Храбрость — важная черта, достаточно часто используемая западными лидерами, мы же практические не знаем ее за своими политиками.

Когда после многочисленных болезней рейтинг Ельцина упал до 3 %, его имидж­мейкером стала собственная дочь. По ее совету он для телевидения стал надевать очки. Реакция публики не заставила себя ждать: «Боже, он еще и на глаза слаб!» От этой идеи отказались.

Этот эпизод показал, что работа имиджмейкера не так проста. Можно назна­чить себя таковым, но успех достается только профессионалам.

Джон Мейджор

Британский премьер-министр поначалу полностью отказался от услуг имидж­мейкеров, заявляя, что население должно видеть его таким, каков он есть. Но когда после его первого выступления все газеты наперебой писали о том, как он выглядел, ничего не упоминая о содержании сказанного, он полностью поменял свою точку зрения. Ему сменили очки, костюм и т.д.

Гельмут Коль

Имиджмейкеры обнаружили, что наилучшей с точки зрения аудитории яв­ляется та его прическа, когда он просто причесывается пятерней. Они подобрали ему оправу очков, тип пиджаков, который бы лучше соответствовал внуши­тельной фигуре кандидата, избавили его речь от диалекта его родной земли Рейланд-Пфальц. Для немцев знак высшего доверия к человеку — это готов­ность купить его подержанный автомобиль. У Коля были готовы купить его 57 % опрошенных, а у Рудольфа Шарпинга, председателя оппозиционной СДПГ, — лишь 43 %. В целях укрепления такого «свойского» имиджа Гельмут Коль выпустил книгу «Кулинарное путешествие по германским землям», где собраны три сотни рецептов германской кухни. Доходы от книги переданы в фонд, субсидирующий медицинские исследования, что было также использова­но для создания привлекательного имиджа политика.

Папа Иоанн Павел II

В команду Кароля Войтылы (мирское имя Папы Иоанна Павла II) входили два мирянина, которые занимались имиджем Папы. Это главный редактор офи­циальной ватиканской газеты и неизменный ведущий его пресс-конференций. При этом Папе удавалось сохранить необычное сочетание представителя весьма консервативного института, каким является церковь, с весьма прогрессивными начинаниями, которые ассоциируются в первую очередь с его фигурой (доста­точно вспомнить о его покаянии за злодеяния инквизиции).

Папа Иоанн Павел IIпользовался огромным авторитетом. Он посетил десятки стран, и каждая его поездка превращалась в событие международного масштаба. Сотни тысяч верующих стекались из соседних стран, чтобы увидеть и услышать Папу. В каждой стране он обращался к людям на языке этой страны. Это ли не образец формирования самого привлекательного имиджа!

Это и многое другое создало понтифику самый привлекательный имидж, что, в частности, нашло свое отражение в дни его болезни и кончины, которые долго были главной мировой новостью.

Рональд Рейган

Для американцев Рональд Рейган был первым имиджевым президентом. Именно в нем воплотилось видение тех далеких спокойных времен, когда не было кризи­сов. Он как бы никогда не старел, обращался к жене на всю Америку «мамочка», что всем нравилось. Это было идеальной проекцией того, чего именно хотели избиратели. Таким же имиджевыми президентами были Джордж Буш (старший) и Билл Клинтон.

: Билл Клинтон

Основной советчик по его имиджу — жена. Именно Хилари Клинтон изъяла из і его гардероба мокасины, заставила его носить спортивные брюки вместо шортов и і т.д. Утренние пробежки Клинтона настолько важны для его имиджа, что, например, і во время его пребывания в Киеве он вышел «на дистанцию» на час позже, когда I рассеялся утреннийтуман — для того, чтобы легчеработалосьтелеоператорам. Служ- ; бами Белого дома специально обрабатываются «письма трудящихся» так, чтобы послания президента были максимально насыщены словами и темами из них.

Образ Клинтона создавался в том числе благодаря его занятиям спортом: он не только бегает, но и занимается гольфом. При этом на поле с ним могут оказаться знаменитости, что, несомненно, усиливает пиар-воздействие. Так, сним играли Джек Николсон и Кевин Костнер. Благодаря этому потребители информации могут полу­чить ее в сочетании с образом самого Билла Клинтона.

Как ни странно, даже его любовные похождения не испортили наведенный глянец. Америка (в отличие от политиков-конкурентов) только подтрунивала над ним, в чем можно убедиться по карикатуре, связанной с кастрацией его пса. Стоящего с псом Клинтона врач спрашивал: «Кого из вас нужно кастрировать, господин президент ?»

Тони Блэр

Тони Блэр оказался самым молодым с 1783 г. английским премьером. Он нес на себе приметы своего поколения: к примеру, играл на гитаре в рок-группе, что отражает знаковый образ молодежной поп-культуры 70-х годов минувшего века. Как писали «Столичные новости» (1998, 5—12 мая): «В неофициальной обстанов­ке он носит джинсы и кроссовки, а его мальчишеская улыбка, нарочитый идеа­лизм и разработанная им новая стратегия в области культуры "Cool Britannia", пародирующая своим названием начало национального гимна "Rule Britannia", подкупают самую молодую часть британского электората. Эта стратегия предпола­гала стилистическое обновление страны, поддержку достижений современной бри­танской поп-культуры, дизайна, моды, современной архитектуры и технических достижений». При этом интересно, что подобный проект обновления явно гармо­нирует с образом самого премьера. В свою очередь должен измениться и образ страны за рубежом, удаляя из него привычные характеристики традиционности и консерватизма.

Английский премьер вошел в политику не только стремительно и удачно, но продолжал сохранять свои высокие позиции во все время своего премьерства, что весьма сложно. 93 % опрошенных называли Блэра энергичным и уверенным и 77 % убеждены, что ему можно доверять.

Аналитики отмечают, что даже смерть принцессы Дианы стала для Блэра его собственным триумфом, подобно тому, как для М. Тэтчер фолклендская война, которая резко подняла ее авторитет.

Джимми Картер

У легендарного имиджмейкера четырех президентов Америки Дэвида Гергена связь с клиентами бьша через наушники-«ушки». Сидя в зале во время многочисленных встреч, он давал своему высокопоставленному клиенту экспресс-советы, которые требовалось тут же незамедлительно выполнять. Картер как-то замешкался и повел дискуссию по-своему. Чувствуя, что клиент тонет, Герген ухитрился выта­щить его за кулисы и... влепил такую смачную пощечину! Как известно, Картер стал-таки президентом США.

Имиджмейкеры стараются использовать любое событие, которое может срабо­тать на положительный имидж «их» кандидата. На встречах с избирателями сни­мают на видео спонтанные, а потому наиболее естественные блиц-выступления по различным концептуальным вопросам, которые потом могут использоваться в ходе раскрутки имиджа.

13.3. СОЗДАНИЕ ЛИДЕРСКОГО ИМИДЖА

Недостаточно иметь заслуги, надо уметь понравиться людям.

Ф. Честерфилд

В соответствии со сложившимися взглядами лидер должен быть новатором, активным и не боящимся ответственности, решительным, справедливым, спо­собным доказать свою правоту и т.п.

Новаторство

Быть новатором — удел немногих. Когда этого нет, создается видимость присут­ствия этого качества. Существуют специальные пиар-приемы создания лидерского имиджа. Впечатление, что данный деятель является новатором, т.е. предполагает нетрадиционные пути и решения, достигается с помощью стилистической игры словами и жестами. Активно обсуждаются технические подробности якобы новой программы, при этом ее содержание, старое по сути, остается вне поля зрения.

Активность

Кроме новаторства важнейшим качеством лидера в глазах публики является ак­тивность. Американский социолог Дж. Гэллап, анализируя колебания президентской популярности, писал: «Я сказал бы, что любое резкое падение популярности, ве­роятно, идет от президентского бездействия перед лицом важных событий. Бездей­ствие вредит президенту более, чем что-либо еше. Президент может предпринимать любые шаги, даже неправильные, и не терять своей популярности... Люди склонны судить человека по его целям, по тому, что он пытается сделать, и не обязательно по тому, чего он достигает или насколько успешно он действует. Если люди убеж­дены, что вы не уклоняетесь от проблем, осознаете их проблемы и пытаетесь что- то сделать, они не будут требовать от вас ответственности за 100%-ный успех».

Длительное бездействие Ельцина во время его многочисленных болезней, фарисей­ски называемых его пресс-секретарем С. Ястржембским «работой с документами», привело к тому, что рейтинг президента упал до 2 %.

Возложение на себя ответственности

Не случайно максимальный рейтинг популярности лидеры имеют в моменты своих решительных действий. Например, при объявлении ими войны (М. Тэтчер в вой­не с Аргентиной за Фолклендские острова, Билл Клинтон в операции «Буря в пусты­не» против Ирака, Джордж Буш-младший в начале бомбардировок лагерей «Талиба­на» в Афганистане и при вторжении в Ирак, Владимир Путин при возобновлении активных действий против чеченских сепаратистов).

Вот почему политические лидеры срочно прерывают свои отпуска, поездки, если случается какая-то трагедия. Хотя понятно, что их возвращение ни на что реально не влияет, кроме как на их личный рейтинг. Но само прерывание — решительное действие и демонстрация серьезных намерений.

Эти феномены восприятия используются в политтехнологиях, когда требуется поднять популярность политика или, наоборот, снизить ее. О том, как это может быть сделано, — сравнительно недавний пример.

Во время гибели атомохода «Курск» президент Путин отдыхал на Черном море. Адмиралы так сумели доложить ему о происшедшем «все необходимое для спасения есть», что он посчитал нецелесообразным срочное возвращение в Москву. Газеты и их читатели отреагировали на это весьма критически: люди гибнут в холодных северных водах, а президент на теплом море катается на скутере. Президент понял, что его подставили. Постепенно он исправил положение. Рейтинг его снова возрос до пре­жних величин. Впоследствии Путин не допускал промахов, подобных описанному. (А после подъема атомохода отправил в отставку все командование Северного флота.)

Итак, активность и принятие ответственности за происходящие события явля­ются важнейшими составляющими имиджа лидера, который конструируется в глазах публики не только и не столько за счет реальных действий и инициатив, сколько с помощью эффектных намерений и слов. Впечатляющие решения, пред­ложения и перспективы, которые лидер рисует в своих выступлениях, способ­ствуют его популярности больше, чем постепенные и малозаметные шаги по реальному решению важной проблемы.

Решительность

По-видимому, чтобы действия, которые лидер предпринимает или провозгла­шает, были восприняты публикой с энтузиазмом, они должны отвечать двум условиям: быть решительными и поражать воображение. Нет в глазах публики большего греха для лидера, чем неполное использование им власти. Нерешитель­ность стоила кресла президенту Дж. Форду. В период своего недолгого президент­ства он провозгласил программу действий по борьбе с инфляцией. В своих вы­ступлениях Дж. Форд описывал сложившееся в стране положение как достаточно серьезное, однако предлагаемые меры не содержали каких-либо решительных шагов, скорее — какие-то локальные действия. Его программа призывала «эконо­мить, а не тратить» и, по мнению авторов, показалась американцам слишком мелочной, неэффективной и свидетельствующей о слабости президента (к тому же американцев приучили потреблять все больше и больше).

Великие события истории всегда играли на руку популярности лидеров. Ведь именно в моменты, когда стране и народу грозят опасности, у лидера появляется возможность продемонстрировать решительные действия. Такие действия понят­ны всем, да еще и поражают воображение. Политик, предпринявший их, стано­вится в глазах народа героем и выдающимся деятелем своего времени. Между тем другие лидеры, действующие в менее экстремальной обстановке и предпринима­ющие более практически значимые, но не столь бросающиеся в глаза действия, часто не так популярны, хотя именно они, работая упорно, методично и последо­вательно, постепенно ведут страну и народ к благосостоянию.

Создание критических ситуаций

Чрезвычайные события и критические ситуации, отсутствующие в действи­тельности, могут быть созданы с помощью «словесных кампаний». Это может осуществляться через конструирование проблем.

Обычно политические лидеры выбирают и обсуждают «выгодные» проблемы, оставляя без внимания или затеняя остальные. Так, например, в своей избира­тельной кампании на второй срок Дж. Буш (старший), пытаясь подчеркнуть свои достоинства во внешнеполитических вопросах, всячески использовал состояние конфронтации с Ираком. Его администрация даже предприняла ряд действий, таких, например, как запрет для иракских самолетов летать южнее 40-й паралле­ли. В этом не было никакой военной необходимости. Однако такие действия долж­ны были продемонстрировать американцам, что Ирак все еще опасен и что Аме­рике необходим решительный лидер, который способен ему противостоять. И «единственным» таким лидером следует назвать Джорджа Буша.

Первый способ создания критической ситуации с помощью слов — это констру­ирование наличия врагов. Только тот лидер является «настоящим» в глазах после­дователей, который сражается с врагами и побеждает их. Чем они многочисленнее и опаснее, тем больше уважения заслуживает герой, победивший их. И придуманные, и реальные враги в политическом спектакле являются прежде всего идеологически­ми созданиями, т.е. все рассуждения и высказывания относительно этих врагов используются соответствующими группами для достижения своих политических целей. Евреи в фашистской Германии, коммунисты в Америке эпохи маккартизма, «враги народа» во времена Сталина — все эти «враги» не представляли никакой опасности. Но борьба с ними принесла много пользы тем, кто энергично с ними боролся. Сознание опасности заставляло народ сплотиться вокруг власти, забыть о внутренних противоречиях, о недовольстве властями. Оно толкало людей выбирать в качестве лидеров радикальных политиков и одобрять жесткий курс действий, который в других случаях не был бы поддержан народом.

Второй способ построен на использовании приемов риторики.

Используя определенные слова, манеру их произнесения, политики вызывают услушателей специфические фоновые состояния опасности, связанные с этими словами, тем самым предопределяя желательную реакцию. В этом отношении очень показателен пример, как создавал свой имидж, став президентом, Джон Кеннеди.

Будучи рядовым сенатором, он не прославился ни в законодательной деятель ности, ни в парламентских дебатах. Поэтому, чтобы заслужить популярность, он должен был либо делать множество похвальных вещей, что не так просто и требует времени, либо попытаться создать себе привлекательный имидж с по­мощью риторических приемов. Дж. Кеннеди пошел по второму пути.

Поддержку и признание публики он завоевал, произнеся высокопарную инаугураци- онную речь. (Политики используют высокопарные речи, когда хотят создать миф о мужественном лидере.) Речь Кеннеди изобиловала патетическими выражениями и метафорами, ассоциациями с библейским языком и красноречивыми рассуждениями о прошлом. Тем самым президент как бы ставил себя в один ряд с великими деяте­лями прошлого и старался вызвать у публики ощущение божественности его мис­сии. Он обрисовал мир, в котором живет американский народ, как очень опасный, сложившуюся ситуацию — как критическую, а себя — как человека, призванного высшими силами отстоять американские свободы и демократию. Все это сделало его речь одним из самых знаменитых событий в политической жизни Америки и послужило первым шагом в создании мифа о выдающемся лидере.

Грандиозные планы

Лидеры имеют в своем распоряжении и другие средства продемонстрировать решимость: они могут выдвинуть грандиозные планы и проекты. Воплотят ся они в жизнь или нет, роли не играет. В большинстве случаев эти проекты не имеют почти никакой практической значимости, но являются чисто пропагандистским приемом.

Показательны в этом отношении: Великий сталинский план преобразования природы; «стройки века» в СССР; задача, сформулированная Н.С. Хрущевым в 1960 г.: в течение 20 лет создать материально-техническую базу коммунизма; про­грамма «Обеспечить к 2000 г. все семьи отдельными квартирами» и т.д.

Всякая долгосрочная программа безопасна для ее авторов тем, что не им при­дется в свое время отвечать за ее неисполнение.

Эта истина нашла свое отражение в устном народном творчестве.

Правитель потребовал от Хаджи Насреддина, чтобы тот научил его осла гово­рить. Возражать повелителю — смерти подобно. Поэтому Хаджа согласился, но сказал, что для этого потребуется 20 лет.

  • Как ты мог взять на себя такое обязательство? Ты же знаешь, что бывает с теми, кто обманул повелителя?— спросил его доброжелатель.

  • Не беспокойся, мой друг. За 20лет кто-нибудь из нас умрет: или я, или падишах, или осел.

Обещания

Свою действенность лидер также может подчеркнуть, давая публике смелые обещания. До известной степени, чем смелее они будут, тем больше вероятность.

что публика увидит в данном политическом деятеле настоящего лидера. Нереаль­ность и даже неправдоподобность этих обещаний часто остается незаметной для публики, поскольку ее вера в лидера поддерживается не рациональной оценкой ситуации, а ее глубинными надеждами и страхами. Она вериг обещаниям не потому, что это правда, но потому, что она хочет в это верить. Внимая великим планам и обещаниям лидера, публика чувствует себя участницей истории, а ора­тора воспринимает настоящей исторической фигурой. Обещания, если перестать их повторять или заменить другими обещаниями, забываются довольно быстро. Но народ еще долго пребывает в состоянии вдохновения тем великим будущим, которое перед ним открывается.

Феномен обещаний имеет серьезную психологическую основу. Обещая, человек при­нимает на себя ответственность и тем самым снимает ее с остальных. Именно освобождение их от ответственности является мишенью воздействия при обещаниях.

Если политик проявляет себя как энергичный, решительный лидер, говорящий о нуждах народа и «заботящийся» о нем, публика готова простить ему многие ошибки и провалы. Однако если он хочет долгое время пользоваться ее поддержкой, он должен показать, что способен добиться успехов.

Правота

Одна из составляющих успеха лидера — способность доказать свою правоту в любой ситуации. Последователям необходимо, чтобы их вождь всегда выглядел пра­вым, даже если это в действительности не так. Можно только восхищаться, как великие правители учитывали это в своей деятельности. Яркое тому свидетельство — знаменитый поступок Александра Македонского в ситуации с гордиевым узлом.

Справедливость

Только собственное признание лидера может стать свидетельством его вины. Психологические эксперименты показывают, что лучшая стратегия лидера в от­вет на обвинения — это их решительное отрицание и контрнаступление, но ни в коем случае не оправдание.

Лидер обязан выглядеть благожелательным и справедливым по отношению к своим союзникам и последователям. В глазах народа он должен быть образцом муд­рости и олицетворением нравственной власти. Вся несправедливость государства в этом случае, как правило, приписывается его злокозненным подчиненным, пользу­ющимся «неосведомленностью лидера» об их деяниях. Так, большинство постра­давших от сталинского террора считали, что вождь не знает о творимых беззакони­ях. И стоит лишь ему узнать, как тотчас будет восстановлена справедливость.

В отношении же врагов и соперников лидер обязан демонстрировать агрессив­ный, наступательный стиль. Лидеру не ставят в вину его шовинизм, нападки на слабых, нарушение договоров, пренебрежение такими качествами, как умение сострадать, уважать права других и т.д. Скорее наоборот, эти безнравственные силовые качества делают его более авторитетным в глазах последователей, по­скольку укрепляют их веру в его способность побеждать.

Использование политических мифов

Мифы чрезвычайно распространены в современном обществе. Поэтому чело­век, желающий стать мифом, декларирует свою приверженность тому или иному мифу — в зависимости оттого, лидером какой общности он хочет стать.

Миф устанавливает простейшие причинно-следственные связи для явлений социального мира. В лучшем случае он — полуправда. Однако сила мифов не в точности объяснения явлений, а в том, что они помогают оправдать некий ход событий иди действия. Мифы воздействуют на отношение человека к событиям, его поведение и могут влиять на человека на протяжении всей его жизни.

К примеру, существуют мифы, которые объясняют такое явление, как бедность. Первый миф: «Бедные — это жертвы системы», второй: «Бедные — это те, кто не хочет работать». Очевидно, что в зависимости от того, какого мифа.придерживае гся человек, он по-разному будет вести себя при встрече с нищим, неодинаково станет относиться к социальным программам и даже строить всю свою жизнь.

При этом сторонник каждого из этих мифов приведет факты, подтверждаю­щие его правоту. Вспоминается, как в разговоре с автором этих строк знакомый датский профессор сетовал на то, что «в Дании слишком много социализма». В его понимании «социализм — это наличие большого числа бездельников, живущих за счет тех, кто трудится». И приводил такие факты: в их стране существуют семьи безработных, которые (уже не в одном поколении) не проработали ни дня (!), живя на пособие по безработице. Пособия эти достаточно большие за счет высочайших налогов (до 70 %) на богатых. «Я и мне подобные содержим этих бездельников, — сетовал профессор. — В Англии или в США, где Тэтчер и Рейган снизили налоги на богатых, я с моими нынешними заработками давно был бы миллионером!»

С другой стороны, миф о том, что «бедные — это жертвы системы», поддер­живается подавляющим большинством бедных. Ведь это позволяет объяснить свое незавидное положение пороками системы, а не своей безынициативностью, а то и просто ленью.

Любопытно, что богатые подают нищим реже, нежели это делают люди мало­обеспеченные. На вопрос, почему, богатые обычно говорят: «Работать надо, а не попрошайничать!» Что еще раз говорит об их приверженности мифу «Бедные — это те, кто не хочет работать».

Миф как предтеча рейганомики

Политические лидеры не только используют распространенные мифы, но и создают новые. Об эффективности такого подхода красноречиво свидетельствует деятельность американского президента Рональда Рейгана.

Господствующим мифом американского общества, вплоть до прихода Рейгана в Белый дом, был миф о том, что социальная жизнь подобна соревнованию по бегу. Эта метафора, пущенная в оборот президентом Линдоном Джонсоном, оказывала серьезное влияние на общественное сознание также и в период прези­дентства Никсона, Форда и Картера.

Подразумевалось, что жизнь есть соревнование, где каждый сам за себя и победа одного означает поражение другого. Правила этого соревнования не вполне справедливы, поскольку люди изначально обладают разными возможностями. Отсюда вытекала необходимость создания льготных условий для слабых и огра­ничений для сильных. То есть миф обосновал необходимость социальных про­грамм для слабых, финансируемых преимущественно за счет богатых.

Рейган считал, что для оживления экономики необходимо снизить налоги на предпринимателей. В частности — и на богатых. Но это означало, что на соци­альные программы налоговых поступлений не хватит. Значит, придется сократить помощь бедным. Чтобы обеспечить поддержку общественностью этих непопуляр­ных мер, Рейган с помощью риторики создал новый миф, иную метафору в применении к социальной жизни Америки — идею партнерства. Она означала, что общество есть кооперация свободных и взаимоответственных индивидов, что успех приходит не к тем, кто борется в одиночку, но к тем, кто объединяется с другими. «Сила и мудрость других — преимущество, а не вред».

«Партнерство» стало символом рейгановской администрации. Это слово было отштамповано на ее законах, отпечатано на ее программах. Таким образом, сво­бодное общество было определено как партнерство, а не как соревнование, и значение основных понятий изменилось. Свободное предпринимательство начало рассматриваться не как нажива и эксплуатация, а как взаимовыгодная коопера­ция между поставщиками и потребителями, работниками, менеджерами и рабо­тодателями.

Смена мифов, произведенная Рейганом, имела колоссальное значение для амери­канского общества. Гражданам была предоставлена новая система ценностей и идеалов, на которую они могли опереться в своей социальной жизни. В то же время экономика сделала значительные успехи и даже получила за это имя президента, создавшего политические, экономические и психологические условия для экономичес­кого роста, — рейганомика.

Таким образом, политические мифы играют важную, а иногда и решающую роль в завоевании власти, ее поддержании и достижении ею успехов.

Мифы не только определяются социальной и политической ситуацией, но и сами воздействуют на нее. Выше мы привели пример, касающийся внутренней политики. Теперь — пример из внешней. Когда при Рейгане Советский Союз был объявлен «империей зла», это существенно ухудшило советско-американские от­ношения. Любые действия советской стороны больше, чем когда-либо, стали рассматриваться как проявления злого умысла. Стали сворачиваться переговоры, началась интенсивная разработка новых военных проектов. В частности, «Страте­гическая оборонная инициатива» (СОИ), имевшая целью обеспечить США пре­имущество над СССР в военной области.

Советской экономике оказался не под силу новый изнурительный этап гонки вооружений. Чтобы избежать ее, руководству доживавшего последние годы Со­ветского Союза пришлось пойти на значительные уступки Западу. Многие это называют поражением СССР в «холодной войне». Конечно, тому было множество объективных причин. Но, тем не менее, роль запущенных в свое время полити­ческих мифов не стоит недооценивать.

Имидж первого лица фирмы

Какими бы многочисленными и разнообразными ни были «явления» прези­дента фирмы обществу, его имидж формируется прежде всего на его «родной территории» — в компании. «Внутренний» образ лидера важен еще и потому, что он может являться консолидирующей фигурой для всех сотрудников. И в этом смысле может быть существенно все — от манеры обращения до того, как и сколько раз первое лицо появляется перед своими сотрудниками.

У каждого из них может быть свой секрет, как вписать свой образ в повсед­невную жизнь фирмы и как налаживать собственные отношения с персоналом, особенно при необходимости учитывать его большую численность. Нередко выс­шие руководители используют и популистские приемы, что совсем не вызывает негативного восприятия.

! У первого директора «ЗИЛа» (тогда он назывался «ЗИС» — завод имени Стали- і на) Лихачева был «фирменный» прием. Чтобы выполнить очередной трудный заказ, і директор шел в цеха, подходил ко многим рабочим, здоровался и говорил: «Выручай, j браток» (его так и прозвали). И рабочие, гордясь тем, что «вчера Лихачев разговари- j вал со Сталиным, а сегодня — за руку.со мной, простым рабочим...», делали невоз- i можное, перекрывая все производственные нормативы.

\ Луи Рено — основатель и руководитель одноименной фирмы — был известен тем, что практиковал так называемый «прогулочный менеджмент»: посещая цеха ; завода, он брал, как правило, напильник у кого-нибудь из рабочих и с удовольстви- I ем мог показать, как правильнее делать деталь. Так он интуитивно еще в начале века j уловил связь между явлениями, которых в научном понимании, строго говоря, еще і не существовало в тот период: между менеджментом и внутренним пиаром. Возмож- ] но, сегодня это может показаться наивным, но, как полагают эксперты, с высоты j времени оценивая практику Рено, «прогулочный менеджмент» в любом случае — і прекрасный способ для руководителя показать себя всем и дать возможность персо- i налу оценить себя, демонстрируя собственную компетентность на любом уровне.

«Нет необходимости в грандиозных идеях. Одна маленькая,'но продвигаемая • ежедневно втечение ряда лет, может перевернуть мир». Эта мысль, принадлежавшая основателю «Л'Ореаль» Эжену Шеллеру, — одна из любимых у Жака Дессанжа, . теперешнего шефа этой компании. Она фигурирует в «Кодексе Жака Дессанжа», : который вручается каждому из пяти тысяч сотрудников фирмы. Такой кодекс — тоже : одна из форм коммуникации президента с персоналом, неформально представляю- 1 щих основы корпоративной этики через заповеди,.отобранные руководителем. Это своего рода персональное обращение президента фирмы к каждому сотруднику, : позволяющее одновременно подчеркнуть и индивидуальность, и чувство общности.

Но спектр восприятия людьми первого лица очень широк и включает множе­ство визуальных впечатлений. Опытный руководитель предпочтет появиться в . цехе в простом ватнике или халате, надетом на костюм, — не исключено, что I самый дорогой.

' Однако появление в «высших сферах», среди топ-менеджеров компании и журна- I листов накладывает принципиально другие ограничения. Исследователь Р. Халф при- . водит экзотический пример из области одежды: один человек, бывший серьезным кандидатом в президенты солидной фирмы, узнал позднее, что он проиграл, поскольку носил короткие черные носки и во время собеседования продемонстрировал кусочек : незакрытой ноги между брюками и носком.

13.4. ХАРИЗМАТИЧЕСКИЕ ЛИДЕРЫ

Любой авторитет, который не признан спонтанно,

\ а должен навязываться силой, является фальшивым.

і

j А. Адлер

Харизма

Существует тип власти над умами, который показывает, что есть господство, осуществляемое не столько на основе силы, сколько на основе духовного, лично­го влияния: это харизматическая власть.

В традиционном смысле слово «харизма» относится к священной личности, той, которая облегчает страдание верующего; с живым словом пророка, которое трогает сердца; с благоговением учеников перед мудрым любимым Учителем. Ха­ризма означает «дар, некое качество отношения между верующими, последовате­лями и Учителем, в которого они верят, которому подчиняются».

Харизма — это качество личности, признаваемое необычайным, благодаря ко­торому она оценивается как одаренная сверхъестественными, сверхчеловеческими или, по меньшей мере, специфическими особыми силами и свойствами, недо­ступными другим людям. Она рассматривается как «посланная богом». Это каче­ство присуще прорицателям, мудрецам-исцелителям и военным героям.

Общая черта носителей харизмы состоит в том, что каждый из них отличается от других людей, он ни на кого не похож. Речь идет о даре, которому невозможно найти прецедентов и который никто не приобретает по собственной воле. Досто­яние абсолютно личное, оно привлекает души и подчиняет их себе.

Считается, что харизматический лидер обладает особыми качествами, выходя­щими за пределы обычного. Но отношения личного порядка, которые устанавли­вают с ним, отношения субъективные и, разумеется, основанные на иллюзии взаимности. Они позволяют каждому индивиду в толпе представить себе, что он находится в непосредственном контакте с человеком, которым он восхищается. Чтобы убедиться в этом, ему достаточно однажды увидеть его, приблизиться, дотронуться до него, может быть, где-нибудь на поле сражения или когда тот общается с народом. И человек возвращается, говоря: «Я Его видел, я до Него дотронулся», «Он со мной говорил». Совсем, как солдаты наполеоновской гвардии рассказывали: «Ябыл возле пирамид (в Аустерлице или на Березине) с Ним».

Массы инстинктивно ищут человека, способного оказать влияние на ход со­бытий, связать идеальное и реальное, невозможное и возможное. В общем, пере­вернуть существующий несовершенный порядок и привести все общество к на­стоящей цели. Тогда и возникает необходимость в таком типе власти, которая способна изменить ситуацию изнутри. И лидеры, обладающие харизмой, это те, кто отвечает этой необходимости.

Идейная база

Кроме незаурядных личных качеств, обладателя харизмы отличает наличие идеи. Идеи, которую он открыл или которая овладела им. Она служит прочной основой представления, которое он составил себе о мире и собственной роли в нем.

Для Христа это была идея морального очищения человечества; для Александра Македонского — идея завоевания всего мира; для Ленина — переустройство обще­ства в мировом масштабе; для Петра /— величие России; для Жанны д'Арк, а также Махатмы и Индиры Ганди (отца и дочери) — независимость страны, осво­бождение ее от поработителей, для Гитлера — завоевание «жизненного простран­ства» и превосходство арийской расы, для Чингисхана — установление незыблемого порядка в анархическом обществе; для Сталина — победа социализма и т.д.

Ситуативные условия

Отличительной чертой харизматического лидера является, прежде всего, опора на сугубо эмоциональный компонент в сознании приверженцев и последо­вателей данного лидера. Наиболее удобным моментом для этого является пере­ходное состояние человеческой психики, прежде всего потому, что это состояние сопровождается эмоциональной неустойчивостью, неопределенностью и страхом за собственное будущее. Такой страх легче всего вызвать у людей невежествен­ных, чем и пользуются харизматические лидеры при всяком удобном случае.

В романе Болеслава Пруса «Фараон» таким невежеством воспользовался древне­египетский жрец Херихор, чтобы доказать собственную богоизбранность. Он и его помощники спровоцировали нападение толпы на храм незадолго до наступления солнечного затмения.

«— Ломайте ворота!— кричали сзади, и град камней полетел в сторону Херихора и его свиты.

Херихор поднял обе руки. Когда же толпа снова стихла, верховный жрец громко воскликнул:

  • Боги! Под вашу защиту отдаю святые храмы, против которых выступают изменники и святотатцы.

Внезапно где-то над храмом прозвучал голос, который, казалось, не мог принадле­жать человеку:

  • Отвращаю лик свой от проклятого народа, и да низойдет на землю тьма!

И свершилось что-то ужасное. С каждым словом солнце утрачивало свою яр­кость... При последнем же стало темно как ночью. В небе зажглись звезды, а вместо солнца стоял черный диск в кольце огня...

Ни одно проигранное сражение не кончалось еще такой катастрофой.

  • Боги! Боги! — стонал и плакал народ. — Пощадите невинных!

  • Осирис!— воскликнул с террасы Херихор. — Яви лик свой несчастному народу.

  • В последний раз внемлю я мольбе моих жрецов, ибо я милосерд, — ответил неземной голос из храма.

В ту же минуту тьма рассеялась, и солнце обрело прежнюю яркость.

Новый крик, новые вопли, новые молитвы прозвучали в толпе. Опьяненные радос­тью люди приветствовали воскресшее солнце. Незнакомые падали друг другу в объ­ятия. И все на коленях ползли к храму приложиться к его благословенным стенам».

В наибольшей степени эмоциональная неустойчивость свойственна тем наци­ям, которые находятся в стадии переходного периода. Если брать XX век, то власть харизмы наиболее ярко проявлялась в двух случаях: в период модерни­зации (Сталин в России, Мао Цзэдун в Китае) и в период преодоления страной общенационального кризиса (Франклин Рузвельт в США, де Голль во Франции). В современной России в роли такого лидера поначалу выступал Ель­цин, что позволило ему получить почти неограниченный кредит доверия со стороны сограждан. Кредит, который, к большому сожалению, был бездарно растрачен.

Личное обаяние

Личное обаяние — один из признаков харизмы. Лица, обладающие обаянием, внушают свои идеи и чувства тем, кто их окружает, и те им повинуются, как повинуются, например, хищные звери своему укротителю, хотя они легко могли бы его разорвать.

Великие вожаки масс: Будда, Магомет, Лютер, Жанна д'Арк, Наполеон об­ладали в высшей степени именно такой формой обаяния и благодаря ей подчи­няли себе толпу. Боги, герои и догматы внушаются, принимаются на веру и не оспариваются. Они теряют свою привлекательность, как только их подвергают сомнению.

Великие люди, подобные тем, о которых мы только что упомянули, без этого обаяния не могли бы стать знаменитыми. Конечно, Наполеон, находясь в зените своей славы, пользовался огромным обаянием благодаря своему могуществу, но все же это обаяние существовало у него и тогда, когда он не имел никакой власти и был совершенно неизвестен. Вот эпизод из его биографии.

Благодаря протекции Бонапарт был назначен командовать армией в Италии и попал в кружок очень строгих, старых воинов-генералов, готовых оказать до­вольно-таки сухой прием молодому выскочке, посаженному им на шею.

Но с первой же минуты, с первого свидания, без всяких фраз, угроз или жестов, будущий великий человек покорил их. Заимствуем из мемуаров совре­менников Бонапарта следующий интересный рассказ об этом свидании:

«Дивизионные генералы, в том числе Ожеро, старый вояка, грубый, но героичный, очень гордившийся своим высоким ростом и своей храбростью, прибыли в главную квартиру весьма предубежденными против выскочки, присланного из Парижа. Ожеро заранее возмущался, уже составив себе мнение о нем по описанию и готовясь не повиноваться этому «фавориту Барраса», «генералу Вандемьера», «уличному генералу», на которого все смотрели как на медведя, потому что он всегда держался в стороне и был задумчив, притом этот малорослый генерал имел репутацию математика и мечтателя. Их ввели. Бонапарт заставил себя ждать. Наконец он вышел, опоясанный шпагой, и, надев шляпу, объяснил генералам свои намерения, отдал приказания и отпустил их. Ожеро безмолвствовал, и только когда они уже вышли на улицу, он спохватился и разразился своими обычными проклятиями, соглашаясь вместе с Массеной, что этот маленький генерал внушил ему страх и он решительно не может понять, почему с первого взгляда он почувствовал себя уничтоженным перед его превосходством».

Непоколебимое упорство

Признак, позволяющий предположить наличие у человека исключительных способностей, призвания к руководящей роли, — это настойчивое действие. Этот человек должен выделяться беспримерной энергией и непоколебимым упорством. Выражая постоянно одни и те же идеи, повторяя в избытке одни и те же жесты, они изгоняют любую неуверенность и вялость. Они воспринимаются как люди, целиком вовлеченные в задачу любой ценой обеспечить триумф армии, религии, партии или нации. Их решимость идти до конца производит неизгладимое впечат­ление. Об этом, в частности, свидетельствуют их современники. Например, те, кто присутствовал при споре Сократа или Христа с их судьями, спорами, закон­чившимися смертью этих великих людей.

Искренность

Харизматические личности искренни, у них полное согласие между словами и делами. Французский историк Франсуа Фюре замечает, говоря о Робеспьере, пер­сонаже харизматическом: «В то время, как Мирабо или другой виртуоз революци­онного красноречия Дантон были раздвоенными, двуязычными лицедеями, Ро­беспьер — это пророк: он верит в то, что говорит, и выражает то, что говорит на языке Революции... А это значит, что для него власть не отделена от борьбы за интересы народа: они совпадают по определению».

Таким образом, существует чувство слияния индивидуальной и коллективной судьбы, убежденность в необходимости эту судьбу реализовать. Оно побуждает таких людей к действию, перед которым большинство отступает: Ленина — на­чать революцию, несмотря на колебания своих сторонников, Цезаря — перейти Рубикон, де Голля — покинуть Францию и призвать французов к сопротивле­нию, когда все вокруг него поддались обреченности, Моисея — высечь на скри­жалях Десять заповедей для еврейского народа, уставшего от скитаний в пустыне и желавшего вернуться в рабство.

Настойчивые действия являются призывом, они побуждают верить, что по­явилась новая неизведанная сила, инициирующая подобные неожиданные дей­ствия, нарушающая общепринятые каноны. Поэтому люди присоединяются к ней, преисполненные энтузиазма и веры.

Впечатляющие результаты

Следующий признак: харизма принимается за «сверхъестественную» власть.

Подвести публику к такому выводу можно посредством исключительных актов, чудес, исцелений или побед, которые и убеждают в этом массы. Все эмоции стано­вятся сильными и заразительными под влиянием таких неожиданных эффектов.

В конечном счете, авторитет харизмы основан на законе успеха. Пока харизма­тический лидер одерживает победы, обращает в свою веру противников и совершает исцеления и открытия, обеспечивает процветание своих сторонников, успех под­тверждает его качества вождя. Более того, люди верят в его «звезду», в ниспослан­ную ему божественную «благодать>>.

Поверженная харизма

Харизма лидера измеряется исключительно результатами его деятельности. Умень­шение числа чудес, неудачи в каком-либо деле, серия военных поражений и ошибок в его действиях — и сразу же его харизма слабеет. Как будто бы небо лишило его своего благословения, а колдовство испарилось.

Если доказательства долго не приходят, то это «свидетельствует» о том, что одаренный харизматической милостью «покинут своим богом», потерял свою магическую или героическую силу. Если продолжительное время ему изменяет успех, если его руководство не приносит благополучия приверженцам, то его харизматический авторитет может исчезнуть. В этом состоит суровый закон хариз- I матической «божественной благодати».

Для Китая харизматическая квалификация монарха выдерживалась столь абсо- ' пютно, что любая, безразлично чем порожденная неудача (не только поражение в 1 войне, но также засуха, наводнение, неблагоприятное расположение звезд и т.д.) была основанием для привлечения его к публичной каре, а то и к отречению от , престола. Он не обладал тогда харизмой «добродетели», требуемой небесным духом, и не был поэтому легитимным «сыном неба».

Герой, которого толпа превозносила только накануне, может быть на другой день осмеян ею, если его постигла неудача. Реакция будет тем сильнее, чем боль­ше было предшествующее восхищение им. Толпа смотрит тогда на недавнего героя как на равного себе и мстит за то, что поклонялась прежде его превосходству, которого теперь нет. Когда Робеспьер посылал на казнь своих коллег и множество граждан, он пользовался огромным обаянием. Но стоило лишь перевесом не­скольких голосов лишить его власти, и он немедленно потерял свое обаяние, и толпа провожала его на гильотину градом таких же проклятий, какими она осы­пала его прежних жертв. Верующие с особенной яростью мстят богам, которым некогда поклонялись.Обаяние исчезает внезапно под влиянием неудачи. Оно может прийти в упадок и вследствие сомнения в нем, но это совершается медленнее. Однако именно такой способ разрушения обаяния гораздо более действен. Обаяние, которое под­вергается оспариванию, уже перестает быть обаянием. Боги и люди, сумевшие долго сохранить свое обаяние, не допускали сомнений в своей избранности.

Вот показательный исторический факт. Когда в Риме возникли неприятные для Цезаря толки о его жене Помпее, он предпочел развестись с ней, хотя ее виновность не была доказана проведенным им расследованием. На суде он привел такую причину своего решения: «Жена Цезаря должна быть выше подозрений».

Харизма, потерпевшая поражение, уже не харизма. Реакция бывает тем более бурной, чем сильнее разочарование. Верующие с неизменным неистовством раз­бивают статуи бывших богов и приносят в жертву пророков, в мгновение став­ших самозванцами.

Вспомним, к примеру, поведение одетых в солдатские шинели крестьян, незадолго до революции свято веривших «Богу, царю и Отечеству», но после захвата Зимнего дворца загадивших — в буквальном (!) смысле — все помещения царского дворца.

А другие, ранее верующие, глумились над иконами, церквями и священниками, когда услышали, что «религия — это опиум для народа».

В любом случае от того, кто утверждает свое призвание к господству, требуют доказательств исключительности и безупречности. Это вполне естественно, по­скольку поражения лидера разбивают уверенность в будущем людей, вверивших ему свою судьбу. Ведь они и поверили лидеру в надежде на защиту от невзгод.

Харизматическая личность приближает во времени и материализует в про­странстве смутные идеи, верования и желания. Так, Христос заставил поверить в неотвратимость царства Божьего на земле, Моисей — в существование Земли обе­тованной, которой не знал никто из евреев. Черчилль и де Голль убедили свои народы в реальности победы над Германией, в которую многие уже не верили. Робеспьер и Ленин материализовали контуры общества, которое считали более справедливым.

Во многих отношениях харизматическое господство является наиболее тирани­ческим, ибо осуществляемое одним человеком по отношению к другим людям, оно не считается ни с законом, ни с обычаем, ни с принципами разума. Воля индивида, загипнотизированного тем, что он считает себя мессией, может приве­сти к уничтожению миллионов. Мы знаем это на примере Тимура и Чингисхана в Азии, Сталина — в СССР, Гитлера — в Германии, Пол Пота — в Камбодже.

13.5. ТЕХНОЛОГИЯ СОЗДАНИЯ ИМИДЖА ПОЛИТИКА

Люди охотно верят тому, чему желают верить.

Гай Юлий Цезарь

Имидж в политической деятельности

Именно имидж становится связующим звеном между политиком и населени­ем. Ведь население не в состоянии следить за нюансами политики, но оно четко реагирует на те или иные изменения имиджей кандидатов.

По мнению западных политтехнологов, лишь 7 % успеха политического лиде­ра зависит от того, что он говорит, а 55 % — от того, какое он производит впечатление. Большинство делает свой выбор отнюдь не на рациональном уровне: они не станут с карандашом в руках читать программы, листовки и пр. Их крите­рии совсем иные: «наш мужик», «а он вроде бы ничего», «я его видела, он мне понравился», «у него клипы душевные», «он хорошо выступает», «он собак лю­бит» и т.п.

Особенностью нынешних выборных кампаний является то, что избиратели, как правило, не имеют непосредственного выхода на политика, они реагируют на его образ (имидж) и на телевизионную картинку.

Рэй Прайс, автор речей Ричарда Никсона, так описал эту закономерность: «Выбор избирателя не имеет отношения к реальности, он вызван лишь особой "химической реакцией"между избирателями и образом кандидата. Выбор отно­сится именно к образу, а не к человеку, поскольку у 99 % избирателей не было и не будет контакта с кандидатом. Засчитывается не то, что есть на самом деле, а то, что проецируется на экран, и не то, что сам кандидат проецирует, о то, что воспринимает избиратель. Поэтому мы должны изменить не кандидата, сі получа­емое от него впечатление. Происходит как резкое сужение канала (теперь инфор­мация получается только по двум из них — слуховому и зрительному), так и резкое сокращение времени на оценку (мы видим кандидата, к примеру, полторы минуты в день). Это резкое сокращение информационного разнообразия сказыва- .. ется в том, что избиратель скорее реагирует на определенную утрировку, на опре­деленные идеализации».

Несущественные характеристики при этом уходят на второй план. Например, , травма руки Б. Ельцина не работает на общий имидж, поэтому она практически нигде не упоминается, за исключением книги А. Коржакова.

Слова, манера и тональность выступления, образный ряд, эмоциональная ок- ; рашенность, чувство меры в одежде в значительной степени определяют успех выступления, формируя располагающий имидж политика.

Избиратель сравнивает кандидата со своим идеальным представлением о том, каким должен быть президент, глава региона, депутат. Поэтому действия гто со­зданию привлекательного имиджа включают три этапа:

• выявление тех характеристик, которые избиратели считают важными для кандидата на данный пост; .} • внедрение этих характеристик в образ кандидата; і • «продажа» этого образа избирателям.

; На выборах побеждает тот, кто сумеет больше понравиться избирателям. Чтобы J это произошло, надо хорошо знать самих избирателей, их чаяния, потребности, ■ вкусы, ожидания и представить кандидата таким образом, чтобы избиратели вос- | приняли его как выразителя своих интересов.

..? Поэтому перед вст речей кандидата с избирателями его штаб (доверенные лица) ' должен иметь представление об аудитории избирателей и подготовить'кандидата к ^ общению с ней. Так, если аудиторию составляют лица старшего возраста, то ; кандидат должен изучить проблемы старшего поколения, знать размер пенсий, , коммунальных платежей и пр., желательно также предварительно переговорить с представителями ветеранских организаций, отделов социального обеспечения ад- ! министрации города (района), в котором организуется встреча, т.е. стиль общения •J должен соответствовать аудитории избирателей.

Существуют общие правила, которым должны следовать кандидат и его дове­ренные лица. В частности, каїщидат должен:

  • запомниться. Необходимо, чтобы избиратели запомнили или лицо (внешний вид) кандидата, или его имя, или его рекламный девиз, или основные идеи его предвыборной кампании;

  • излучать уверенность — избиратель не будет голосовать за человека, не уве­ренного в своих силах;

  • восприниматься как лицо, относящееся к кругу избирателей: не должен выделяться своим возрастом (допустим, слишком молодой или очень старый), своими доходами, семейным положением (отсутствием семьи или вступлением в несколько браков), национальностью и пр.;

  • быть в меру простым и доступным. Избиратели должны быть уверены, что эта их встреча с кандидатом не будет последней в случае его победы на выборах;

  • избегать критических высказываний о своих конкурентах, ибо тем самым кандидат в депутаты изначально ставит себя в положение проигрывающего. Необ­ходимо представлять только свою программу или говорить о ближайших конку­рентах иносказательно;

  • вступать в дискуссию с людьми, чувствующими себя обиженными, обде­ленными, скептически настроенными по отношению к власти. Эти люди прихо­дят не столько для того, чтобы сообщить о своих проблемах потенциальному депутату, сколько для того, чтобы открыто, прилюдно «выплеснуть» свое нега­тивное отношение к власти, ее потенциальному представителю. Это протестная часть аудитории избирателей, и кандидат в депутаты должен или склонить ее к сотрудничеству, или, по крайней мере, нейтрализовать. Следует помнить, что протестный избиратель достаточно активен и способен создать кандидату в депу­таты не лучшую репутацию.

Имиджевые характеристики мы можем условно разделить на биологические (типа агрессивности или силы), коммуникативные (как зависящие от канала — напри­мер, телегеничности), социальные (моделирующие чисто человеческие характери­стики, которые считаются населением позитивными), мифологические (являющие­ся «подведением» объекта к имеющимся стереотипным представлениям) и профессиональные (отражающие требования массовой аудитории к внешним — и частично внутренним — представлениям о данном типаже профессии). Следует добавить также контекстный тип. Например, Рейгана как сильного президента, приходящего на смену Картеру как президенту слабому, и Путина как молодого и энергичного по сравнению со старым и больным Ельциным.

Требования к формированию имиджа

Политический имидж:

s должен обязательно целенаправленно формироваться, тогда как стихийный процесс может сделать его не только малоэффективным, но даже совсем не тем, какой нужен;

J включает многие ценимые в народе качества, или же требуется создавать условия для того, чтобы их начали приписывать данному политику (люди вообще склонны приписывать хорошие качества и черты популярным личностям);

s должен соответствовать доминирующим социальным ожиданиям. Для этого необходимо хорошо знать социальную структуру общества (избирательного окру­га), интересы, потребности, социальные ожидания людей, источники ихтрево-ги, доминирующие настроения, социальные установки и стереотипы. Это позво­лит «вычислить» важнейшие черты имиджа, которые станут достаточными для восприятия политика как настоящего лидера, способного справиться с существу­ющими проблемами.

Любой политический имидж, чтобы стать позитивным, должен обязательно удовлетворять нескольким общим требованиям. Отметим их. j 1) В политическом имидже необходимо присутствие черт победителя. Это должно проявляться прежде всего в оценках личности, ее деяниях.

«Герой» — вот яркая характеристика победителя. Ее надо связывать с характером предшествующей деятельности — «достижения», «победы». Однако только упоми­нания достижений для формирования черт победителя недостаточно. Еще необхо- 1 дима его героизация. Здесь возможно применение приемов мифологизации героя. 1 Делается упор на наличие чего-то особенного, не присущего «простым смерт- i ным» (стальная воля, поразительная целеустремленность, уверенность и пр.). j Кроме того, желательны:

' S амбивалентность — сочетание противоположных качеств (к примеру, «доб- j рый, но строгий»);

; S эмоциональная насыщенность (яркие личностные черты, поражающие вооб- | ражение);

! S ориентация на мифологическую нишу массового сознания (т.е. учитывать, I какого героя хотят видеть).

j Заметим, черты победителя и героя активно использовались при формировании j политического имиджа А. Лебедя: «успешно воевал в горячих точках», «остановил j войну в Приднестровье», «не дал разграбить склады боеприпасов 14-й армии» и пр. і 2) Необходимо, чтобы в политическом имидже присутствовали черты отца. і Данное требование является отражением фрейдистских взглядов на проблему ли- j дерства, которые трудно опровергнуть. По 3. Фрейду, «масса просто нуждается в ] лидере, как семейство нуждается в авторитетном отце». «Отец — гарантия защи- ! ты, стабильности. Он может взять на себя ответственность. Он не даст в обиду. Он | строг, может наказать, но защитит» — логика рассуждений примерно такова. У на- І шею народа всегда была вера в то, что придет новый «хороший царь» (генсек, I президент, губернатор и пр.) и станет лучше. Он, как отец, защитит, заступится, ' прогонит «плохих бояр», «коррумпированных чиновников», наведет порядок и т.п. Данные устойчивые социальные ожидания и стали основой этого важного требования к имиджу.

Удачно работает миф о Спасителе. Именно таким в сознании советских людей был Сталин, смерть которого отакивала почти вся страна, не представлявшая, как жить без него. В США нацию спасал Линкольн. Рузвельт выводил ее из экономичес­кого коллапса, Кеннеди спасал демократию, Рейган — экономику. Рвется предста­вить себя спасителем Отечества Жириновский. В основе положительной реакции части населения на это лежит то, что оно отдает предпочтение простым и понятным решениям, а не высокоинтеллектуальным рассуждениям. И чем проще предлагаемое решение, тем больше оно привлекает. Типичная схема выступлений Жириновского такова: избираете меня, я решу это и это.

Если, к примеру, для избирателей важно чувствовать себя защищенными от страхов — безработицы, повышения цен и т.д., кандидат должен стать защитни­ком от этих угроз, он должен построить свою кампанию так, чтобы показать, что і именно он защитит своих избирателей лучше других.

Иногда в депрессивном регионе кандидату лучше быть лидером рабочего дви­жения, чем правозащитником или следователем — борцом с коррупцией, потому что большинство избирателей в этом регионе верит именно в рабочее движение, а не в правозащитников. А борьба с коррупцией, по опросам, обосновалась у них во второй десятке «хит-парада» проблем.

  1. Стереотипная многоплановость имиджа. Имидж не должен быть сложным, его сила — в стереотипности. Необходимо знать, каковы устойчивые стереотипы у отдельных социальных групп, и под них «подстраивать» имидж.

Вот характерный и очень показательный пример. Имидж Гитлера, создаваемый Геббельсом, не ограничивался лишь его героизацией. Портрет фюрера его работы представлял собой продуманное сочетание разной информации. Студентам и ин­теллектуалам он представлял Гитлера как художника и архитектора, оторванного от учебы в 1914 г. необходимостью воевать за нацию. Для особо сентиментальных у Геббельса имелся Гитлер, который обожал детей. Рабочим он подавал Гитлера как человека труда. Перед ветеранами Гитлер представал в образе неизвестного солда­та Первой мировой войны.

Из наших современных политиков требование стереотипной многоплановости имиджа последовательно реализует, пожалуй, лишь «вождь» ЛДПР В. В. Жириновс­кий, причем делает это умело, хотя и иногда раскрывает карты: «Да, я встречался с гомосексуалистами. Никто с ними не встречался, а я встретился. Их до 10 % в нашем обществе. Так что, игнорировать 10 % избирателей ?»

  1. Открытость (видимая доступность). Это требование можно считать след­ствием второго и третьего. Избиратели доверяют тому, кто, по их мнению, спосо­бен решить их проблемы, а для этого он должен быть доступен, т.е. к нему можно обратиться, написать, рассказать о своих проблемах, чаяниях. Заметим, и реакция со стороны претендента должна быть однозначной — выслушал, помог, решил, посодействовал... Не всем, конечно, но некоторым — и это обычно подается через СМИ с большим размахом.

Открытость воспринимается как эффективная обратная связь избирателей с лидером. Многие склонны считать, что только это помогает политику верно ори­ентироваться в ситуации. К тому же люди склонны верить, «что они напишут... и им помогут, или что-то изменится».

Среди многих факторов, приносящих Владимиру Путину стабильно высокий рей­тинг, большое значение имеют его теледиалоги с гражданами России. Из сотен тысяч задаваемых вопросов организаторы выбирают несколько конкретных личных проблем, которые президент решает своим поручением соответствующим руководи­телям. Телевизионщики отслеживают выполнение этих поручений. Результаты не заставляют себя ожидать.

  1. Эффективные коммуникации. Имидж воспринимается в процессе много­численных публичных выступлений политика, дебатов, интервью, встреч с из­бирателями, освещения его деятельности в СМИ, политической рекламе и т.п. Поэтому большая роль принадлежит коммуникативным умениям политика. Осо­бое внимание уделяется проявлению ума и доброжелательности. Опытные поли­тики в большинстве случаев придерживаются этого правила и выигрывают. Пре­небрежение этим требованием формирует негативное отношение избирателей. Злобность и агрессивность в процессе общения не прощаются.

  2. Окружение. Существует крылатое высказывание «Короля делает его свита». Оно полностью справедливо и в случае формирования политического имиджа, особенно во время избирательных кампаний. Если рядом с кандидатом на высокую выборную должность постоянно находятся хорошо извест ные и узнаваемые личности — соответ­ствующее отношение к ним переносится и на самого кандидата. Срабатывает психоло­гический феномен межличності іьіхотношений, который сводится к крылатому выра­жению: «Скажи мне, кто твой друг, и я скажу — кто ты». Обычно политики склонны привлекать в свое окружение популярных артистов, спортсменов.

Во время «оранжевой революции» в Киеве все обратили внимание, что на одном из митингов рядом с Ющенко стоял популярный в Украине боксер-профессионал Виталий Кличко, а в концертах на Майдане Незалежности выступили почти все украинские поп-звезды.

В США к президентским избирательным кампаниям привлекались звезды Голли­вуда Чак Норрис и Арнольд Шварценеггер. У нас Александру Лебедю помогали чем­пион мира по шахматам Гарри Каспаров, артисты Юрий и Виталий Соломины, звезда французского кино Ален Делон. Это, безусловно, сыграло свою позитивную роль в победе Лебедя на выборах губернатора Красноярского края. Виктору Черномырди­ну и его движению «Наш дом — Россия» активно помогал Н. Михалков. Таких примеров можно привести множество.

Теперь обратимся к следующей очень важной проблеме эффективного полити­ческого имиджа — какие главные факторы в первую очередь влияют на форми­рование привлекательного имиджа политика?

Американские имиджмейкеры, которые обладают в этом деле огромным опы­том, считают, что политический имидж высокого ранга (в этом случае обычно ссылаются на практику президентских избирательных кампаний) определяется тремя группами основных факторов:

S личностью кандидата (претендента);

S тем, как его представляют средства массовой информации;

S историческими событиями или трудностями, с которыми сталкивался по­литический деятель.

Ниже мы остановимся на них более подробно.

Исследование имиджевых предпочтений

Специалисты утверждают, что в политическом имидже важно не только то, что пропагандируется, но и кому это пропагандируется. Поэтому надо точно оп­ределять социальные ожидания аудитории. Обычно это делается в процессе соци­ально-психологических исследований и социологических опросов, связанных с определением «основных ценностей».

Самым перспективным путем является формирование политического имиджа в соответствии с социальными ожиданиями масс. Если политиком предпринимаются конкретные действия, соответствующие социальным ожиданиям, то в этом случае немало избирателей готовы оказать ему свою поддержку, отдав голоса на выборах.

Политический имидж должен отражать ожидания больших стабильных социальных групп, тогда он будет привлекательным и устойчивым. Отсюда следует, что необхо­димо регулярно проводить мониторинг «психологического пространства» (симпатии, антипатии, ожидания, страхи, идеалы) региона, где будут проводиться выборы.

Политический имидж должен быть простым, образным, доступным, соответству­ющим сложившимся у большинства населения позитивным представлениям о лидере. 5fto является важным условием его принятия. «Сильный», «волевой», «умный» — вот стереотипные и ценимые черты имиджа политика. А «сложный», «непредсказуемый», «загадочный», «иррациональный» — это не для политического имиджа.При социологических исследованиях избирательских предпочтений выявлена значи­тельная потребность в патернализме. Последний проявляется в ожидании отеческой заботы со стороны государства и четко выражен в ментальных установках большин­ства россиян относительно власти: 84,7 % опрошенных твердо убеждены, что государ­ство должно заботиться обо всех своих гражданах независимо от пола и возраста.

В ряде регионов в оценке своего существования преобладают страхи и опасе­ния, неуверенность в завтрашнем дне. В таких регионах социальные ожидания связаны с выдвижением во власть сильной личности, которая защитит и «наведет порядок». Если такая личность находится, то ей рекомендуется почаще делать «твердые заявления», обещать всех защитить, предпринимать конкретные сило­вые акции — имидж полностью будет соответствовать социальным ожиданиям. В России такое было не один раз — «я за две недели очищу Москву от цыган, кавказцев и мафии», «я наведу порядок в стране» и т.п.

Дело в том, что в современной России обострилось такое явление, как этни­ческая предубежденность: 37 % москвичей отметили, что есть национальности, к которым они испытывают явную неприязнь, примерно такое же положение дел выявилось при опросах, проведенных в Санкт-Петербурге. Заметим, что наиболее сильные проявления этнической неприязни отмечены у молодежи (69 %); улиц старшего поколения она ниже примерно в три раза.

Серия убийств иностранных студентов в 2005—2006гг. в Воронеже, выходцев из ближнего зарубежья в Петербурге и Москве высветлила проблему ксенофобии в современной России.

Исследователи показали, что этнической неприязни более других подвержены укра­инцы, русские и евреи. В связи с этим стала актуальной задача поиска таких черт политического имиджа, которые одинаково благожелательно воспринимались бы пред­ставителями разных национальностей, проживающими в многонациональном регионе.

Возможна иная ситуация: социальные ожидания неотчетливы, а на политичес­ком горизонте появилась яркая личность, способная защищать чьи-то интересы. В этом случае ожидания формируются «под личность». Сила личности будет зало­гом формирования соответствующих социальных ожиданий. Эта стратегия созда­ния политического имиджа — личностно ориентированная.

Другой пример необходимости дифференцированного изучения групп избира­телей. В России, Беларуси, Украине молодые избиратели (до 30 лет) в основном признают рынок и все, что с ним связано. Большинство же избирателей старше 50 лет, наоборот, полностью отвергает этот новый уклад жизни. При этом следует учесть и то, кто заведомо придет на выборы, а это, как правило, как раз люди старше 50 лет. Поэтому при таком раскладе «рыночный» кандидат будет иметь меньше шансов на успех, если он не подумает, как представить свою рыночную идею для аудитории старшего возраста.

Следует еще раз подчеркнуть, что изучение аудитории должно стоять на пер­вом месте. Анкетирование дает массу полезной информации — иногда, казалось бы, частного свойства, но позволяющую политтехнологам привлечь многих из­бирателей на сторону продвигаемого ими кандидата.

Известно, что около половины семей в России имеют домашних животных. В северных регионах это преимущественно собаки. В южных и центральных облас­тях на каждую семью с домашней собакой приходятся три семьи, имеющие кошек. Соответственно фото с «любимым» котом (собакой) очень украшает образ канди­дата, даже если кота (собаки) у него нет.

Если большинство избирателей округа имеют огороды, то кандидату тоже вполне • естественно стать «заядлым огородником» и давать иногда советы, например, по выращиванию огурцов под пленкой. Если большинство избирателей с удовольствием читают детективы, то будет неразумно, если своей любимой книгой кандидат назо­вет «Чуму» Камю.

Есть регионы, где охота в общественном сознании уже не воспринимается как истинно мужское дело, а считается обыкновенным убийством. Иметь своим хобби охоту в таком регионе кандидату явно противопоказано. Соответственно в каком- нибудь сельскохозяйственном округе вряд ли поймут человека, который назовет ' любимым видом спорта большой теннис.

При формировании образа кандидата важно учесть восприятие его мужчинами и женщинами.

Известно, что у мужчин и женщин сильно разнится отношение к одним и тем же человеческим качествам. Вот результаты общероссийского социологического : исследования (репрезентативная выборка — 1600 респондентов) на тему:

Что вы больше всего цените?

(ответы даны в процентах)

В мужчине

Качества

В женщине

58

Ум

28

8

Внешность

40

53

Порядочность

30

34

Хозяйственность

* 44

3

Душевная близость

16

3

Сексапильность

10

5

Легкий характер

12

24

Заботливость

31

19

Независимость

8

26

Верность

33

К этому стоит добавить, что женщины особенно ценят в мужчинах чувство юмора, так как это отвечает их привычке во всем видеть подтекст. Необходимо отметить, что попытка взять за основу результаты, полученные зарубежными специалистами, мо­гут ввести в заблуждение. Доказательством могут служить результаты исследования мотивации «Сомсоп-2» в менталитете американцев и россиян:

Мотивация

Американцы

Россияне

Не хочу даже думать о том, чтобы брать взаймы

71%

48%

Желание сэкономить

59%

31%

Готовы платить за качество дополнительные деньги

65%

31%

Люблю проводить время дома с семьей

64%

25%

Обожаю новинки среди продуктов питания

55%

30%

При определении наиболее выгодного имиджа кандидата необходимо сравнить набросок созданного имиджа с имиджами кандидатов, побеждавших в этом ок­руге в двух последних избирательных кампаниях. Избиратели достаточно консер­вативны в своих пристрастиях. Однако еще лучше подкорректировать имидж кан­дидата по результатам последних социологических опросов избирателей округа: какие политики нравятся им сегодня? каковы их взгляды? как эти политики держатся на публике? как их подают СМИ?

Две тактики создания имиджа кандидата

При формировании образа на основе социологических опросов используют две тактики.

По одной — из отмечаемых избирателями качеств идеального кандидата отби­рается только то, что хорошо ложится на уже существующий его образ. Потом максимальные усилия прилагаются к раскрутке именно этих качеств. Остальные качества отбираются по принципу работы на усиление. Эта гак называемая кор­ректировка имиджа применяется к уже достаточно известным в своем регионе людям, действующим политикам, образ которых нельзя полностью изменить. Губернатор, правивший своим регионом несколько лет, не сможет предстать пе­ред избирателями совершенно новым человеком.

При второй тактике происходит трансформация образа кандидата в соответ­ствии со всеми параметрами идеала. Для такой работы требуется не один месяц, а идеал чаще всего все равно оказывается недосягаемым. При этом отбираются «идеальные» качества, потом разрабатываются схемы нейтрализации недостатков и раскрутки достоинств кандидата. Чаще всего именно на такой трансформации образа настаивает сам кандидат, если он новичок в политике.

Для определения популярности тех или иных качеств используются «мягкие» рейтинговые соцопросы, когда опрашиваемые могут выбрать от трех до пяти качеств «идеального кандидата».

Качества кандидатов, наиболее ценимые избирателями

В ходе социологических исследований установлено, что определяющую роль (вслед за политическими пристрастиями) для избирателей играют нравственные качества кандидатов, демонстрируемые не только входе избирательной кампании, но и в предшествующей своей деятельности. Представим эти качества. Они в наи­большей степени способствуют формированию позитивного образа кандидата.