22. Конфлікт Краси, Мистецтва і Власності у романі Дж. Голсуорсі «Власник».

«Са́га о Форса́йтах» — монументальная серия разноплановых произведений английского писателя Джона Голсуорси, описывает жизнь состоятельной семьи Форсайтов. Джон Голсуорси был последовательным сторонником реа­листического искусства, верил в его благотворное воздействие на общество. Лучшее произведение Голсуорси - «Сага о Форсайтах» — правдивая картина жизни буржуазной Англии его времени.

Голсуорси глубоко волновали социальные противоречия, характерные для буржуазного общества. Он пишет о неспра­ведливости существующего общественного устройства, с большой теплотой изображает людей труда, в ряде своих произведений обращается к теме классовых противоречий. Центральная тема творчества Голсуорси - тема форсайтизма, тема собственности. К изображению мира собственни­ков, к раскрытию психологии человека-собственника, взгляды и представления которого ограничены рамками его класса, а поступки и действия скованы общепринятыми в его среде нормами поведения, Голсуорсн обращается на всем протяже­нии своего творческого пути.

Центральная тема романов форсайтовского цикла - упадок некогда могущественной и сильной английской буржуазии, крушение некогда прочного уклада ее жизни. Эта тема раскры­вается на истории нескольких поколений семьи Форсайтов.

Об упадке и гибели буржуазных семей писали многие ро­манисты XX в. Семейная тема перерастает в тему кризиса буржуазного общества. События семейного характера перемежаются и связы­ваются с историческими. Семья изображается как звено обще­ственной жизни. Особенность каждого поколения определяет­ся своеобразием эпохи. История Форсайтов перерастает в историю форсайтизма как общественного явления.

Для Голсуорси истинным Форсайтом является не только тот, кто носит эту фамилию, но каждый, кому свойственна собственническая психология и кто живет по законам мира собственников. Форсайта можно распознать по чувству соб­ственности, по умению смотреть на вещи с практической сто­роны. Прирожденные эмпирики, Форсайты лишены способ­ности к отвлеченному мышлению. Форсайт никогда не расхо­дует зря энергию, не выражает открыто своих чувств. Фор­сайты никому и ничему не отдают себя целиком. Но они лю­бят демонстрировать свою сплоченность, ибо «в сплоченно­сти коренилась их мощь». В своем подавляющем большинстве это «люди прозаические, скучные, но вместе с тем зравомыслящие». Форсайты - не творцы и не созидатели; «никто в их семье не пачкал рук созданием чего бы то ни было». Но они стремятся приобрести и захватить созданное другими. Это обстоятельство порождает основной конфликт романа «Собст­венник», заключающийся в столкновении мира красоты и свободы, воплощенного в Ирэн и Босини, и мира Форсайтов, находящихся «в безоговорочном рабстве у собственности».

Форсайтизм и искусство - понятия несовместимые. Среди Форсайтов есть коммерсанты, сборщики налогов, стряпчие, юристы, купцы, издатели, агенты по продаже земель, но среди них нет и не может быть творцов прекрасного. Они выступа­ют лишь как «посредники», извлекающие из искусства выго­ду. Даже молодой Джолион, порвавший со своей семьей и совмещающий работу страхового агента с занятиями живопи­сью, говорит о себе: «Я не сотворил ничего, что будет жить! Я был дилетантом, я только любил, но не создавал». Что же можно сказать о других? Общение Джун с миром искусства основано на ее филантропической деятельности. Соме соединяет свой интерес к живописи, способность восхи­щаться полотнами Буше, Ватто, Тернера и Гойи с соображе­ниями чисто коммерческого характера. «Его репутация кол­лекционера основана не на пустой эстетической прихоти, а на способности угадывать рыночную будущность картины».

Конечно, его понимание картин не ограничивается знанием их цены, но все-таки и Соме является «посредником», «промежуточным звеном между художником и покупающей публикой». Он обладает способностью чувствовать и воспри­нимать красоту, но как истинный Форсайт стремится порабо­тить ее, превратив в свою собственность.

Управляя и владея имуществом, Форсайты остаются не­причастными и к науке, к развитию техники, к движению вперед, к прогрессу. Не случайно Соме и другие Форсайты устремляют свои взоры не вперед, не навстречу будущему, а назад - к уходящему прошлому. Их пугают происходящие в мире перемены, и они гордятся своей непричастностью к «этой лихорадочной экспансии». Первый роман трилогии - «Собственник» - проникнут па­фосом критики мира собственников. В нем преобладает сати­рическое начало, проявившееся прежде всего в образе Сомса Форсайта. Соме - наиболее полное и яркое воплощение форсайтизма. «Человек, пропитанный всеми предрассудками и верованиями своего класса», - говорит о нем Джолион. Ха­рактерна внешность Сомса — его лицо, «в котором преобладал подбородок», острые, как у рыси, глаза, его костюм («немыслимо вообразить его... с галстуком, отклонившимся от перпендикуляра на одну восьмую дюйма, с воротничком, не сияющим белизной»). Утонченность и «высокомерная вы­держка денди» не только не скрывают, но странным образом подчеркивают его сходство с бульдогом; бросается а глаза его квадратная челюсть, специфическая линия рта, усугубляющая это сходство.

Способный н умный от природы, Соме направляет всю свою энергию на накопление капитала. Ради этого он отказы­вается от государственной службы, предпочитая, как и его отец, практику присяжного поверенного. Соме поддерживает только деловые связи; у него нет друзей, и он не испытывает потребности духовного общения с кем бы то ни было, кроме Ирэн, всегда уклоняющейся от такого общения, остающейся недоступной и далекой. Собственническое начало подавляет человека в Сомсе, мешает раскрытию лучших свойств его личности. Но он неизменно безупречен в сфере своих деловых отношений. Его не поддающаяся никаким соблазнам профес­сиональная честность основана на природной осторожности и врожденном отвращении к риску.

В отличие от многих других Форсайтов (Суизин, Тимоти, тетушки Джули и Эстер), Соме соединяет в себе противоречи­вые черты. Обращает на себя внимание странная насторожен­ность в выражении его замкнутого лица, тоска во взгляде, порожденная неудовлетворенностью его чувства к Ирэн. Лю­бовь и красота недоступны Сомсу, хотя всем существом своим он стремится к обладанию ими. «Факты и цифры, из которых складывалась жизнь Форсайтов», мешают ему понять, что любовь и красота основаны на свободе. В своем предисловии к «Саге» Голсуорси писал о том, что трагедия Сомса - «очень простая, но непоправимая трагедия человека, не внушающего любви и притом недостаточно толстокожего для того, чтобы это обстоятельство не дошло до его сознания. Даже Флер не любит Сомса так, как он, по его мнению, того заслуживает». Страдания Сомса не делают его прозорливым. Лишь на одно мгновение «он предал в себе Форсайта - забыл самого себя... поднялся в чистые высоты бескорыстия и непрактичности». Это случилось тогда, когда он убеждается в том, что, уйдя из его дома, Ирэн не взяла с собой подаренные ей драгоценно­сти. Читая оставленную ею записку, Соме понимает, что и она страдает. В этот момент человек одерживает в нем верх над собственником. Но только на одно мгновение. В конце рома­на собственник уже вновь готов торжествовать победу.

Финал романа многозначителен. Босини затравлен; он по­гибает. Убитая горем Ирэн возвращается в дом Сомса. Одна­ко победа Форсайта мнимая. Размышляя о смерти Босини и ее последствиях, молодой Джолион приходит к выводу о том, что «эта смерть разобьет семью Форсайтов. Удар скользнул мимо выставленной ими преграды и врезался в самую сердце­вину дерева, - На взгляд посторонних, оно еще будет цвести, как и прежде, будет горделиво возвышаться напоказ всему Лондону, но ствол его уже мертв, он сожжен той же молнией, что сразила Босини». Смерть Босини имеет последствия не только для личной жизни Сомса, она предвещает гибель бла­гополучия всех Форсайтов.