Uchebnik_Yaroslavskaya_yuridicheskaya_shkola

может быть выше интереса общества. «Правосознание всех на­ родов, - пишет А. А. Борзенко, - обрекает на жертву право от­ дельного человека, если от этого зависит сохранение достояния, обеспечение выгод многих. Товар бросается за борт, чтобы спа­ сти целость корабля, застигнутого бурей, дом разносится, что­ бы не дать пожару распространится на дальнейшие строения. ...

Нередко встречается такой порядок, когда частная собствен­ ность на землю по прошествии известного времени, в течение которого поле находилось в исключительном пользовании од­ ного лица, уступает место иному поземельному отношению, - земля поступает надолго в общее пользование жителей села, например, когда вслед за пахотной обработкой земли наступает пользование ею как пастбищем ... Общественное значение же­ лезных дорог до такой степени обширно, что переход из част­ ного права собственности в обладание государственное стано­ вится неизбежно необходимым. Государство имеет поэтому право выкупа сооруженных акционерными компаниями желез­ ных дорог и право на переход их в свое обладание по истечении срока концессии...» 646

Особое внимание в очерке уделяется правовому положе­ нию личности. Автор подчеркивает, что «в праве личности на­ ходят свое признание и защиту обладание и проявление духов­ ных и телесных сил и способностей человека». К числу важ­ нейших принципов правового статуса личности он относит равенство в праве. «Конечная цель права личности, - пишет А. А Борзенко, - состоит в том, чтобы признаваемая им само­ стоятельность человека в проявлении и пользовании личными благами была в равной мере признана для всех людей, чтобы между ними установилось равенство в праве, так как равенство положений, личных способностей, сил достигнуть нет возмож­ ности»647. Солидаризируясь с французским ученым Ренуаром, он признает за равенством значение закона для права личности.

Одним из первых среди выпускников лицея известным пе­ дагогом и ученым-цивилистом стал Леонид Николаевич Ка­ занцев (1854-1896). Он являлся уроженцем Ярославля, учился в Ярославском приходском, затем уездном училищах. Завершил получение среднего образование Л. Н. Казанцев в Ярославской

646 Борзенко А. А. Личность, общественность, собственность. С. 38. 647 т1ам же.

471

классической гимназии в 1873 г. После этого он поступил в Де­ мидовский юридический лицей, который окончил в 1877 г. со степенью кандидата права по представлении сочинения «Пред­ ставительство при обязательных договорах» (напечатано во «Временнике Демидовского лицея» в 1878 г. под названием «Учение о представительстве в гражданском праве», о нем да­ лее). Его подлинной научной страстью были римское право и латынь, что привело его на филологический факультет Москов­ ского университета, на который он поступил сразу после окон­ чания лицея. В 1878 г. он был избран Советом лицея стипен­ диатом для приготовления к профессорскому званию. В 1881 г. Л. Н. Казанцев выдержал магистерский экзамен в Киевском университете и был оставлен там же приват-доцентом для чте­ ния лекций по римскому праву. В Киевском университете он защитил магистерскую диссертацию на тему «Свободное пред­ ставительство в римском гражданском праве. Историко­ юридическое исследование» и в 1884 г. и был избран там же экстраординарным профессором. В этой должности он остается до самой смерти 19 сентября 1896 г. Примечательно, что ос­ новную тему своих научных исследований - представительство по гражданскому праву, он определил еще со студенческой скамьи и занимался ей последовательно и неуклонно (см. его работы «Понятие представительства» (1882 г.), магистерскую диссертацию и др.).

Надо отметить, что в западно-европейской, особенно гер­ манской, цивилистике XIX столетия пристальный интерес уче­ ных привлекали те правовые институты, которые являлись но­ выми для той поры, поскольку не имели непосредственной опоры в положениях римского права. К их числу относились, в частности, институты перемены лиц в обязательствах inter vivos, договоров в пользу третьего лица и представительства.

Русские цивилисты не остались в стороне от этих веяний, и в 1878-1879 гг. с небольшим отрывом друг от друга появилось не­ сколько работ, посвященных институту представительства. Эта тема стала предметом и кандидатского исследования Л. Н. Казан­ цева648, о чем уже упоминалось ранее. Напомним, что это было дипломное исследование студента выпускного курса.

Ярославль, 1878.

472

Оригинальностью отличается структура работы. Л. Н. Казан­ цев начинает свое исследование не с анализа понятия представи­ тельства, а с отграничения его от смежных явлений: от фактиче­ ского пособничества (например, деятельности nuntius’a), от юри­ дического соучастия (например, присутствия при сделке законных свидетелей или официальных лиц) и других правовых конструк­ ций. Рассматривая соотношение представительства и договора в пользу третьего лица, автор указывал, что право требования третьего лица возникает непосредственно из договора, заключен­ ного в его пользу, причем «ipso jure и в тот момент, в который право вообще возникает из договора, в который, следовательно, промиссар приобретал бы право для себя, если бы договор был за­ ключен в его пользу»649. Впоследствии к этому взгляду примкнуло большинство отечественных авторов 650.

Для современной науки, где относительно понятия полно­ мочия до сих пор ведутся споры, представляет интерес опреде­ ление Л. Н. Казанцевым представительного полномочия как права заключить сделку от имени принципала и произвести правовые последствия непосредственно для него 651.

Отметим, что вопросами гражданского права в лицее зани­ мались и ученые, основная научная специализация которых бы­ ла достаточно далека от цивилистики. Особого внимания за­ служивает монография экстраординарного профессора Деми­ довского юридического лицея Ивана Трофимовича Тарасова (1849-1929) (экстраординарный и ординарный профессор лицея в 1878-1889 гг., о его биографии было сказано в разделе об ад­ министративном и финансовом праве) «Учение об акционерных компаниях». Впервые она была опубликована во «Временнике Демидовского юридического лицея» в 1880 г. (кн. 20, 21, 22). Данное исследование в 1880 г. было им защищено в качестве

649Казанцев JL Учение о представительстве в гражданском праве.

С. 87.

650Ср.: Рясенцев В. А. Представительство и сделки в современном гражданском праве. М., 2006. С. 205 с прим. 1. Это обстоятельство упус­ кается из виду Е. А. Сухановым, по мнению которого «традиционно при­ нято считать», что третье лицо приобретает право требования к должнику лишь с момента выражения должнику своего намерения воспользоваться

данным правом (см.: Гражданское право / Под ред. Е. А. Суханова. 3-е изд. М., 2005. Т. 3. С. 38 с прим. 1).

651 См.: Казанцев JI. Указ. соч. С. 97, 100.

473

диссертации на степень доктора полицейского права. Эта рабо­ та была переиздана в 2000 г. и далее ссылки будут именно на это издание. Ради справедливости отметим, что в 1885/1886 учебном году профессор читал в лицее курс торгового права.

Труд И. Т. Тарасова по акционерному праву представляет собой комплексное исследование истории акционерных компа­ ний, вопросов создания, деятельности, управления акционер­ ными предприятиями. Несомненно, значителен вклад ученого в разработку сущности и природы основных категорий и явлений акционерного права таких, как акция, акционер, его статус, права акционеров, учредители акционерных компаний, способы оплаты уставного капитала и многих других. Большинство идей и взглядов автора монографии восприняты современным зако­ нодателем, составили фундамент акционерного права. К сожа­ лению, не все выводы профессора получили должное отраже­ ние в законе.

Исследуя основу акционерной компании - акцию, автор под ней понимал документ, указывающий на участие в акцио­ нерном предприятии в качестве акционера. Акция закрепляет принадлежность к личному составу акционерного предприятия, а также на связанное с этим участием акционерное право.

Приведенное определение ценно для нас выделением кате­ гории «акционерного права» и дальнейшей попыткой уяснить его природу. Сопоставляя сущность акционерного права и прав, принадлежащих владельцу облигаций, И. Тарасов приходит к выводу, что в отличие от последнего акционер не обладает обя­ зательственными правами в отношении акционерной компании. Отношения между акционером и акционерным предприятием нельзя рассматривать как отношения между кредитором и должником, это отношения части и целого, отношения принад­ лежности, включенности в состав акционерной компании.

И. Т. Тарасов видел практическое значение данного вывода в следующем: «Вопрос о том, следует ли считать несостоятель­ ною, и потому подлежащею правилам о конкурсе, ту компанию, имущество которой, будучи достаточным для удовлетворения кредиторов, недостаточно для удовлетворения акционеров, - разрешается в отрицательном смысле, так как ... акционеры ни в коем случае не считаются кредиторами компании и акции их

474

не суть долговые обязательства на компанию, а только доку­ менты на акционерное право... »652.

Поэтому вызывает сомнения абз. 2 п. 2 ст. 48 ГК РФ, кото­ рый устанавливает, что к юридическим лицам, в отношении ко­ торых их участники имеют обязательственные права, относятся хозяйственные общества.

Акционерное право, с точки зрения автора, представляет собой единое целое, состоящее из: 1) права на долю акционер­ ного капитала, 2) права на долю прибыли, 3) права на участие в управлении, 4) права контроля и 5) права жалобы, иска и про­ теста как его интегральных частей.

Несомненная заслуга И. Тарасова в том, что он «право на долю акционерного капитала» не отождествляет с вещным пра­ вом. Право это не может иметь место, пока существует компа­ ния, вследствие чего оно осуществляется только при ликвида­ ции. К ликвидации автором приравнивается не предусмотренное в уставе изменение цели деятельности компании, увеличение ос­ новного капитала, выпуск привилегированных акций.

И. Т. Тарасов был одним из первых, кто провел тщатель­ ный всесторонний анализ субъективных прав акционеров.

Рассмотрение понятия «акция» привело автора к выводу о недопустимости отделения от акции как документа прав, связан­ ных с ней. Иван Трофимович писал: «Мы... признаем за акцией только значение документа, указывающего на участие в акцио­ нерном предприятии в качестве акционера. Отделять от значения акции как документа те права (и обязанности), которые связаны с этим документом, ... мы почитаем столь же ошибочным, как ес­ ли бы при определении векселя от него как документа отделены были права и обязанности, связанные с ним»653.

И вновь приходится лишь сожалеть, что законодатель при закреплении института бездокументарных ценных бумаг не учел опыт и предостережения великого предшественника и ввел понятие, не соответствующее российской правовой систе­ ме. Результат оказался плачевным. В частности, введение без­ документарной формы существования акций привело к массо­ вым злоупотреблениям на рынке ценных бумаг, связанным с

652См.: Тарасов И. Т. Учение об акционерных компаниях. М., 2000.

С. 371.

653Там же. С. 390-391.

475

незаконным списанием акций с лицевых счетов владельцев. А противоречивость конструкции бездокументарных ценных бу­ маг не позволяет выработать эффективный способ защиты прав и интересов владельцев акций.

Значительное внимание в монографии было уделено по­ нятию «акционер», его статусу. И. Т. Тарасов справедливо отмечал, что акционера не может характеризовать только владение акцией, этого признака недостаточно. Такое опре­ деление, по мнению профессора, «упускает из виду сущест­ венную и несомненную связь между акционером и акционер­ ным правом». «Анормальным явлением» автор называл ак­ ционера, не пользующегося акционерным правом. В итоге было предложено следующее определение акционера - это «лицо, пользующееся акционерным правом на основании участия его в образовании акционерного капитала, т. е. в по­ нятие об акционере входит как существенный элемент не владение акцией..., но пользование акционерным правом»654.

Современное акционерное законодательство связывает возникновение прав акционеров не только с фактом приобре­ тения акций, но и с включением владельцев в список лиц, имеющих право на соответствующее акционерное право. Между датой составления названного списка и датой реали­ зации корпоративного права (например, получения дивиден­ дов, проведения общего собрания акционеров) проходит зна­ чительный временной период. В результате приобретатель акций, не попавший в список управомоченных лиц, не может реализовать права акционера.

Необходимо согласиться с оценкой, данной И. Т. Та­ расовым таким «неполноправным акционерам», как «анор­ мальное явление». Как мы видим, вопросы, нашедшие раз­ решение в труде выдающегося представителя Демидовской юридической школы, до сих пор не утратили своей актуаль­ ности. Мы не теряем надежду, что выводы, сделанные авто­ ром, найдут отражение в акционерном законодательстве в ходе его реформирования.

Александр Иванович Загоровский (1850после 1917), вы­ пускник Киевского университета (1875 г.), трудился в звании при- ват-доцента гражданского права в Демидовском юридическом ли­

654 Тарасов И. Т. Учение об акционерных компаниях. С. 405-406.

476

цее в 1879-1880 гг. В дальнейшем он являлся приват-доцентом и профессором Харьковского университета (1880-1892 гг.), профес­ сором Новороссийского университета (1892-1917 гг.). Доктор гражданского права (1884 г.). Это был один из наиболее крупных дореволюционных специалистов по семейному праву.

generic)». При этом особенности русского законодательства со­ стоят в том, продолжал автор, что оно, относя брак к институ­ там семейного права, смотрит на него как на акт по преимуще­ ству религиозный - относительно условий заключения и рас­ торжения, взаимодействующий, однако, со светским правом. Это, с одной стороны, облегчает задачи законодателя «при нормировании столь важного и столь трудно регулируемого правом института», но, с другой стороны, и создает немало за­ труднений: вносит в брачное право разнородность начал, стес­ няет свободу совести, затрудняет реформирование брачного права вследствие «совершенно понятной неподатливости рели­ гиозных правил на изменение»655.

А. И. Загоровским исследовались и различные исторические формы брака, в частности, гражданский (светский) брак как ре­ зультат реформаторства в этой области в конце XVI в. в Голланд­ ских Штатах, автор характеризовал его как «вынужденный граж­ данский брак для лиц, исповедующих иные религии»656.

055 Загоровский А. И. Курс семейного права. Одесса, 1909. С. 5.

050 См.: Там же. С. 30. Об исторических формах брака см. также: Заго­ ровский А. И. О разводе по русскому праву. Харьков, 1884. С. 17 и след.

477

В другом своем труде ученый констатирует постепенный от­ каз семейного права от влияния христианской религии, для кото­ рой семья всегда была «предметом особых забот и попечения». Его развитие осуществляется при весьма деятельном участии го­ сударства, взявшего из рук церкви брачное право и строящего его «на началах общекультурных», в других разделах семейного права приводя принципы равноправия и «покровительства и защиты слабейших членов семейного союза». А. И. Загоровский подчер­ кивал и существенное отличие семейных имущественных отно­ шений от имущественных гражданских. В основании первых по­ ложены, продолжал автор, хозяйственно-экономические нужды, а вторых - «потребности физической природы и нравственного чув­ ства», первые порождают господство над вещью, вторые ставят «в определенную личную зависимость одного члена семейного союза от другого», создают определенное юридическое положение для них... В отношениях семейных мера и счет прав затруднены в силу особых свойств этих отношений, больше моральных, чем юриди­ ческих; отсюда регулирование правом отношений семейных го­ раздо труднее, чем отношений имущественных657.

Таким образом, А. И. Загоровский, солидаризируясь с дру­ гими цивилистами той эпохи (К. Д. Кавелиным, Д. И. Мейером, В. И. Синайским и др.), своими трудами подготовил почву для суверенизации семейного права от права гражданского, пред­ посылки для формирования специфического метода правового регулирования семейных отношений и системы семейного пра­ ва, семейного законодательства.

Не смог закрепиться на кафедре гражданского права выпуск­ ник Демидовского юридического лицея Александр Серафимо­ вич Невзоров (1861-1936). После завершения учебы он был ос­ тавлен для подготовки к профессорскому званию, но в 1888— 1889 гг. был вынужден трудиться бухгалтером лицея, а затем учи­ телем в Вятской губернии. Однако с 1890 по 1918 гг. он препода­ вал в Дерптском (с 1893 г. Юрьевском) университете: до 1894 г. приват-доцент, затем профессор. В 1918-1924 гг. он профессорст­ вовал в Воронежском университете. Это говорит о высокой кон­ куренции на преподавательские должности в лицее.

657 См.: Загоровский А. И. Семейное право. Одесса, 1902. С. 1-3.

478

золотой медалью за выпускное сочи­ нение. Оставлен при том же университете, в 1891 г. командиро­

ван на три года в Берлин. С 1895 по 1903 гг. в Демидовском юридическом лицее (приват-доцент, с 1901 г. и. д. экстраорди­ нарного профессора кафедры гражданского права). Магистр пра­ ва (1901 г.). Затем был профессором Харьковского (1903-1909 гг.), Новороссийского (1909-1912 гг.) и Петербургского (1912— 1917 гг.) университетов. В 1917-1920 гг. профессор Томского университета, с 1920 по 1928 гг. - Владивостокского университе­ та. Дальнейшая судьба ученого нам не известна.

Рассматривая секвестрацию как институт, обеспечивающий сохранность спорной вещи до окончательного решения ее судь­ бы в судебном процессе, ученый дает убедительное обоснова­ ние его практической значимости, подвергает критике россий­ ское законодательство за непредоставление этому институту за­ служенного места в гражданско-правовой жизни. С. П. Никонов усматривает в секвестрации наилучшее средство обеспечения нематериальных интересов тяжущихся, связанных часто с эсте­ тическим отношением к вещи658. Надлежащее восприятие оте­ чественным законодательством этого важного института, под­ черкивает ученый, служило бы делу облегчения процесса по искам об определенных видовыми признаками предметах.

058 См.: Никонов С. П. Секвестрация в гражданском праве // Времен­ ник Демидовского юридического лицея. Ярославль, 1901. Кн. 81. С. 221.

479

Ярославский профессор, подвергая подробному исследова­ нию историческое развитие института секвестрации, обращает внимание на остающуюся невыясненность его юридической природы в современных законодательствах и литературе.

С. П. Никонов указывает на необходимость четкого разли­ чения секвестрации и судебной поклажи, поскольку смешением этих понятий продолжают грешить многие законодательства. «... В то время как секвестрация, - пишет он, - устанавливается ради получения победителем в процессе спорной вещи в целости и сохранности, судебная поклажа совершается должником в це­ лях освобождения его от обязательства перед кредитором и уст­ ранения возможности наступления просрочки в платеже»659. При секвестрации, уточняет автор, в отличие от договора поклажи возникает не частноправовое отношение, а публично-правовое между одним из контрагентов договора и государственным уч­ реждением (судом). Если поклажа должна быть возвращена ли­ цу, давшему ее, по первому его требованию, то секвестр может выдать вещь только тому из тяжущихся, который окажется побе­ дителем в иске относительно секвестрируемой вещи.

Трудясь над выяснением юридической природы секвестра­ ции, ярославский ученый обращался за советами к знаменитому коллеге, основоположнику психологической теории права Л. И. Петражицкому и выразил последнему в конце своей книги глубокую благодарность.

Сергей Егорович Собинин (1867-1937) - известный специа­ лист по римскому праву и выпускник Московского университета (1890 г.), был и. д. экстраординарного профессора Демидовского юридического лицея по кафедре гражданского права (1906— 1910 гг.). Одновременно он был и приват-доцентом Московского университета по кафедре римского права. До работы в Ярослав­ лепрофессором римского права Томского университета (1899— 1906 гг.), а впоследствии профессором Харьковского (1910— 1918 гг.) и Таврического (1918-1920 гг.) университетов. К его публикациям мы вернемся в разделе, посвященном трудовому праву.

В активе ярославской юридической школы цивилистические исследования А. Е. Минервина (выпускник лицея, читал там же институции римского права в 1883-1898 гг.) «Исходные

659 Никонов С. П. Секвестрация в гражданском праве. С. 158.

480