4.2. Экономическая политика местных органов власти.

Губернатор был центральным звеном в системе местных органов власти николаевской России. У него были исполнительные и охранные функции. Но он, по общему праву, вме­шивался и в экономическую жизнь. От губернатора, например, зависел уровень цен на продовольствие. Цены вырабатывались советом городских голов, предводителей дворянства, богатых купцов. Выше и ниже установленных пределов цены не допус­кались. Представители власти "следили за свободой" торговли на рынках, за порядком, качеством продукции.

Главной задачей губернатора была охрана интересов казны, все поставки и подряды на проведение различных видов работ и торговли утверждались губернатором, и даже в министерст­вах. Губернатор должен был защищать городскую собствен­ность, в уставе о городском хозяйстве все финансы были под его контролем, а сословные Думы по этой причине были лише­ны самостоятельности. От губернатора зависело открытие яр­марок и базаров, а иногда эти вопросы решало Министерство внутренних дел. На развитие экономики губерний смотрели с точки зрения государственных, а не местных интересов. Заве­дение фабрик и заводов также контролировалось губернатором и министерством, несанкционированные действия карались штрафом. Это приводило не к порядку, а давало простор про­изволу, процветание "личного взгляда" на вещи, а значит, взя­ток. Рабочих для заводов было мало, поэтому фабриканты брали их без паспортов, что также каралось властью. По сравнению с частными владельцами, казенные были лучше защищены от про­извола, им даже содействовали. Губернатору подчинялись стати­стические комиссии, которые должны были собирать сведения о торговле, промышленности, народе, но фактически этим занима­лась полиция. Собранный ею материал был неточен, приукра­шен, поэтому на его основе принимались сомнительные реше­ния, а ведь они были обязательны для исполнения.

В целом главными проводниками экономической политики на местах были губернатор и подчиненные ему учреждения: Приказ общественного презрения, комиссия народного продо­вольствия, строительные и дорожные комиссии, Отделение Коммерческого совета, Мануфактурный комитет, комитет о коннозаводстве, комитет земских повинностей, Статистический комитет, Особое о земских повинностях присутствие и губернаторское правление. В уездах исполнительская работа лежала на полиции.

Все зависело, в конечном итоге, от личности губернатора, но чаще были жалобы от частных лиц на стеснения. Чтобы уменьшить произвол на местах, все вопросы - и мелкие, в том числе, решено было решать в Петербурге. В результате по­лучилось то, что и должно было получиться: реальная жизнь не стала иметь ничего общего с официальными бумагами и реше­ниями. В повседневном укладе жизни по уровню доходов и культурным претензиям чиновники стремились сравниться с "благородным сословием" дворян. Получалось, что вместо бо­гатых промышленников и купцов, производящего сословия, которым не хотели давать богатеть ни "верхи", ни "низы", по­лучили состоятельный, абсолютно паразитический класс, кото­рый всем мешал и жил только для себя. К таким условиям и приспосабливалось российское предпринимательство.

После подавления декабристского восстания, в России осу­ществилась идея, носившаяся в воздухе и частично реализован­ная прежними государями. Граф А. X. Бенкендорф подал царю идею об усовершенствовании полиции - тотальной слежке, вскрытии частной корреспонденции, привлечении доносчиков (из злодеев, интриганов, неудачников и недалеких людей). Это было началом III отделения (1826 - 1880 гг.) - собственной его императорского величества канцелярии, органа политического надзора и сыска в России. Исполнительным органом был от­дельный корпус жандармов, шеф которого (первый - Бенкен­дорф) возглавлял Третье отделение. III отделение боролось с идеями о свободе "дворянчиков". "Экзальтированная молодежь мечтает о русской конституции, уничтожении рангов... о свобо­де... которую полагают в отсутствии подчинения" - это из доне­сений осведомителей. Опять подвергались гонениям средние слои населения, в этом случае, за интеллект.