2.2. Свойства второго этапа.

Следующий период (1805 - 07 гг.) резко отделяется от пре­дыдущего. Россия включается в водоворот событий в Европе. Хотя войны Наполеона велись безо всякого видимого отношения к русским, они тяжело отозвались на положении народа. Видимо, при помощи накачанных "европейских рук" - военно-промышленного комплекса Александр I пытался, как и преж­ние императоры, оказавшимся единственно доступным для России путем ввести ее в число основных европейских госу­дарств. В течение этих войн правительство "временно" остави­ло мысли о реформах - и это характерно для России. Интерес­но, что в это время при Академии наук России издавались экономические журналы, свободно излагавшие экономические системы и меркантилистов, и физиократов, и А. Смита. После перехода правительства в 1806 - 07 гг. к протекционизму и за­претительной системе соответственно изменяют свою ориента­цию и научные журналы, становясь защитниками протекцио­низма и запретительства.

С 1807 года изменение политики и присоединение России к Континентальной блокаде Англии1 повернуло экономику к земледелию, в противовес торговле и фабрикам, и к проповеди высокого покровительства своей промышленности. Даже более того, характерными стали запретительные меры: "торговые за­прещения сугубо споспешествуют внутренней промышленно­сти", "запрещения полезны, когда они облегчают для народа средства удовлетворять его нуждам" и т. д. Такая метаморфоза курса имеет много причин, но основные из них характерны для России: желание в трудных (хронически) для России условиях сосредоточить в руках государства все средства, не допуская "распыления" их в частные руки; несоответствие состояния нарождавшейся богатой буржуазии и беднейшего дворянства, основной массы крестьянства; боязнь царя упустить из своих рук власть...

Но если фактически купечество и промышленники все больше стеснялись в действиях, в формальном привлечении к управлению государством третьего сословия идет обратный процесс - правительство пытается приручить буржуазию, не давая ей свободу. Так, в начале правления Александра, при осуществлении экономической политики, правительство не хотело даже пускать буржуазию в ту сферу, в которую государи XVI века иногда пускали купцов и фабрикантов - в сферу управления даже своими собственными коммерческими делами. В 1801 году правительство распустило членов Коммерц-коллегии, избираемых от "купечества", сочтя, что нахождение их там "не только для усовершенствования пользы торговли без­успешно, но и для самого купечества, отлученного сим образом от промыслов и упражнений им свойственных, разорительно".1 Ничего не известно об участии буржуазии в разработке либе­рального тарифа 1805 года. Только в период Континентальной блокады александровское правительство начинает обращаться к буржуазии, привлекая ее к обсуждению разного рода эконо­мических мероприятий и участию в правительственных комис­сиях. Видимо, стало за несколько лет правления очевидно, что даже самые правильные и идеальные планы развития нуждают­ся в практической корректировке, особенно в такой стране, как Россия.