§2. Распознавание конфликтной ситуации и подготовка к преодолению конфронтационного взаимодействия

Начальная стадия преодоления конфликта протекает в условиях подготовки к производству процессуального действия. В подготовки устанавливаются характеристики потенциального Пикта. На этой стадии исследуется уровень конфликтности собеседника.

Безусловно, здесь нельзя обойтись без диагностики основных психологических показателей, характеризующих возможную конфликтность. Диагностике должна подвергаться не только сама ситуация взаимоотношений, возникающих между участниками следственного действия, но и предполагаемое поведение допрашиваемого, обыскиваемого и др.. Предположительное деление возможных вариантов поведения указанных лиц может осуществляться уже в стадии подготовки к следственному действию корректироваться в ходе его производства. Допрашиваемых можно разделить в зависимости от предполагаемого поведения на следующие категории: 1) ситуативно-конфликтные; 2) устойчиво-конфликтные; 3) бесконфликтные.

Такое подразделение применимо и к другим участникам венных действий. Ситуативно-конфликтные допрашиваемые готовы занять конфликтную позицию в зависимости от складывающейся обстановки (информационного обеспечения следствия имеющимися доказательствами, уровня профессионализма лица, производящего расследование, психологических черт характера, темперамента участников процессуального действия и др.). Устойчиво-конфликтные участники следственного действия намерены занять позицию противодействия вне зависимости от складывающейся обстановки.

Прогноз возможной позиции участника следственного действия имеет немаловажное значение в рамках планирования и подготовки к следственному действию, а также для успешного применения ряда тактических приемов по преодолению конфликта, допущению легенды, созданию представления об определенной осведомленности следователя.

Следователь может сделать определенные выводы о возможной позиции участника подготавливаемого следственного действия, изучая материалы уголовного дела, обобщая независимые характеристики и т.д. Метод обобщения независимых характеристик известен психодиагностике довольно давно и основывается на обобщении данных о личности, которые были получены из различных источников. Изучение динамики поведения в ходе производства расследования может свидетельствовать об изменении позиции участника следственного действия. В данном случае следователь должен обращать внимание, прежде всего, на изменение поведенческих реакций, которые в психологии называют трансфером⁸⁷. Поведенческими признаками возможной конфликтности могут служить опоздание или неявка на допрос, невыполнение обещаний и др.

При производстве следственного действия конфликтность может также отражаться на поведении его участников и очень часто характеризуется «закрытыми жестами» (допрашиваемый уводит взгляд), выражением сомнения относительно продуктивности контакта со следователем, скупостью рассказа о себе, своих впечатлениях и т.д. Признаками готовности к общению могут служить преобладание «открытых жестов» (руки и ноги не скрещиваются, демонстрация открытых ладоней), внимательность собеседника, прямое выражение заинтересованности в общении и пр.⁸⁸

Поведение участника следственного действия может анализироваться в ходе всего расследования в целом. Непосредственным методом изучения поведения участника следственного действия является личное наблюдение, а опосредованным следует считать анализ материалов дела, беседа со знающими его лицами. Таким образом, анализ конфликтности следственного действия может включать систему методов. При этом один метод изучения может быть включен в другой (например, метод анализа уголовных дел с целью оценки поведения в ходе расследования).

Таким образом, оценка возможной конфликтности решает две основные тактические задачи: во-первых, при подготовке к производству процессуального действия лицо, производящее расследование, дает оценку возможной конфликтности, а потому становится подготовленным к оказываемому противодействию; во-вторых, анализ возможной конфликтности дает возможность выбрать наиболее оптимальную тактическую линию производства процессуального действия, а также оказать профилактическое, предупреждающее воздействие с тем, чтобы избежать конфликтной ситуации, либо, как минимум, снизить напряженность и уровень конфронтации.

Возможность конфликтного поведения потенциального собеседника может быть оценена следователем, исходя из исследований роли и функций дайной личности в референтной малой группе.

При подготовке к допросу несовершеннолетних, в частности, следователю целесообразно допросить педагога, который хорошо знаком с данным потенциальным участником процессуального действия. Однако сделать это необходимо тактично, не дискредитируя несовершеннолетнего, избегая обвинений в его адрес. Главное, на чем следователь должен сконцентрироваться при беседе с педагом в ходе допроса - это на заинтересованности в судьбе подростка. При выборе кандидатуры педагога, с которым предстоит вести беседу о выяснении особенностей психики несовершеннолетнего, следователю необходимо установить характер складывающихся между преподавателем и подростком отношений. Если эти отношения носят излишне доверительный или, напротив сугубо конфронтационный характер, то беседа с таким педагогом не даст объективной информации.

Кроме того, следователь должен выяснить характер влияния педагога на подростка. Если педагог не отличается высокими нравственными качествами и негативно влияет на подростка, то такой педагог не только не поможет в устранении возможной конфликтной ситуации, но и способен направить следствие по пути конфронтации.

После оценки вариантов конфликтности следователю целесообразно определить свою роль в профилактике, предотвращении и преодолении конфликта. Но это сделать очень сложно без знания и оценки структуры конфликта. В психологической науке выделяют три элемента ситуации конфронтации (объект, предмет и субъекты конфликта), при этом объект спора рассматривается собеседниками как нечто внешнее, а в предмете конфликта превалирует межличностное восприятие ситуации и действий оппонента⁸⁹.

В криминалистической науке предмет конфликта в деятельности следователя достаточно точно определен О.Я. Баевым, который указал, что «предметом конфликтов в деятельности следователя является всестороннее, полное и объективное установление всех фактов и обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, обеспечение предоставления их, a также лица, обвиняемого в совершении преступления, суду»⁹⁰. Таким образом, в криминалистической науке под предметом конфликтов в деятельности следователя понимают фактические данные, имеющие значение для правильного разрешения уголовного дела, а также процесс их установления, получения и фиксации, которые явились основой складывающихся противоречий. Однако конфликты в деятельности следователя не ограничиваются только лишь вопросами, которые необходимо решить в ходе установления предмета доказывания. Так, предметом конфликта могут стать данные, характеризующие свидетеля, которые следователь намерен использовать в тактических целях, например, для установления психологического контакта.

Таким образом, предметом конфликтов, возникающих в ходе осуществления криминалистической деятельности, является процесс установления, получения, фиксации и оценки криминалистически значимой информации, а также сама эта информация, по поводу чего сложилось противостояние, создающее угрозу установлению объективной истины по делу. При этом конфликты, имеющие значение для расследования по уголовному делу, могут возникать не между самим следователем или лицом, действующим по его поручению и другими участниками уголовного судопроизводства. Криминалистически значимый конфликт может возникать и между обвиняемыми, и среди свидетелей и т.п. Такая многосторонность субъектов конфликтного взаимодействия не означает, что любые столкновения интересов участников уголовного судопроизводства имеют криминалистическое значение. С другой стороны, субъектом криминалистически значимого конфликта не обязательно является участник уголовного судопроизводства, поскольку инициировать конфронтацию, влияющую на правильное, всестороннее, полное и иное исследование всех обстоятельств по делу, может любой, прямо или косвенно заинтересованный в исходе дела, человек. Так, лицо, не имеющее никакого отношения к процессу расследования, может оказывать прямое или косвенное давление в форме шантажа, подкупа, угроз, насилия и других подобных мер воздействия на свидетеля с тем, чтобы изменить показания, исказить истину по делу. Среди таких лиц можно выделить родственников преступников, а также членов преступной группировки, которые в расследуемом преступлении участия не принимали, но которые на основе корпоративных норм преступного сообщества, следуя традициям игольного мира, способны оказать серьезное противодействие процессу расследования. Не учитывать подобных возможных участников конфликта нельзя.

С другой стороны, криминалистически значимый конфликт представляет собой не просто столкновение интересов и взглядов, а такое противостояние, которое способно определенным образом повлиять на ход расследования и правильность установления, получения, фиксации и оценки фактических данных, имеющих значение для правильного разрешения уголовного дела. Поэтому, например, столкновение интересов свидетелей на какой-либо бытовой основе, которое не влияет на их отношение к расследуемому уголовному делу, нельзя признать криминалистически значимым конфликтом.

Определение предмета возникающих конфликтов играет незаменимую роль в установлении сущности возникшей конфронтации, поскольку в этом случае диагностируется, по сути, криминалистическая значимость возникшей ситуации. Однако следует иметь в виду, что не только предмет конфликтов в деятельности следователя играет роль катализатора степени криминалистической значимости. Так, стычки и противоречия во взглядах относительно мировых проблем, политических пристрастий и т.п. могут инициировать межличностный конфликт, детерминирующий отношения следователя и допрашиваемого и влияющий в конечном итоге на возможность получения правдивых и всесторонних показаний. Поэтому необходимо выделить объект конфликтной ситуации, который, на наш взгляд, следует понимать как характер складывающихся межличностных отношений в ходе конфронтационного взаимодействия.

Объект криминалистически значимого конфликта охватывает все отношения, складывающиеся между субъектами конфронтации. Таким образом, объект конфликтной ситуации как бы отражает внешнее оформление возникшей ситуации. Предмет же конфликта отражает его сущность и содержание. Поэтому в систему предмет криминалистически значимого конфликта необходимо включить три основных элемента: 1) процесс всестороннего, полного и объективного установления всех обстоятельств, входящих в предмет доказывания; 2) обстоятельства, подлежащие доказыванию; 3)противоречия во взглядах, которые способны повлечь конфликт в отношении установления обстоятельств, входящих в предмет доказывания.

Поэтому диагностирование в процессе подготовки к производству процессуального действия предмета и объекта возможной конфликтной ситуации сокращает риск столкновения с непрогнозируемыми конфронтациями, а также позволит более целенаправленно проводить избранную тактическую линию поведения.

С точки зрения возможностей прогнозирования можно выделить два вида потенциальных конфликтов: 1) прогнозируемые (следователь может предвидеть их в ходе подготовки к производству процессуального действия); 2) спонтанные (возникающие неожиданно и, как правило, не поддающиеся предвидению). Спонтанные конфликты можно допускать, но сложно предвидеть. В частности в ситуации, когда следователь имеет достаточно доказательств для изобличения, ему сложно предположить, что могут возникнуть трудности в преодолении противодействия в ходе допроса по каким-либо «незначительным компонентам». В рамках основного тактического направления производства процессуального действия следователь допускает среди прочих версию о конфликтном взаимодействии. Тем не менее, достаточно сложно деть все возможные конфликты. Так, в целом бесконфликтная ситуация может содержать спонтанные конфликты, не играющие заметной роли в общении, а возникающие по некоторым несущественным вопросам.

Таким образом, как реальные, так и потенциальные конфликты можно подразделить на две категории: 1) мнимые (имеет место ошибочное восприятие противоположных целей другой стороны общения); 2) действительные (столкновение целей и интересов действительно имеют место).

Основным методом преодоления мнимого конфликта необходимо считать выяснение мотивов возникшего препирательства и разъяснение, при необходимости, собственных мотивов. Затем следует устранение возникших мнимых противоречий и согласование целей и интересов.

Следует также иметь в виду, что почти каждая ситуация, в целом характеризуемая как конфликтная, не лишена отдельных моментов, по которым точки зрения и интересы общающихся не противоречат друг другу. Такие согласованные моменты можно назвать точками соприкосновения, на основе которых можно построить некоторую основу для ведения переговоров, достижения компромисса в рамках строгого следования букве и духу закона.

Уровень конфликтности возможно исследовать с помощью метода обобщения независимых характеристик, под которым понимают получение данных об изучаемом человеке из различных независимых друг от друга источников, и который имеет ряд преимуществ, поскольку предполагает собирание наибольшего материала о личности, исследование различных сторон жизни изучаемого, а также возможность собирания и сравнения характеристик об изучаемом, исходящих от различных людей⁹¹. Безусловно, нельзя не обратить внимания на эти широкие возможности метода обобщения независимых характеристик. В частности, в литературе составляющим метода обобщения независимых характеристик признают «получение сведений о личности из материалов дела (показаний иных лиц)»⁹².

На практике исследование характеристик, которые сообщаются знающими обвиняемого лицами, способно принести незаменимую информацию о возможном уровне его конфликтности. В частности, эмпирические исследования показали, что если обвиняемый характеризуется знающими его лицами как жестокий и агрессивный человек, то такой участник процессуального действия н подавляющем большинстве случаев занимает конфликтную позицию в ходе допроса. В тоже время, те обвиняемые, среди черт которых в показаниях других лиц отмечались доброжелательность и отзывчивость, занимают, как правило, бесконфликтную позицию на допросе. Кроме того, более конфликтны те обвиняемые, которые, по словам знающих их лиц, имеют сильный характер, чем те, кто характеризовался как безвольная и слабая личность.

Необходимо отметить, что возраст обвиняемого и его преступный опыт играют не последнюю роль в психологии взаимоотношений с лицом, производящим расследование по уголовному делу. Безусловно, преступный опыт, нахождение в местах лишения свободы и, как следствие, приобщение обвиняемого к традициям и нормам преступного сообщества не проходят бесследно и сказываются на поведении данного человека в ходе всего расследования. В этой ситуации возможен феномен межличностного отторжения, причины которого лежат на более высоком социальном уровне. Так, В.Л. Васильев справедливо отметил, что «если допрашиваемый относит себя к одной социальной категории «мы», а в следователе видит представителя другой группировки «они», то это не способствует ... созданию атмосферы доверия…»⁹³. Такое положение не обязывает следователя полностью сливаться с «фоном преступного мира» и становиться для обвиняемого близким с позиций ошибочно понимаемых последним норм и традиций преступного сообщества. Такое поведение способно усугубить конфликт, поскольку обвиняемый с большим преступным опытом без труда распознает лицемерное заискивание. Кроме того, такие действия следователя не способствуют перевоспитанию и исправлению лица, привлекаемого к уголовной ответственности.

Другой крайностью в формировании взаимоотношений сотрудничества и преодоления конфликта является чрезмерно жесткая линия с позиций силы. В частности, крайне жесткой позиции стремятся придерживаться, по данным эмпирических исследований, по крайней мере, 13% следователей. Подобная трактовка конфликта не может быть оправдана даже интересами преодоления противодействия расследованию. СЮ. Журавлев рекомендует в качестве тактических приемов преодоления противодействия метод упреждающей дискредитации преступной деятельности, а также раздробление сил и средств противодействующей стороны за счет создания недоверия между участниками преступной деятельности⁹⁴. Дискредитация по сути своей понятие очень широкое. Дискредитацию можно понимать и как распространение слухов и иной вымышленной информации, направленной на создание негативного представления об определенном лице и (или) его деятельности. Думается, что и разжигание межличностного конфликта даже в противодействующей группе неэтично и не оправдано с позиций новейших психологических исследований. Разжигание межличностного конфликтаа в противодействующей группе не может ставиться целью воздействия. Такой конфликт может стать только лишь возможным следствием сознательного решения какого-либо соучастника о содействии расследованию. Безусловно, что в такой ситуации бесконфликтная ситуация одного соучастника может вступить в противоречие с намерениями других членов преступной группы, оказывающих противодействие расследованию. При этом следователю необходимо стремиться к тому, чтобы воздействие со стороны соучастников и других лиц не повлияло на сложившуюся установку обвиняемого, занявшего позицию помощи расследованию.

Однако сознательное создание недоверия между участниками преступной группы, и, тем более, сообщение ложных сведений о том, что соучастники изобличены и сознались в содеянном⁹⁵, дискредитируют, прежде всего, самого следователя.

Вызывает возражение с позиций этики и предложенная в криминалистике рекомендация о возможности изменения меры пресечения на более мягкую в обмен на отказ от противодействия⁹⁶. Думается, что замена процессуальных критериев избрания меры пресечения тактическими соображениями здесь вряд ли допустима.

В настоящее время в криминалистику и юридическую психологию стремятся внести свой вклад психологи, которые не считают необходимым согласовывать свои взгляды с требованиями уголовно-процессуального закона. В частности, В.М. Розин, цитируя некоего В. Журбина, пропагандирует такие способы преодоления конфликта в следственной практике, которые, по меньшей мере, носят сомнительный характер. При этом среди методов воздействия особое место занимают различные формы «давления» (угрозы» нагнетание напряжения, преувеличение тяжести совершенного правонарушения, формирование ложного ощущения о том, что следователю уже все известно), а также манипулирование УПК. Другая тактическая линия по В. Журбину - В.М. Розину вообще сводится к тому, чтобы сделать неэффективной и обессмыслить саму ситуацию защиты. Такие взгляды не выдерживают критики с позиций закона, поскольку не только нарушают принципы обеспечения права обвиняемого на защиту, но и представляют собой некий суррогат инквизиционного процесса.

Таким образом, перед вступлением во взаимодействие следователю необходимо обратить внимание, прежде всего, на возможность собственного конфликтного поведения. Общение с позиций силы, как и слишком мягкая линия поведения неэффективны в целях преодоления конфронтации. Это убедительно доказано исследованиями Р. Фишера и У. Юри, которые выделили малоэффективных переговоров: 1) мягкий подход, характеризующийся стремлением сделать уступки для культивирования взаимоотношений, легкой сменой своей позиции, допущением односторонних потерь для достижения соглашения, избежанием состязания воли и др.; 2) жесткий подход, который означает требование уступок для продолжения отношений, недоверие, угрозы, поиск единственного, устраивающего приверженца данного подхода, ответа, применение давления и др.⁹⁷

Позиционное обсуждение, детерминированное мягким или жестким следователя, трудно признать эффективным. В частности, если признать мягкий стиль вполне применимым в дружеской обстановке, то в условиях формализованных требований процессуального доказывания, названная линия поведения способна следователя уязвимым для противодействующей стороны, придерживающейся жесткой линии. Поэтому следователю целесообразно придерживаться принципиального стиля, когда компромисс в рамках демонстрации преимуществ и санкций, установленных законом, умело сочетается с неприкосновенностью основных позиций.

Проанализировав личность потенциального собеседника с точки зрения уровня конфликтности и степени контактности, изучив особенности психологических черт, определив структуру возможного конфрантационного взаимодействия и (или) предполагаемой ситуации сотрудничества, следователю необходимо спланировать свою тактическую линию поведения с тем, чтобы устранить чрезмерно мягкие и крайне жесткие элементы ведения беседы.

Подготовка к преодолению конфронтационного действия представляет собой создание необходимых условий для успешного преодоления конфликта. Правильное предварительное диагностирование уровня конфликтности и степени контактности лиц, с которыми следователю предстоит вступить во взаимодействие, во многом предопределяет снижение тактического риска, а, следовательно, и наиболее полное, всестороннее м объективное исследование всех выясняемых обстоятельств.