14. Наука и ее социокультурный статус

    1. Наука в современном мире

Основная форма человеческого познания - наука - в наши дни оказывает все более значимое и существенное влияние на реаль­ные условия нашей жизни, в которой нам так или иначе надлежит ориентироваться и действовать. Философское видение мира пред­полагает достаточно определенные представления о том, что та­кое наука, как она устроена и как развивается, что она может и на что позволяет надеяться, а что ей недоступно.

У философов прошлого мы можем найти много ценных пред­видений относительно усиливающегося значения науки. Однако они представить не могли такого массированного, подчас неожи­данного и даже драматического воздействия научно-технических достижений на повседневную жизнь человека, которое приходит­ся осмысливать сегодня. И такое осмысление целесообразно на­чать с рассмотрения социальных функций науки.

Социальные функции науки не есть нечто раз и навсегда за­данное. Напротив, они исторически изменяются и развиваются, представляя собой важную сторону развития самой науки.

Современная наука во многих отношениях существенно, кар­динально отличается от той науки, которая существовала столе­тие или даже полстолетия назад. Изменился весь ее облик и харак­тер ее взаимосвязей с обществом.

Говоря о современной науке в ее взаимодействии с различными сферами жизни общества и отдельного человека, можно выделить три группы выполняемых ею социальных функций. Это, во-пер­вых, функции культурно-мировоззренческие, во-вторых, функции науки как непосредственной производительной силы и, в-третьих, ее функции как социальной силы, связанные с тем, что научные зна­ния и методы ныне все шире используются при решении самых разных проблем, возникающих в жизни общества.

Порядок, в котором перечислены эти группы функций, в сущ­ности отражает исторический процесс формирования и расшире­ния социальных функций науки, то есть возникновения и упроче­ния все новых каналов ее взаимодействия с обществом. Так, в пе­риод становления науки как особого социального института (это период кризиса феодализма, зарождения буржуазных обществен­ных отношений и формирования капитализма, то есть эпоха Воз­рождения и Новое время) ее влияние обнаруживалось прежде все­го в сфере мировоззрения, где в течение всего этого времени шла острая и упорная борьба между теологией и наукой.

Должно было пройти немало времени, вобравшего в себя такие драматические эпизоды, как сожжение Дж. Бруно, отречение Г. Га­лилея, идейные конфликты в связи с учением Ч. Дарвина о проис­хождении видов, прежде чем наука смогла стать решающей инстан­цией в вопросах первостепенной мировоззренческой значимости, касающихся структуры материи и строения Вселенной, возникно­вения и сущности жизни, происхождения человека и т. д. Еще боль­ше времени потребовалось для того, чтобы предлагаемые наукой ответы на эти и другие вопросы стали элементами общего образо­вания. Без этого научные представления не могли превратиться в составную часть культуры общества. Одновременно с этим процес­сом возникновения и укрепления культурно-мировоззренческих функций науки само занятие наукой постепенно становилось в гла­зах общества самостоятельной и вполне достойной сферой челове­ческой деятельности. Иначе говоря, происходило формирование науки как социального института в структуре общества.

Что касается функций науки как непосредственной произво­дительной силы, то нам сегодня эти функции, пожалуй, представ­ляются не только наиболее очевидными, но и первейшими, изна­чальными. И это понятно, если учитывать беспрецедентные мас­штабы и темпы современного научно-технического прогресса, ре­зультаты которого ощутимо проявляются во всех отраслях жизни и во всех сферах деятельности человека.

В период становления науки как социального института выз­ревали материальные предпосылки для осуществления такого синтеза, создавался необходимый для этого интеллектуальный климат, вырабатывался соответствующий строй мышления. Ко­нечно, научное знание и тогда не было изолировано от быстро раз­вивавшейся техники, но связь между ними носила односторонний характер. Некоторые проблемы, возникавшие в ходе развития техники, становились предметом научного исследования и даже давали начало новым научным дисциплинам. Так было, напри­мер, с гидравликой, с термодинамикой. Сама же наука мало что давала практической деятельности - промышленности, сельско­му хозяйству, медицине. И дело было не только в недостаточном уровне развития науки, но прежде всего в том, что практическая деятельность, как правило, не умела, да и не испытывала потреб­ности опираться на завоевания науки или хотя бы просто систе­матически учитывать их. Вплоть до середины XIX в. случаи, когда результаты научных исследований находили практическое при­менение, были эпизодическими и не вели ко всеобщему осознанию и рациональному использованию тех богатейших возможностей, которые сулило их практическое использование.

Со временем, однако, становилось очевидным, что сугубо эмпи­рическая основа практической деятельности слишком узка и огра­ничена для того, чтобы обеспечить непрерывное развитие произ­водительных сил, прогресс техники. И промышленники, и ученые начинали видеть в науке мощный катализатор процесса непре­рывного совершенствования средств производственной деятель­ности. Осознание этого резко изменило отношение к науке и яви­лось существенной предпосылкой для ее решающего поворота в сторону практики, материального производства. И здесь, как и в культурно-мировоззренческой сфере, наука недолго ограничива­лась подчиненной ролью и довольно быстро выявила свой потен­циал революционизирующей силы, в корне меняющей облик и характер производства.

Важной стороной превращения науки в непосредственную производительную силу является создание и упрочение постоян­ных каналов для практического использования научных знаний, появление таких отраслей деятельности, как прикладные иссле­дования и разработки, создание сетей научно-технической инфор­мации и другие. Причем вслед за промышленностью такие кана­лы возникают и в других отраслях материального производства и даже за его пределами. Все это повлекло за собой значительные последствия и для науки, и для практики.

Если говорить о науке, то она прежде всего получила новый мощ­ный импульс для своего развития. Со своей стороны практика все более явно ориентируется на устойчивую и непрерывно расширяю­щуюся связь с наукой. Для современного производства, да и не только для него, все более широкое применение научного знания выступает как обязательное условие самого существования и воспроизводства многих видов деятельности, возникших в свое время вне всякой связи с наукой, не говоря уже о тех, которые ею порождены.

Сегодня, в условиях научно-технической революции, у науки все более отчетливо обнаруживается еще одна группа функций - она начинает выступать и в качестве социальной силы, непосред­ственно включаясь в процессы социального развития. Наиболее ярко это проявляется в тех довольно многочисленных в наши дни ситуациях, когда данные и методы науки используются для разра­ботки масштабных планов и программ социального и экономи­ческого развития. При составлении каждой такой программы, оп­ределяющей, как правило, цели деятельности многих предприя­тий, учреждений и организаций, принципиально необходимо не­посредственное участие ученых как носителей специальных зна­ний и методов из разных областей. Существенно также, что ввиду комплексного характера подобных планов и программ их разра­ботка и осуществление предполагают взаимодействие обществен­ных, естественных и технических наук.

Очень важны функции науки как социальной силы в решении глобальных проблем современности. В качестве примера здесь мож­но назвать экологическую проблематику. Как известно, бурный на­учно-технический прогресс составляет одну из главных причин та­ких опасных для общества и человека явлений, как истощение при­родных ресурсов планеты, растущее загрязнение воздуха, воды, по­чвы. Следовательно, наука - один из факторов тех радикальных и далеко не безобидных изменений, которые происходят сегодня в среде обитания человека. Этого не скрывают и сами ученые. Напро­тив, именно они были в числе тех, кто стал первым подавать сигналы тревоги, именно они первыми увидели симптомы надвигающегося кризиса и привлекли к этой теме внимание общественности, поли­тических и государственных деятелей, хозяйственных руководите­лей. Научным данным отводится ведущая роль и в определении масштабов и параметров экологических опасностей.

Наука в данном случае отнюдь не ограничивается созданием средств для решения поставленных перед ней извне целей. И объяс­нение причин возникновения экологической опасности, и поиск пу­тей ее предотвращения, первые формулировки экологической про­блемы и ее последующие уточнения, выдвижение целей перед обще­ством и создание средств для их достижения - все это в данном слу­чае тесно связано с наукой, выступающей в функции социальной силы. В этом качестве наука оказывает комплексное воздействие на общественную жизнь, особенно интенсивно затрагивая технико-эко­номическое развитие, социальное управление и те социальные ин­ституты, которые участвуют в формировании мировоззрения.

Возрастающая роль науки в общественной жизни породила ее особый статус в современной культуре и новые черты ее взаимо­действия с различными слоями общественного сознания. В этой связи остро ставится проблема особенностей научного познания и его соотношения с другими формами познавательной деятельнос­ти (искусством, обыденным сознанием и т. д.). Эта проблема, буду­чи философской по своему характеру, в то же время имеет боль­шую практическую значимость. Осмысление специфики науки является необходимой предпосылкой внедрения научных методов в управление культурными процессами. Оно необходимо и для построения теории управления самой наукой в условиях ускорен­ного научно-технического прогресса, поскольку выяснение зако­номерностей научного познания требует анализа его социальной обусловленности и его взаимодействия с различными феномена­ми духовной и материальной культуры.