4.8.3. Священное Писание об установлении исповеди

«Сказав это, дунул, и говорит им: примите Духа Святаго. Кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся» (Иоан.20:22-24).

«И дам тебе ключи Царства Небесного: и что свяжешь на земле, то будет связано на небесах, и что разрешишь на земле, то будет разрешено на небесах» (Матф.16:19).

«Истинно говорю вам: что вы свяжете на земле, то будет связано на небе; и что разрешите на земле, то будет разрешено на небе» (Матф.18:18).

«И выходили к нему вся страна Иудейская и Иерусалимляне, и крестились от него все в реке Иордане, исповедуя грехи свои» (Map.1:5).

«Многие же из уверовавших приходили, исповедуя и открывая дела свои» (Деян.19:18).

«Если исповедуем грехи наши, то Он, будучи верен и праведен, простит нам грехи наши и очистит нас от всякой неправды» (1Иоан.1:9).

4.8.4. Епитимии, их происхождение и значение.

У первых христиан понятие о исповеди (покаянии) было шире, чем теперь. Под ней подразумевался не единичный только акт устного исповедания грехов, а определенный круг покаянных подвигов, иногда многолетних. В древней церкви было в практике публичное покаяние. Затем его постепенно вытеснило покаяние тайное, перед священником. Хотя за некоторые грехи до сегодняшнего дня требуется публичное покаяние, такие, как уход в раскол.

В древней церкви было 5 чинов кающихся, которые постепенно переходили от одного к другому чину. Первый чин – обуреваемые, те кто за противоестественные грехи должны были каяться за пределами церкви, на паперти. Второй чин – плачущие, те кто находились в притворе и должны были кланяться в ноги всякому входящему или исходящему. Третий чин – слушающие, те кто слушали вместе с оглашенными Евангелие, а потом вмести с ними выходили. Четвертый чин – припадающие, те кто стояли в церкви, но благословение у епископов или священников брали, стоя на коленях. Пятый чин – купонстоящие, те кто стояли с верными, но только не причащались. От кающихся всех степеней требовались особенные покаянные подвиги, более или менее тяжкие и продолжительные, смотря по роду грехопадения. Этот круг покаянных подвигов назывался эксомологисисом, «исповедью» в собственном смысле. Особо отличает нынешний строй исповеди от первохристианской – тайна исповеди. Причиной послужила человеческая немощь, охлаждение начальной ревности, отсутствие ненависти к своим грехам и, наоборот, присутствие и нарастание все большего самолюбия, тщеславия, гордости, а отсюда ложного стыда и страха.

Епитимией называется мера наказаний, составляющих эксомологисис. Эти слова И. Златоуста вскрывают сущность епитимий: «Хотя это наказание, однако такое наказание есть мать спасения». Это не юридическая кара, а духовно-нравственное, воспитательное средство, врачество, лекарство. Не Богу епитимия нужна, а самому грешнику, так как при епитимии легче и острее возбуждается в нем раскаяние.

В начале совершение этого таинства было вверено Господом одним только епископам (Мф.16:19). Это хорошо известно из истории древней и греческой Церквей. Затем пресвитеры стали пользоваться властью духовника через формальное разрешение епископов. Но и теперь не во всех поместных Церквах священство предполагает одновременно и духовничество – как в РПЦ – а бывает дополнительным действием, в котором священнику даруется разрешение на принятие исповеди.

¹Господь, установляя таинство покаяния, облек апостолов властью не только решить, во и вязать грехи. Здесь лежит основание для употребления в таинстве покаяния т. н. епитимий (наказание, возмездие). В церкви православной под епитимиями разумеются запрещения или духовные наказания за грехи и вообще дела покаяния, налагаемые духовником на некоторых из кающихся, смотря по важности грехов и состоянию совести кающихся, с целью уврачевания их нравственных болезней, короче — «врачества, приличные недугу» (VI Всел. Соб. 102 пр.). Употребление епитимий встречается еще в церкви апостольской. Пример этого видим в наложении ап. Павлом епитимии на коринфского кровосмесника. Узнав о появившемся беззаконии, «яково же ни во языцех именуется, яко некоему имети жену отчую» (т. е. мачеху), апостол повелевает Коринфской церкви «предати во имя Господа И. Христа таковаго сатане во измождение плоти» (1Кор.5:1-5). Под преданием сатане во измождение плоти многие разумеют особенное, чрезвычайное наказание (напр. злокачественные раны, проказу, вообще болезнь, — нечто подобное бывшему с Иовом), дабы измождением плоти ослабить и узы греха, что возможно было для апостола при его чрезвычайной апостольской власти, но, прежде всего, должно разуметь не что иное, как отлучение из общества верующих, или церкви (2 и 13 ст.), вне которой область сатанина (Деян.26:18). В послании к Тимофею ап. Павел говорит, что он предал сатане Именея и Александра, «да накажутся не хулити» (1Тим.1:20).

Церковь после-апостольского времени во все времена употребляла епитимии для блага членов своих. Об этом свидетельствует целый ряд канонов об епитимиях отдельных отцов церкви (Василия В., Григория Нисского и др.), Вселенских и Поместных Соборов и епитимийных правил в особых покаянных сборниках (покаянных номоканонах или пенитенциалах), составлявшихся как на Востоке, так и на Западе, для руководства духовникам при определении епитимий. Епитимии употреблялись и употребляются в православной церкви двоякого рода: одни заключаются в некоторых особенных благочестивых упражнениях или делах покаяния, напр., в молитве сверх обычной, земных поклонах, в усиленном посте, в благотворении ближним и т. п. с отлучением временно от причащения (отлучение малое или не полное) или без такого отлучения, а другие, — «в отлучении» согрешившего от причащения и даже от церкви на определенное время. Епитимии последнего рода налагались на впавших в тяжкие грехи, как, напр., отступничество, ересь, богохульство, убийство, святотатство, кровосмесничество, клятвопреступление и подобные. В церкви первых веков христианства впавшие в тяжкие и явные грехи в качестве епитимии несли публичное покаяние, проходя несколько последовательных степеней. (См. Выше – начало подпункта.)

Но хотя епитимии и являются особого рода наказаниями, но они суть наказания только исправительные, отеческие по отношению к согрешившим, точно такие, о каких говорит апостол: «Его же любит Господь, наказует» (Евр.12:6), и в другом месте: «От Господа наказуемся, да не с миром осудимся» (1Кор.11:32), a по отношению ко всем другим членам церкви — предупредительные или предохранительные от тех же и подобных нравственных недугов. Поэтому и наложение епитимий, как имеющих целью исправление жизни кающегося и предупреждение от соблазна других, «да и прочии страх имут ко греху» (1Тим.5:20), исходит из любви и попечения церкви о спасении своих чад. Так понимать значение епитимий научает ап. Павел.

Цель наложения епитимии на коринфского грешника он определял так: «Да дух грешника спасется» (1Кор.5:5), чтобы иначе не заразилось все тело церкви (ст. 1). Несмотря на тяжесть и опасность греха, определение об отлучении имело только силу временную. Как только понесенное наказание, еже от многих, сделало то, что должно было сделать, именно возбудило в нем сознание вины, раскаяние и печаль, апостол дает полномочие на принятие Коринфской церковью раскаявшегося в грехе обратно в свою среду (2Кор.2:7-8).

Такое же значение усвояла епитимиям и древне-вселенская церковь, как это можно видеть из соборных и святоотеческих правил об епитимиях. Епитимии в них прямо называются духовными «врачевствами, приличными недугу». При наложении их правилами определяется заботиться о приспособлении их к свойству болезни в целях скорейшего и вернейшего уврачевания грешника, почему если замечалось благотворное влияние епитимий, то уменьшали их, сокращали время епитимий или даже совсем их отменяли. Особенно раскрыт такой взгляд церкви на епитимии в 102-м прав. VІ-го Всел. Собора.