Стабильна или нестабильна система?

«Да, по сути, вот это чисто утилитарный вопрос о стабильности — не произойдет ли что-нибудь неожиданное, что произошло в соседних, нап­ример, странах, и, в общем, нет ли каких-то подводных течений, что вот вроде бы при внешнем благополучии есть какие-то внутренние причины, которые могут привести к дестабилизации общества, власти, к смене вла­сти, смене режима, смене курса — примерно вот так» (эксперт по высоким технологиям).

«Я считаю, что власть абсолютно стабильна, как минимум до 2008 года. Потому что очевидно, что в нынешнем политическом пространстве у Путина нет конкурентов, и это понятно, и я не понимаю, что может ему помешать со­хранить эту систему до 2008 года» (менеджер крупной компании).

«Я на самом деле считаю, что она абсолютно нестабильна, хотя некие признаки и видимость стабильности есть. Это так называемый рейтинг прези­дента, действительно доверие, это некая видимая вертикаль власти, которая якобы контролирует, это управляемая Дума, управляемый Совет Федерации. Это видимая стабильность. Но на самом деле это и элемент нестабильности. То есть система очень противоречивая. Отчего так происходит? Оттого что у нас нет тоталитарной системы. Если бы была тоталитарная система, то это был бы только элемент стабильности, все эти структурные вещи выстроенные. А поскольку у нас не тоталитарная система, кто бы что ни говорил, а есть и ростки демократии, пусть они... какая-никакая свободная пресса, есть неза­висимые капиталы, которые не все канализированы властью. Есть оппозици­онные, пусть формально оппозиционные, политические структуры, взять ту же КПРФ или, пусть ручную, но все же, "Родину". Есть серьезная социаль­ная неустойчивость и экономическая. Поэтому система противоречива, с од­ной стороны. Это вносит дополнительные элементы возмущения в систему» (депутат Государственной Думы).

«Сейчас стабильность кажущаяся. Это та самая тишина, которая бывает перед грозой. Сейчас тихо-тихо, ни ветерка, это период перед грозой. Гроза неминуема. Власть, я в этом абсолютно... убежден, может ее предотвратить. Но то, что она могла бы сделать, она не может сделать в силу своей органики. В силу своего психотипа. То, что они должны были бы сделать, для того что­бы стабилизировать, — это противоречит их представлениям о жизни. Для то­го чтобы стабилизировать ситуацию, нужно больше демократии, больше фе­дерализма, больше свободы, больше рынка. А они делают все в прямо проти­воположном направлении. И сказать им: "Ребята, вы идете не в ту сторону"?.. Они-то убеждены, что все в порядке вещей. Это ментальность. Человеку, ко­торый занимается борьбой... Путин у нас [занимается] дзюдо или чем?.. Он за­нимается дзюдо, а вы хотите, чтобы он играл в шахматы. Он не может, весь его опыт взят из силового противоборства, опыта работы в спецслужбах. И люди, которые его окружают, они тоже связаны с этой же ментальностью. Весь их жизненный опыт убеждает их в том, что должен быть порядок. Я началь­ник — ты дурак. И тогда все в порядке. Когда им говорят: в обществе по-дру­гому все, — они говорят: да не может этого быть. И главное, они говорят: но у нас же получилось, уже пять лет мы тут командуем, все нормально. Если варить суп, первые три минуты он даже не закипает, а потом как закипит» (ру-ководителъ общественного фонда).

«Это система такая, что она может в любой момент рухнуть. А может и дальше существовать. Это все будет зависеть от случайности, от каких-ни­будь событий... Или, например, может что-то такое произойти, как вступление России в ВТО. И начнутся совершенно другие процессы. Мы не можем даже сейчас себе их представить. Главный, конечно, фактор — это международное давление. Может быть даже неосознанное, через разные пути» (лидер полити­ческой партии).

«Подобная система не является стабильной, поскольку она не решает ни одну из поставленных задач, кроме репрессивной. А поскольку Советский Союз был такой же системой и не смог с этим справиться, то повторять этот опыт исторически просто смешно...» (лидер политической партии).

«Единственный и главный фактор нестабильности — это правящая вер­хушка, которая сконцентрировала в своих руках всю полноту власти и делает ошибку за ошибкой. Если бы они при этом еще делали правильные решения, вели бы умную политику, с этим можно было бы еще смириться. Но они при этом ведут глупую политику» (руководителъ общественного фонда).

Факторы, стабилизирующие систему • Нефтяная труба

«...Есть очень много факторов, которые стабилизируют ситуацию, и пер­вый из них, конечно, нефть. И цены на нефть, которые будут длиться очень долго. Это позволяет подкармливать различные элиты и определенную часть населения» (руководитель академического института).

«Ее [нынешней внутренней политики] абсолютно точно хватает на три го­да. Может через три года придут в правительство новые люди, у них будет во­семь лет. Может, на свои восемь лет они посмотрят по-другому. На три года хватит денег на решение любых проблем» (менеджер крупной компании).

«...Она [система] живуча только до тех пор, пока идет поток нефтедолла­ров, пока мы их не проели, пока цены на нефть резко не упали, эта система живуча. Потому что у нее есть ресурс, который она может распределять. Как с монетизацией — если бы цены на нефть были бы 25, у Путина не было бы денег заплатить, и тогда бы социальный протест мог бы привести к чему угодно. А поскольку деньги есть... » (менеджер крупной компании).

• Стабилизационный фонд

«Это кадушка, но на их жизнь хватит. Им осталось три года.

Путину повезло, потому что денег много, и просто раздали всем денег, по­обещали еще, потратили больше. Когда у вас есть такие немереные деньги в стабилизационном фонде, с бюджетом все хорошо, вы можете потратить эти деньги» (менеджер крупной компании).

• Срашивание сырьевого бизнеса и высшей бюрократии

«...Запасы сырья в России — огромные. Лет на 10-20 их точно хватит. По­этому эта система власти — бюрократия плюс экспорт сырья — в этой времен­ной перспективе устойчива» (менеджер крупной компании).