9.Русский бунт в романе а.С. Пушкина «Капитанская дочка»

В «Капитанской дочке» А.С. Пушкин изображает историческое прошлое русского народа. Многолетние угнетения и притеснения привели к тому, что тысячи крепостных двинулись на своих обидчиков. Бунт Пугачева был настолько сильным, что просто сносил все со своего пути: «Не приведи Бог видеть русский бунт, бессмысленный и беспощадный». В «Капитанской Емельян Пугачев изображен в повести не кровожадным бунтарем, каким его показывали современные Пушкину историки, а талантливым и смелым представителем русского крестьянства. Но и он вынужден прибегать к жестокости.Однако Пушкин далеко не идеализирует крестьянское восстание, ибо оно повлекло за собой разбой, зло, страдания тысячи людей. Бунтари жестоко расправляются с теми, кого они считают угнетателями крестьян. Для них не существует хороших помещиков, дворян и представителей власти.В «Капитанской дочке» Пугачев и его сподвижники прекрасно понимают свою обреченность. Это становится понятным в тот момент, когда все запели «заунывную бурлацкую» песню «Не шуми, мати зеленая дубравушка». В этой песне рассказывается о «добром молодце», простом крестьянском сыне, оказавшимся на допросе у самого царя. И пришлось ему ответ держать за свою разбойную жизнь. За это государь наградил героя «середи поля хоромами высокими, что двумя ли столбами с перекладиной». Здесь речь идет о виселице, на которую обречены попасть каждый из собравшихся. А.С. Пушкин показывает восстание Пугачева объективно. Здесь также нет лукавства или идеализации, как и как и принижения значения и причин этого события.

10. «Хаджи-Мурат» как завещание Толстого.

В "Хаджи-Мурате" впервые в русской литературе дается описание последствий карательных набегов русских на чеченские села. Л. Толстой переводит наш взгляд с одного варварского акта на другой, постепенно заражая и нас, своих читателей, чувством омерзения, которое переполняет его к тем, кто оказался способным на этот акт вандализма. Автор никого не клеймит, не делает резких оценок, не впадает в крайность. Хотя все это было бы оправдано моментом. Но автор просто констатирует. Он хладнокровен, выдержан, как и все мужчины - чеченцы и их взрослые дети, но никак не равнодушен, как посторонний человек. Он не поэтизирует борьбу русского штыка, от которого не скрыться даже убегающему ребенку, как это было до сих пор в русской литературе, исключая творчество Лермонтова, родственного кавказскому художественному наследию Толстого. Чечня давно перестала быть для Толстого "романтической поэмой на незнакомом языке". Язык чеченцев автору повести не только поня-тен, но и близок, а боль чеченцев отныне и его боль. . Автор не опускается до уровня пересказчика того, что произошло в одном из сел Чечни, он выступает как очевидец, как свидетель этого варварства, вандализма, и потому автор не спешит назвать врага (он слишком хорошо известен, к сожалению, и взрослым и детям); по мере того, как взгляд его переходит с одной картины на другую, в нем растет чувство отвращения и гадливости, чувство омерзения к тем, кто оказался способен на такое: "Фонтан был загажен, очевидно нарочно, так что воды нельзя было брать из него. Так же была загажена и мечеть, и мулла с муталимами очищал ее. Старики хозяева собрались на площади и, сидя на корточках, обсуждали свое положение". .  русской литературе именно Толстой и только Толстой с такой болью пишет о человеческом труде, о разрушении того, во что человек вкладывает неимоверные усилия.

Билет№6