15.Два типа славы в понимании передового человека первой половины XIX века в романе Толстого «Война и мир»

НЕТУ ТАКОГО БИЛЕТА НЕ СДЕЛАЛ НИКТООООООООО

16. Духовная головлёвщина

Роман М.Е. Салтыкова-Щедрина "Господа Головлевы" можно назвать историей выморочной семьи, обреченной на гибель из-за поразившей ее жажды стяжания, из-за утраты человеческих связей между людьми. Жизненный путь Иудушки - это путь постепенной утраты связи с реальностью, с живыми людьми; это путь мучительного прозрения буквально на пороге смерти. Эпизоды, в которых описывается детство Иудушки, показывают нам, как формировался характер этого лицемерного человека: Порфиша, в надежде на поощрение, становился ласковым сыном, заискивал перед матерью, ябедничал, лебезил, одним словом, становился "весь послушание и преданность". Если в детстве показная "сыновняя преданность" помогала ему добывать "лучшие куски", то впоследствии он получил за это "лучшую часть" при разделе имения. Поведение и внешний облик Иудушки могут ввести в заблуждение любого: "Лицо у него было светлое, умиленное, дышащее смирением и радостью". Глаза его "источали чарующий яд", а голос, "словно змей, заползал в душу и парализовал волю человека". Лицемерная сущность Кровопивушки, сравниваемого писателем с пауком, распознается далеко не сразу. Иудушка - пустозвон, изображенный с обличительной ясностью. Не обладая ни знаниями, ни желанием, увидеть что-то дальше собственного носа, Иудушка любит поговорить о семье и хозяйстве. Непременный атрибут иудушкиного пустословия - разного рода афоризмы, пословицы, религиозные изречения: "все мы под богом ходим", "что бог в премудрости своей устроил, так нам с тобой переделывать не приходится", "всякому человеку свой предел от бога положен". Слова "бог", "божья милость" не сходят с языка Иудушки. Головлевщина - это саморазложение жизни, основанной на паразитизме, на угнетении человека человеком. . Себялюбец, эгоист, живущий особняком, он привычным говорением отгораживается от жизни, ее беспокойств, реальных ее требований и тревог. ( Вот по этому описанию Иудушки можно описать духовную голвлевщину,Если вытаскивать отсюда его плохие качества. В конце рассказа он умер абсолютно один на кладбище у матери в метель).

Билет№9

17. Открытие русской души в рассказах Тургенева «Записки охотника» «Записки охотника» И.С. Тургенева – одна из тех книг отечественной классики, где наиболее сильно выражен «русский дух», где в прямом смысле «Русью пахнет».В рассказе «Певцы» Тургенев пишет о своём герое: «Он пел, и от каждого звука его голоса веяло чем-то родным и необозримо широким, словно знакомая степь раскрывалась перед вами, уходя в бесконечную даль». Писатель явил себя таким же певцом благословенной русской земли, с тем же одухотворённо-проникновенным голосом: «Русская, правдивая, горячая душа звучала и дышала в нём и так и хватала вас за сердце, хватала прямо за его русские струны». Этими тургеневскими словами можно было бы выразить пафос цикла рассказов в целом. В бытии и быте народа ощутимо живое Божье присутствие. Христос – в жизни, в сердце, на устах русского человека. «ах, Господи, Твоя воля!» ,«прости, Господи, моё прегрешенье!» – то и дело приговаривают герои тургеневских рассказов. Наслушавшись в ночном зловещих поверий о нечистой и неведомой силе, маленькие герои рассказа «Бежин луг» ограждают себя крестом, именем Божьим. Все герои «Записок охотника» молятся, осеняют себя крестным знамением, божатся, призывают «Господа Бога в свидетели» уповают на «силу крестную» (3, 95); на то, что «Бог милостив» (3, 78), и т.д.  Всё это не формализация застывших речевых оборотов, а духовная состав-ляющая русского языка, словесное выражение православного духа русского народа, христианской языковой среды его обитания;  показатель глубинной связи слова с самой его сущностью в таинстве языка. В каждом жилище русского человека: будь то помещичий дом или крестьян-ская изба – теплятся лампадки перед образами: «перед тяжёлым образом в сереб-ряном окладе» в богатой избе Хоря; в «чистенькой» комнатке провинциальной барышни . Чистое пламя лампадок, свечей символизирует горение духовное, благоговение, внутренний трепет перед Богом в надежде покаяния и обновления души. Православный человек, входя под любой кров, прежде всего крестится  на образа, показывая тем самым, что истинный хозяин дома – Господь Бог. Так, в больнице у фельдшера «мужик вошёл в фельдшерову комнату, поискал глазами образа и перекрестился» . Тургенев упоминает также народный обычай с образами обходить постра-давшие от пожара лесные угодья – с тем чтобы с Божьей помощью возродить оскудевшую «производительную силу» земли на таких «”заказанных.На Руси в каждом селе – в таком, например, как Шумихино, «с каменною церковью, воздвигнутой во имя преподобных Козьмы и Дамиана – была церковь. Божьи церкви становились духовно-организую-щими центрами благословенных просторов родной земли. Они являлись и целью паломничества, и пространственными ориентирами, и условленным местом встречи для странников, путешествующих. Своеобразие изображения жизни в рассказах Тургенева  предстаёт в дина¬мике взаимодействующих планов бытия: национально-русского и вселенского; конкретно-исторического и философско-универсального; социально-политиче-ского и религиозно-нравственного; земного и надмирного; сиюминутного и вневременного, вечного – всего того, что составляет живую русскую душу «Записок охотника».