Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
тезис хир 1.docx
Скачиваний:
3
Добавлен:
01.07.2025
Размер:
368 Кб
Скачать
☆

Литература:

  1. Technical advance: liposomal alendronate depletes monocytes and macrophages in the nonhuman primate model of human disease / B.J. Burwitz [et al.] // J. Leukoc. Biol. – 2014. – Vol. 96, № 4. – Р. 491–501.

КОС-МАРКЕРЫ ЛЕТАЛЬНОГО ИСХОДА У ПАЦИЕНТОВ С ДЕСТРУКТИВНЫМ ПАНКРЕАТИТОМ, ОСЛОЖНЕННЫМ ОРДС

Никонович А.В., Савина Е.А. (5 курс лечебный факультет)

Научный руководитель: к.м.н. Никитина Е.В.

УО «Витебский государственный медицинский университет»,

г. Витебск

Актуальность. Острый респираторный дистресс-синдром (ОРДС) характеризуется сложным патогенезом, тяжелыми нарушениями газообмена и высокой летальностью. Несмотря на развитие медицинских технологий, в последние десятилетия отмечается только лишь тенденция к снижению летальности пациентов с ОРДС, которая остается высокой (22-74%). Среди пациентов с ОРДС 16-24% погибают с не корригируемой гипоксемией. В комплексе интенсивной терапии ОРДС ведущее место занимает респираторная поддержка. Однако даже использование современных респираторных технологий не всегда позволяет справиться с тяжелыми нарушениями газообмена [1].

Наиболее тяжелой формой острого панкреатита остается инфицированный панкреонекроз, частота которого варьирует в пределах 25-60%, а летальность достигает 60-75% [2,3]. Поэтому интенсивная терапия осложненных форм панкреонекроза остается одним из наиболее актуальных вопросов в хирургии и анестезиологии-реаниматологии. Основной причиной смерти пациентов с панкреонекрозом является синдром полиорганной недостаточности (СПОН), одним из первых проявлений, которого является синдром острого повреждения легких.

Назрела острая необходимость в поиске новых путей ранней диагностики и улучшения результатов лечения пациентов с ОРДС.

Цель. Определить КОС-маркеры летального исхода у пациентов с деструктивным панкреатитом, осложненным ОРДС.

Материалы и методы исследования. Ретроспективно проанализировано 25 историй болезней пациентов с деструктивным панкреатитом, осложненным ОРДС. В зависимости от исхода все пациенты были разделены на 2 группы:

1 группа (n=15) – выжившие пациенты с деструктивным панкреатитом, осложненным ОРДС, 11 мужчин, 4 женщины, в возрасте 51(33;62) год.

2 группа (n=10) – умершие пациенты с деструктивным панкреатитом, осложненным ОРДС, 6 мужчин, 4 женщины, в возрасте 63(39;74) лет.

У всех пациентов была проанализирована динамика показателей КОС до и после ИВЛ. Проанализировано количество койко-дней, проведенных пациентами в стационаре, в РАО и на ИВЛ. Статистическая обработка полученных данных проводилась с использованием электронных пакетов анализа «Excel 7» и «STATISTICA 6.0» с применением ряда непараметрических критериев: критерий Манна-Уитни, тест Вилкоксона и коэффициент корреляции Спирмена.

Результаты исследования. Показатели pH на всех этапах исследования в обеих группах были в пределах нормы, но у пациентов 1 группы (7,43(7,39;7,54) – 7,43(7,38;7,47)) выше по сравнению со 2 группой (7,36(7,33;7,42) – 7,35(7,20;7,42)). В обеих группах показатели pCO2 до проведения респираторной терапии в виде ИВЛ были низкими (1 группа 31,60(26,90;42,20) мм рт. ст.; 2 группа 30,75(28,80;36,80) мм рт. ст.). На фоне проведения ИВЛ они увеличились в 1 группе до 36,95(31,30;47,50) мм рт. ст. (p<0,05), во 2 группе 38,60(33,50;56,60) мм рт. ст. (p<0,05).

Отмечен низкий до проведения респираторной терапии уровень pO2 (p<0,05) у пациентов 2 группы (81,30(68,0;92,50) мм рт. ст.), рефрактерный к проводимой ИВЛ (79,60(62,40;107,0) мм рт. ст.), что свидетельствует о серьезном поражении альвеолярно-капиллярной мембраны. В отличие от 2 группы, у пациентов в 1 группе уровень pO2 до проведения ИВЛ был нормальным (98,10(87,50;129,0) мм рт. ст.) и на фоне ИВЛ увеличился до 121,0(109,0;132,0) мм рт. ст.

До начала респираторной терапии показатели лактата в обеих группах были практически одинаковыми, но на фоне проводимой ИВЛ в 1 группе они снизились (p<0,05), а во 2 группе – увеличились, подтверждая наличие выраженной гипоксии у пациентов 2 группы (таблица 1).

Таблица 1. Показатели лактата, респираторного индекса и их динамика у пациентов с ОРДС

Группа

Лактат

(без ИВЛ), ммоль/л

Лактат

(ИВЛ), ммоль/л

pO2/FiO2

( без ИВЛ),

мм рт. ст.

pO2/FiO2

(ИВЛ),

мм рт. ст.

1

1,40(1,0;3,0)

1,10(1,10;1,10) *

350,0(240,0;416,0)

303,0(264,0;364,0)

2

1,75(1,30;2,70)

3,30(1,20;4,10)

290,5(211,0;364,0)

159,0(139,0;230,0) *

Примечание: * - достоверность (p<0,05) изменения признака на фоне интенсивной терапии (тест Вилкоксона)

Между показателями лактата и pO2 отмечена отрицательная корреляция в 1 группе (r=-0,53; р<0,05).

Респираторный индекс (pO2/FiO2) у пациентов 1 группы был значительно выше по сравнению с аналогичным показателем во 2 группе на всех этапах исследования. У пациентов 2 группы исходно низкий респираторный индекс, не смотря на проводимую ИВЛ-терапию, значительно снизился (p<0,05), также свидетельствуя о тяжести повреждения альвеолярно-капиллярной мембраны.

Исходно более низкие показатели BE, SBE во 2 группе, одновременно с аналогичными показателями в 1 группе, увеличились на фоне проведения интенсивной терапии (p<0,05), оставшись в пределах нормы. Подобная ситуация была отмечена и с показателями ABE и HCO3- (таблица №2).

Таблица 2. Метаболические показатели КОС и их динамика у пациентов с ОРДС

Показатели

1 группа

2 группа

P

BE (без ИВЛ), ммоль/л

-3,50(-6,80;3,30)

-6,65(-12,20;2,70)

> 0,05

BE (ИВЛ), ммоль/л

2,10(-4,10;4,60)

-4,90(-6,95;-2,75)

< 0,05

SBE (без ИВЛ), ммоль/л

-3,50(-6,80;3,30)

-5,50(-9,40;2,70)

> 0,05

SBE ( ИВЛ), ммоль/л

2,10(-4,10;4,60)

-4,90(-8,35;2,75)

< 0,05

ABE (без ИВЛ), ммоль/л

-1,90(-6,70;3,60)

-5,10(-8,90;2,90)

> 0,05

ABE (ИВЛ), ммоль/л

-2,15(-4,20;4,50)

-5,60(-8,0;-1,10)

> 0,05

HCO3- (без ИВЛ), ммоль/л

22,10(19,80;26,80)

19,55(15,70;21,20)

> 0,05

HCO3- ( ИВЛ), ммоль/л

25,0(20,90;28,20)

19,85(17,85;22,40)

> 0,05

Анализ продолжительности ИВЛ в исследуемых группах показал, что наиболее длительная ИВЛ была у пациентов 2 группы (15,8 койко-дней) по сравнению с 1 группой (5,13 койко-дней) (p<0,05). Длительнее была и продолжительность пребывания в РАО во 2 группе: 2 группа – 24,5 койко-дней, 1 группа – 11,33 койко-дней. Следовательно и длительность госпитализации в стационаре составила во 2 группе 27,8 койко-дней, в 1 группе 15,67 койко-дней (p<0,05).

В 1 группе отмечена отрицательная корреляция величины респираторного индекса с длительностью проведения ИВЛ (r=-0,94; р<0,01), с длительностью нахождения в РАО (r=-0,81; р<0,05), с госпитализации в стационаре (r=-0,81; р<0,05). Следовательно, между сроками проведения ИВЛ и госпитализации в РАО была отмечена положительная корреляция (r=0,61; р<0,05). Во 2 группе тоже была отмечена положительная корреляция между сроками проведения ИВЛ и госпитализации в РАО (r=0,74; р<0,05).

Выводы. КОС-маркерами летального исхода у пациентов с деструктивным панкреатитом, осложненным ОРДС, являются:

  1. Наличие низких показателей pO2, рефрактерных к ИВЛ.

  2. Увеличение показателей лактата на фоне проведения ИВЛ.

  3. Низкие показатели респираторного индекса и их дальнейшее снижение, не смотря на проводимую ИВЛ.