§ 30. Многозначность слова. Типы лексических значений слова

По особенностям значений в составе слов любого языка выделяются две группы: слова, имеющие только одно значе­ние, и слова, имеющие одновременно несколько значений. Способность слова развивать дополнительные значения и сохранять их в синхронном (см. § 2) употреблении наряду с основным значением называется многозначностью, или полисемией (от греческих слов polis — много и sema — знак). Особенно характерна многозначность для слов, давно суще­ствовавших в языке, находящихся в повседневном употребле­нии. Так, глагол брать в русском языке имеет следующие значения и оттенки значений: «принимать в руки, схваты­вать руками» (беру перо в руки), «выбирать» (беру тему для сочинения), «хватать что-то, например, крючок с нажив­кой» (рыба хорошо берет), «захватывать, водить» (он стал брать мальчика с собой на охоту), «принимать» (брать детей на воспитание), «нанимать» (брать такси), «снимать» (брать на лето дачу), «покупать» (брать булочки в буфете), «поль­зоваться» (орать уроки), «взыскивать» (брать штраф), «захватывать» (брать крепость), «поглощать» (работа брала много времени), «испытывать сомнение» (меня берет сомне­ние), «требовать» (это дело берет много труда) и т. д. Такое же разнообразие значений и у английского глагола to take: to take a book (брать книгу), to take fish (ловить рыбу), to take a prize (получить, выиграть приз), to take coal (добывать уголь), to take an offer (принять предложение), ro take medi­cine (принимать лекарство), he took half an hour over his dinner (обед отнял у него полчаса), to take a bas (ехать авто­бусом), to take a flat (снимать квартиру), to take the shortest way (выбирать кратчайший путь), the play didn't take (пьеса не имела успеха), / take cold easily (я легко простуживаюсь, т. е. поддаюсь простуде), / take с newspaper (я получаю га­зету), take him in сир (фотографироваться), he does not take welt (он плохо выходит на карточках), to take one's temperature (измерять температуру) и т. д. Такое же разно­образие значений характерно и для французского глагола prendre — брать, овладевать, захватывать, принимать (меры), есть, садиться (в поезд, автобус) и т. п., и для немецкого пептеп —- брать, принимать, отнимать и т. д.

Можно привести десятки примеров, ко их легко найдет каждый студент, посмотрев в словаре (например, © «Словаре русского языка», сост. С. И. Ожеговым) значения таких слов, как голова, рука, идти, таять, красный и многих других.

Многозначность слова развивается при переносе названия с одного предмета действительности (признака, действия) на другой. Например, угол — место, где сходятся, пересекаются две плоскости, стороны (угол дома, стены, стола); математи­ческое понятие (прямой угол); часть комнаты, сдаваемая внаем (снимать угол); место, где живут (живем в глуши, в настоящем медвежьем углу). Слово острый — отточенный режущий или колющий инструмент (нож, штык), суживаю­щийся к концу (острый нос), проницательный (острый ум), сильно действующий на вкус или запах (острое блюдо), ясно выраженный (острая боль) и т. п.

Рассматривая подобные слова, замечаем, что значения их неравноценны: среди них есть основные, первичные, и вторич­ные, образованные от первых. Главное отличие основных (первичных) от вторичных значений в том, что первые немотивированы, а вторые мотивированы, т. е. первые не под­даются объяснению, вторые же объяснимы. Мы не можем сказать, почему процесс движения человека получил название идти, но мы можем объяснить, как и почему появились вто­ричные значения слова идти, выступающие в выражениях: идти к цели, идти на военную службу, идет весна, часы идут, дождь идет и т. п.

Только с помощью специальных разысканий можно узнать, что ключ назван так по связи со старым глаголом ключити — заключать (ср. современное: заключить под стра­жу, т. е. «посадить под ключ»), но почему подобное действие названо глаголом с данной основой, мы не знаем, В то же время нам понятно, почему появилась возможность говорить ключ к шифру, ключ к задачнику и т. п. Во всех этих случаях имеем дело с переносами значений слов с одного предмета на другой: если ключом можно открыть дверь, то можно и «открыть» шифр, «открыть», т. е. найти, решение зада­чи и т. п.

Первичные значения считают прямыми, номинатив­ными, так как они непосредственно направлены на явления действительности, называют предметы, действия, признаки (дом, книга, каменный, железный, идет, стоит и т. п.). Вто­ричные значения являются переносными, так как _в их основе лежит перенесение названия с одного явления на другое. Например: жилой дом и дом в значении «семья» (мы знакомы домами, т. е. наши семьи бывают друг у друга), каменный дом и каменное сердце (т. е. жесткое, твердое, «как камень», подобное камню), идет человек и идет время (т. е. протекает, движется.)

Номинативные, прямые значения обычно не содержат оценки явления, тогда как переносные часто оказываются содержащими оценку соответствующих явлений (ср.: камен­ный дом и каменное сердце, стальной прут и стальной харак­тер, кислое молоко и кислое настроение и т. д.).

Номинативные значения являются свободными, так как могут сочетаться с разнообразным кругом слов, ограни­ченным лишь предметно-логически (реально-смысловой воз­можностью соответствующих сочетаний) и общественной практикой данного периода (допустимостью тех или иных сочетаний, принятой в коллективе нормой). Вторичные, пере­носные значения всегда ограничены в возможностях их употребления (ср.: каменный дом, сарай, столб, забор, подвал, мост и т. п., но только каменное сердце; намылить (мылом) шею, голову, руку, ноги, белье m т. п., но при значе­нии намылить — «отругать» возможны лишь сочетания намы­лить шею, голову; лопнул канат (стакан, пузырь, чашка, мяч и т. п.), но лопнуть со смеха, со злости).

Ограничения в употреблении вторичных, производных, переносных значений могут быть разными. Возможны случаи, когда значение слова реализуется лишь в определенном устойчивом сочетании слов, например, слово чревато упо­требляется сейчас только в выражении чревато последствия­ми, а глагол пробудить — лишь в сочетании со словами жела­ние, интерес, охоту и т. п. Такие значения слова, которые реализуются только в определенных устойчивых сочетаниях слов, называются фразеологически связанными значениями (см. § 42). Фразеологически связанные значения не вытекают непосредственно, прямо из номинативных зна­чений, хотя м опираются на них (ср.: ввалился в яму и ввали­лись щеки, глаза; мягкий диван и сказать в мягкой форме; ночная смена, работать во вторую смену и комсомольская смена, готовить себе смену и т. п.). Иногда прямое номина­тивное значение выходит из употребления, забывается, а фразеологически связанное продолжает употребляться (ср.:

старое прямое впасть в яму и современные впасть в бешен­ство, в ярость, сомнение и т. п.).

Вторичные значения могут быть функционально-синтакси­чески ограниченными, т. е. обусловленными синтаксическими функциями слова. Примером синтаксически обуслов­ленных значений является переносное значение, приобре­таемое некоторыми существительными или прилагательными (иногда наречиями) при употреблении в роли сказуемого. Например, слово шляпа приобретает значение «вялый, рас­сеянный, безынициативный человек», -употребляясь с целью характеристики кого-либо в соответствующих фразах в роли сказуемого: Ты просто шляпа. Слово голова получает значе­ние «человек большого ума», лишь выполняя функцию ска­зуемого в предложениях типа Он у нас голова (ср.: ручная пила и Ну, она и пила; кричит петух и Вот так петух).

От синтаксически обусловленных значений отличают конструктивно обусловленные, т. е. такие, в кото­рых особое значение слова может проявляться лишь в опре­деленных конструкциях, например плакаться (т. е. жаловать­ся) на свою судьбу, на свои несчастья; отозваться на что-то, разобраться в чем-то (в вопросе, в обстоятельствах дела и т. д.). Конструктивно обусловленными могут быть как фра­зеологически или функционально-стилистически ограниченные значения, так и свободные номинативные (ср.: играть в чув­ство, в негодование и играть в лото, в футбол; играть жизнью, людьми и играть на скрипке, на рояле и т. п.).

У слова может быть не только несколько переносных (ср.: острое слово и острый соус), но и несколько свободных номи­нативных значений. Одно из них является основным, другие номинативно-производными. Номинативно-произ­водное значение всегда уже, ограниченнее основного. Напри­мер, при основном значении слова капля — «маленькая отдельная частица жидкости округлой формы» номинативно-производным является «жидкое лекарство, принимаемое по числу капель» (сердечные капли, капли Зеленина и т. п.); аналогично: угол дома и прямой угол в геометрии; трение — состояние трущихся один о другой предметов и сила трения в механике, т. е. «сопротивление движению, возникающее в результате трения» и т. п.

Вторичные значения могут терять связь с основными, тогда изменение значения слова приводит к появлению нового слова. Например, опешить раньше означало «сбить с коня, сделать пешим», теперь — «удивиться, поразиться»; гость — раньше «купец», а купец — «покупатель», т. е. тот, кто поку­пает; неделя — «воскресенье» и т. д. Английское table (стол) означало «каменная доска», switch (выключатель) — «прут», travel (путешествовать) — «труд», harvest (урожай) — «осень» и т. п. Немецкое die Rede в прошлом означало «ответ­ственность», а теперь — «речь», machen (делать), а раньше — «месить тесто», die Sache (дело, вещь), а раньше — «судеб­ный спор» и т. д.

Выяснением особенностей изменения значений слов наря­ду с другими вопросами изучения значений слов занимается особая наука — семантика, или семасиология.