4. Первый этап формирования "неоренессансной" школы и. Жолтовского (эксперименты с неоклассикой в дереве и др.)

Осуществлявшийся И. Жолтовским "контроль" за художественным качеством архитектуры по мере появления и развития новых архитектурных течений все чаще превращался в навязывание определенной стилевой системы, в стремление всемерно распространить и сделать всеобщим эквивалентом свои эстетические симпатии.

А симпатии эти продолжали принадлежать классике в ее традиционных ордерных формах. Это наглядно проявилось в его конкурсном проекте моста в Москве (1920-1921). Вместо современного инженерного транспортного сооружения, решенного в новейших материалах с использованием возможностей новых конструкций для создания максимальных пролетов, Жолтовский запроектировал в центре Москвы театрально-декоративную ренессансную композицию. Мост по этому проекту представлял собой архитектурный монумент. Имитируя каменную конструкцию, он имел несколько "гармонически" убывающих арочных пролетов, а в его средней части предполагалось возвести некое подобие античного храма, от которого прямо к воде вела парадная лестница.

И. Жолтовский.	И. Жолтовский. Конкурсный моста в Москве. 1920-1921. Перспектива

В 1922 г. Жолтовский создает проект планировки и застройки Всероссийской сельскохозяйственной и кустарно-промышленной выставки в Москве (1923), а затем вместе с группой своих учеников проектирует и осуществляет в натуре основные павильоны этой выставки. Временные выставочные павильоны строились с использованием впервые применявшихся в нашей стране новейших конструктивных деревянных систем. Построенные по проектам и под руководством Жолтовского сооружения отличались изысканностью пропорций, тщательно прорисованными деталями, гармоничными отношениями отдельных частей. Они образовывали хорошо продуманные ансамбли, пространственная организация которых учитывала многочисленные точки зрения и ракурсы.

Однако в этой работе Жолтовского были не только продемонстрированы блестящее художественное мастерство и тонкий вкус самого мастера, но и наглядно проявились традиционалистские тенденции его творческой концепции. Они сказались, во-первых, в нивелировании творческих индивидуальностей молодых архитекторов, работавших вместе с Жолтовским, а во-вторых, в отсутствии стремления создать новые формы. Павильоны решены в духе упрощенной ордерной классики, при этом возможности новых деревянных конструкций были использованы лишь для чисто внешнего "осовременивания" традиционных форм, а не для создания принципиально новых решений.

И. Жолтовский. Всероссийская сельскохозяйственная и кустарно-промышленная выставка в Москве. 1923. Генплан	Развертка центрального ансамбля выставка 1923 года (графика В. Кокорина)

Новые конструктивные формы (полуциркульные кружального типа фермы из гнутых досок на болтах и нагелях, трехшарнирные фермы на болтах, новая "узорная" обшивка вместо традиционной "вагонки" и др.) оказались как бы закрыты футлярами ордерных композиций или были истолкованы в духе неоклассики.

И. Жолтовский, при участии В. Кокорина и И. Нивинского. Входная арка на выставке 1923 года

В этом проявилась одна из характерных особенностей подхода Жолтовского к проблеме формообразования. Он не стремился разрабатывать новые формы, видя главную задачу в гармонизации объемно-пространственной композиции и в профессионально грамотном использовании уже имеющихся форм. Причем это была не только манера личного творчества Жолтовского, но и его принципиальная убежденность. Основной сферой приложения художественного таланта зодчего он считал не разборку новых форм, а гармоническое пропорционирование архитектурной композиции. Здесь Жолтовский допускал и даже считал необходимыми новаторские поиски. Создание в пределах традиционной классической ордерной системы по-новому спропорционированной гармоничной композиции он рассматривал как главную цель формально-эстетических поисков. Это, по мнению Жолтовского, и было настоящим новаторством. В то же время он не видел убедительных причин, чтобы создавать принципиально новые формы и искренне старался оградить архитектурную молодежь от влияния подобных экспериментов.

Создавая павильоны сельскохозяйственной выставки 1923 г., Жолтовский считал возможным в этой "несерьезной" временной архитектуре широко использовать новые конструкции и даже оставлять их открытыми (особенно в интерьерах), пропорционируя и гармонизуя объемно-пространственную композицию в духе неоклассики (входная арка, павильон "Шестигранник" и др.). Обилие открытых конструкций в павильонах выставки, хотя эти конструкции и не играли решающей роли в композиции, - будучи подчиненными общей классической схеме, - дало даже основание одному из критиков тех лет назвать архитектуру выставки "строительным конструктивизмом". Это можно было бы считать терминологической оговоркой автора статьи, если бы не слова главного архитектора выставки А. Щусева, который в беседе с корреспондентом одной из газет говорил в сентябре 1923 г.: "Наша выставка является по существу не только сельскохозяйственной, но выставкой архитектуры. Поколения архитекторов будут на ней учиться. А вложенная в нее идея конструктивизма и настоящей красоты форм отображает собой ее живую связь с современностью, отбрасывающей мертвые формы "чистого" эстетизма прошлого"¹.

И. Жолтовский, при участии В. Кокорина и И. Нивинского. Фрагмент арка в процессе строительства (гравюра на дереве Г. Ечеистова)	И. Жолтовский, при участии В. Кокорина и И. Нивинского. Общий вид

И. Жолтовский, при участии Н. Колли, В. Кокорина, А. Полякова и М. Парусникова. Павильон машиностроения на выставке 1923 года. Внутренний двор	И. Жолтовский, при участии Н. Колли и В. Кокорина. Главный павильон ("Шестигранник" выставки 1923 года. Общий вид со стороны главного входа

Судя по всему, Жолтовский в период проектирования и строительства павильонов выставки еще не видел серьезной опасности в вопросах формообразования ни со стороны новых конструкций, ни со стороны левого искусства (в художественном оформлении его павильонов участвовали такие художники, как А. Экстер).

Реальную опасность традиционалистской архитектуре со стороны новаторских течений Жолтовский почувствовал лишь тогда, когда в том же 1923 г. были выставлены конкурсные проекты Дворца труда в Москве. Именно по его настоянию (Жолтовский входил в состав жюри) не была присуждена первая премия безусловно лучшему новаторскому конкурсному проекту Дворца труда братьев Весниных, так как он видел в этом проекте новые творческие концепции, принципиально отличные от его установок.

Таким образом, уже в первые годы Советской власти были заложены основы того творческого течения, которое впоследствии получило наименование "школы Жолтовского". Первый этап (1918-1923) формирования этого течения проходил в сложных условиях борьбы как с эклектикой и модерном, так и с новаторскими поисками. Уже в этот период сформировались практически все основные характерные особенности школы Жолтовского. Она имела четкую эстетическую платформу, систему художественно-композиционных приемов, свои "образцовые" проекты (мост 1920-1921). Уже тогда была сделана (неоднократно повторяющаяся впоследствии) первая попытка "выхода" этой школы за пределы традиционных ренессансных форм с целью подчинить своим художественно-композиционным приемам новые типы зданий, новые конструкции и новые формы. Именно так можно оценить выстроенные Жолтовским с группой своих учеников павильоны выставки 1923 г., где новые конструкции и формы были переведены на язык классического ордера и пронизаны единой системой гармонического пропорционирования.

Однако в первые годы Советской власти еще не было завершено формирование школы Жолтовского как отдельного творческого течения, что в значительной степени было связано с тем, что в 1923 г. Жолтовский на три года уезжает в Италию.