Прогноз заболевания

Прогноз заболевания зависит от выраженности симптомов, характера этиологии и патогенеза. Большое внимание уделяется своевременной постановке диагноза и проведению соответствующего лечения. При условии раннего терапевтического воздействия прогноз СДВГ благоприятный. Однако эти дети нуждаются в постоянном наблюдении вплоть до окончания школы.

Ремиссия обычно начинается со снижения чрезмерной активности (пик проявления – 6–7 лет, с обратным развитием к 14–15 годам); импульсивность снижается к окончанию школы, дефицит внимания , как правило, остается в той или иной степени в течение всей жизни. Ремиссия (исчезновение симптомов болезни) обычно не наблюдается раньше 12 лет.

Ряд исследователей, как уже указывалось, отмечает, что от 25 до 50 % гиперактивных детей «перерастают» этот синдром. Однако у остальных симптомы могут привести к задержке психического развития, к возникновению школьной дезадаптации, в более старшем возрасте – к психопатиям и асоциальным расстройствам.

Академик В. И. Покровский сообщает о том, что 1–2 миллиона детей в России живут с СДВГ. Они бросают школу (32–40 %), редко заканчивают вузы (5–10 %), имеют меньше друзей или совсем их не имеют (50–70 %), плохо справляются с работой (70–80 %), втягиваются в антисоциальную деятельность (40–50 %), страдают депрессией (20–30 %) и расстройствами личности (18–25 %) во взрослом состоянии [134].

Импульсивность, социальная неадекватность, чувство низкой самооценки отмечаются у этих людей в течение всей жизни .

Они неорганизованны, безответственны, плохо контролируют свою деятельность. Среди подростков с СДВГ курение, алкоголизм, наркомания и правонарушения распространены в большей степени, чем среди здоровых сверстников. Подростки с симптомами СДВГ в четыре раза чаще попадают под арест, чем их сверстники. В основном они участвуют в групповых правонарушениях, попадая из-за повышенного стремления к контактам и легкой внушаемости в асоциальные компании [301].

У взрослых с СДВГ отмечается повышенное число несчастных случаев, перемены мест работы, разводы, пребывание в тюрьме. Так, симптомы детского расстройства могут стать причиной неудач в личной жизни и профессиональной карьере. В связи с этим важно своевременно выявлять таких детей и оказывать им помощь в преодоление данного заболевания. Помимо лекарственной терапии необходимо оказывать психокоррекционную помощь как детям, страдающим СДВГ, так и их родителям, поскольку обстановка в семье может как облегчить протекания данного синдрома, так и, наоборот, ухудшить.

Глава 7 Диагностика сдвг Энцефалографическое обследование

Общий анализ ЭЭГ

Учитывая концепцию устойчивого патологического состояния (УПС), заметим: чем в более раннем возрасте поставлен диагноз и начато лечение, тем больше шансов для выздоровления. Действительно, на начальных этапах онтогенеза подключено больше гибких (резервных) связей мозга и существует более широкий выбор их использования. С другой стороны, легче дестабилизировать схему УПС, так как мозг еще развивается и «кирпичики» жестких блоков входят во многие формирующиеся системы. На фоне дестабилизации, используя резервные связи, можно создать новую схему, компенсирующую ту или иную утраченную функцию без существенного нарушения в работе других систем мозга.

Значительно проще проводить как дестабилизацию, так и формирование новой системы, если определено центральное звено патологической системы. В некоторых случаях это явный центральный очаг поражения (например, при очаговой эпилепсии). В других, наиболее распространенных случаях это нарушение взаимодействия между структурами мозга, вызванное первичными резидуальными поражениями, генетически заложенными нарушениями или психологическими воздействиями.

Между тем центральное звено патологической системы очень трудно определить при простом неврологическом обследовании. Требуется применение современных объективных методов исследования работы мозга, начиная с самого простого – с записи и анализа ЭЭГ.

Явной патологической активностью для взрослого человека (в состоянии спокойного бодрствования с закрытыми глазами) является любая регулярная медленноволновая активность в диапазоне тета– или дельта-волн, превышающая по амплитуде 40 мкВ и занимающая более 15 % общего времени регистрации. Чем ниже частота (в пределах диапазона) и выше амплитуда медленных ритмов, тем более выражен патологический процесс. Вспышки и пароксизмы генерализованной медленноволновой активности появляются при патологических изменениях в глубоких структурах мозга.

Важное значение имеет так называемая эпилептиформная активность, под которой подразумеваются определенные знаковые графоэлементы, характерные для ЭЭГ людей, страдающих эпилепсией. Связь наличия такой активности в ЭЭГ испытуемого с эпилепсией носит предположительный (вероятностный) оттенок и обычно характеризует определенный тип нарушений в работе тех или иных структур головного мозга. Поэтому и термин выбран осторожный: не эпилептическая активность, а эпилептиформная, т. е. по форме похожая на эпилептическую, но не обязательно связанная с наличием эпилепсии, о чем мы говорили выше. Патологическими образами такой активности в ЭЭГ являются: спайки (длительность 5–50 мс), острые волны (длительность несколько больше 50 мс), комплексы «спайк-волна» и «острая волна – медленная волна», паттерны эпилептического припадка (типичный, атипичный и миоклонический абсансы) и некоторые другие. Появление на фоне альфа-ритма спайков, пиков, перечисленных выше комплексов или пароксизмов медленноволновой активности с амплитудой выше 100 мкВ указывает, как правило, на наличие эпилептического очага. Чаще всего это происходит во время функциональных проб, особенно при гипервентиляции. Возбуждение медленноволновой активности с плавным замедлением ее частоты и с плавным увеличением ее амплитуды рассматривается как недостаточность сосудистой регуляции стволовых структур и снижения уровня общей активации.

Хотя многие из патологических знаков для взрослых в ЭЭГ для детей до 12–14 лет таковыми не считаются, мы придерживаемся точки зрения Л. Р. Зенкова, что их обязательно необходимо принимать во внимание и рассматривать «как признак латентной патологии, резидуального или еще не проявившегося поражения» [66, с. 89]. Об этом свидетельствует наш почти пятнадцатилетний опыт лечения СДВГ и других резидуально-неврологических (пограничных психических) расстройств у детей под контролем ЭЭГ. Общая картина ЭЭГ-активности в фоновой записи, при проведении функциональных проб и в последействии до лечения у таких детей может характеризоваться как патологическая [48; 106; 160; 171; 176; 174]. Полученные нами при анализе электроэнцефалограмм сравнительные результаты [164; 163] представлены в таблице 1.

В столбцах таблицы последовательно слева направо представлены (в процентах от общего количества обследованных) следующие признаки ЭЭГ: нормальное распределение альфа-активности по полу шариям головного мозга, наличие очага полиморфной активности в те менно-за тылочной области правого полушария, ирритация (раздражение) теменно-затылочных отделов коры головного мозга, наличие пароксизмальной активности в фоновой записи, наличие генерализованной пароксизмальной (эпилептической) активности на гипервентиляцию, наличие выраженной и более высокой по сравнению с фоновой записью ге нерализованной пароксизмальной активности через 40–60 с после окончания гипервентиляции, реакция на фоно– и фотостимуляцию.

Рассмотрение приведенных данных показывает, что по всем пунктам анализа показатели ЭЭГ-активности больных СДВГ достоверно отличаются от показателей условной нормы.

Таблица 1

Сравнительный анализ ЭЭГ больных СДВГ и контрольной группы

При анализе ЭЭГ отмечено также снижение средней частоты альфаритма, что особенно отчетливо просматривается у детей старше 7 лет. Наличие высокого уровня медленноволновой активности, которая не редуцируется с возрастом, у более чем половины обследованных детей говорит о том, что общая картина ЭЭГ пациентов с СДВГ соответствует более младшему возрасту. Это же подтверждается тем обстоятельством, что у половины обследованных имеет место выраженная реакция на гипервентиляцию. Все эти изменения свидетельствует о недостаточном уровне сформированности взаимосвязей коры и глубинных структур мозга у детей, страдающих СДВГ.

В целом общая картина ЭЭГ-активности в фоновой записи, при проведении функциональных проб и в последействии могла характеризоваться как патологическая у 90 % исследованных нами детей с СДВГ. Полученный факт представляет значительный интерес, так как в многочисленных исследованиях ЭЭГ-активности у взрослых лишь в небольшом числе работ обнаруживаются значимые отклонения от нормы. Патологические проявления в ЭЭГ по-видимому с возрастом компенсируются, во всяком случае, по внешним ЭЭГ-проявлениям, но вероятно не проходят полностью и оставляют след в нарушенном межструктурном взаимодействии мозга, что отражается на психическом складе личности.

Если говорить о медленноволновой эпилептиформной активности, то как у взрослых, так и у детей основные закономерности поражения мозга при ее появлении сохраняются. Высокоамплитудная дельта-активность характеризует локализацию поражения в коре головного мозга, тета-активность (нижнего диапазона частот) характеризует поражение среднего уровня ствола головного мозга, а бета-активность – поражение среднего мозга. Низкоамплитудная ЭЭГ или вы соко амплитудные заостренные альфа-волны характерны для поражений нижнего ствола головного мозга.

Подтверждает поученные нами результаты В. В. Глущенко, которая, учитывая наличие в анамнезе диагностированной МДМ, провела нейрофизиологическое обследование, обнаружившее специфические признаки мозговой дисфункции. Так, при спектральном анализе показателей ЭЭГ в группе пациентов были выявлены нарушения в пространственном распределении альфа-ритма. Отсутствие зональной организации ритмов отражает недостаточность процесса созревания мозговых систем, что, по научным данным, коррелирует с процессом функционального психоповеденческого созревания. Неавтономность нейронов в осуществлении их функций прослеживается в отсутствии зональной организации распределения биоэлектрической активности в группе пациентов, что ограничивает направленное внимание при выполнении новой задачи, требующей интеллектуальной мобилизации. Работа в резонансных режимах ограничивает возможности включения нейронов в новую активность и возможности их реагирование на поступающие извне стимулы, ограничивает дифференцированность и специфичность ответа, обусловливают недостаточно координированные и целенаправленные действия. В ситуациях, требующих повышенной психической активности, как описано Ф. Мо ри (F. Mori, 1973), закономерно снижается амплитуда ЭЭГ и возрастает ее частота, но в исследовании В. В. Глущенко в группе пациентов преобладает низкочастотная активность, что подтверждает дисфункцию неспецифических структур мозга. Появление на ЭЭГ тета– и дельта– колебаний, не превышающих по амплитуде фоновой альфа-активности и не имеющих регулярного или локального характера, связано с кор тико-лимбическими отношениями и рассматривается как результат активации филогенетически древних лимбических стуктур на фоне снижения функционального состояния коры больших полушарий.

«У здоровых детей в спектре ритмов преобладают показатели высокочастотных ритмов, а у детей с СДВГ в спектре частот преобладает низкочастотная активность. Сглаживание региональных различий, высокий индекс медленноволновой активности указывают на дисфункцию систем ретикулярной формации, дефицит регулирующих влияний лобных отделов коры больших полушарий.

Расстройство вегетативного обеспечения деятельности верифицировано показателями коэффициента вегетативного тонуса, высчитываемого по формуле К. Шипоша с использованием данных цветового теста Макса Люшера. У пациентов преобладал эрготропный тип деятельности (симпатическая активация) над трофотропной (парасимпатическая активация) деятельностью, что проявлялось в физической и психической активности, импульсивности, мобилизации симпатоадреналовой системы, готовности к бегству, нападению. Когнитивные нарушения сопровождались невозможностью удержания внимания более 5 мин, истощаемостью и резко усиливающимися гиперкинетическими прояв лениями; недостаточной настойчивостью в деятельности, требующей когнитивных усилий, и тенденцией переходить от одного занятия к другому, не завершая ни одного из них (преждевременное прерывание задания, когда оно остается неоконченным). Нарушения когнитивной сферы по данными корректурной пробы включали нарушения внимания и работоспособности за счет уменьшения продуктивности (доли работы выполненной в единицу времени), снижение интегративной скорости центральной переработки информации, а значит, уменьшение функциональной подвижности нервной системы и замедление скорост ных параметров процесса принятия решения. Отмечалось снижение концентрации внимания за счет снижения показателя средней точности (качественный показатель работоспособности, косвенно характеризующий дифференцированное торможение в ЦНС). Отмечалось нарушение запоминания на этапе фиксации события по данным теста на память при сохранности объема памяти» [46].

Автор заключает что, сниженные возможности самоуправления и волевой регуляции поведения, замедление формирования произвольности психических процессов (низкая концентрация и устойчивость внимания, отвлекаемость), снижение объема оперативной памяти и оперативного внимания, недостаточность целенапрвленной деятельности обусловлена у детей с СДВГ дисфункцией энергетического механизма мозговой организации психического функционирования (лимбико-ретикулярный комплекс) по данным ЭЭГ, теста Люшера и корректурной пробы, выявивших нарушение в поддержании внимания и работоспособности. Корковая лобная дисфункция обнаруживается в нарушении программирования, регуляции и контроля деятельности, серийной организации движений и действий, в нарушении общей регуляции поведения (программы поведения), включающей стремление к цели с торможением побочных раздражителей, что также подтверждено данными ЭЭГ-показателей (зональность организации), корректурной пробы (коэффициент точности).

Кросскорреляционный анализ ЭЭГ

Дополнительные и чрезвычайно важные результаты, касающиеся представленности тех или иных частотных диапазонов в различных структурах мозга, их спектральной мощности, наличия асимметрии, численного выражения индекса того или иного ритма в выбранных структурах и другие показатели, которые трудно оценить при визуальной оценке записи, позволяет получить применение компьютерного анализа ЭЭГ. Кроме того, появляется возможность кросскорреляционного анализа полученных данных и представление всех результатов (как спектрального, так и кросскорреляционного анализа) в виде наглядных графических данных.

Чтобы выяснить динамику и направленность взаимодействия между различными структурами головного мозга, необходимо рассмотреть объективные данные по развитию этой функции в онтогенезе, т. е. в ходе развития мозга ребенка. Исследовать динамику взаимоотношений между структурами мозга возможно посредством анализа ЭЭГ, методами позитронно-эмиссионной томографии (ПЭТ) или используя совокупность перечисленных методов. Наиболее широко до настоящего времени использовался корреляционный анализ ЭЭГ, хотя исследований, посвященных изучению взаимодействия структур в онтогенезе, очень мало [179; 180; 157; 97; 98; 129; 171; 174; 176; 170; 162; 173]. Основное внимание мы уделяли рассмотрению взаимодействия лобных, височных и нижнетеменных областей коры головного мозга как структурам, непосредственно причастным к развитию памяти, внимания и речи, нарушение которых в явном виде наблюдается при развитии разнообразных психических расстройств у ребенка.

В медицинской научной литературе кросскорреляционный анализ ЭЭГ характеризуется «как отражение одной из сторон функциональных связей, устанавливающихся между областями коры» [142, с. 71]. При анализе кросскоррелограмм разных пар отведений ЭЭГ используется ряд показателей: диапазон частоты доминирующего ритма, в котором проводится анализ; выраженность периодических составляющих; временной сдвиг максимума кросскорреляционной функции в сторону от нуля; максимальная величина коэффициента кросскорреляции и другие.

Существует бесконечное множество способов анализа возможных взаимодействий. Нами в процессе собственных экспериментов и изучения литературных данных в качестве так называемого «фокуса взаимодействия» выбрана теменно-затылочная область правого полушария головного мозга, в которой, по результатам многочисленных исследований, происходит первичный анализ параметров всех поступивших в головной мозг сигналов. Кроме того, анализировались взаимодействия между симметричными отведениями полушарий головного мозга, которые стандартно используются в международной практике [141].

Как видно из рис. 1, уже с трехлетнего возраста у практически здорового ребенка теменно-затылочная область правого полушария является центром истоков, т. е. большинство стрелок графов исходят из нее в другие структуры мозга. Тем самым наглядно подтверждаются косвенные данные других исследователей о том, что эта область является зоной первичной обработки информации. Кроме того, как приведенные, так и многочисленные другие полученные нами данные подтверждают результаты фундаментальных исследований Т. П. Хризман о становлении корреляционных связей в головном мозге здоровых детей с месячного возраста до 4–5 лет [179].

Напомним, что нижнетеменная область коры включает в себя поля 40 и 39 (по атласу Бродмана), в которые в левом полушарии входит зона Вернике, играющая ведущую роль в восприятии речи. Считается также, что нижнетеменные области левого и особенно правого полушарий являются одним из высших ассоциативных и сенсорных центров коры, обеспечивающих анализ сигналов от разных центров мозга и последующий их синтез [111; 113; 82; 143; 147; 157].

Показано [179; 180], что развитие функций нижнетеменных областей мозга в онтогенезе происходит в тесной взаимосвязи с развитием зрительной и слуховой сенсорных систем. Ритмическая активность нижнетеменной области каждого из полушарий задается ритмической активностью зрительной системы, так как на всех этапах онтогенеза ритмы затылочных областей, согласно результатам анализа ЭЭГ, опережают колебания теменной области. Такая же закономерность наблюдается и у здорового взрослого человека [142; 98; 100; 101].

Фрагмент компьютерного кросскорреляционного анализа ЭЭГ здоровой испытуемой Я. А., 3 лет

Рис. 1

Как уже говорилось выше, для представления полученных результатов в наглядной форме использовался известный метод проекции графов, отражающий динамику перемещения фокусов максимальной активности и сопряженного угнетения различных областей левого и правого полушарий головного мозга. На языке теории графов такие области обозначаются соответственно как точки «истока» и «стока». Нами изучалось наличие «истоков» и «стоков» в теменно-затылочную или нижнетеменную зону правого полушария головного мозга. Эта область коры головного мозга, согласно современным данным, играет ведущую роль в развитии психики и интеллекта ребенка. Учитывалось также, повторимся, что характерные профили психотропных фармакологических препаратов строятся именно по отношению к правой теменно-затылочной области коры головного мозга.

Как видно из представленных данных (рис. 2), усредненных по 200 практически здоровым испытуемым (дети 3–11 лет), правая теменнозатылочная область в норме у детей начиная с 3-летнего возраста является областью «истоков», что подтверждается результатами других исследований [179; 180; 157]. Направления стрелок на рисунке характеризуют опережение в работе той структуры, откуда стрелка исходит (так называемый «исток»).

Рассмотрение динамики изменений кросскорреляций в реальном фрагменте (рис. 1) последовательного анализа фоновой записи ЭЭГ здоровой испытуемой Я. А., 3 лет, показывает, что взаимоотношения между структурами не являются однородными. Они как бы «дышат», конкурируют между собой за лидерство на усредненной записи. Бывают отрезки, когда отношения меняются на прямо противоположные выявленными при статистическом усреднении записи в целом. Представленные на рис. 1 результаты компьютерного анализа ЭЭГ, как видно из графических и табличных данных, свидетельствуют, что исходная теменно-затылочная зона анализа становится центром «истока», что характерно для здоровых испытуемых 3–7 и более лет.

Аналогичный факт для здоровых детей в возрасте от 3 до 5 лет продемонстрирован в исследованиях Т. П. Хризман (1978), а для детей, подростков и взрослых испытуемых – в более поздних работах авторов этой книги [97; 98; 99; 104; 108; 160; 162; 174]. Такой «живой» динамический рисунок кросскорреляций характерен для большинства детей 3–11 лет. Также стоит отметить, что в норме большинство связей имеют коэффициент корреляции выше 0,5.

Усредненные данные кросскорреляционного анализа ЭЭГ здоровых испытуемых детей 3–11 лет

Рис. 2

В целом приведенный фрагмент реальной записи анализа компьютерной электроэнцефалограммы (КЭЭГ) достоверно соответствует статистически усредненным результатам нормы для детей 3– 11 лет.

Совершенно иная картина наблюдается при анализе ЭЭГ у больных детей того же возраста с СДВГ. На рис. 3 представлены статистически усредненные результаты по более чем 200 пациентам в возрасте 3–11 лет, страдающих этой патологией. Как видно из приведенных данных, характер нарушения взаимодействий между структурами по сравнению с приведенной на рис. 2 нормой существенно зависит от возраста больных. В раннем возрасте наблюдается резкое уменьшение общего количества межструктурных связей, что является характерным для задержки развития мозга вообще, а не только при СДВГ. В более позднем возрасте восстановление межструктурных связей в ходе развития мозга происходит в извращенном (обратном) порядке. В результате теменно-затылочная зона правого полушария из генетически запрограммированного центра «истока» превращается в центр «стока», т. е. затормаживается, со всеми вытекающими для речевых нарушений последствиями. Тормозится первичный анализ и синтез сенсорных, в том числе речевых, сигналов, вследствие чего перегружаются исполнительные речевые области левого полушария и возникают речевые задержки, характерные для МДМ. Ослабляются тормозные влияния на лобные области левого полушария, в результате чего возникает эмоциональное напряжение, непрерывно подпитываемое речевыми нарушениями, что, в свою очередь, усиливает гиперкинетические проявления.

Анализ полученных нами данных по височно-теменным зонам левого и правого полушарий показывает, что в фоне в диапазоне частот 8–13 Гц у детей с СДВГ наблюдается опережение процессов левого полушария по сравнению с правым полушарием на 12–20 мс. Коэффициент корреляции – 0,25. Однако во время речи у детей до лечения опережение наблюдается со стороны правого полушария.

Как видно на рис. 3, полученные данные кросскорреляционного анализа связей между структурами головного мозга отличаются от нормы по нескольким параметрам.

Усредненные данные кросскорреляционного анализа ЭЭГ детей 3–11 лет, страдающих синдромом дефицита внимания и гиперактивности

Рис. 3

Во-первых, и это характерно для большинства резидуально-неврологических (пограничных) расстройств, практически отсутствуют связи теменно-затылочной области правого полушария головного мозга с передними (лобными) структурами. Во-вторых, количество значимых связей (с коэффициентом корреляции более 0,3) теменно-затылочной области с другими структурами резко уменьшается. В-третьих, изменяется направление связей: из центра «истока» (в норме) теменно-затылочная зона правого полушария превращается в центр «стока». Таким образом, налицо наличие сопряженного торможения теменно-затылочной зоны правого полушария головного мозга и ограничение связей этой зоны с другими структурами, способными снять или уменьшить такое торможение.

При СДВГ особенностью межструктурных отношений является гораздо большая, по сравнению с другими синдромами, активность теменно-затылочной области правого полушария. Количество «истоков» из этой области достоверно превышает значения, полученные для других резидуально-неврологических синдромов (заикания, тиков и энуреза) [98; 173], и такие связи характеризуются более высокими коэффициентами корреляции.

На рис. 4 представлен фрагменты анализа КЭЭГ больного П. И., 11 лет, с СДВГ без речевых нарушений.

При анализе КЭЭГ не обнаруживаются фрагменты полноценных взаимоотношений между структурами, и большая часть кадров имеет явное сходство с таковыми при речевых нарушениях. Особенностью межструктурных отношений в данном случае является меньшая активность теменно-затылочной области правого полушария. Количество «истоков» из этой области не превышает значения, полученные для других резидуально-неврологических синдромов (заикания, тиков и энуреза), хотя такие связи характеризовались более высокими коэффициентами корреляции. Кросскорреляционный анализ фоновой записи показал, что в межполушарных отношениях наблюдается доминирование левого полушария, особенно в центральных и височных отведениях, и эти отношения соответствуют норме (для правшей). Появляются фрагменты полноценных взаимоотношений между структурами, хотя большая часть кадров имеет явное сходство с взаимоотношениями, выявляемыми при речевых нарушениях. Заметно резкое нарушение взаимодействия между лобными отделами и другими структурами головного мозга, общее уменьшение значимых связей с коэффициентом кросскорреляции больше 0,3 по сравнению с нормой и нарушение межполушарных взаимоотношений между теменно-затылочными и затылочными областями.

Фрагмент компьютерного кросскорреляционного анализа ЭЭГ ребенка П. И., 11 лет, с СДВГ

Рис. 4

На рис. 5 приведены результаты КЭЭГ больного О. А., 6 лет, с синдромом дефицита внимания и гиперактивности и заиканием. Как и во всех предыдущих иллюстрациях, приведены результаты обработки фоновой записи, т. е. записи ЭЭГ в состоянии спокойного бодрствования с закрытыми глазами. Запись отличается от приводимой ранее – усредненной (рис. 3) – лишь измененным в некоторых фрагментах направлением взаимодействия между структурами мозга.

Однако поразительные изменения этих взаимоотношений наблюдаются во время гипервентиляции – усиленной дыхательной активности, которая в обычных условиях эквивалентна усиленному дыханию при энергичной двигательной активности ребенка. В ответ на гипервентиляцию на ЭЭГ по прошествии первой минуты возникают генерализованные вспышки тетаритмической активности в диапазоне частоты 4 Гц (рис. 6), что сопровождается временным восстановлением полноценных корреляционных связей теменно-затылочной зоны правого полушария с другими областями головного мозга (рис. 7).

В качестве еще одной иллюстрации к сказанному выше приводим кросскорреляционный анализ ЭЭГ больного М. В., 8 лет, с СДВГ, для фоновой записи (рис. 8 и 9) и записи во время гипервентиляции (рис. 10 и 11). В фоне наблюдается нарушение межструктурных связей по сравнению с нормой (связи полные, но обратные – фокусный центр правого полушария является здесь центром «стока»), а при гипервентиляции – их восстановление (он становится центром «истока»).

Итак, в состоянии спокойного бодрствования было показано значительное нарушение межструктурных связей по сравнению с нормой. Особенно это касалось нарушения взаимодействия лобных структур с другими отделами мозга. Интересно, что у большинства таких больных во время гипервентиляции наблюдается почти полное восстановление связей. Если провести параллели между гипервентиляцией и работой мозга при интенсивной двигательной активности, окажется, что такая активность является приспособительной защитной реакцией организма, направленной на восстановление и поддержание генетически запрограммированных связей между структурами головного мозга, и тем самым сохраняющей нормальное интеллектуальное развитие ребенка . Интенсивное восстановление таких связей не только предотвращает отставание в развитии интеллекта ребенка, но и в ряде случаев способствует временному опережающему возрастному его развитию.

Фрагмент компьютерного кросскорреляционного анализа ЭЭГ больного О. А., 6 лет, страдающего СДВГ и заиканием

Рис. 5

Фрагмент кривой ЭЭГ больного О. А., 6 лет, страдающего СДВГ и заиканием при гипервентиляции

Рис. 6

Фрагмент компьютерного кросскорреляционного анализа ЭЭГ больного О. А., 6 лет, страдающего СДВГ и заиканием при гипервентиляции

Рис. 7

Фрагмент фоновой ЭЭГ-кривой больного М. В., 8 лет, страдающего СДВГ

Рис. 8

Фрагмент компьютерного кросскорреляционного анализа ЭЭГ больного М. В., 8 лет, страдающего СДВГ (фон)

Рис. 9

Фрагмент ЭЭГ-кривой при гипервентиляции больного М. В., 8 лет, страдающего СДВГ

Рис. 10

Фрагмент компьютерного кросскорреляционного анализа ЭЭГ больного М. В., 8 лет, страдающего СДВГ при гипервентиляции

Рис. 11

С возрастом описанная тенденция изменения межструктурных взаимоотношений на гипервентиляцию при СДВГ сохраняется, хотя имеет менее выраженный характер.

Наблюдаемые изменения нехарактерны для других моносимптоматических пограничных психических расстройств детского возраста.

Для примера на рис. 12, рис. 13 и рис. 14 приводим результаты обычного и компьютерного анализа ЭЭГ больного Т. В., 6 лет, страдающего энурезом. Несмотря на то что в ходе гипервентиляции в ЭЭГ так же, как и в случае с СДВГ, возникают генерализованные медленноволновые колебания большой амплитуды (рис. 13), количество межструктурных связей не увеличивается, а убывает (рис. 14).

Такой тенденции не наблюдалось ни в одном случае анализа ЭЭГ при СДВГ. Наши собственные данные и многие другие результаты исследований позволяют предположить, что генерируемая неспецифической таламической системой медленноволновая активность мозга необходима для синхронизации работы различных его структур в процессах памяти на стадии обработки, сравнения и изменения как вновь полученной информации, так и информации, хранящейся в долгосрочной памяти [30; 171; 174].

Таким образом, ЭЭГ у детей с синдромом дефицита внимания и гиперактивностью (СДВГ) имеет ряд особенностей, отличающих ее от ЭЭГ нормы и других детей с резидуально-неврологическими (пограничными психическими) расстройствами.

Во-первых, в большинстве случаев фоновая запись ЭЭГ у детей с СДВГ незначительно отличается от возрастной нормы по внешним проявлениям (наличие доминирующей альфа-активности, ее распределение, отсутствие четко выраженных патологических знаков и т. п.). Однако по результатам кросскорреляционного анализа в диапазоне ведущих регистрируемых ритмов (4–12 Гц) наблюдается четко выраженное отклонение от нормы, заключающееся в практически полном отсутствии связей между лобными и другими структурами головного мозга.

Во-вторых, во время гипервентиляции (при стандартных условиях) медленноволновая активность (3–5 Гц) у детей с СДВГ появляется в большинстве случаев уже на первой минуте, имеет генерализованный циклический характер (длительность циклов по 10–15 сек) на протяжении всей пробы и незначительное последействие (20–30 сек) после ее окончания.

Фрагмент компьютерного кросскорреляционного анализа ЭЭГ больного Т. В., 6 лет, страдающего энурезом

Рис. 12

Фрагмент кривой ЭЭГ больного Т. В., 6 лет, страдающего энурезом при ГВ

Рис. 13

Фрагмент компьютерного кросскорреляционного анализа ЭЭГ больного Т. В., 6 лет, страдающего энурезом при гипервентиляции

Рис. 14

В-третьих, во время возникновения медленноволновой активности восстанавливаются связи (по результатам кросскорреляционного анализа) между лобными и другими структурами головного мозга, что не наблюдается при аналогичных условиях у других больных (например, у больных энурезом).

Полученные данные позволяют говорить о более слабом контроле со стороны ретикулярной формации ствола мозга за неспецифическими таламическими структурами и о ведущей роли этих структур в синхронизации взаимодействия между различными образованиями головного мозга, участвующими в процессах памяти и обеспечивающими интеллектуальную сохранность больного СДВГ.