Тема 2.5. Информационные аспекты межкультурных коммуникаций в условиях глобализации.

Согласно концепции канадского исследователя коммуникации М. Маклюэна, телевизионная коммуникация, доминирующая сегодня среди глобальных СМК, принципиальным образом влияет на формирование специфического глобального коммуникационного и культурного пространства, которое в результате уподобляется «глобальной деревне».

Возможности передавать в режиме реального времени репортажи обо всех важнейших мировых событиях не просто делают всех потребителями одной и той же информации, подобно распространяющимся по деревне слухам. Дело также и не только в том, что телекоммуникационные технологии позволяют практически моментально узнавать «все обо всех», как в деревне, где все односельчане на виду друг у друга. Главная особенность современного коммуникационного поля состоит в его мозаичности и нелинейности.

Главная особенность современного коммуникационного поля состоит в его мозаичности и нелинейности.

В отличие от научной, созданной обществами с доминированием письменных средств коммуникации картины мира, стремящейся к логической последовательности и законченности тех фрагментов знания, которые доступны, современное коммуникационное поле с доминированием в нем устной вербальной информации уподобляется архаичному коммуникационному пространству аграрных обществ («деревня»), где доминировало мифологическое сознание. Миф характеризуется целостным, интегрированным, синтетическим знанием о мире, и он необходим на современном этапе развития потребителю информации глобальных СМК для того, чтобы достроить до целого получаемые из них разрозненные, мозаичные знания. Таким образом, важнейшей функцией глобальных СМК становится не только распространение информации, но и мифотворчество.

Концепция постмодерна современного итальянского социального мыслителя Дж. Ваттимо основана на том, что развитие телевидения и других средств массовой коммуникации в глобальном масштабе приводит к тому, что присущая культуре модерна однозначность представлений об «универсальных ценностях», «правильном социальном устройстве», общем благе, единой объективной истине становятся невозможными. Сама логика рынка информации требует его постоянного расширения и приводит к тому, что со временем все становится объектом коммуникации. Таким образом, в глобальном масштабе «эффектом масс-медиа» становится возрастание сложности и разнообразия мира, многочисленности специфических и самобытных субкультур. По Дж. Ваттимо, масс-медиа делают общество в глобальном масштабе более сложным, даже неупорядоченным и хаотичным, однако, благодаря этому неупорядоченному плюрализму и более просвещенным и свободным.

Ценой этой свободы оказывается радикальная недостижимость идеала «прозрачного общества» модерна, основанного на точном, объективном, универсальном знании подлинной реальности. Реальность, создаваемая глобальными СМИ на основе плюрализма и равноправия культур, оказывается для нас «скорее результатом переплетения… многочисленных образов, интерпретаций, ре-конструкций, которые, конкурируя между собой, и, во всяком случае, без какой-либо “центральной” координации, распространяют масс-медиа» (Ваттимо Дж. Прозрачное общество.— М.: Логос, 2002. — С. 14.).

«В обществе масс-медиа вместо идеала свободы, построенного по модели самосознания, которое бы себя целиком объяснило, вместо полной осведомленности субъекта о том, как все есть на самом деле…, — в том обществе постоянно осуществляется идеал свободы, основанный скорее на колебании, множественности и, в конечном счете, эрозии самого “принципа реальности”»

Дж. Ваттимо

Глобальное коммуникационное пространство, в котором свободно взаимодействую равноправные, рядоположенные «реальности», оказыается оторванным от какой-либо специфической «почвы», однако взамен дает свободу выбора идентичности из множества звучащих в этом многоголосье диалектов-субкультур. Своя собственная идентичность в этой принципиальной множественности реальностей должна осознаваться не более как «один диалект из многих», и, подобно всем остальным, исторически ограниченная, преходящая, лишенная права на абсолютизацию.

Именно этот хаос реальностей дает, по мнению Дж. Ваттимо, дает новые гуманистические перспективы развитию человечества в эпоху глобализации.

Интернет представляет собой не только новейшее и быстро распространяющееся средство коммуникации, но и важнейший фактор трансформаций социокультурной реальности, затрагивающих взаимодействия культур. Исследования этих трансформаций пока находятся в стадии становления и развития, тем не менее, первые выводы о социокультурных последствиях распространения Интернет уже можно сделать.

К важнейшим социокультурным последствиям распространения мировой Сети относят рост неравенства, фрагментацию общества, ослабление социальных связей, в том числе распад реальных сообществ, снижение уровня доверия и социального и гражданского участия и др. (Левин П. Интернет и гражданское общество // Интернет в общественной жизни. – М.: Идея-Пресс, 2006. – С. 96.).

Ослабление социальных связей в результате роста использования Интернета обусловлено не просто тем, что активные пользователи, проводящие в Сети много времени, меньше общаются с близкими людьми и участвуют в общественной жизни. Напротив, их круг общения может быть более обширным, а интенсивность общения выше, чем у тех, кто Интернетом не пользуется. Однако виртуальные сообщества, которые создают в Сети, обладают спецификой, делающей их отличными от реальных сообществ, не только традиционных, но и присущих, например, современному гражданскому обществу. Так, Интернет позволяет устанавливать связи по интересам независимо от территориальной близости, социальной и культурной принадлежности и т.д. Однако эти сообщества не требуют особого «входного ценза»; из них легко выходить, если утрачен интерес, первоначально способствовавший объединению; членство в них практически не требует соблюдения каких-либо общих норм и правил поведения, следования единым целевым и программным установкам. В рамках виртуальных Интернет-сообществ нет условий для развития взаимного доверия, помощи, нет социальных ресурсов для организации членов сообщества для совместной деятельности ради общего блага.

При этом было бы неверным представлять Интернет-сообщества как некую аномическую среду, в них вырабатываются собственные нормы общения. Однако сугубая добровольность виртуальных сообществ и практическое отсутствие проблем входа и выхода приводят к тому, что пользователи Сети объединяются на основании взаимного приспосабливания, движимого наличием общих интересов. Интернет-сообщества оказываются гомогенными или имеющими тенденцию к гомогенизации, в то время как реальные сообщества представляют ценность для гражданского общества и укрепления социальных связей в целом постольку, поскольку объединяют людей с различными интересами и взглядами и позволяют им вырабатывать общие решения.

Таким образом, развитие Интернета способствует фрагментации общества на узкие «группы интересов», которые замыкаются в себе и не стремятся к выходу в более широкий социальный круг.

Развитие Интернета подрывает коммуникацию в местных сообществах, то есть «ближние» и «сильные» социокультурные связи, но взамен них вместо широкого культурного участия в контексте «дальних» глобальных связей формирует «слабые», временные, не предполагающие реальной вовлеченности фрагментированные виртуальные сообщества.

Сам характер публичного дискурса и распространения информации в Интернете также приводит к противоречивым социокультурным последствиям. С одной стороны, в Интернете можно найти постоянно обновляющуюся информацию по практически любому интересующему вопросу, свободно высказать свое мнение, обсудить ее с людьми, имеющими сходные интересы и т.д. Мы имеем здесь, таким образом, виртуальное пространство для публичного дискурса.

С другой стороны, однако, поисковые системы во всемирной Сети устроены по принципу фильтра, помогающего сразу найти то, что нас интересует и максимально исключить лишнее. Но «так как важно знать не только то, что ты хочешь знать, но и то, что ты можешь (прежде всего) не хотеть знать, новостные службы, подбирающие новости в соответствии с предпочтениями потребителя, могут оказать разрушительное влияние на выживание демократических сообществ» (Уочбройт Р. Надежность и достоверность: проблема информации в Интернете // Интернет в общественной жизни. – М.: Идея-Пресс, 2006. – С. 48.).

Это разрушительное влияние избирательной информации и общения во Всемирной паутине на развитие социокультурных отношений объясняется тем, что общество в целом, а также любое реальное сообщество, предполагает взаимодействие людей с разнообразными интересами и целями по самому широкому кругу вопросов. Но когда люди общаются только с единомышленниками и только по поводу своих узких интересов, они постепенно привыкают к тому, эти их интересы являются «единственно подлинными», они становятся невосприимчивы к чужим интересам и нетерпимыми к чужому мнению. Все это приводит к «информационной фрагментации» общества, избыточной специализации, подрывающей взаимодействие культур по широкому кругу вопросов.

Особенность коммуникации в Интернете заключается в противоречии между 1) развитием виртуального пространства широкого публичного дискурса и 2) высокой степенью избирательности информации и контактов, приводящей к информационной фрагментации общества.

Информационная фрагментация, ориентация Интернет-сообществ на легкое установление и разрыв сугубо избирательных связей приводят, по оценке специалистов, к «балканизации» общества и публичного дискурса, которая понимается как «быстрый рост отдельных сообществ или отношений, не связанных друг с другом. Балканизация наступает тогда, когда индивиды могут свободно выбирать своих партнеров из большого числа людей, когда каждый человек может поглощать ограниченный объем информации и когда большинство людей отдает хотя бы какое-то предпочтение нескольким специфическим идеям и фактам» (Левин П. Интернет и гражданское общество… ‑ С. 109). Отмечается, что в контексте «балканизированных» виртуальных сообществ быстрее развиваются нетерпимость и экстремизм, проявляющиеся в поддержке крайних точек зрения (Там же. – С. 110.) – не случайно Интернет наполнен сайтами экстремистских организаций разного толка и их число множится.

Наконец, описанные выше социокультурные особенности взаимодействий в Интернете в комплексе приводят к снижению доверия в обществе – между индивидами, социальными группами, культурами. Само по себе участие в Интернет-сообществе или постоянное отслеживание какой-либо информации в Сети, конечно, к снижению доверия не ведет. Однако оно не способствует и его развитию, поскольку, во-первых, доверие зависит от оптимистического отношения к миру и веры в то, что другие люди разделяют те же ценности. Однако избирательность сообществ по интересам и присущая им нетерпимость к чужому мнению приводит к быстрому и иной раз весьма резкому отторжению «инакомыслящих». Не случайно одной из весьма часто обсуждаемых проблем Интернет-общения является грубость и некорректность. Во-вторых, росту доверия в обществе способствует взаимодействие людей с различным опытом, интересами, взглядами. Но именно такие взаимодействия, с одной стороны, исключают поисковые системы, с помощью которых находят партнеров в Сети. С другой стороны, сами виртуальные Интернет-сообщества образуются на основе уже существующих общих интересов и не предполагают их расширения. (Необходимо отметить, что все приведенные выше выводы о влиянии Интернета на социокультурные взаимодействия сделаны исследователями на основе анализа американской культуры).

Таким образом, развитие Интернет является одним из наиболее значимых факторов культурной глобализации (как, впрочем, и других ее форм, например, экономической глобализации). Однако он неоднозначно влияет на межкультурные взаимодействия. С одной стороны, развитие Интернета способствует распространению установлению сетевых связей, коммуникации, движению информации в мировом масштабе в режиме реального времени. С другой — в Интернете формируются виртуальные сообщества, основанные на слабых связях по интересам, способствующие, в конечном счете, фрагментации культуры.