8.2. Кодирование: построение образа мира политики

Социальная категоризация

¹⁶⁰ Андреева Г.М. Психология социального познания. - М., 2000. - С.99

¹⁶¹ Там же. - С. 99

Главная познавательная задача работы с социальной информацией - распознавание в ней определенного смысла. Выявление смысла возможно только в случае, когда все вновь воспринимаемые объекты рассматриваются в определенном контексте. Но воспринять объекты «в контексте» — значит установить всю систему связей данного объекта со всеми другими объектами и явлениями. Это весьма сложная познавательная задача, и необходимы какие-то способы упрощения ее. Одним из способов упрощения стратегии познания и является категоризация. Ее генеральная функция —упорядочивание и упрощение информации, получаемой извне, с целью уяснения контекста. Категоризация является «самым общим способом работы с социальной информацией»¹⁶⁰ и в самом общем виде представляет собой «отнесение каждого нового воспринимаемого объекта к некоторому классу себе подобных и уже известных ранее объектов, т.е. к категории»¹⁶¹.

Социальная категоризация - это процесс группировки социальных объектов и явлений по их значению в системе

162

действий, намерений и убеждений индивида.

Отнесение социальных объектов к категориям имеет своей главной функцией служить человеку руководством к действию: категоризация сокращает путь определения стратегии поведения, сводит этот процесс к наиболее краткому варианту, создавая быструю связь между восприятием — мышлением — действием. Категоризация связывает то, как люди воспринимают мир и то, как думают о нем.

Категоризация возможна постольку, поскольку люди живут в относительно стабильном мире, где предметы обладают более или менее неизменными характеристиками, благодаря чему человек и может идентифицировать их. Категоризация выступает как инструмент, посредством которого человек систематизирует свое окружение, на основании чего только и можно в этом окружении действовать. Особенность этой «работы» в том, что определенные аспекты информации отбираются, а другие модифицируются с тем, чтобы достичь «лучшего соответствия» внутри категории. Например, легче всего категоризировать вновь встреченного человека, просто поместив его в категорию «человек». Это нужно, чтобы как-то начать взаимодействие с ним. Потом, позже, можно продолжить категоризацию, относя встреченного человека к группам по полу, возрасту и т.д.

Примеры политической категоризации: «правый», «центрист», «левый» либо «либерал», «консерватор», «социалист» и т.д. Представителей той или иной категории в чистом виде не существует, однако людям проще использовать категоризацию, разделяя политиков на те или иные типы.

Важным аспектом категоризации социального окружения является самокатегоризация. Данный механизм лежит в основе партийной системы, электорального поведения, национального

Шихирев П.Н. Современная социальная психология, М., 1999. - С. 260

375

самосознания, и др. явлений, имеющих в основе межгрупповое взаимодействие.

По мнению известного английского исследователя-когнитивиста А. Тэджфела социальная реальность представляет собой существование и взаимодействие разнообразных социальных групп. Для отдельной личности эта реальность также воспринимается как мир взаимодействующих социальных групп. Любое социальное поведение людей, в конечном счете, всегда опосредовано их включенностью в группы, а неизбежным результатом социальной категоризации является видение окружающего мира сквозь призму разделения «мы - они». Это деление оказывается в основе восприятия и оценки любых социальных явлений и процессов, особенно ярко проявляясь в образах жизненно значимых объектов, в первую очередь социальных групп и их представителей, от которых зависит реализация потребностей и интересов воспринимающего субъекта.

Результатом категоризации и самокатегоризации становится социальная идентичность - причисление личностью себя к определенным группам на основании признаков, выделенных в ходе категоризации. Причем число групп, к которым причисляет (идентифицирует) себя человек, не ограничено: горожанин, менеджер, любитель пива, семьянин, автомобилист, либерал и т.д. Политическая идентичность является частью идентичности социальной.

Схематично, процессы формирования идентичности развертываются в следующей последовательности: социальная категоризация - социальная идентификация - социальное сравнение -межгрупповая дифференциация (психологическое групповое отличие). Социальное сравнение в данном случае - это процесс, который постоянно сопутствует процессам категоризации и идентификации и неотделим от них. Он представляет собой сопоставление себя и членов своей группы по различным параметрам: социальный статус, цвет кожи, достаток или способность добиваться своих целей. Социальное сравнение всегда имеет ярко выраженный

оценочный характер. Выражением этого оценочного процесса

376 является межгрупповая дифференциация (психологическое групповое отличие). Она выражается в том, что индивид, стремясь удовлетворить свою потребность в самоуважении, склонен находить и поддерживать позитивные отличия своей группы от аутгрупп.

Разделение мира на тех, кто принадлежит к «моей» группе, и на тех, кто принадлежит к «чужой» - один из самых распространенных способов категоризации людей.

Одно из наиболее ярких и важных проявлений социальной категоризации - социальные стереотипы.

Стереотипы изучаются политической психологией в качестве ведущих механизмов политического поведения и рассматриваются как организованная предрасположенность личности к определенному восприятию ситуации, ее оценке и последующим действиям.

Большинство исследователей определяют социальный стереотип как стандартизированный, устойчивый, эмоционально-насыщенный, ценностно-определенный образ, представление о социальном объекте.

Стереотип представляет собой своего рода шаблон, определяющий предрасположенность субъекта к восприятию социальных объектов, а вслед за этим и к выражению отношения к ним. Опираясь на сложившиеся стереотипы, люди и группы увереннее и быстрее ориентируются в повседневной жизни среди огромного объема информации.

Стереотипы становятся своеобразными «флажками», которыми обозначено поле доступного для понимания и оценки. Не способствуя точности и аналитичности познания, они ускоряют возможности поведенческой реакции на основе, прежде всего, эмоционального принятия или непринятия информации.

Базовое понимание стереотипа для политической психологии впервые было введено У. Липпманом в 1922 г. для обозначения расп­ространенных в общественном мнении предвзятых представлений о членах разнообразных национально-этнических, социально-

политических и профессиональных групп.

377

Отечественные исследователи определяют стереотипы как яркое

проявление социальных установок, их концентрированное

₁₆₃

проявление . Западные - фактически смешивают два этих понятия.

В стереотипах, как и в социальных установках (аттитюдах) выделяют три компонента: когнитивный (совокупность знаний и представлений по поводу объекта стереотипизации), аффективный (эмоциональная оценка объекта, определяющая чувство симпатии или антипатии к нему), поведенческий (модели реагирования и последовательного поведения по отношению к объекту). Доминирующими в структуре стереотипа являются эмоциональные и оценочные составляющие, диктующие определенное отношение к социально-политическим явлениям.

В структуре стереотипа выделяют «центр» и «периферию». В «центре» располагаются один-два наиболее заметных, ярких, эмоционально воспринимаемых признака (черты внешности или одежды — для этнических стереотипов, символы: флаг, герб, лозунг — для социально-политических). С этими признаками стереотипизирующее сознание напрямую связывает те или иные черты характера и поведения (стереотип человека), свойства явления, истоки и последствия события или процесса, которые становятся «периферией» стереотипа.

Одна из ключевых проблем - это проблема истинности стереотипа и его роли в определении политического поведения.

¹⁶³ Например, П. Н. Шихирев полагает, что «психологическую основу стереотипа составляет социальная установка, обладающая интенсивностью аффективного элемента в степени, достаточной для четкой поляризации восприятия объекта, повышенной устойчивостью, обусловленной общепринятым в данной социальной общности...Социальная установка представляет собой диалектическое единство динамического состояния организма и коммуникативного знака - важнейшего условия ее распространения и передачи. Стереотип, в свою очередь, есть концентрированное выражение этого единства». (Шихирев П.Н. Исследования стереотипа в американской социальной науке// Вопросы философии.-1971.- №5. - С. 174). С точки зрения К.К. Платонова стереотип - это «вид социальной установки, ценностной (значимой для данной личности), четко и устойчиво выраженной (фиксированной), субъективно существующей как устойчивый образ» (Платонов К.К. Краткий словарь системы психологических понятий. - М., 1981)

378

Большинство политических психологов, сталкиваясь с практическими проявлениями ригидности мышления людей, акцентируют внимание на негативных последствиях стереотипизации. Например, по мнению Д. Ольшанского, «упрощая процесс социально-политического познания, стереотипы ведут к по­строению достаточно примитивного и плоскостного политического сознания — как правило, на основе многочисленных предубеждений, что подчас редуцирует социально-политическое поведение до набора простейших, часто неадекватных эмоциональных реакций. Безотчетные стандарты поведения играют негативную роль в ситуациях, где нужны полная и объективная информация, аналитическая ее оценка, принятие самостоятельного решения, осуществление сложного социально-политического выбора. За счет этого в массовом сознании обычно и складываются стереотипы, способствующие возникновению и закреплению предубеждений, неприязни к нововведениям, к самостоятельному мышлению и т. п.»¹⁶⁴.

Социальные психологи считают стереотип неизбежным результатом социального познания, которое, с одной стороны, осуществляется в условиях информационного дефицита внутри социальных групп, с другой - происходит под воздействием тенденции к «экономии мышления». Тем не менее, подчеркивается, содержательные стороны стереотипов являются, пусть трансформированным, но отражением объективной реальности, поскольку представляют собой аккумулированные сгустки разрозненного индивидуального и группового опыта, отражающие относительно общие, повторяющиеся в нем свойства и особенности социально-политических явлений. Как показали результаты многочисленных экспериментов (Biernat, 1993; Brigham, 1971; McCauley, 1995; Oakes, Haslam & Turner, 1994; Ottati & Lee, 1995;

165

Ryan, 1996, Swim, 1994) значительное число социальных стереотипов содержат в себе существенное зерно истины.

¹⁶⁴ Ольшанский Д.Основы политической психологии. - Екатеринбург, 2001 - С. 76

¹⁶⁵ Чалдини Р., Кенрик Д., Нейберг С. Социальная психология. (Пойми других, чтобы понять себя!) - СПб., 2002. - С. 120

В зависимости от роли, которую сыграл объект стереотипа в исторической жизни субъекта (а это всегда социальная общность), стереотип закрепляет как негативные, так и позитивные черты взаимодействия.

В силу природы своего формирования стереотипы являются мощным средством манипулирования сознанием отдельных инди­видов, формирования общественного мнения групп и масс в политике. Всякая социально-политическая система создает набор определенных стереотипов, следование которым необходимо для успешного функционирования данной системы.

В современных обществах ключевым источником формирования стереотипа является целенаправленная деятельность СМИ и политической пропаганды. Причем сами законы массовой коммуникации требуют передачи политических идей в обобщенных, стереотипизированных сообщениях. Массовое сознание способно воспринимать информацию только в форме определенных стереотипов. Процесс тиражирования социально-политической информации, имеющий целью вызвать в сознании и политическом поведении людей сколько-нибудь однородную, стереотипную реакцию, возможен только посредством использования информа­ционных стереотипов, вызывающих, в свою очередь, соответствующие психологические и поведенческие стереотипы у реципиентов.

С этой точки зрения, стереотип выступает как постоянно декларирующиеся и навязывающиеся людям стандартные единообразные способы осмысления социально-политических явлений и проблем, эталонные образцы политического поведения, постоянно повторяемые и используемые политической элитой, поддерживаемые и распространяемые средствами массовой коммуникации. В содержательном отношении, совокупность подобных стереотипов составляет идеологию или идейно-политическую основу данного общества, существующую на трех основных уровнях:

стереотипы индивидуального политического сознания и поведения, подкрепляемые стереотипами соответствующих позитив­ных и негативных санкций (например, вкладываемые в содержание понятия «законопослушный» гражданин);

380

стереотипы группового политического сознания и поведения (например, традиции того или иного этноса, слагаемые «профессиональной чести», уставы политических партий и движений и т. п.);

стереотипы политического сознания и поведения члена общест­ва (социально-политической системы в целом).

Каузальная атрибуция

Категоризация - не единственный механизм, посредством которого человек систематизирует свое окружение с тем, чтобы определить стратегию поведения в этом окружении. В условиях дефицита информации о причинах действий конкретных лиц или социальных групп люди пытаются объяснить себе их скрытые мотивы, заменив недостаток информации приписыванием. Этот социально-психический процесс объяснения поведения другого получил наименование каузальной атрибуции (букв.: «приписывание причины»).

Исследования каузальной атрибуции направлены на изучение попыток «рядового человека», «человека с улицы» понять причину и следствие тех событий, свидетелем или участником которых он является. Сформировалась и особая отрасль социальной психологии, которая анализирует именно эти процессы (Г. Келли, Э. Джонс, К. Дэвис, Д. Кенноуз, Р. Нисбет, Л. Стрикленд).

Атрибутивный процесс начинается с желания понять причины и следствия поступков других людей, т.е. в конечном счете, понять смысл человеческих отношений. Причем у человека всегда присутствует как потребность понять эти отношения, так и потребность предсказать дальнейший ход этих отношений. Причина, которую индивид приписывает явлению (или человеку), имеет важные последствия для него самого, поскольку значение события и реакция человека на него детерминированы в большей степени приписанной причиной. Поэтому сам поиск причин, их адекватный выбор в различных ситуациях есть важнейшее условие ориентации человека в окружающем его социальном мире. В каких-то чертах

381 категоризация сходна с атрибутивным процессом: и там и здесь человек постигает смысл окружающего его мира.

В результате экспериментов было доказано, что существует несколько типов приписывания. Г. Келли выделил три таких типа: личностную атрибуцию (причина приписывается лично совершающему поступок), объектную атрибуцию (причина приписывается тому объекту, на который направлено действие), обстоятельственную атрибуцию (причина совершающегося приписывается обстоятельствам). В зависимости от того, участвует сам человек в оцениваемых событиях или нет, он будет использовать разные типы атрибуции. Наблюдатель чаще использует личностную атрибуцию, а участник склонен в большей мере объяснить совершающееся обстоятельствами. Эта особенность отчетливо проявляется при приписывании причин успеха и неудачи: участник действия «винит» в неудаче преимущественно обстоятельства, в то время как наблюдатель «винит» за неудачу прежде всего самого исполнителя (хорошо известна склонность людей, включая политиков, не сумевших реализовать намеченные цели, ссылаться на возникшие перед ними объективные препятствия).

Также существуют различия атрибуции, определяемые качеством и объемом доступной информации. Г. Келли установил различие между приписыванием, происходящим при наличии относительно достаточной, разносторонней и неполной, отрывочной информации¹⁶⁶.

¹⁶⁶ Современная зарубежная социальная психология. Тексты. Под ред. Г.М.Андреевой, Н.Н.Богомоловой, Л.А.Петровской. М.: Изд-во МГУ, 1984, С. 127-137.

В первом случае, получившем название «ковариантная атрибуция», операция приписывания приобретает логический характер. Когда воспринимающий имеет возможность пользоваться данными многих, а не одного наблюдения, он «подбирает» причину к тем факторам, с которыми, как ему кажется, будет соотноситься (ковариировать) результат. Такой принцип является весьма сходным с принципами статистического анализа, который используют

статистики при проведении «анализа вариаций». По-видимому, этим и объясняется аббревиатура, посредством которой Келли обозначает этот принцип — ANOVA — analysis of variations.

Однако, как понимал и сам Келли, предложенная им модель ANOVA представляет идеальный образец схемы, по которой должен рассуждать человек. В действительности, в реальных ситуациях у субъекта часто нет достаточной информации или времени (а чаще того и другого) на «приложение» схемы и чаще всего он умозаключает о причинах на основании одного-единственного следствия, хотя и включает при этом свой прошлый опыт. Такой принцип приписывания получил название «конфигуративная атрибуция».

Его суть в том, что человек, для ясного объяснения явления, определения какой-то однозначной его причины, отбрасывает все, что противоречит этому выбору и приумножает объяснительную силу выбранного им фактора.

Иными словами, на практике люди осуществляют атрибуцию быстро, используя совсем мало информации (часто одно-единственное наблюдение) и демонстрируя достаточную категоричность суждения.

Действие механизмов атрибуции имеет в политике самое широкое распространение. На уровне обывателя - это объяснение причин масштабных экономических и социальных проблем состоянием здоровья политического лидера или поиск виновных среди представителей тех или иных этнических или социальных групп. Теории заговора и закулисных мировых правительств - одно из ярких проявлений атрибуций в восприятии политической сферы жизни.

На уровне политиков и функционеров атрибуции проявляются в преувеличении враждебных намерений других политических субъектов, партий и государств, переоценка собственной осведомленности и адекватности относительно тех, кто не находится «внутри» ситуации (различия в атрибуциях «стороннего»

наблюдателя и непосредственного участника) и т.д.

383

Нужно отметить, что распространенность атрибуций в политическом познании определяется не только свойствами психики, но и объективной ситуацией дефицита достоверной информации. Различные источники, прежде всего СМИ, предоставляют большой объем не поддающихся проверке сведений и объяснений происходящего. Однако при общем обилии информации существует острый недостаток информации о причинно-следственных связях политических событий, явлений, действий. Поэтому наблюдатели вынуждены интерпретировать получаемую информацию, используя атрибутивные схемы, закрепленные в собственном опыте.

Теория социальных представлений

Политическая, экономическая, культурная жизнь общества многолика и пестра, и несомненно, что образ ее может быть достаточно полным лишь при учете всей мозаики составляющих его явлений. Каким образом организуется познание людьми этих многообразных явлений? Очевидно, что для описания и понимания всей системы социально-политических знаний, формирующихся у людей, концепций категоризации, стереотипизации, атрибуции не достаточно.

Необходимость установить более тесную связь между когнитивными процессами индивида и социальными макропроцессами пробудил исследователей к поиску новых понятий и теорий, способных дать более широкое описание и объяснение феноменов социального знания.

Наиболее значимым результатом этого поиска стала концепция социальных представлений, которая была разработана в рамках французской социально-психологической школы С. Московичи и его последователями: Ж.-П. Кодол, Д. Жоделе и др. Авторы постоянно делают акцент на то, что вся совокупность знаний («представлений») человека о мире дана в системе, и это приводит к тому, по словам Д. Жоделе, что «социальные представления являются тем объектом, исследования которого возвращают социальную психологию в исторический, социальный и культурный масштаб».

Среди большого числа дефиниций наиболее общим определением «социального представления» является следующее: «категория социального представления обозначает специфическую форму познания, а именно знания здравого смысла, содержание, функции и

₁₆₇

воспроизводство которых социально обусловлены» . Сам Серж Московичи понимает под социальным представлением сеть понятий, утверждений и объяснений, рождающихся в повседневной жизни в ходе межличностной коммуникации¹⁶⁸.

Социальные представления рождаются в обыденном, повседневном мышлении с целью осмыслить, понять окружающий человека социальный мир. Понятно, что именно через и посредством социального представления обыденный человек и осуществляет познание социального мира.

Соединяя в себе атрибуты образа и понятия, в сформированном виде представление трактуется как обобщающий символ, знак определенных общественных явлений, как система интерпретации и типологии личностей и событий. «Образ и смысл неразделимо связаны в представлении: любому значению соответствует образ, любому образу - значение». ¹⁶⁹

Социальные представления не являются продуктом индивидуального сознания, а есть результат деятельности социальной группы по обработке и интерпретации социальной информации.

Социальное представление выполняет три основные функции:

Донцов А.И., Емельянова Т.П. Концепция "социальных представлений" в современной французской психологии. - М., 1987. - С. 35

¹⁶⁸ Андреева Г.М. Психология социального познания. - М., 2000. - С. 53

¹⁶⁹ Донцов А.И., Емельянова Т.П. Концепция «социальных представлений» в современной французской психологии. - М., 1987. - С. 39

1) оно является инструментом познания социального мира — его роль здесь аналогична роли обычных категорий, посредством которых индивид описывает, классифицирует, объясняет события;

2. оно есть способ опосредования поведения — способствует направлению коммуникации в группе, обозначению ценностей, регулирующих поведение;

3. оно является средством адаптации совершающихся событий к уже имеющимся, т.е. способствует сохранению сложившейся картины мира.

При восприятии сложных социальных объектов, к которым относятся социальные институты, «обыденное» сознание использует особые механизмы формирования представлений о социальном окружении. Наиболее отчетливо действие этих механизмов проявляется при восприятии и понимании тех явлений, с которыми рядовой гражданин не сталкивается ежедневно, а информации об их социальном назначении и механизмах существования и деятельности явно недостаточно. Политические процессы и политические институты несомненно относятся к этой категории явлений.

Социальное представление являет собой структуру, включающую три компонента: информация, поле представления, установка.

Информация - это сумма знаний о представляемом объекте, полученных из различных источников. Обрывки сведений о различных, в большинстве своем сложных, системных явлениях общественной жизни просачиваются в массовой сознание, простая сумма сведений о них мелькает в повседневных разговорах, дискуссиях, выпусках новостей. Мало кто из людей, не будучи специалистами, хорошо разбирается в вопросах современной экономики, права, науки, культуры. Однако с участием многих различных источников представления о сложных вещах и процессах «сложным путем проникают в «щель» обыденного сознания и как бы трансформируются в нем в достаточно понятное и не столь

170

странное».

Ключевым каналом, по которому в группу приходит информация, сегодня являются СМИ. Они становятся своеобразным коммуникативным фильтром: отбирают сообщения и расставляют в

Андреева Г.М. Психология социального познания. - М., 2000 - С. 209

386

них акценты, формируют «повестку дня» и значимые темы для обсуждения.

Поле представления - это общая смысловая рамка, в которую помещается новая информация, а также набор возможных толкований того или иного понятия, определяемого представлением. Поле представления формируется группой, которая фиксирует определенные, значимые для нее аспекты воспринимаемого явления. Группа также влияет на частоту использования социального представления, варьируя число связей данного представления с другими значимыми категориями группового тезауруса и, таким образом, определяя место этого представления в групповой коммуникации.

Установка - это отношение к объекту представления. Она формируется на основе информации, «параметров» группового поля и собственного опыта, включая в себя и эмоциональную оценку, знак отношения и стратегии возможного поведения по отношению к объекту.

Механизм возникновения социального представления включает в себя три этапа: анкеровка («зацепление»); объектификация; натурализация.

Суть первого этапа - анкеровки - состоит в том, что групповое сознание концентрирует, фиксирует внимание на новом, как правило, незнакомом объекте с целью "вписать его в уже существующую рамку понятий".

Тогда на этапе объектификации появляется возможность превратить обозначение неизвестного предмета в более конкретный и доступный для понимания образ. Этот процесс, как правило, осуществляется в форме персонализации, то есть попытки привязать понятие к какой-нибудь более-менее знакомой конкретной личности. Это обусловлено тем, что образ индивида - реальный или собирательный, является наиболее удобным и доступным для понимания и оценки. «Внутри- и внешнеполитическая жизнь общества в восприятии населения страны отражается в фигуре политического лидера, является источником информации,

387 воспринимаемой массами». В случае восприятия политических процессов подобной персоной, как правило, становится публичный деятель, глава государства, региона. Московичи приводит пример, когда понятие психоанализ связывается в сознании с именем З.Фрейда. В целом персонализация выступает одним из ключевых механизмов познания всей политической системы, непосредственным образом влияя на политическое и электоральное поведение.

Другой формой объектификации может стать так называемая фигурация, при этом содержание нового понятия, привязывается не просто к имени, персональному образу, а к некоторой формуле, связанной с этим именем.

Яркие примеры социальных представлений - образы наших политических руководителей, увязанные со словесными формулами: Сталин - Культ личности, Хрущев - Оттепель, Брежнев - Застой, Горбачев - Перестройка. Имя высшего руководителя здесь отождествляется не только со всей системой власти, но и с вектором наиболее заметных экономических, социальных и политических процессов, происходивших в стране.

¹⁷¹ Имидж лидера. Психологическое пособие для политиков. Под ред. Е.В.Егоровой-Гантман. М. 1994.

¹⁷² Social cognition: perspectives on everyday understanding. - L.etc., 1981. - Цит. по Якимова Е.В. Социальное конструирование реальности: социал.-психол. подходы: науч.-аналит. обзор. - М.: ИНИОН, 1999. - С. 84

388

Заключительный этап натурализации предполагает принятие полученного знания как некой объективной реальности. При этом адекватность полученного образа второстепенна по сравнению с необходимостью удовлетворить потребность в приведении новой информации в соответствие с существующей картиной мира. Формируя социальное представление, социальное сообщество ориентируется на образный арсенал социальной памяти. Так возникают клише, которые комбинируют разрозненные и упрощают сложные образы. В конечном счете, исчезает различие между образом и миром: «образ, ассоциируемый со словом или идеей, ввергнутый в пучину социального бытия и пущенный по воле волн, начинает рассматриваться как реальность - разумеется, как реальность конвенциональная, но все-таки реальность»¹⁷².

Выступая средством адаптации, социальные представления демонстрируют гибкость и вариабельность: меняющийся политический и исторический контекст меняют содержание и эмоциональный заряд представления. Распад Советского Союза и утрата одной из наиболее значимых самоидентификаций — «советский человек» — привела к воскрешению этнических и религиозных идентификаций, реализующихся в системе определенных социальных представлений. Эти представления не были востребованы на протяжении длительного отрезка истории, но оказались живучими и возродились в новой культурно-исторической ситуации. Метаморфоза случилась и с образом российского предпринимателя: за двадцать лет этот образ успел претерпеть, по крайней мере, три радикальных метаморфозы: от «спекулянтов» и «цеховиков» 80-х, через образ «нового русского» в малиновом пиджаке 90-х к образу современного высокообразованного моложавого бизнесмена 2000-х. Соответственно, изменилось и отношение к предпринимателю со стороны общественного мнения: от неприятия, презрения к нейтральному отношению и уважению.

Примеры иллюстрируют тот факт, что система социальных представлений существует в каждом данном обществе и в определенный период его существования.

Говоря о системе представлений, существующих в определенный момент времени уместно обратиться к понятию менталитет.

Понятие менталитета (ментальности) пришло из исторической психологии. Оно было введено в научный оборот французскими исследователями К. Леви-Брюль, А. Февр, М. Блох и означает, в их определении «наличие у людей того или иного общества, принадлежащих к одной культуре, определенного общего «умственного инструментария», «психологической оснастки», которая дает им возможность по-своему воспринимать и осознавать

₁₇₃

¹⁷³ Гуревич А.Я. Историческая наука и историческая антропология. // Вопросы философии, 1988. № 1. С. 56.

389

свое природное и социальное окружение и самих себя». ¹⁷³ В самом общем виде менталитет можно определить как «характерную для конкретной культуры (или субкультуры) специфику психической

жизни включенных в нее людей, детерминированную экономическими и политическими аспектами ее исторического развития».¹⁷⁴

Менталитет включает в себя некоторую систему знаний об обществе, его отдельных элементах, характере общественных отношений, норм, ценностей. Причем это не абстрактно-общие знания, а знания, пропущенные через интересы и субъективный опыт людей, выраженные в системе значимых смыслов. В менталитет включена система языка, посредством которого эти смыслы выражаются. Менталитет предполагает также принятую систему мотивов, выделяя в ней доминирующие из соответствующих норм поведения.

Политический менталитет оснащает принадлежащих к нему людей политическими взглядами, настроениями и чувствованиями, позволяя им идентифицировать себя с определенными политическими ценностями.

Исследователи политического менталитета выделяют в нем два важных компонента: содержательная сторона (взгляды, ценности, чувства и т.п., которые складываются в определенные системы и ценностей закрепляются, маркируются идеологическими «ярлыками» - стереотипами);¹⁷⁵ стиль мышления (когнитивный стиль), характер политических рассуждений, способ восприятия системы (так, одним людям свойственно восприятие политики в черно-белых тонах, а другим — большая понятийная сложность, доступно понимание большего разнообразия оттенков политических позиций). Исследователями была выявлена связь когнитивного стиля с конкретными политическими ориентациями.

¹⁷⁴ Дубов И. Г. Феномен менталитета: психологический анализ/Вопросы психологии. 1993. № 1

¹⁷⁵ Шестопал Е.Б. Политическая психология: Учебник для вузов. - М, 2002.

390

Итак, подведем итог. В условиях дефицита верифицируемой информации о фактах общественно-политической жизни и в силу надындивидуальности (социоэтальности) политики для повседневного опыта отдельного индивида, люди создают образ политической реальности на основе социальных представлений, являющихся результатом группового познания реальности -межличностной и групповой коммуникации «наивных исследователей». Причем эти представления являются не только и не столько результатом отражения реальности, ее «отпечатком», но, в первую очередь, результатом активного взаимодействия людей с целью создания упорядоченной и предсказуемой картины социального мира с определением своего места в ней.

«Сконструированный» образ мира предстает перед человеком как определенная социальная реальность, которая определяет действия индивидов и групп. Рамку, в которой складывается общий для больших групп образ мира, можно определить как «менталитет».

Недостаток информации о причинах действий персон и групп, люди пытаются объяснить приписыванием (атрибутированием) причин поведения. Объясняя социально-политическую реальность, люди склонны исходить из одной возможной причины, не рассматривая все альтернативы, демонстрируя при этом достаточную категоричность суждений (эта особенность социального познания определяет целый ряд ошибок восприятия, о которых будет сказано ниже).