2. Правовое положение иностранных лиц в гражданском процессе

Основным принципом, действующим при реализации иностранными лицами права на судебную защиту, является принцип национального режима. В соответствии с этим принципом иностранцы имеют право обращаться в суды и пользуются гражданскими процессуальными правами для защиты своих интересов наравне с гражданами и юридическими лицами государства, в котором они (иностранцы) осуществляют свое право на судебную защиту. Данный принцип получил закрепление в статье 398 ГПК РФ и статье 254 АПК РФ, в соответствии с которыми иностранные лица пользуются процессуальными правами и несут процессуальные обязанности наравне с российскими гражданами и организациями. Это значит, что иностранцы могут так же, как и российские граждане, выступать в процессе в качестве истца, ответчика или третьего лица, они могут на общих основаниях представлять доказательства, изменять основания или предмет иска. Аналогичное положение предусмотрено и в отношении иностранных юридических лиц.

Предоставляя иностранцам национальный режим, законодатель в то же время предусмотрел возможность установления Правительством Российской Федерации ответных ограничений в отношении иностранных лиц тех государств, в судах которых допускаются ограничения процессуальных прав российских граждан и организаций. Реторсии в отношении процессуальных прав иностранцев могут устанавливаться только Правительством и быть обусловленными соответствующими ограничениями в отношении российских лиц. Данное правило текстуально идентично сформулировано в пункте 4 ст. 398 ГПК РФ и пункте 4 ст. 254 АПК РФ.

Иностранцы, реализуя свои процессуальные права, могут вести гражданские дела в российских судах лично или через представителей. Интересы иностранных граждан в российских судах могут представлять консулы соответствующих государств. В отношении возможности российских граждан и юридических лиц иметь судебную защиту на территории иностранного государства следует иметь в виду, что в законодательстве некоторых государств содержатся специальные нормы, отличные от норм, закрепляющих процессуальные права для собственных граждан и юридических лиц. В качестве примера можно привести законодательство Аргентины, в соответствии с которым лица, не проживающие на территории Аргентины, при обращении в суд обязаны внести определенную сумму – денежный залог.

Впервые в российском процессуальном законодательстве получили закрепление специальные правила о гражданской процессуальной право- и дееспособности иностранных граждан и лиц без гражданства. Эти правила сформулированы в ст. 399 ГПК, согласно п. 1 которой гражданское процессуальная право- и дееспособность указанных категорий физических лиц определяется их личным законом. Далее в пунктах 2–5 ст. 399 ГПК РФ законодатель расшифровывает, что считать личным законом иностранного лица либо лица без гражданства. Нормы, содержащиеся в данных пунктах, аналогичны нормам, закрепленным в ст. 1195 ГК РФ, определяющим личный закон физического лица применительно к сфере гражданско-правовых отношений, осложненных иностранным элементом.

Следует отметить, что в Арбитражном процессуальном кодексе подобные нормы о процессуальной право- и дееспособности иностранцев не содержатся. Вопрос о процессуальной правоспособности иностранной и международной организаций решается в статье 400 ГПК РФ. Личным законом иностранной организации, на основе которого определяется процессуальная ее правоспособность, считается право страны, в которой организация учреждена. Однако иностранная организация, не обладающая процессуальной правоспособностью по своему личному закону, может быть признана правоспособной на территории России в соответствии с российским правом.

Процессуальная правоспособность международной организации устанавливается на основе международного договора, в соответствии с которым она создана, ее учредительных документов или соглашения с компетентным органом Российской Федерации (п. 3 ст. 400 ГПК РФ).

Любая правовая система предусматривает наличие определенных судебных расходов, состоящих из судебных издержек (сумм, выплачиваемых экспертам за составление соответствующего экспертного заключения, свидетелям – в качестве компенсации за потерю рабочего времени и оплату проезда) и государственной пошлины. В каждом государстве установлены свои размеры госпошлины и определено, что составляет содержание судебных издержек.

В Арбитражный процессуальный кодекс включена норма о том, что иностранным лицам могут предоставляться процессуальные льготы, если они предусмотрены международным договором России.

Характеризуя процессуальное положение иностранцев, необходимо отметить особенности правового положения определенной категории лиц, которые подлежат юрисдикции в ограниченном объеме. К их числу относятся дипломатические и консульские представители иностранных государств. В соответствии со статьей 401 ГПК РФ аккредитованные в Российской Федерации дипломатические представители иностранных государств, другие лица, указанные в международных договорах России или федеральных законах, подлежат юрисдикции судов в Российской Федерации по гражданским делам в пределах, определенных общепризнанными принципами и нормами международного права или международными договорами России. В Арбитражном процессуальном кодексе аналогичной статьи об особом процессуальном статусе дипломатических и консульских представителей не содержится. Однако их правовое положение в судах все равно будет иметь особенности в силу международных норм.

В праве большинства государств определение гражданско-правового и гражданско-процессуального положения иностранцев основано на принципе национального режима. Практически везде закреплено право иностранцев на судебную защиту и свободный доступ в суды. Однако в праве западных государств уже давно существует институт cautio iudicatum solvi (судебный залог), т.е. возложение на истца-иностранца обязанности предоставить обеспечение судебных расходов, которые может понести ответчик в случае отказа истца от иска или проигрыша им процесса (Франция, Испания, Австрия, ФРГ, Великобритания, Польша, Чехия).

Во всех этих государствах предусмотрена возможность освобождения иностранцев от внесения залога на основе принципа взаимности, закрепленного в международных соглашениях. Основания освобождения иностранцев от внесения залога закреплены и в национальном законодательстве: на основе принципа взаимности; при наличии у истца-иностранца имущества на территории страны суда (в первую очередь– недвижимости); постоянное проживание в стране суда; «право бедности». В российском законодательстве отсутствует институт cautio iudicatum solvi – истцы-иностранцы освобождены от бремени судебного залога в российских судах независимо от взаимности.

Гражданская процессуальная право- и дееспособность иностранных физических и юридических лиц в основном определяется на основе коллизионного принципа личного закона. В законодательстве стран континентальной правовой системы закреплена возможность применения иностранных ограничений право- и дееспособности субъектов МГП (Франция, ФРГ, Италия). Привязка к личному закону связана с проблемой установления юрисдикции местных судов. В связи с этим при определении процессуального положения иностранцев применяется и закон суда. В государствах системы общего права господствует процессуальная доктрина участия иностранцев в гражданском судопроизводстве (Великобритания, США), что также предполагает применение коллизионных норм (личного закона).

Международно-правовое регулирование процессуального положения иностранцев закреплено в двусторонних договорах о правовой помощи и о торговле и мореплавании: предоставление гражданам обеих сторон права на судебную защиту и беспрепятственный доступ в суды договаривающихся государств. Как указывалось выше, определение гражданской дееспособности иностранных частных лиц производится по личному закону, а их гражданской процессуальной дееспособности – по закону суда на основе принципа взаимности (договоры Российской Федерации с КНР, Францией, Данией, Чехией, Испанией).

Процессуальное положение государства как участника гражданского процесса основано на его суверенитете. Суверенитет государства предопределил появление теории государственного иммунитета. Перечислим виды иммунитетов государства: иммунитет от иностранной юрисдикции; иммунитет от предварительного обеспечения иска и принудительного исполнения иностранного судебного решения; иммунитет от применения иностранного права; иммунитет собственности государства и доктрина акта государства. В настоящее время в мире применяются две теории государственного иммунитета: доктрина абсолютного иммунитета и доктрина функционального (ограниченного) иммунитета. Доктрина абсолютного иммунитета государства закреплена в законодательстве РФ (ст. 401 ГПК, ст. 251 АПК). Эти процессуальные положения признают абсолютный иммунитет иностранного государства на территории РФ и устанавливают возможность привлечь любое иностранное государство к ответственности в судебных органах РФ при наличии явно выраженного согласия этого государства. Таким образом, российское процессуальное право основано на концепции «договорного, дипломатического» отказа от иммунитета. Это противоречит положениям ст. 124 и 1204 ГК – государство участвует в гражданско-правовых отношениях на равных началах со своими частными партнерами.

В договорной практике РФ используется доктрина функционального иммунитета. В двусторонних международных соглашениях о взаимной защите иностранных инвестиций закреплен добровольный и явно выраженный отказ российского государства от своего иммунитета (договоры Российской Федерации с Венгрией, США, Южной Кореей).

Привилегии и иммунитеты дипломатических и консульских должностных лиц закреплены в МПП и неразрывно связаны с суверенитетом государства. Официальные представители государства должны иметь в другом государстве возможность свободно выполнять свои функции как представители суверенного государства. На этом основано их освобождение от гражданской юрисдикции в государстве пребывания. Однако в международном праве предусмотрены и изъятия из дипломатических и консульских иммунитетов. Венские конвенции о дипломатических сношениях 1961 г. и консульских сношениях 1963 г. содержат перечень оснований для отказа в предоставлении иммунитетов по гражданским делам.

Основными документами, определяющими правовое положение дипломатических и консульских представителей, являются Венская конвенция о дипломатических сношениях 1961 г. и Венская конвенция о консульских сношениях 1963 г. Российская Федерация является участником обеих конвенций. В данных международных соглашениях закреплен принцип иммунитета дипломатических представителей и работников консульских учреждений от юрисдикции страны пребывания. Глава дипломатического представительства и другие члены дипломатического персонала, а также члены их семей пользуются иммунитетом от гражданской, административной и уголовной юрисдикции. Это значит, что указанные лица не обязаны давать показания в качестве свидетелей и вообще могут не являться в суд, в том числе и в случае, если гражданско-правовой спор касается служебной деятельности, осуществляемой консулом или дипломатическим представителем. Однако если дипломатические представители выступают как частные лица (с различного рода исками о праве собственности, разделе имущества, взыскании ущерба и т.п.), то иммунитет от гражданской юрисдикции на них уже не распространяется.