Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
Литература Возрождения, 2 часть.doc
Скачиваний:
4
Добавлен:
01.04.2025
Размер:
6 Мб
Скачать
☆

Глава xli

О том, как монах усыпил Гаргантюа, о служебнике его и о том, как он

читал часы

После ужина стали совещаться о неотложных делах, и решено было около

полуночи отправиться в разведку, дабы испытать бдительность и проворство

врага, а пока что решили слегка подкрепить свои силы сном. Гаргантюа, однако

ж, никак не мог уснуть. Наконец монах ему сказал:

- Я никогда так хорошо не сплю, как во время проповеди или же на

молитве. Я вас прошу: давайте вместе начнем семипсалмие, и вы сей же час

заснете, уверяю вас!

Гаргантюа весьма охотно принял это предложение, и в самом начале

первого псалма, на словах _Beati quorum_ {1} они оба заснули. Монах, однако

ж, проснулся как раз около полуночи - в монастыре он привык в это время

вставать к утрене. Проснувшись, он тут же разбудил всех, ибо запел во все

горло песню!

Эй, Реньо, очнись, проснись,

Эй, Реньо, да ну, вставай же! *

Когда все проснулись, он сказал:

- Господа! Говорят, что утреня начинается с откашливания, а ужин с

возлияния. А мы давайте наоборот: утреню начнем о возлияния, а вечером,

перед ужином, прокашляемся всласть.

Тут Гаргантюа сказал:

- Пить спозаранку, тотчас же после сна, - это против правил медицины.

Прежде надлежит очистить желудок от излишков и экскрементов.

- Нет, это очень даже по-медицински! - возразил монах. - Сто чертей мне

в глотку, если старых пьяниц на свете не больше, чем старых докторов! Я с

моим аппетитом заключил договор, по которому он обязуется ложиться спать

вместе со мной, и целый день я за ним слежу, а просыпаемся мы с ним тоже

одновременно. Вы себе сколько душе угодно принимайте ваши слабительные, а я

прибегну к моему рвотному.

- Какое рвотное вы имеете в виду? - спросил Гаргантюа.

- Мой служебник, - отвечал монах. - Сокольничие, перед тем как дать

своим птицам корму, заставляют их грызть куриную ножку, - это очищает их

мозг от слизи и возбуждает аппетит. Так же точно и я беру по утрам

веселенький мой служебничек, прочищаю себе легкие, а после этого мне только

лей - не жалей.

- Какого чина придерживаетесь вы, когда читаете часы? - спросил

Гаргантюа.

- Как придется - вот чего я придерживаюсь, - отвечал монах. - Иной раз

читаю по три псалма и по три отрывочка из Священного писания, а нет охоты,

так и совсем ничего. Я себя часами не утруждаю - не человек для часов, а

часы для человека. Словом сказать, я поступаю с ними, как все равно со

стременными ремнями - укорачиваю и растягиваю как мне вздумается: _brevis

oratio penetrat celos, longa potatio evacuat cyphos_ {2}. Кто это сказал?

- Честное слово, блудодейчик, не знаю, - молвил Понократ. - Однако ж ты

молодчина!

- Весь в вас пошел, - отвечал монах. - А теперь _venite apotemus_ {3}.

Тут принесли невесть сколько жаркого, а к нему ломтики хлеба, смоченные

в супе, и монах начал пить в свое удовольствие. Некоторые составили ему

компанию, прочие отказались. Затем все начали собираться в поход и надевать

бранные доспехи, при этом брата Жана облекли в доспехи против его желания,

ибо он сначала и слышать ни о чем не хотел, кроме как о том, чтобы прикрыть

живот рясой, а в руку взять перекладину от креста. Однако, не желая огорчать

соратников, он все же вооружился до зубов и, привесив сбоку булатный меч,

воссел на доброго неаполитанского скакуна, и вместе с ним выступили в поход

Гаргантюа, Гимнаст, Эвдемон и еще двадцать пять самых храбрых слуг

Грангузье, все в полном вооружении, все на конях и с копьями, как святой

Георгий, а позади каждого воина на крупе коня сидел стрелок.