Основные типы длинноплановых стилей
Длинный план – стилистический прием, который можно использовать в различных целях, а их нельзя ограничить определенным числом вариантов или логических возможностей. Тем не менее, существуют типичные вариации, которые стали наиболее успешными и наиболее часто воспроизводимыми решениями в истории кино. Не всегда бывает легко определить, какой именно эффект длинных планов использован в том или ином фильме – не только потому, что один и тот же длинный план может производить различный эффект (особенно в сочетании с движениями камеры и персонажей), но и по той причине, что один и тот же эффект производит разное впечатление на разных зрителей.
Последнее касается и профессионалов. Например, кинокритик Скотт Фаундас (Scott Foundas) полагает, что длинные планы в «Сатанинском танго» «погружают вас в этот мир… У вас появляется чувство, как будто вы являетесь одним из его обитателей». Дэвид Бордуэлл (David Bordwell), напротив, подчеркивает дистанцирующий эффект тех же самых длинных планов: «Я совершенно не чувствую себя соучастником происходящего. Я вижу, что речь идет о человеческом достоинстве, но это наблюдение, сделанное с некой отстраненной точки зрения»19. Чувство погруженности в происходящее или, наоборот, чувство отстраненности – ощущения, противоположные друг другу. Возможно, такое противоречивое восприятие является результатом той двойственности, с которой Тарр использует длинные планы, но возможно также, что оно возникает просто благодаря тому, что эффект длинных планов не может быть определен сколько-нибудь однозначно. Я попытаюсь доказать, что в некоторых случаях, в том числе и в случае Тарра, мы сталкиваемся с подлинной двойственностью: то, что длинные планы могут вызывать и чувство погруженности в происходящее на экране, и чувство отстраненности, является одной из особенностей длинных планов Тарра, которая прямо проистекает (как я покажу далее, в шестой главе) из морального отношения Тарра к его персонажам.
Теперь я хочу кратко охарактеризовать четыре типа использования длинных планов, большей частью соединенных с продолжительными движениями камеры, что, на мой взгляд, очень часто встречается как в фильмах 60-70-х годов, так и в работах Тарра: процесс де-драматизации (Антониони), хореографические, непрерывно меняющиеся движения камеры (Янчо), погруженность в происходящее и психологическое соучастие (Тарковский), и, наоборот, отстраненность от показываемых на экране событий (Годар).
Антониони
Говоря о длинных планах у Антониони, нет необходимости вдаваться в детали, так как этот вопрос подробно обсуждается в историографии кинематографа20. Сам Антониони неоднократно давал по этому поводу комментарии, которые могут служить лучшим объяснением того, почему он прибег к созданию длинноплановых композиций, особенно характерных для раннего периода его творчества. Вот как он объясняет появление длинных планов в своем первом фильме:
«Я почувствовал, что не могу отпустить на волю своих персонажей, пока драма или, по крайней мере, то, что мы хотим показать, все еще продолжается, когда мы уже прошли кульминацию, и героиня фильма осталась наедине с последствиями всех этих сцен, ударов, психологически тяжелых моментов, которые затронули ее и толкнули к следующему событию. Я почувствовал, что даже в эти явно незначительные моменты я должен следовать за ней, пусть может показаться, что нас не интересует ее поведение, выражение ее лица, ее жесты. Лучшие мои кадры были сняты именно в те моменты, когда персонажи (когда я говорю "персонажи", я имею в виду также и актеров) оставались одни, потому что очень часто они не знали, что я продолжаю следовать за ними, или думали, что съемка уже окончена»21.
Цель Антониони заключалась в том, чтобы посредством длинных планов показать психологический процесс, ведущий от одного «пустого» момента через драматическую кульминацию к другому «пустому» моменту. Он хотел показать, как возникает драматическая ситуация и как она исчезает. В фильмах Антониони все посвящено исчезновению человеческих эмоций, и в начале его творческого пути именно использование длинных планов было той формой, которая позволяла показать этот процесс.
