Кот, лиса и петух

Жили‑были в лесу кот да петух.

Кот ходил на работу, а петух дома сидел, за домом глядел.

Проведала лиса, что петушок один дома остается, и захотела его унести. Пришла она к избушке, уселась под окошком и запела:

– Петушок, петушок,

Золотой гребешок!

Выгляни в окошко:

Дам тебе горошку!

Петушок открыл окошко, высунул головку и посмотрел, кто тут поет. А лиса схватила его да бежать.

Лиса бежит, а петушок кричит:

– Котик, мой братик!

Несет меня лиса

В дремучие леса,

За высокую гору,

В темную нору!

Кот услыхал, догнал лису, отнял петушка и принес его домой.

– Смотри ты, Петя‑петушок, – говорит кот, – не выглядывай в окошко, не верь лисе: она съест тебя и косточек не оставит.

На другой день кот опять ушел в лес на работу и велел петушку дом стеречь и не выглядывать в окошко.

Как только кот ушел, лиса опять пришла к избушке и запела:

– Петушок, петушок,

Золотой гребешок!

Выгляни в окошко:

Дам тебе горошку!

Дам и зернышков!

Петушок ходит по избе и молчит.

Лиса вновь запела псенку и бросила в окно горошку. Петух склевал горох и говорит:

– Нет, лиса, не обманешь меня! Ты хочешь меня съесть и косточек не оставить.

– Что ты, Петя‑петушок, стану ли я есть тебя?! Мне хотелось, чтобы ты у меня погостил, на мое житье‑бытье посмотрел, на мое добро поглядел.

И снова запела:

– Петушок, петушок,

Золотой гребешок,

Масляна головушка,

Шелкова бородушка!

Выгляни в окошко:

Дам тебе кашки

В крашеной чашке!

Петух только выглянул в окошко, а лиса его – цап! – и потащила. Петух громким голосом закричал:

– Котик, мой братик!

Несет меня лиса

В дремучие леса,

За высокую гору,

В темную нору!

Кот услыхал, пустился вдогонку, отнял петуха и домой понес.

– Говорил я тебе: не открывай окошко, не выглядывай в него, съест тебя лиса и косточек не оставит! Смотри, слушайся меня! Я завтра далеко пойду, не услышу тебя.

Вот опять кот ушел на работу, а петух дома сидит. Лиса подкралась к окошку и ту же песенку запела. Три раза пропела, а петух все молчит.

Лиса и говорит:

– Что это ты, Петя, совсем уж немой стал?

– Нет, лиса, не обманешь меня, не выгляну в окошко!

Лиса побросала в окошко горошку и пшенички и снова запела:

– Петушок, петушок,

Золотой гребешок,

Масляна головушка,

Шелкова бородушка!

Выгляни в окошко:

Стоят сани‑самокатки,

Они сами катят,

Сами ехать хотят!

Потом прибавила:

– Да покажись же ты, Петя! Не верь коту: если бы я съесть тебя хотела, то давно бы съела, а то я тебя люблю, хочу тебе всякие редкости показать. Ну, выгляни, Петя‑петушок! Вот я за угол уйду.

А сама у стены притаилась.

Петух на лавку вскочил, хотел посмотреть, ушла ли лиса. Высунул он голову в окошко, а лиса схватила его и побежала. Петух опять стал на помощь кота звать, но сколько ни кричал он – не услышал его кот.

Унесла лиса петушка к себе в нору да там и съела.

Волк и козлята

Жила‑была коза с козлятами. Уходила коза в лес есть травку шелковую, пить воду студеную. Как только уйдет – козлятки запрут избушку и сами никуда не выходят. Воротится коза, постучит в дверь и запоет:

– Козлятушки, ребятушки!

Отопритеся, отворитеся!

Ваша мать пришла –

Молока принесла.

Бежит молоко по вымечку,

С вымечка – по копытечку,

Из копытечка – во сыру землю!

Козлятки отопрут дверь и впустят мать. Она их покормит, напоит и опять уйдет в лес, а козлята запрутся крепко‑накрепко.

Волк подслушал, как поет коза. Как‑то раз коза ушла в лес, а волк побежал к избушке и закричал толстым голосом:

– Вы, детушки! Вы, козлятушки!

Отопритеся, отворитеся!

Ваша мать пришла –

Молока принесла.

Полны копытца водицы!

Козлята ему отвечают:

– Слышим, слышим, да не матушкин это голосок! Наша матушка поет тонюсеньким голоском и не так причитает.

Делать нечего, пошел волк в кузницу и велел себе горло перековать, чтобы петь тонюсеньким голоском. Кузнец ему горло перековал. Волк опять побежал к избушке и спрятался за куст.

Вот приходит коза и стучится:

– Козлятушки, ребятушки!

Отопритеся, отворитеся!

Ваша мать пришла –

Молока принесла.

Бежит молоко по вымечку,

С вымечка – по копытечку,

Из копытечка – во сыру землю!

Козлята впустили мать и давай рассказывать, как приходил волк, хотел их съесть. Коза накормила, напоила козлят и строго‑настрого наказала:

– Кто придет к избушке, станет проситься толстым голосом да не переберет всего, что я вам причитываю, дверь не отворяйте, никого не впускайте!

Только ушла коза, волк опять шасть к избушке, постучал и начал причитывать тонюсеньким голосом:

– Козлятушки, ребятушки!

Отопритеся, отворитеся!

Ваша мать пришла –

Молока принесла.

Бежит молоко по вымечку,

С вымечка – по копытечку,

Из копытечка – во сыру землю!

Козлята отворили дверь, волк кинулся в избу и всех козлят съел. Только один козленочек схоронился в печке. Приходит коза. Сколько ни звала, ни причитала – никто ей не отвечает. Видит – дверь отворена, вбежала в избушку – там нет никого. Заглянула в печь и нашла одного козленочка.

Как узнала коза о своей беде, как села она на лавку – начала горевать, громко плакать:

– Ой вы, детушки мои, козлятушки!

На что отпиралися‑отворялися.,

Злому волку доставалися?

Услыхал это волк, входит в избушку и говорит козе:

– Что ты на меня грешишь, кума? Не я твоих козлят съел. Полно горевать, пойдем лучше в лес погуляем.

Пришли они в лес. В лесу была яма, а в яме костер горел.

Коза и говорит волку:

– Давай, волк, попробуем, кто перепрыгнет через яму!

Стали они прыгать. Коза перепрыгнула, а волк прыгнул да и ввалился в горячую яму. Брюхо у него от огня лопнуло, козлятки оттуда выскочили, все живые, да – прыг к матери!

И стали они жить‑поживать по‑прежнему.