Глава 6 история науки и техники

Это направление получило также довольно большое развитие, и это направление, в отличие от официальной докрины марксистско-ленинской философии, ввиду малой идеологической нагруженности, получило возможность довольно интенсивно развиваться. Институционально оно развивалось в институте истории техники и естествознания при Академиии наук СССР. В нем сгруппировалась достаточно сильная группа философов, отличающихся высоким уровнем эрудиции.

1. ЗУБОВ

2. РОЖАНСКИЙ

3. ГАЙДЕНКО

Ее можно сравнить с первой в истории России историком философии – Марией Владимировной Безобразовой (1857-1914). Но по масштабу она более. Ибо М.в. безобразова была спецалистом преимущественно в области древнерусской философии.

4. КОСАРЕВА Л.М.

Людмила Михайловна Косарева – наиболее глубокий, нам мой взгляд, отечественный исследо­ватель истории культуры XVII века. Она также, как и Евгений Васильевич Спектор­ский, справедливо подмечает, что культуре XVII века не повезло, хотя и имена мыслителей XVII века у всех «на устах». Его интерпретируют, как она пишет, то как «перезревший» Ренес­санс, то как «несозревшее» Просвещение.

Косарева правильно подчеркивает: «События социальной жизни постреформационной Ев­ропы дис­кредитировали ценность «естественного» бытия человека; они продемонст­риро­вали всю непригляд­ность человеческой «натуры», поэтизируемой Средневековьем и Воз­рождением («человек- венец творения», «человек- чудо природы»). Социальная действительность XVII в. \доказывала правоту Лю­тера и Кальвина, утверждавших век на­зад, что человек по своему есте­ству способен творить «только одну сквеность, за­блуждения, злую волю и безумие», что «нет ничего более безрассудного, чем вы­соко мнить о нашем достинстве, когда мы … всего лишь земля и грязь»» (Косарева Л.М. Рож­дение науки нового времени из духа культуры. М., 1997 с.55) Далее она пишет: «С XVII в. начинается эпоха увлечения всем искусственным. Если жи­вая природа ассо­циировалась с аффектами, страстями, свой­ственными поврежденной человече­ской природе, хаотическим влечениями, раздирающими сознание, мешающим его «центро­ст­ремительным» усилиям, то искусственные механические устройства, арте­факты, ас­социирова­лись с систематиче­ски- разумным устроением жизни, полным контролем над со­бой и окру­жающим миром. Образ механизма начинает приобретать в культуре XVII в. сакральный характер»( Косарева Л.М. Рож­дение науки нового времени из духа куль­туры. М., 1997 с.56)

Она правильно подчеркивает, что для «целей более эффективного производства, ска­жем сукна в Анг­лии XVII в., было безразлично, как устроена материя: состоит ли она из ато­мов, или в ее основе ле­жат субстанциальные качества. Но для формирования ми­ровоззрения человека XVII в. вопросы уст­ройства материи и причин ее движения явля­лись центральными» (Косарева Л.М. Рож­дение науки нового времени из духа культуры. М., 1997 с.40)

Далее она пишет: «.. в культуре XVI-XVII вв. происходит «встреча» – диалог различ­ных интел­лектуальных течений, являющихся в античности и в средние века антипо­дами, - платоновский рационализм с аристотелевским эмпиризмом, «догматизм» схола­стики эпикурейцев и стоиков со скептицизмом «новых» персоналов.

Культура XVI-XVII вв. в своей «реторте» соединила, казалось бы, несоединимое; ре­зультатом явился «философский камень» экспериментального метода в науке. В итоге этого грандиозного синтеза родилось уникальное явление в истории культуры – экспериментальное естествознание Нового времени с новым идеалом моральной (прак­тической) достоверности» (Косарева Л.М. Рож­дение науки нового времени из духа культуры. М., 1997. с.146)