2.7. Эрнест Хемингуэй: памятные места

2.7.1. Жизнь и творчество

Э рнест Миллер Хемингуэй (1899, Оук-Парк, Иллинойс, США – 1961, Кетчум, Айдахо, США) – американский писатель, журналист, лауреат Пулитцеровской (1953) и Нобелевской (1954) премий, присужденных за повесть-притчу «Старик и море». Хорошо знал и любил русскую литературу, особо выделял И.С. Тургенева, Л.Н. Толстого и М. Шолохова.

Широкое признание Хемингуэй получил благодаря своим романам и многочисленным рассказам – с одной стороны, и своей жизни, полной приключений и неожиданностей, – с другой. Его стиль, краткий и насыщенный, значительно повлиял на литературу XX века. Работал в русле модернизма и реализма.

2.7.2. Памятные места, связанные с именем э. Хемингуэя

1 ) Музей Хемингуэя в Оук-Парке. В нем представлены фотографии музея, фотографии Хемингуэя, дневник, который он вел в детстве, письма, ранние п роизведения.

2) В 1930-х гг. в отеле Ambos Mundos останавливался Э. Хемингуэй в 511 номере. Здесь он написал первые главы романа «По ком звонит колокол». Номер писателя сохранился в нетронутом состоянии и сейчас превращен в музей.

3 ) Дом-музей Э. Хемингуэя находится на юго-восточной окраине Гаваны в квартале Сан-Франсиско-де-Паула. В 1939 году писатель решил поселиться на острове и лишь изредка покидать его.

4 ) Яхта «Пилар» (Куба), на которой Эрнест Хемингуэй выходил в море. Это один из экспонатов музея «Финка Ла-Вихия» в 10 км от Гаваны.

5 ) Жители квартала Сан-Франсиско-де-Паула (Гавана), безмерно любившие и уважавшие талантливого американца, поставили ему памятник, из-за недостатка денег пустив в переплавку якоря и цепи. Теперь бюст Хемингуэя стоит в самом центре поселка.

6 ) Дом-музей Эрнеста Хемингуэя в Ки-Уэст. Знаменитый писатель жил на острове с 1931 по 1940 г. Здесь он написал «По ком звонит колокол», «Снега Килиманджаро». На Ки-Уэст ежегодно в июле проводится фестиваль памяти Хемингуэя.

7 ). Памплона, Наварра. Памятник Эрнесту Хемингуэю. Памплона наводнилась туристами с того момента, когда американский автор Эрнест Хемингуэй поместил этот город на карту в его романе «И восходит солнце» (1927), передав обаяние Корриды на Фестивале Сан-Фермина.

8 ) Единственный в России памятник Эрнесту Хемингуэю установлен на въезде в город Сасово (Рязанская область) со стороны Шацка. Его сделали и установили кубинские курсанты Сасовского лeтного училища, большие поклонники писателя, более двадцати лет прожившего в Гаване.

2.7.3. Литературный музей Хэмингуэя в Оук-Парк

Эрнест Хемингуэй родился 21 июля 1899 года в привилегированном пригороде Чикаго – городке Оук-Парк, штат Иллинойс, США.

Улица Оук-Парк, где расположены два музея Эрнеста Хемингуэя, находится в живописном зелёном районе Чикаго с тем же названием («Оук» означает дуб). В конце XIX – начале XX столетия в этом привилегированном предместье с большим количеством церквей жили чинные семейные граждане, безумно гордившиеся своей добропорядочностью. Консервативные пуритане отказывались называть себя чикагцами, отгораживаясь своими нравами от гангстеров, борделей и прочих злачных атрибутов большого американского города.

Замечательная история этого поселения началась в начале 20-го века, когда начинающий молодой архитектор Фрэнк Ллойд Райт купил землю в Оук-Парк, пригороде Чикаго, где уже проживали наиболее состоятельные горожане. На своем участке Фрэнк построил небольшой дом для себя и жены Китти, который был лишен модных и дорогих тогда архитектурных излишеств, зато отличался четкими геометрическими формами и чередой нависающих карнизов, делавших объект в некоторой степени похожим на японскую пагоду. Контактный Фрэнк Ллойд Райт легко сходился со своими обеспеченными соседями и всякий раз, когда речь заходила о его необычном доме, прозрачно намекал, что мог бы построить что-то подобное и для кого-нибудь еще.

Среди тех, кто жил в Оук-Парк был и преуспевающий врач Кларенс Хемингуэй. У него в 1899 году родился первенец Эрнест, будущий выдающийся писатель. Эрнест прожил в родном доме до окончания среднего учебного заведения, после чего уехал в свое знаменитое и прекрасное путешествие по жизни.

Короткая дорожка, шесть каменных ступеней, и мы – у входа, на высокой полукруглой веранде, опоясывающей небольшую часть дома. Дом Хемингуэев был красив, но скромен: обыкновенный американский дом викторианской эпохи.

Слева – вход в огромную гостиную, прямо – в уютную библиотеку с большими портретами дедушки, бабушки и прабабушки. Справа – крутая лестница на второй этаж с тяжёлыми резными деревянными перилами. В гостиной, напротив входа – камин с зеркалом. Слева от него – огромное полукруглое окно-эркер, выходящее на террасу, маленький столик с книгами и лампой, кресла. Справа от камина – широкое прямоугольное окно, у окна – мягкий диванчик с подставкой для ног, другой столик с лампой, снова кресла. Справа от входа в гостиную – старинное пианино с бюстом Бетховена. Вслед за гостиной, как бы анфиладой – просторная столовая с обеденным столом, за которым должна была размещаться вся большая семья Хемингуэев и частые гости. Из столовой справа – дверь в кухню с утварью и холодильником, в многочисленные ящички которого загружались куски льда. Из кухни – лестница на второй этаж.

На втором этаже – спальни отца, деда, матери, детская, комната дяди, просторная комната прислуги и, как мы говорим сейчас, совмещённый санузел с кафелем. Все комнаты второго этажа выходят в длинный, узкий коридор. Огромные зеркала, люстры в стиле арт-нуво с причудливыми изгибами – на всём печать благополучного викторианского дома.

По стенам – картины и фотографии, фотографии. Как две капли воды похожий на отца, Эрнест боготворил его и впоследствии носил такие же усы и бороду. Отец был страстным охотником и рыболовом, и очень рано приобщил к этому сына. Рыбачили на реке и на озере Мичиган. Семья Хемингуэев проводила на реке всё лето: с июня по сентябрь. Безусловно, что, именно отсюда вода для Хемингуэя стала источником поэтического вдохновения и символом жизни. Ведь через все автобиографические рассказы о подростке Нике Адамсе (и не только) проходит тема противостояния природы миру насилия и жестокости, природы как источника целительной радости.

Во время походов отец учил его и внимательному наблюдению происходящего вокруг, и точному выражению мыслей о происходящем. Преуспевающий врач Кларенс бесплатно лечил индейцев и часто брал сына с собой, отправляясь в индейские племена. Возможно, он полагал, что впоследствии Эрни пойдёт по стопам его предков – естествоиспытателей и этнографов или, может быть, станет врачом, как он сам.

Маленькая спальня отца говорит о его хобби: собирании природных редкостей. Собирал он и необычные предметы индейского быта. Рядом с кроватью – узкий, наполовину застеклённый шкаф. Под стеклом, а также рядом со шкафом – удивительные бабочки, раковины, кости, большая морская звезда, панцирь черепахи и другие диковины, тут же медицинские инструменты. На шкафу – слепленное птицами гнездо из глины и веточек с многочисленными отверстиями. На маленьком столике рядом – микроскоп и фотокамера.

Мощное артистическое влияние Эрнест Хемингуэй испытал со стороны матери. Прежде всего, она учила детей музыке: Эрнест играл на виолончели, фортепиано и флейте. Она водила их в оперу, на концерты и театральные представления. Она познакомила их с живописью и графикой в Музее Арт-института Чикаго. С раннего детства мальчик пел в церковном хоре, выступал на концертах, играл в школьных спектаклях. Сохранилась фотография, запечатлевшая его в роли Робина Гуда. Художественное воспитание, полученное от матери, не прошло даром.

Семья Хемингуэйя жила в этом доме до 1906 года. По проекту матери был построен новый дом, дом Мечты (Dream house), тоже двухэтажный, но ещё более просторный, и что самое главное – с музыкальной комнатой для концертов. Грейс изучала акустику и применила свои знания при создании этой комнаты. Но не только артистическое влияние испытали дети Грейс со стороны матери. Она приучала их к порядку, к систематическому труду, работе по дому, правильным взглядам на мир в строгом соответствии с её взглядами. Однако эти взгляды и постоянная морализация с употреблением формул типа: «Помни, тот, кто смиряет дух свой, сильнее того, кто покоряет города», делали её очень похожей на тётушку Тома Сойера, тётю Полли. Мы узнаём об этом из рассказа Хемингуэя о Нике Адамсе «Доктор и его жена». Мать Ника – активный член общества «Христианские науки». Зная, что «мужчины слабы», она постоянно молится о муже и сыне, на её столике всегда лежит Библия и религиозный журнал. Повторяя в каждом предложении слово «милый», она с неизменной улыбкой с утра до вечера делает мужу замечания. Коллекцию мужа из заспиртованных змей и ящериц она сожгла при переезде в новый дом, а коллекцию индейских древностей – при уборке подвала. «Я убирала подвал, мой друг», – с улыбкой встречает она его на пороге дома. «Самые лучшие наконечники пропали»,- говорит отец, пытаясь спасти обгоревшие остатки. Об этой стороне жизни четы Хемингуэев музеи молчат, но говорит сам Эрнест Хемингуэй в ранних рассказах. Боготворя отца, он в тоже время не мог не видеть его слабостей, его неспособность противостоять ханжеству матери. Виолончель стала для Эрнеста символом этого ханжества, и он возненавидел её. Фальшивой атмосфере дома противостояла только природа, в которой они с отцом пытались спастись. За Мичиганом, в девственных лесах, на берегу озера Валун-лейк отец имел охотничий домик, откуда он ходил лечить индейцев, охотиться и собирать коллекции. Но жена настигала его и там.

Отец был ему другом до пятнадцати лет. Потом и до окончания школы отца заменил дед. Именно благодаря ему мальчик почувствовал себя настоящим мужчиной, когда в день двенадцатилетия дед подарил ему первое ружьё, предмет гордости Эрнеста. Впрочем, гордился он не только ружьём, но и самим дедом, его участием в Войне за независимость, где тот был ранен. Вообще ветеранами были оба деда. В День Независимости происходило облачение в мундир со всеми регалиями. Когда за столом, где сидела вся семья, дед откладывал газету, это было знаком того, что наступило время интересных рассказов и не только о героике, но и об ужасах войны, и о страхе смерти. Второй излюбленной темой была история Англии. Увлекательными были и рассказы дяди матери, дяди Тили, путешествующего торговца. Его отец плавал капитаном в дальние страны, а сам он одно время был миссионером в Китае. Чтобы послушать занимательные истории о жизни других земель, семья Хемингуэев любила приглашать к столу и проезжих иностранцев.

Впечатлительный непоседа, совсем как Том Сойер, Эрнест, тем не менее, был не просто приучен к чтению. Чтение стало одним из его любимейших занятий. Среди авторов – Диккенс, Филдинг, Вальтер Скотт, Вашингтон Ирвинг, Лонгфелло, Джек Лондон и другие всемирно известные писатели. Но в сердце и память врезалось немногое: Шекспир, Киплинг, «Королева Марго» Дюма, морские рассказы Капитана Мэриэтта, «Гекльбери Финн» Марка Твена. Школа, в которой учились все дети из Оук-Парк, давала очень хорошую общеобразовательную подготовку. Эрнест был одним из лучших учеников, особенно по английскому языку и литературе. Его сочинения преподаватели зачитывали перед всем классом, а первые рассказы, спортивные репортажи и иронические заметки о жизни Оук-Парк публиковались в школьной газете «Трапеция» и школьном журнале «Скрижаль». Всё это давалось ему очень легко. Но наблюдения за жизнью, истина жизни трансформировались в истину литературы с помощью развитого воображения. Хемингуэй говорил: «Чтобы писать толково, надо писать о том, что Вы сами придумали, сами создали. И получится правда». Однако это не мешало ему одновременно утверждать, что писать он научился, читая Библию. Он был редактором «Трапеции», а в «Скрижале» выступил с более чем тридцатью публикациями. Рассказы «Суд Маниту», «Всё дело в цвете» и «Сепи Жинган» уже несли печать характерного для Хемингуэя лаконичного, «рубленого» языка и его эскизного стиля.

После окончания школы Эрнест твёрдо решил не поступать в университет, как это было запланировано семьёй. Отец и мать буквально выгнали его из дома. Их непримиримость дошла до того, что, когда впоследствии сын прислал отцу первый сборник своих рассказов, отец, не распечатывая, отправил все экземпляры в издательство, в Париж. Эрнест уезжает в Канзас-сити и устраивается там сотрудником местной газеты «Star». Здесь формируется его подлинный кинематографический литературный стиль. Отсюда начинается его настоящее путешествие по жизни: поездка шофером Красного Креста в Италию, тяжелое ранение, серия влюбленностей и женитьба, Париж, где в 1922 году Хемингуэй встречается с Эзрой Паунд («Он учит меня писать, а я его – боксировать») и Гертрудой Стайн. Прочтя фрагмент творения молодого американца, она посоветует «начать снова и сконцентрироваться». Во всяком случае, так Хемингуэй запечатлеет этот эпизод в бессмертном «Празднике, который всегда с тобой». Писатель много ездил, еще больше писал («3 романа и 10 поэм», «Мужчина без женщины», «Прощай, оружие», «Снега Килиманджаро», «По ком звонит колокол», «Старик и море»), и связь его с родным Оук-Парк прервалась. Но так казалось лишь на первый взгляд: отголоски любви к своему краю, штату Иллинойс, можно найти в разных сборниках рассказов писателя («У нас в Мичигане» и пр.)

Городок помнил и гордился своим знаменитым жителем, о рождении которого однажды был оповещен звуками трубы. Сегодня Оук-Парк стал центром «околохемингуэевского круга», здесь собираются исследователи, студенты-литераторы, родственники и поклонники автора. В 2008 году проходили «всеамериканские» торжества в честь столетия великого литератора. Свет увидело последнее творение Хемингуэя, опубликованное под редакцией сына писателя Патрика. Перед началом празднеств Вирджиния Кассин, президент Фонда Хемингуэя, и Скотт Швар, его исполнительный директор, заявили: «Хемингуэй – знаковая фигура для многих поколений, и наш долг передать эту ценность нашим детям. Эрнест Хемингуэй и Оук-Парк – это все, что у нас есть».

Резюме

В главе дается материал по литературным персоналиям в аспекте взаимосвязи художественного творчества и национальной культуры. Содержание главы направлено на обсуждение национальной специфики литературных явлений, рождавшихся на разных этапах историко-литературного процесса.

Шотландский поэт Р. Бернс репрезентирует позднее Просвещение в английской литературе, когда оно уже глубоко сроднено с общеевропейскими направлениями творческой мысли.

Романтики «Озерной школы» представляют английский романтизм в ином, сравнительно с Байроном, – «негероическом» варианте.

Образ Парижа в литературе XIX века иллюстрирует широкие возможности художественного слова, развивающегося в реалистическом ключе.

Немецкая литературная реальность ясно говорит о себе в произведениях Томаса Манна, укорененных в его родном северном ландшафте.

Центральный смысловой момент главы – раздел, посвященный творчеству Джеймса Джойса, поскольку жизнь и произведения этого писателя, создавшего модернизм, намечают объемную перспективу будущего литературы, – всего ХХ века.

Завершает главу экскурс в литературу Америки (США) на примере знаменитого писателя Эрнеста Хемингуэя, который проложил в ХХ веке один из новых путей художественного мышления. Образы его произведений вырастают из самой «почвы» американской культуры.

Памятные места, связанные с каждым из актуализированных в главе писательских имен, создают выразительное представление о жизненно-экзистенциальной составляющей литературного творчества.