Модели восстановительного правосудия для судов и учреждений системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних

Профилактическая роль восстановительного правосудия в предупреждении совершения повторных преступлений среди несовершеннолетних в системе уголовного правосудия Российской Федерации является приоритетной, она призвана помогать несовершеннолетним правонарушителям пройти процесс ресоциализации.

Ключевые слова: несовершеннолетний правонарушитель, восстановительное правосудие, преступление, социальный работник, комиссия по делам несовершеннолетних и защите их прав.

А. К. Rinchinova Assistant Judge of Gusinoozersk Municipal Court of the Buryat Republic

Models of restorative justice for the courts and agencies of neglect and juvenile delinquency prevention

The prophylactic role of restorative justice in prevention of recidivism among minors is foreground in the criminal justice system of the Russian Federation; it must help juvenile offenders to undergo the process of resocialization.

Keywords: juvenile offender, restorative justice, crime, social worker, commission for minors and protection of their rights.

Восстановительное правосудие — это форма правосудия, основной целью которого является создание условий для примирения потерпевшего и правонарушителя, а также устранения последствий, вызванных преступлением. Данная цель достигается путем проведения встреч сторон для совместного решения вопроса о последствиях совершенного и их влияния на будущее. Тем самым создаются условия для социальной реинтеграции правонарушителя, восстановления прав потерпевшего, уменьшения рецидивов и количества уголовных наказаний.

Основные направления восстановительного правосудия в отношении несовершеннолетних — это учет индивидуальных особенностей и причин совершения преступления несовершеннолетним, возможность повлиять на устранение причин, способствовавших совершению подростком преступления, искреннее понимание подростком совершенного им правонарушения. Несовершеннолетний должен осознать, что его поведение не является нормой. Кроме того, ребенку, совершившему правонарушение, необходима помощь в сложившейся ситуации: в виде консультации, психологической коррекции, а также организационная, финансовая, то есть помощь специалистов — социальных работников, психологов, психиатров, педагогов.

Рассмотрим, на мой взгляд, самые оптимальные модели восстановительного правосудия в Российской Федерации.

«Пермская модель» восстановительного правосудия.

Основа «Пермской модели» восстановительного правосудия заключается в проведении восстановительных программ с правонарушителем и потерпевшим, тесном взаимодействии судов, социальных служб, комиссий по делам несовершеннолетних и других субъектов системы профилактики правонарушений несовершеннолетних.

Опыт «Пермской модели» восстановительного правосудия одобрен Верховным Судом Российской Федерации, Советом судей России и рекомендован к внедрению. В настоящее время пермскую модель изучают и перенимают другие регионы.

При восстановительном подходе с несовершеннолетними и их семьями в Пермском крае работают комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав в лице специалистов по социальной работе. Комиссии по делам несовершеннолетних Пермского края используют новые механизмы решения кризисных ситуаций, криминальных конфликтов — восстановительные программы, направленные на поиск конструктивного решения возникших проблем.

Например, после поступления в комиссию по делам несовершеннолетних сведений о совершенном несовершеннолетним правонарушении ответственный секретарь КДН и ЗП вместе с социальным работником отбирает дела, которые подходят для проведения восстановительных программ.

В дальнейшем КДН и ЗП и социальные работники действуют поэтапно.

Проводится диагностика ситуации в семье через посещение семьи, беседы с учителями несовершеннолетнего, соседями, одноклассниками, друзьями, посещение места работы родителей и т. п.); устанавливается возможность проведения программы и обсуждения примирения потерпевшего и правонарушителя. По результатам диагностики комиссией по делам несовершеннолетних вырабатывается план дальнейших действий, в том числе составляется план реабилитации. Затем проводятся реабилитационные мероприятия, направленные на восстановление семьи. В восстановительных программах участвуют все заинтересованные лица — учителя, соседи, родственники, социальные работники, сотрудники правоохранительных органов, друзья. Завершающий этап — анализ проведенной работы на заседании КДН и ЗП с принятием окончательного решения относительно несовершеннолетнего и его семьи.

Благодаря такой технологии работы члены КДН и ЗП принимают самое непосредственное участие в защите прав несовершеннолетнего, при этом в процесс оценивания своих поступков, повышения ответственности за совершенное правонарушение, заглаживания вреда активно вовлекается сам несовершеннолетний.

Особенность «Пермской модели» заключается в том, что эта судебная система является основным звеном в системе отправления правосудия в отношении несовершеннолетних и встроена в общую систему профилактики правонарушений среди несовершеннолетних [1].

Таким образом, можно сделать вывод, что основной акцент в работе данной модели сделан на участии комиссий по делам несовершеннолетних, что является немаловажным, так как позволяет выявить подростка, оказавшегося в трудной жизненной ситуации, еще до совершения им правонарушения, до проявления им девиантного поведения.

«Липецкая модель» восстановительного правосудия.

На заседании Президиума Липецкого областного суда было принято постановление об использовании в деятельности всех судов Липецкой области ювенальных технологий, в котором закреплена необходимость сохранить, а при отсутствии ввести в районных и городских судах Липецкой области специализацию судей по рассмотрению гражданских, уголовных дел, административных и иных материалов в отношении несовершеннолетних.

Кроме того, помощники судей, рассматривающих уголовные дела в отношении несовершеннолетних, наделены функциями социального работника. Помощники судей с функциями социального работника собирают данные об условиях жизни и воспитания несовершеннолетнего, проводят социальнопсихологическое обследование с целью подготовки предложений о мерах по реабилитации подростка; собирают сведения об уровне его психического развития и иных особенностях его личности, взаимодействуют со специалистами органов и учреждений государственной системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних; проводят примирительные процедуры между потерпевшими и несовершеннолетними подсудимыми.

Сопровождение подростка оказывается судами, службами системы профилактики и продолжается до достижения им 18-летнего возраста, даже в том случае, когда подросток освобожден от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим, либо в связи с применением принудительных мер воспитательного воздействия, а также после отбытия назначенного судом наказания. В судах Липецкой области имеются кабинеты психолога, комната психологической разгрузки, комната для проведения примирительных процедур и приема подростков и членов его семьи специалистами органов профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних.

Основными направлениями по внедрению и развитию ювенальных технологий в Липецкой области являются развитие законодательной базы; повышение квалификации судей, рассматривающих дела с участием несовершеннолетних, и их помощников в области педагогики, детской психологии и социологии; повышение уровня взаимодействия судов и служб системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних; психологическое сопровождение несовершеннолетних, находящихся в трудной жизненной ситуации или совершивших правонарушения; привлечение к работе с подростками волонтеров (добровольцев) и общественных организаций [2].

Также хочется отметить, что практика внедрения ювенальных технологий в уголовное судопроизводство с участием несовершеннолетних в Республике Бурятия начала формироваться в соответствии с Постановлением Президиума Верховного суда Республики Бурятия от 10 апреля 2009 г., в котором были обозначены подходы к уголовному судопроизводству по делам о преступлениях несовершеннолетних, а именно: обеспечение прав несовершеннолетних, оказавшихся в конфликте с законом; специализация судей по делам о преступлениях несовершеннолетних, повышение квалификации судей; активное использование элементов восстановительного правосудия; привлечение к участию в судопроизводстве по делам о преступлениях несовершеннолетних представителей структур, специализирующихся на работе с несовершеннолетними; выяснение причин и условий совершения несовершеннолетним преступления и принятие мер по их устранению.

По нашему мнению, в Гусиноозерском городском суде Республики Бурятия работа по делам в отношении несовершеннолетних проводится по опыту «Липецкой модели» восстановительного правосудия.

Так, в целях совершенствования работы Гусиноозерского городского суда по рассмотрению дел в отношении несовершеннолетних, внедрения ювенальных технологий в суде рассмотрение уголовных дел, материалов, а также дел, по которым потерпевшими являются несовершеннолетние, в 2013 г. было закреплено за судьей Н. Н. Дубдановой, в ее отсутствие за председателем суда Т. Б. Цыреновым. В 2014 г. — за судьей Н. Н. Дубдановой, в ее отсутствие за судьями Т. Б. Цыреновым, С. Н. Бобровой: в 2015 г. — за судьей Н. Н. Дубдановой, в ее отсутствие за судьей Е. В. Осодоевой.

Таким образом, в суде введена специализация судей по делам о преступлениях несовершеннолетних, а также имеется специализация работников аппарата суда — помощников судей.

Для обеспечения высокой профессиональной квалификации не только в вопросах права, но и педагогики, социологии, психологии судья Гусиноозерского городского суда, рассматривающий уголовные дела данной категории, принимал участие в семинарах. Помощники судьи также участвовали в межрегиональных семинарах по вопросам внедрения ювенальных технологий и ресоциализации несовершеннолетних, находящихся в конфликте с законом.

Поскольку Селенгинский район РБ вошел в программу по отработке ювенальных технологий, постановлением главы администрации МО «Селенгинский район» было утверждено положение и состав Координационного совета по развитию ювенальной юстиции в МО «Селенгинский район», в состав которого также вошли председатель суда и судья, рассматривающий уголовные дела в отношении несовершеннолетних.

Задачами Координационного совета являются: подготовка положений по развитию ювенальной юстиции в МО «Селенгинский район»; координация деятельности органов, учреждений, организаций по защите прав и интересов несовершеннолетних, профилактике детской беспризорности и правонарушений несовершеннолетних; разработка мер по устранению причин и условий, препятсвующих снижению преступности среди несовершеннолетних; участие в мероприятиях по развитию ювенальной юстиции в Республике Бурятия; решение иных задач, предусмотренных законодательством Российской Федерации, по профилактике детской беспризорности и правонарушений несовершеннолетних, защите их законных прав и интересов.

С 8 июня 2010 г. по 2013 г. в здании Гусиноозерского городского суда Республики Бурятия в рамках пилотного проекта фунционировал Отдел по внедрению ювенальных технологий (далее — Отдел), в котором осуществлялась работа специалистов по социальной работе с несовершеннолетними правонарушителями по внедрению ювенальных технологий ГУ «Республиканский центр по работе семьей и детьми». Целью деятельности Отдела было всестороннее изучение особенностей личности и осуществление социально-психологического сопровождения и реабилитации несовершеннолетних правонарушителей.

На каждого несовершеннолетнего специалистами по социальной работе Отдела при поступлении уголовного дела в суд были заведены личные дела — социальное досье, в котором помимо судебного решения и характеризующего материала содержались сведения о проведенных мероприятиях по реабилитации подростка. Также отдельно велись материалы по результатам психологического обследования подростков и их родителей, индивидуальная программа по реабилитации. Социальным работником-психологом с подростками, состоящими на контроле Отдела, проводились психологические тренинги, направленные на профилактику асоциального поведения с обучением основам правовых знаний и социальную адаптацию. Кроме того, проводились «Дни профилактики» с несовершеннолетними и их законными представителями с привлечением к участию представителей субъектов системы профилактики безнадзорности и правонарушений среди несовершеннолетних на территории Селенгинского района Республики Бурятия. На данном мероприятии вместе со службами системы профилактики обсуждался процесс исправления несовершеннолетнего, выявлялись проблемы и трудности в семье, которые она самостоятельно, без помощи уполномоченных органов и служб, преодолеть не может, принимались меры по решению возникших вопросов.

«День профилактики» также стал для суда способом контроля проведения работы органами и учреждениями системы профилактики.

Суд по-прежнему не оставляет без должного внимания выявленные в ходе производства по уголовному делу обстоятельства, свидетельствующие о нарушении прав несовершеннолетнего либо о необходимости защиты его интересов путем вынесения частных постановлений.

Приведем пример из практики нашего суда.

Так, в ходе судебного заседания по уголовному делу в отношении несовершеннолетнего было установлено, что последний состоял на учете в ПДН ОМВД России по Селенгинскому району с 2011 г., обучался в одном из колледжей г. Улан-Удэ. В ходе рассмотрения уголовного дела судом было установлено, что несовершеннолетний допускал пропуски занятий в колледже. Однако руководством учебного заведения не принимались должные меры реагирования в отношении подростка. В связи с чем суд пришел к выводу, что в образовательном учреждении не отрегулирован механизм взаимодействия с органами системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних — КДН и ЗП, ПДН. Кроме того, судебное разбирательство показало отсутствие взаимодействия между субъектами системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних: между ПДН районов Республики Бурятия, между КДН районов Республики Бурятия, между ПДН и образовательным учреждением, между КДН и образовательным учреждением. Несовершеннолетний выбыл из под контроля ПДН ОМВД России по Селен- гинскому району, поскольку выехал на обучение в г. Улан-Удэ. При этом сотрудниками ПДН ОМВД России по Селенгинскому району несовершеннолетний не был снят с учета и передан в ПДН по месту его фактического пребывания. В результате подросток, оставшийся без попечения родителей (мать лишена родительских прав, отец умер), ранее судимый, состоявший на учете ПДН и КДН и ЗП, оказался без контроля и внимания со стороны этих органов. По месту учебы профилактическая работа по предупреждению правонарушений с несовершеннолетним не проводилась. По результатам частного постановления суда в ОМВД России по Селенгинскому району была организована рабочая встреча с представителями социальных служб, органов и комиссий Селенгинского района по вопросам взаимодействия по профилактике и раннему предупреждению подростковой преступности. Также были проведены рабочие встречи в КДН и ЗП, в ОП № 2 в составе Управления МВД России по г. Улан-Удэ.

Специалистами также велась и не менее важная работа по оказанию помощи подросткам в устройстве в учебное заведение, сопровождении при оформление паспортов, материальная помощь.

Социальные работники Отдела оказывали сопровождение при рассмотрении уголовных дел в отношении несовершеннолетних. Специалистами по социальной работе проводились доверительные беседы с подростками и их законными представителями, педагогами, представителями КДН и ЗП, ПДН, несовершеннолетние проходили психологическое тестирование. Собранные сведения отображались в карте социального сопровождения несовершеннолетнего и представлялись судье, чтобы в ходе рассмотрения уголовного дела судья мог с учетом данных сведений выбрать наиболее оптимальное и эффективное средство реагирования на совершенные подростком правонарушения. В судебном заседании по уголовным делам принимал участие психолог-специалист по социальной работе Отдела, тем самым обеспечивая психокоррекционное содержание судебных заседаний.

Кроме того, специалистами отдела применялась технология сетевой терапии, была проведена сетевая встреча с семьей несовершеннолетнего с приглашением на встречу классного руководителя подростка, представителя КДН и ЗП, врача-нарколога. В ходе сетевой встречи решались вопросы о выходе семьи из трудной жизненной ситуации: поведение законного представителя, склонного к употреблению спиртных напитков, привело к внутрисемейным конфликтам, что, в свою очередь, могло способствовать совершению подростком новых правонарушений.

Таким образом, следует отметить особо важную роль социального работника в системе восстановительного правосудия в отношении несовершеннолетних. Так, после начала работы специалистов по социальной работе при Гусиноозерском городском суде в 2010 г. рецидивная преступность несовершеннолетних составила 21,05 % общего числа осужденных несовершеннолетних против 30 % в 2009 г. до начала работы Отдела.

Несмотря на то, что специалисты по социальной работе Отдела прекратили свою деятельность в конце 2012 г., в 2013 г. рецидивная преступность несовершеннолетних составила 0 %, а в 2014 г. — уже 4,77 %. Однако, справедливости ради, следует отметить, что подростки «давшие процент» рецидива в 2014 г. ранее не состояли на учете Отдела. После упразднения данного отдела карты социального сопровождения по уголовным делам составляются сотрудниками ПДН в ходе досудебного производства.

Восстановительное правосудие включает в себя экономию уголовной репрессии, то есть проведение примирительных процедур. В рамках таких процедур при поступлении уголовного дела в суд выясняется, имеются ли основания проведения предварительного слушания. Помощник судьи при вручении постановления о назначении судебного заседания обеспечивает сторонам, то есть несовершеннолетнему правонарушителю и потерпевшему, возможность встретиться. В ходе бесед часто несовершеннолетний правонарушитель приносит свои извинения потерпевшему и стороны приходят к примирению.

Если во время таких встреч стороны не пришли к примирению, в ходе судебного разбирательства потерпевшему разъясняется право на примирение с подсудимым, предусмотренное ч. 2 ст. 268 УПК РФ, предоставляется время для примирения как по ходатайству потерпевшего, так и по ходатайству подсудимого.

Например, в 2013 г. Гусиноозерским городским судом были прекращены за примирением сторон уголовные дела в отношении 13 подростков, что составило 41,83 % общего числа подростков по рассмотренным делам за указанный период. В 2014 г. уголовные дела были прекращены за примирением сторон в отношении 10 несовершеннолетних — 23,80 %.

Экономия уголовной репрессии при рассмотрении уголовных дел данной категории выразилась также в том, что суд чаще применяет к несовершеннолетним правонарушителям принудительные меры воспитательного воздействия. Кроме того, судом назначаются наказания, которые отбываются в обществе и являются менее репрессивными, чем реальное лишение свободы.

В ходе подготовки к судебному заседанию помощником судьи направляются письма и уведомления в подразделение по делам несовершеннолетних, комиссию по делам несовершеннолетних, по месту учебы подростка, а при необходимости по прежнему месту учебы. В судебное заседание в обязательном порядке приглашаются классный руководитель, мастер либо социальный педагог учебного заведения.

Таким образом, восстановительное значение судебного разбирательства, экономия уголовной репрессии, проведение примирительных процедур, назначение принудительных мер воспитательного воздействия и наказаний, которые отбываются в обществе, имеют определенные позитивные результаты.

Для правильного решения вопроса о мерах, которые целесообразно применить для исправления несовершеннолетнего, при рассмотрении уголовных дел в отношении несовершеннолетних судом обеспечивается максимально индивидуальный подход к исследованию обстоятельств совершенного деяния, личности подростка, тщательно исследуются условия жизни и воспитания несовершеннолетнего, обстоятельства, негативно на него повлиявшие. В целях усиления воспитательного значения судебных процессов осуществляется взаимодействие суда с органами и службами системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних, названные службы привлекаются к участию в судебном разбирательстве.

В Селенгинском районе Республики Бурятия КНД и ЗП контролирует работу всех субъектов системы профилактики. В отношении каждого осужденного несовершеннолетнего составляется план индивидуально-профилактической работы, по решению КДН и ЗП за каждым несовершеннолетним определяется общественный воспитатель.

Литература

1. Материалы с официального сайта Свердловского областного суда.

2. Внедрение элементов ювенальных технологий в деятельности судов Липецкой области» // Официальный сайт Липецкой обл.

Право и безопасность. 2009. № 3. Окт.© М. Н. Садовникова канд. юр. наук, доцент кафедры уголовного права Юридического института,

Иркутский госуниверситет, руководитель фонда «ЮВЕНТА» E-mail: uventa2001@mail.ru

©М. А Су тури н

канд. юр. наук, доцент кафедры уголовного права Юридического института,

Иркутский госуниверситет E-mail: uventa2001@mail.ru

К проблеме девиантного поведения несовершеннолетних: возможности медиативных технологий

Авторы статьи описывают теории, объясняющие девиантное поведение несовершеннолетних, и приводят конкретные примеры взаимосвязи девиантного поведения со стигматизацией и исключением. В статье рассматривается медиативные технологии, которые способны повлиять на проблему исключения и стигматизации в социальных группах и предотвратить проявление девиаций у детей.

Ключевые слова: исключение, стигма, медиативные технологии.

М. N. Sadovttikova PhD in Juridical sciences, А/Professor of Criminal Law Department, Law Institute of Irkutsk State University, manager of "YU VENT A" fund

M. A. Suturin PhD in Juridical sciences, А/Professor of Criminal Law Department, Law Institute of Irkutsk State University

To the problem of juvenile deviant behavior: the possibilities of mediation technologies

The authors describe the theories explaining deviant behavior of juveniles and provide concrete examples of deviant behavior correlation with stigmatization and exclusion. The article deals with mediation technologies which can affect the problem of exclusion and stigmatization of social groups and prevent manifestations of deviation among children.

Keywords: exclusion, stigma, mediation technologies.

Принятая распоряжением правительства Российской Федерации № 1430-р. от 30 июля 2014 г. Концепция развития до 2017 года сети служб медиации в целях реализации восстановительного правосудия в отношении детей представляет собой основу для изменения подходов к системе работы с несовершеннолетними правонарушителями. Данный документ по сути регламентирует концептуальные изменения в организации всей деятельности сотрудников субъектов системы профилактики, в том числе и всех органов и учреждений, работающих с детьми.

Концепция определяет основные цели, задачи и направления деятельности государственных структур и общественных объединений по созданию сети служб медиации, организации их работы, подготовке кадров, внедрению медиативной и восстановительной практики в работу с несовершеннолетними [2].

Реализация данных положений требует глубокого, научно обоснованного анализа причин совершения детьми и подростками девиантных поступков. При этом надо понимать, что подобного рода анализ должен быть стратифицирован (исходя из критерия целевой составляющей деятельности). Одним специалистам (воспитатели в детском саду, педагоги в школе, социальные педагоги в учреждениях для детей и др.) это необходимо для изначального выстраивания таких взаимоотношений с ребенком, таким образом, чтобы суметь максимально оградить его от проявления возможных форм девиантного поведения. А для других (специалисты Комиссий по делам несовершеннолетних и защите их прав; подразделений по делам несовершеннолетних и др.) — для понимания причин девиантного поведения подростков; качественной подготовки мероприятий (групповых и индивидуальных) в сфере профилактики правонарушений; прове-дения индивидуальной профилактической работы с теми, кто уже проявляет девиантное поведение и принятия адекватных мер реагирования, в числе которых нередко приоритетное значение обретают медиация и медиативные технологии.

Для объяснения причин девиантного поведения (совершение правонарушений является крайней формой девиантности) выработаны различные концепции, которые в большинстве своем в равной степени относятся и к несовершеннолетним: аномии, дезорганизации, социального контроля, стратификации, напряженности и др.

В статье мы остановимся на анализе некоторых концептуальных подходов к причинной обусловленности девиантного поведения подростков и на его основе рассмотрим возможности использования восстановительно-медиативных технологий в системе профилактики преступности несовершеннолетних.

Теория «исключения». Суть данной теории в том, что к преступному поведению несовершеннолетних приводит реакция окружающих, являющаяся результатом воспитательной эксклюзии на их изначально какое-либо отклоняющееся от норм поведение. Девиантность — ответ на воспитательную эксклюзию (словесную, например, «бойкот» или физическую — выставить за дверь, посадить на стульчик, поставить в угол...).

Несовершеннолетний формально совершает преступление, к примеру, в возрасте 14-15 лет. Но всегда и практиков и ученых волнует вопрос, а когда началось что-то, впоследствии приведшее к преступлению? Что это? И как это можно было предотвратить? Общаясь с несовершеннолетними осужденными, отбывающими наказание в воспитательной колонии, мы выяснили множество типичных ситуаций при том, что каждая из них является индивидуальной по своей сути.

Когда все началось? С семьи, с детского сада? Со школы?

Неблагополучие семьи, пьянство родителей, конфликты — все это изначально порождает ситуацию исключения ребенка из семьи, ситуацию ненужности и неудобства ребенка для родителей. Родители распивают спиртные напитки и забывают о ребенке, тем самым «исключая» его из своего внимания. Родители дебоширят, ругаются, дерутся, тем самым создают для ребенка некомфортные условия, и он старается уйти, т. е. «исключиться» из семьи. В таких семьях ребенок постоянно находится в ситуации «ненужности» своим родителям. Как родители в таких семьях реагируют на поведение ребенка? Чаще всего еще большим исключением — где-то запереть (комната, подвал, гараж...). Пример. Рассказывает осужденный Костя Н.: «Все детство я провел в сарае — отчим и мать хотели меня воспитать... чуть что сделал, сразу — в сарай ... это потом я уже стал понимать, что иногда они сами на пустом месте скандал разжигали, чтобы меня в сарай отправить... А я там уже и привык потом, нормально стало как-то... можно было и не запирать меня уже, я бы и сам там жил».

Дети, находящиеся в учреждениях для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей (постоянно или временно), являются «исключенными» из своих семей, и вероятность проявления ими различных отрицательных девиаций намного выше. К сожалению, и в ситуации внешне благополучной семьи ребенок зачастую находится исключенным из нее. Родители выясняют отношения между собой, ребенок находится вне их интересов, даже в ситуации манипулирования им для воздействия друг на друга. Ребенок на втором плане, т. е. в «исключенном» положении, когда родители занимаются только работой (особенно бизнесом) или когда один из них занят своей личной жизнью (очень часто в ситуации, когда мама снова встречает мужчину, с которым собирается строить семейные отношения), ребенок «исключается» из сферы их истинных интересов. Пример. Рассказывает осужденный Виктор С.: «В отличие от многих здесь находящихся я из полной и благополучной семьи. Родители занимались бизнесом — у них был свой киоск на станции... все было хорошо, мать целыми днями и ночами работала, отец ездил «тарился», да там же пропадал... А потом они развелись, мать нашла себе этого козла... я им стал не нужен совсем. .. Освобожусь, к отцу поеду, хоть у него и новая семья, может, пригожусь...».

Проведение процедур семейной медиации, обучение родителей навыкам использования медиативных технологий способствуют пониманию родителями своих детей, важности конструктивного взаимодействия с ребенком на всех этапах его жизни и особенно в подростковом возрасте. Обучение медиативным технологиям формирует у родителей эмпатию, повышает их эмоциональный интеллект, позволяет понять, что привело ребенка к преступлению и как предупредить его совершение в дальнейшем. В Концепции отмечается, что «медиативно-восстановительные механизмы... оказывают действенную помощь семье как важнейшему институту, определяющему развитие личности...».

В ситуации, когда несовершеннолетний не находит своего места в семье, т. е. «исключается» из нее, он ищет какой-то круг общения, где ему будет комфортно. На подсознательном уровне он пытается восполнить это исключение, но делает это известными и доступными ему способами, т. е. привлекает внимание к себе. Часто такие дети требуют внимания соседей, каких-то знакомых, в детском саду нуждаются в повышенном внимании воспитателя, однако это не очень приветствуется педагогом, которому удобнее, чтобы все были одинаково послушными, и в итоге к уже «исключенному» из семьи снова применяется «исключение» (ставят в угол, садят на стульчик и др.). Такая ситуация повторяется и в школе. Становясь подростком, он чаще всего находит группу сверстников или тех, кто старше. Общеизвестно, что в группах отрицательной направленности подростки чувствуют себя нужными и принятыми, они не исключены, а включены в общение. Пример. Рассказывает осужденный Владимир: «...все началось с того, что я стал надолго уходить из дома... гулял, ходил, потом встретил пацанов... они нормальные вообще-то... выпивали, курили, да и травку... а потом один сказал, что можно хату «взять»... так все и пошло и поехало... родители? У меня мать одна ... была, а потом отчим появился... я с ними и не общался... они сами по себе, я сам по себе...».

Статические данные регистрируемой преступности несовершеннолетних свидетельствуют о том, что большинство преступлений совершается подростками в группе. В силу особенностей квалификации групповых преступлений и сложившейся правоприменительной практики квалифицированные составы преступлений (например, преступление, совершенное группой лиц) не получают легального отражения.

Обучение несовершеннолетних медиативным технологиям, участие в проведении процедур медиации способствуют формированию у несовершеннолетних навыков уверенного поведения, целеполагания и контролю собственных эмоций, что формирует антиципацию (способность предвидения последствий собственного поведения). Данные навыки необходимы несовершеннолетнему для позитивной социализации и способны удержать его от совершения преступления.

Большинство несовершеннолетних правонарушителей отмечают негативное отношение к ним в детском саду, в начальной школе. Пример. Рассказывает осужденный Василий Е.: «. . .я помню, что в детском саду меня не любили, я всегда был виноватым, даже когда что-то нахулиганил не я, наказывали все равно меня... Обычно ставили в туалет, или в коридор... а в сончас выставляли в одних трусах, стоишь, трясешься от холода...».

Зачастую сами педагоги своим отношением к той или иной ситуации формируют ситуацию «исключения». Пример. Рассказывает осужденный Евгений Н.: «Когда я пришел в первый класс, у всех были красивые букеты, а мне бабушка дала букет со своего огорода, учительница у всех букеты брала и всех ребят целовала или гладила по голове, а мне сказала положить его на подоконник...». Часто это происходит посредством исключения ребенка через отношение к его родителям «твои родители не сдают деньги — они ... безответственные, безразличные... (а читается под этим — «и ты такой же...»), «тебе что, некому проверить домашнее задание?., сиротка ты наша... (иронично)». При этом зачастую педагоги это делают не осознанно: «Кто не сделал с родителями поделку? (в старших классах — генеалогическое древо и т. д.)... вот видите, вашим родителям все равно, мы стараемся, а им все равно...». Во всех этих ситуациях ребенок лучше будет «исключенным» вместе с родителями, нежели со всеми. Пример. Рассказывает осужденный Николай И.: «В начальной школе мне приходилось нелегко... это потом я научился стоять за себя, отвечать. .. а тогда... во-первых, я сразу не понравился учительнице своей бедностью... я так думаю... все родители что-то дарили, ходили в школу. Моей матери было некогда... учительница все время при всех говорила о том, что я из неблагополучной семьи... во-вторых, я был стеснительный, и она всем говорила, что я забитый...».

Применение медиативных технологий в образовательных учреждениях способствует пониманию педагогами последствий их «исключающего» отношения к ребенку, дает возможность лучше понять причины девиантного, в том числе и преступного, поведения подростков, способствует выработке конструктивного отношения к несовершеннолетнему правонарушителю для предупреждения его повторного преступного поведения. В Концепции отмечается, что «...медиативно-восстановительные механизмы ... позволяют вести эффективную профилактическую работу по предупреждению асоциальных проявлений, правонарушений в детско-юношеской среде в целом . ».

Однако классическим способом «исключения» является воспитательная эксклюзия — использование различных воспитательных мер, направленных на то, чтобы противопоставить всех (т. е. большинство) детей «плохишу». Причем педагоги оценивают не поведение ребенка, а его личность в целом. Воспитательная эксклюзия направлена не на изменение поведения ребенка, а на изменение его самого. Приведем примеры³ исключающего воспитательного поведения педагогов: одевают красные колпачки на детей, которые себя плохо ведут (детский сад); ставят за дверь, в туалет (детский сад); надевают красную повязку (детский сад); ставят в угол (детский сад, начальная школа); ставят к доске носом (начальная школа); выставляют за дверь (школа); садят на стул лицом к доске (школа); садят на первую парту, на последнюю парту (школа), вызывают на педсовет, ставят на учет в комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав, приглашают инспекторов полиции для публичной беседы и выговора и т. д. Эти примеры воспитательной эксклюзии ориентированы не на решение проблемы (что сделать ребенку, педагогу, родителям, чтобы предупредить такое поведение в дальнейшем), а на устрашение, посрамление ребенка, демонстрацию всем остальным детям «как плохо бывает тому, кто так делает». Такой педагогический подход не решает задачу воспитательного воздействия, а только усугубляет девиантное поведение ребенка. Интоле- рантное отношение, которое формируется в результате педагогической эксклюзии, является вредоносным.

Во-первых, оно крайне негативно воздействует на самого ребенка, так как направлено не на его поведение, действия, а на него самого (разрушая его как личность). Во-вторых, является вредоносным для детского коллектива в целом, потому что каждый может оказаться на месте «плохиша»: страх оказаться на его месте формирует «защитные реакции» у детей, держит детей в постоянном напряжении и приводит к дискомфорту. Кроме того, интолерантность, формируемая «сверху» педагогом, да еще, возможно, авторитетным для детей (особенно в младших классах, когда у детей еще не развито объективное оценивание и критика) позволяет и самим детям действовать интолерантно к сверстникам в любой ситуации. Чаще всего впоследствии педагоги удивляются — почему дети так нетерпимы к тем, кто хуже всех одет, кто не имеет модного гаджета и др., и чаще всего им невдомек, что в основе такого нетерпимого поведения лежит продемонстрированная когда-то воспитательная эксклюзия. Все это приводит к разобщению детского коллектива, неблагоприятному психологическому климату в коллективе, нетолерантному отношению детей друг к другу, а впоследствии и к педагогам, проявлении различных девиаций.

Каково же воздействие воспитательной эксклюзии на самого ребенка? Изначально, как и в любой ситуации дискомфорта, ребенку неуютно быть на месте «плохиша». Он может как-то сопротивляться этому, негодовать, плакать, спорить, ругаться и т. д. По истечении кого-то времени срабатывают адаптационные механизмы и ребенок начинает привыкать к дискомфорту, связанному с воспитательной эксклюзией. Привыкание постепенно приводит к тому, что ребенок чувствует себя вполне комфортно в роли «плохиша» и начинает действовать в соответствии с этой ролью, демонстрируя непоощряемое поведение. Например. Рассказывает осужденный Василий: «.... А я очень хорошо помню, как меня в первый раз поставили в угол в детском саду... не знаю, сколько мне тогда было лет — совсем маленький был... Я стоял один, мне было грустно, а все пошли на музыкальное занятие, мне было страшновато одному в группе, я плакал... а к старшей группе уже привык... как-то постоянно меня ставили в угол, и я спокойно туда шел и оттуда руководил пацанами во что играть, кричал им... мне кажется, они мне даже немного завидовали...».

Самым негативным последствием воспитательной эксклюзии является привыкание ребенка к «исключению» и формирование на основе этого устойчивого девиантного поведения.

Пример. Рассказывает осужденный Василий: «...когда началась моя “потеха” со школой? Да сколько помню себя, меня вечно выгоняли за дверь, ставили на учет...позорили, позорили... это я уже потом стал добиваться, чтобы меня выгнали, и спокойно шел гулять... не ходить в школу я не мог, на учете стоял... помашу ручкой и гуд бай гулять, а они сидят там, эти придурки...».

Выставленный за дверь в первом классе, он в четвертом доводит учителя до того, чтобы тот его выгнал, в восьмом классе считает всех остальных учеников «слишком хорошими» для общения с ним. Вот классический пример исключения. Так постепенно формируется позиция «Я и ОНИ» или позиция «Я и ЧУЖИЕ». Формируется позиция «чужести» постепенно: сначала «Я стою в углу, а ОНИ идут гулять», потом «Я пошел гулять, а ОНИ сидят и учатся», а затем «Я возьму у него мобильник, а ОНИ будут молчать».

Позиция «Я и ОНИ», «Я и ЧУЖИЕ» является хорошим условием для совершения преступлений. В отношении кого проще совершать преступление? В отношении того, с кем ты себя чувствуешь как «МЫ» либо в отношении тех, кто «ОНИ», «ЧУЖИЕ»? Ответ очевиден — в отношении тех, кто «ОНИ». Любые военные действия основываются на этой же позиции: «Я и они — враги», стрелять можно во врага, т. е. в того, кто «исключен» из нашего круга. «Исключение» как бы «развязывает руки». Поэтому результатом «исключения» чаще всего является девиантное, в том числе и противоправное, поведение со стороны исключенного, что облегчается сформированной позицией «Я и ОНИ».

К сожалению, все меры ранней профилактики также связаны с «исключением» несовершеннолетнего из позитивного общения и противопоставлением большинству. Учреждение, осуществляющее образовательную деятельность, в отношении несовершеннолетнего правонарушителя чаще всего использует следующие меры: постановка на внутришкольный учет, вызов вместе с родителями на педагогический совет, исключение из образовательного учреждения. Тем самым образовательное учреждение демонстрирует ребенку «ты нам не нужен, ты не такой как все остальные».

Исследование⁴, проведенное в начале двухтысячных годов, подтверждает, что воспитательная эксклюзия приводит несовершеннолетнего к устойчивому противоправному поведению. Так, было охвачено две группы несовершеннолетних правонарушителей. Первая группа — несовершеннолетние, которые совершили правонарушения, но информация об этом не достигла правоохранительных структур, и к ним не предпринималось никаких мер. Вторая группа — дети-правонарушители, которые были направлены в спецшколу, но по каким-то причинам так и не смогли получить путевку для пребывания в ней (чаще всего по причине переполненности спецшкол), третья группа — несовершеннолетние, которые находились в спецшколе в течение определенного периода времени. Изучался вопрос повторной преступности в этих группах. Данный показатель был кратно выше в третьей группе, т. е. среди тех несовершеннолетних, которые находились в спецшколе. Самым низким данный показатель был в первой группе, т. е. среди тех детей, в отношении которых никаких мер не предпринималось.

Наказание всегда исключает человека из общества и является своеобразной формой воспитательной эксклюзии. Условное осуждение также «исключает» человека из общества, может не в той же мере, что наказание, связанное с изоляцией от общества, но тем не менее оно также основано на противопоставлении. Не вдаваясь подробно в вопросы эффективности уголовного наказания, отметим, что практика работы в воспитательной колонии доказывает, что осужденные никогда не говорят «МЫ», они всегда говорят «Я и ОНИ», даже про тех, кто находится вместе с ними круглосуточно рядом — вместе спят, едят, учатся и т. д. Такой подросток будет всегда себя противопоставлять обществу, это выработано на подсознательном уровне.

Фактически единственным механизмом предупреждения противоправного поведения несовершеннолетних в данной ситуации является обратное «включение» в общение с позитивно социализирующимися членами нашего общества. Прежде всего не исключать, не делать правонарушителя изгоем, не акцентировать внимание на ребенке как «плохише» из-за мелких проступков (пришел в школу без «сменки», отказался вытирать с доски, обманул педагога...); не осуждать ребенка голословно, не изучив причины совершенного им проступка; не осуждать ребенка как личность, а конструктивно критиковать его действия, поступки, давая ему возможность поступать по-другому. О том, какие медиативные технологии помогут в этом, речь пойдет ниже (в частности, «я-сообщение», «цивилизованная конфронтация», «боли-ноль»).

Внедрение программ школьной и восстановительной медиации способствует предупреждению «исключения» несовершеннолетних правонарушителей, способствует конструктивному подходу к несовершеннолетним правонарушителям и выработке более эффективных мер профилактики в образовательных и социальных учреждениях.

С теорией «исключения» тесно связана теория стигмы (стигматизации) или теория клеймения: преступное поведение объясняется как результат деструктивного реагирования общества на правонарушения несовершеннолетнего. Когда подростка все окружающие оценивают негативно, то он утрачивает многое из того положительного, что у него есть. Отрицательные оценки имеют две стороны: они удерживают от антиобщественных поступков, если сам подход говорящего конструктивный и ориентирован на изменение поведения подростка, при неумелом применении отрицательных оценок (чрезмерная драматизация зла) они могут инициировать криминализацию личности [1, с. 170].

Стигма в переводе с латинского означает клеймо. Из истории известно, что клеймение преступников делало их изгоями, и такая мера борьбы с преступностью нередко инициировала новые самые тяжкие преступления как ответную реакцию на социальное отторжение [1, с. 171]. Этот факт общественно признанный, и именно он лежит в основе теории стигмы. Истоки этой теории мы можем увидеть и в христианских заповедях: «Не судите, да не судимы будете». В обыденной жизни мы постоянно сталкиваемся с ситуациями, когда проецируемое нами порождает соответствующий результат. Когда ребенок делает домашнюю работу, скажите ему пять раз, что он наделает ошибок, и он обязательно их сделает, когда ребенок учится ездить на велосипеде, скажите ему пять раз, что он упадет и разобьет себе колени, так и случится. Есть уже и сложившиеся поговорки: «Скажи человеку десять раз, что он дурак, он таковым и станет»... Пример. Ольга, осужденная условно, рассказывает: «... да мне реально надоело, что я вечно плохая... и дома, и в школе, бабка соседская — и та орет: наркоманка, воровка... Да, я преступница, могу побить — поэтому бойтесь меня... Я и в школу прихожу — все шарахаются... а мне с детства рассказывают, говорили, что я бандитка... А в школе говорят — не ходи, мы тебя отмечать будем, как будто ходишь, а ты не ходи... А то опять что-то натворишь...».

Механизм формирования ребенка-плохиша состоит в том, что, стигматизируя его за мелкие проступки, мы порождаем (как уже говорилось в теории «исключения») принятие того, что он «плохиш» и демонстрацию устойчивого девиантного поведения. Ребенок начинает подстраиваться под то, кем он является со стороны окружающих. Ему самому сложно (или даже невозможно) выйти из этой «роли». Зачастую даже такие кардинальные меры со стороны родителей, как поменять школу, не оказывают своего воздействия. На новом месте ребенок, привыкший к роли «плохиша», не знает, как вести себя по-другому, и ему ничего не остается, как дальше демонстрировать девиантное поведение.

Каково же ожидание педагога от ребенка, который систематически нарушает дисциплину? Получит двойку, вновь будет мешать остальным ученикам и самому педагогу и др. Чего ожидают от такого ученика одноклассники? Что он «сорвет» урок, нарушит дисциплину, будет всех смешить и др. Ожидания родителей примерно те же — принесет двойку, запись в дневнике, будут снова вызывать в школу... Таковы ожидания со стороны всех окружающих. Сможет ли ребенок вырваться из этой ситуации? У ребенка фактически нет таких возможностей и способностей, необходимых ресурсов, даже взрослому сложно справляться в подобной ситуации. Ребенок в таких условиях не может вести себя по-другому, ему нужна помощь.

Проведение программ школьной, восстановительной медиации ориентировано на предупреждение стигматизации правонарушителей в образовательном или социальном учреждении. Конструктивное взаимодействие способствует предупреждению совершения правонарушений повторно. В Концепции отмечается: «Восстановительный подход предполагает отделение самого правонарушителя от проступка, им совершенного, недопущение изменения социального статуса правонарушителя (навешивания ярлыков), минимизацию последствий правонарушения и наказания, способных негативно повлиять на дальнейшую жизнь ребенка, формирование у правонарушителя понимания совершенного поступка как проступка, осознания необходимости отвечать за свои поступки и их последствия».

В международном праве подростка, совершившего преступление, запрещено называть правонарушителем. В частности, Руководящие принципы ООН для предупреждения преступности среди несовершеннолетних (Эр-Риядские руководящие принципы, принятые резолюцией 45/112 Генеральной Ассамблеи от 14 декабря 1990 г.) содержат требования к осуществляемой в государстве политике предупреждения преступности несовершеннолетних, которая должна предусматривать:

• «учет того, что поступки молодых людей или поведение, которое не соответствует общим социальным нормам и ценностям, во многих случаях связаны с процессом взросления и роста, как правило, по мере взросления поведение большинства индивидов самопроизвольно изменяется;

• осознание того, что, по преобладающему мнению экспертов, определение молодого человека как «нарушителя», «правонарушителя» или «начинающего правонарушителя» во многих случаях способствует развитию устойчивого стереотипа нежелательного поведения у молодых людей» [3].

Программы профилактики в образовательных и социальных учреждениях должны быть ориентированы на предупреждение стигматизации правонарушителя как такового. А это означает, что недопустимо вывешивание на стендах информации о том, что данный ребенок является правонарушителем, недопустимо называть такого ребенка правонарушителем на родительских собраниях, педсоветах и т. д. Разрабатываемые программы не должны иметь в своем названии отсылку к тому, что данная программа ориентирована на работу с правонарушителем. Пример. Рассуждения специалиста в ходе изучения данного материала на тренингах по программе «Шире круг!»: «Если мы говорим о преступности несовершеннолетних, то нужно сказать, что профилактика в учреждениях проходит по-разному, у одних — по школе дефилируем с инспектором в форме — «руки за спину»... Есть ли в этом аспект профилактики? Нет — согласна, что только «исключение» и стигматизация, подростку эта роль (имеется в виду роль «преступника») уже близка, а мы усилили ее тем, что показали всему сообществу... Совет профилактики есть в каждой школе... несовершеннолетний и так уже состоит и на учете в ПДН, КДН, УИИ ... Это все для учета, а не изменения его поведения, но совет должен быть организован таким образом, чтобы менять его поведение. А у нас как? Пришел! Встал! Смотреть сюда! Голову опусти! Ребенку все равно — это все вы, а это я. Мы еще больше ставим стену между нами... Можно организовать по-другому, но это очень сложно и это нужно понимать всему коллективу, что наказательная функция — это одно, а профилактическая — другое. А у нас все стремятся НАКАЗАТЬ! Ребенок привык в пять лет стоять в углу, так и привыкает в четырнадцать стоять на учете, он утверждается в том, что это норма...».

Внедрение школьной медиации в образовательных и социальных учреждениях ориентировано на включение в эту работу не только детей и их родителей, но и сотрудников учреждения. Единство подходов к несовершеннолетнему правонарушителю, базирующихся на конструктивном взаимодействии с ним, — основа для предупреждения его преступного поведения. Поэтому важно, чтобы все сотрудники учреждения понимали не только смысл профилактической работы с правонарушителями, но и свою роль в этой работе.

Понимание факторов, повлиявших на проявление девиаций в поведении несовершеннолетних, дает специалисту, работающему с детьми, возможность определить, какие методы необходимо применить, чтобы предотвратить усугубление ситуации, выработать пути коррекции девиантного поведения, оказать социальную помощь.

Исключенный или стигматизированный ребенок всегда имеет потенциал к девиантному поведению, а следовательно, правонарушению. Понимание данной закономерности позволяет изменить подход к организации профилактической работы, и медиативные технологии могут сыграть здесь большую роль. Медиативные технологии способствуют успешной ресоциализации девиантного подростка, помогают восстановить его социальные связи.

Вышесказанное позволяет прийти к выводу о том, что проблемы предупреждения правонарушающего (преступного) поведения несовершеннолетних продолжают оставаться крайне актуальными. И это объективно закономерно, например, потому что общепризнанным фактом остается следующее. Преступность несовершеннолетних (в узком сегменте понимания девиантного поведения подростков) и социальное благополучие (в широком понимании социальной жизни в будущем) выступают индикатором, позволяющим прогнозировать криминогенную ситуацию на ближайшую и отдаленную перспектив. В связи с этим проблемы отрицательной девиации несовершеннолетних требуют поиска новых, оригинальных подходов к ее минимизации и, максимальной нейтрализации, а успешная реализация этой деятельности невозможна без грамотного, профессионального, научно обоснованного понимания проблем причинного комплекса девиантного поведения подростков.

Литература

1. Иншаков С. М. Зарубежная криминология. М.: ИНФРА.М-НОРМА, 1997. 374 с.

2. Концепция развития до 2017 года сети служб медиации в целях реализации восстановительного правосудия в отношении детей, в том числе совершивших общественно опасные деяния, но не достигших возраста, с которого наступает уголовная ответственность в Российской Федерации. Утверждена распоряжением Правительства Российской Федерации от 30 июля 2014 г. № 1430-р.

Руководящие принципы ООН для предупреждения преступности среди несовершеннолетних (Эр- Риядские руководящие принципы). URL: http//www.un.org/ru© Е. В. Цыденова канд. юр. наук

судья Советского районного суда г. Улан-Удэ E-mail: SOVRS@list.ru

К вопросу об отдельных аспектах уголовной политики

В статье рассматриваются специфические особенности уголовной политики государства в отношении несовершеннолетних, вопросы эффективности ювенальной уголовной политики, требующие постоянного, безостановочного совершенствования уголовного законодательства, которое бы объективно отражало реалии современности.

Ключевые слова: уголовная политика, несовершеннолетние, эффективность, системность.

Е. V Tsydenova PhD in Juridical sciences, Judge of Soviet District Court of Ulan-Ude

To the specific aspects of criminal policy

The article deals with the specific features of State criminal policy for juveniles; the issues of juvenile criminal policy efficiency require constant improvement of criminal legislation, which would objectively reflect the realities of modernity.

Keywords: criminal policy, minors, efficiency, consistency.

Ювенальная уголовная политика, являясь составной частью уголовной политики государства в целом, безусловно занимает приоритетное место, поскольку ее субъектами являются несовершеннолетние лица, которые в силу возраста нуждаются в более взвешенном и внимательном подходе со стороны государства. Наряду с тем, что социально-экономические процессы в большей степени влияют на подростков с учетом особенностей их эмоциональной, духовной и интеллектуальной зрелости, что нередко предопределяет повышение уровня криминогенности в данной среде, в силу этих же специфических возрастных особенностей, присущих несовершеннолетним, в значительной степени повышается эффективность предупреждения совершения преступлений, что в большинстве предопределяется ювенальной уголовной политикой государства.

Ювенальной политикой, по мнению Е. Н. Сорокиной, в самом общем виде принято называть социально ориентированную государственную политику в отношении несовершеннолетних. Данная политика должна отражать как общие интересы, потребности и права всех без исключения лиц до 18 лет, так и блага различных социальных и возрастных групп несовершеннолетних. Цель ювенальной политики заключается в создании правовых, экономических, социальных, политических, организационных, финансовых и других условий для успешного функционирования системы жизнеобеспечения молодого поколения и института семьи; в повышении качества жизни детей, подростков и молодежи; в социально-правовой защите многодетной, неполной, кризисной семьи и социально-экономическом поддержании молодой семьи как основополагающего института российского общества [2, с. 1].

В. Н. Ткачев приводит определение ювенальной уголовной политики Российской Федерации: «Это государственная политика в области всестороннего обеспечения прав и интересов несовершеннолетнего нормами международного права, нормами национального законодательства, выраженная в реализации предписаний и принципов, регламентирующих процессы создания органов ювенальной юстиции путем использования средств восстановительного правосудия в отношении несовершеннолетних, увеличения значимости и ответственности семьи, школы и трудовых коллективов в обеспечении надлежащих условий жизни и воспитания несовершеннолетних» [3, с. 4].

Институт уголовной ответственности несовершеннолетних, являясь одним из способов предупреждения совершения ими преступлений, должен совершенствоваться с учетом достижений в различных областях науки. Необходим системный подход, включающий координацию и согласованность усилий значительного числа органов государственной власти, общественных организаций различного профиля и назначения — прежде всего правоохранительной, пенитенциарной и реабилитационной систем. Приоритетной задачей является заинтересованность не только лиц, ответственных за исполнение государственных решений в области борьбы с преступностью несовершеннолетних, но и всего общества в целом. Целостная система, позволяющая эффективно бороться с преступностью несовершеннолетних и выстраивать профилактические мероприятия, может быть выстроена только в случае определения первостепенно важных направлений в рамках политики государства в области борьбы с преступностью несовершеннолетних.Современная ювенальная уголовная политика имеет прочный фундамент в виде конституционных положений. Но в целях обеспечения эффективности ювенальной уголовной политики необходим системный, научный, структурированный подход, обеспечивающий функционирование и координацию различных государственных органов и учреждений. Возможно, только сочетание совершенствования уголовного законодательства, создания определенных научно обоснованных и адаптированных условий для реализации этого законодательства, а также государственного материального и ресурсного обеспечения системы правоохранительных органов, общественных организаций сможет привести к максимальной эффективности реализации ювенальной уголовной политики.

Приоритетной задачей современного общества является индивидуализация профилактических и реабилитационных мер, стратегической — предотвращение, предупреждение противоправных деяний, совершаемых детьми и подростками. Ювенальная уголовная политика государства требует непрерывного развития в рамках совершенствования действующего международного и российского законодательства.

Принятые в 1985 г. Генеральной Ассамблеей ООН Пекинские правила позволили сделать вывод о том, что мировое сообщество, уделяя внимание детям и молодежи, исходило из необходимости более тщательной воспитательной работы, способствующей развитию детей и предупреждению правонарушений. В числе основных целей Пекинские правила закрепляют, что государства-участники должны стремиться в соответствии со своими интересами способствовать благополучию несовершеннолетнего и его или ее семьи (п. 1.1). Также государства-члены должны стремиться к созданию условий, позволяющих обеспечить содержательную жизнь подростка в обществе, которая в тот период, когда они наиболее склонны к неправильному поведению, будут благоприятствовать процессу развития личности, в максимальной степени свободному от возможности совершения преступления и правонарушений (п. 1.2).

Также в Пекинских правилах подчеркивается важнейшая роль семьи в профилактике правонарушений несовершеннолетних. Именно семью законодатель поставил на первое место в перечне всех возможных ресурсов в профилактической работе по борьбе с правонарушениями несовершеннолетних. Семья ответственна за первичную подготовку ребенка к жизни в обществе, в связи с этим государство и общественные учреждения должны прилагать усилия для функционирования данного института. Первостепенное внимание должно уделяться потребностям и благополучию семьи и всех ее членов, помощи в обеспечении защиты детей и в укреплении их психического здоровья.

Руководящие принципы Организации Объединенных Наций для предупреждения преступности среди несовершеннолетних (Эр-Риядские руководящие принципы), принятые 14 декабря 1990 г., устанавливают в п. 13, что правительствам следует вырабатывать политику, способствующую воспитанию детей в условиях стабильной и благополучной семьи. Семьям, нуждающимся в помощи для преодоления внутренней нестабильности или конфликтных ситуаций, должны предоставляться необходимые услуги.

В подтверждение того, что семья представляет собой важный социальный институт в государстве, Конституция Российской Федерации (принятая всенародным голосованием 12 декабря 1993 г.) провозгласила в ст. 38: «Материнство, детство, семья находятся под защитой государства». В соответствии с этим конституционным принципом выстраивается государственная политика в отношении семьи и, прежде всего, несовершеннолетних. Также указ президента № 761 от 1 июня 2012 г. «О Национальной стратегии действий в интересах детей на 2012-2017 годы» провозгласил главный принцип ювенальной политики — защита семьи. Таким образом, государственная семейная политика является одной из важнейших частей государственной социальной политики [2, с. 2-3].

Следует согласиться с Ю. Р. Орловой, что ведущим фактором, влияющим на формирование и реализацию уголовной политики в отношении несовершеннолетних, является криминальная ситуация, сложившаяся как на территории России в целом, так и в отдельном регионе. В формировании уголовной и уголовноисполнительной политики огромное значение принадлежит характеристике несовершеннолетних правонарушителей. Сведения, отражающие социально-демографические характеристики несовершеннолетних о поле, возрасте, состоянии здоровья, трудоспособности, образовательном уровне и иных социальнодемографических, уголовно-правовых и уголовно-исполнительных характеристиках личности, привлеченных к уголовной ответственности, позволяют, в свою очередь, обозначить основные направления, содержание и перспективы развития уголовной и уголовно-исполнительной политики. Именно поэтому при определении основных направлений реализации уголовной политики не следует забывать и о трансформационных изменениях «самих объектов профилактического воздействия» [1, с. 3, 4].

Как верно отмечает Л. И. Тропина, гуманизация уголовной политики в отношении несовершеннолетних требует выработки современных, адекватных мер социальной профилактики [4, с. 1-2].

Направление ювенальной уголовной политики должно быть ориентировано на оказание содействия лицам, совершившим преступления в несовершеннолетнем возрасте, максимальное сотрудничество и взаимодействие всех государственных органов, имеющих дело с несовершеннолетними. Комплексное стратегическое развитие таких сфер, как социальная, медицинская, правовая. Заимствование достижений различных областей науки, например психологии может наиболее благоприятно отразиться в сфере профилактики правонарушений со стороны несовершеннолетних.

Таким образом, эффективность ювенальной уголовной политики будет высока только в случае ее внедрения в правовую систему государства в целом, лишь в таких условиях можно будет говорить о разработке стратегии по борьбе с преступностью несовершеннолетних. Ювенальная уголовная политика должна быть взаимосвязана со всеми направлениями государственной правовой политики на всех стадиях, начиная с разработки и принятия решений до их реализации.

Долгосрочная стратегия развития, направленная на объединение усилий различных субъектов профилактического воздействия, должна стать опорой ювенальной уголовной политики государства, что позволит поднять эту работу на общенациональный уровень, включающий в себя усилия как правительственных, так и общественных структур.

Литература

1. Орлова Ю. Р. Факторы, влияющие на формирование уголовной политики в отношении несовершеннолетних в условиях трансформации Российского общества. URL: http://www.consultant.ru

2. Сорокина Е. Н. К вопросу о ювенальной политике в Российской Федерации. URL: http://www.consultant.ru

3. Ткачев В. Н. Проблемы реализации уголовной политики в отношении несовершеннолетних: автореф. дис. ... д-ра юр. наук. 12.00.08. Ростов н/Д., 2007. URL: http://www. /law.edu.ru/book/book.asp?booklD= 1290512

Тропина Л. И. Создание комплексной системы профилактики и правосудия в отношении несовершеннолетних, отработка ювенальных технологий на территории Московской области. URL: http://www.consultant.ru© Чогдое Аюурзана заведующий кафедрой полицейской службы Института прапорщиков Университета правоохранительной службы при Министерстве юстиции Монголии, полковник полиции

E-mail: chayurzana@yahoo.com

О некоторых вопросах предупреждения правонарушений против несовершеннолетних в деятельности административных органов Монголии

В статье анализируется деятельность административных органов Монголии по предупреждению правонарушений против несовершеннолетних и рассматриваются проблемы, возникающие в сфере данной деятельности.

Ключевые слова: административные органы Монголии, защита законных прав и интересов несовершеннолетних, система защиты детей, предупреждение правонарушений и преступлений против несовершеннолетних, комиссии по делам несовершеннолетних.

Chogdov Ayuurzana Head of Police Service Department, Institute of Warrant Officers, University of Law Enforcement Service under Mongolia Ministry of Justice, Police Colonel

Some issues of prevention offenses against minors in the activities of administrative authorities of Mongolia

The article analyzes the activities of administrative authorities of Mongolia in prevention offenses against minors, and the problems arising in this field are considered.

Keywords: administrative authorities of Mongolia, protection of legitimate rights and interests of minors, system of child protection, prevention of offenses and crimes against minors, commissions on juvenile affairs.

Уголовно-правовая охрана несовершеннолетних, защита их законных прав и интересов являются одним из основных направлений государственной деятельности Монголии. Вызывает тревогу тот факт, что жертвами различных преступных посягательств часто становятся именно несовершеннолетние, так как они были и остаются самыми незащищенными, наиболее уязвимыми членами общества, и перед государством стоит важная задача защитить права и интересы населения, в том числе детей и женщин.

В статье мы анализируем деятельность административных органов Монголии⁵ по предупреждению правонарушений против несовершеннолетних и рассматриваем проблемы, возникающие в сфере данной деятельности. В новой демократической Конституции Монголии 1992 г. указано: «...интересы семьи, материнства, младенчества, ребенка защищаются государством» [4. гл. 2] и отражено несколько принципиальных норм по защите интересов ребенка. В законе Монголии «О защите прав детей», утвержденном в 1996 г. прописана система защиты прав ребенка.

Одна из важных проблем, решаемых Монгольским государством, защита интересов детей, составляющих 38 % общего населения страны [1], но реализация законодательства, в котором отражены меры государственных и муниципальных органов по предупреждению и защите несовершеннолетних от преступлений, не всегда является удовлетворительной. Мы считаем, что это связано с объективными и субъективными факторами проводимой государством политики по предупреждению правонарушений против детей, подверженных обнищанию, бродяжничеству, всяким преступным посягательствам. Причинами являются микросреда, слабый надзор со стороны родителей и школы, семейное насилие, но главная причина — с одной стороны, недостаточная реализация действующего законодательства, с другой — неудовлетворительная деятельность административных органов по реализации государственной политики по предупреждению и защите несовершеннолетних от правонарушений и преступных посягательств.

На теоретическом и методологическом основании ставится вопрос, является ли предупреждение правонарушений против несовершеннолетних одним из главных в деятельности административных органов. Проблема предупреждения правонарушений против несовершеннолетних имеет многосторонный, комплексный характер. В ее реализации играют важную роль исполнительные органы Монголии. К решениюэтого вопроса можно подойти с точки зрения иных отраслей юриспруденции — криминологии, деликто- логии, виктимологии, но мы стремились подойти комплексно.

В традиционных криминологических учениях зачастую говорится о важной роли административных органов государства в деятельности по предупреждению преступлений и правонарушений против несовершеннолетних. В некоторых законодательных актах Монголии узаконено, что функция непосредственного руководства организацией по предупредительной работе возлагается на административные органы и внештатные советы, комитеты при них.

Научные сотрудники и практические работники с различными воззрениями критикуют работу административных органов Монголии по предупреждению правонарушений, в том числе работу по защите несовершеннолетних от правонарушений, совершаемых против них, оценивая ее не на должном уровне и отмечая не соблюдение законодательных актов и слабую координацию (взаимосвязь) между административными органами [5].

В деятельности административных органов Монголии необходимо:

1. Достигнуть единства действующих законодательных актов, так как в настоящее время меры по предупреждению правонарушений против несовершеннолетних регулируются правовыми актами, являющимися источниками нескольких отраслей права (уголовного, административного, муниципального, полицейского, уголовно-процессуального, административно-процессуального, уголовно-исполнительного и др.), поэтому и возникают правовые коллизии, отрицательно влияющие на предупредительную деятельность административных органов. Сегодня в стране действуют около 60 законов, законодательных актов по защите прав и интересов несовершеннолетних от правонарушений. В последнее время вносились поправки в отдельные законы, но некоторые из них противоречат друг другу. Например, из-за совпадения признаков объективных сторон некоторых составов преступлений и правонарушений, а именно: предусмотренных статьей 123 Особенной части Уголовного кодекса Монголии «Принуждение к развратным действиям», с признаками правонарушений, предусмотренных законами Монголии: «О защите прав детей», «О борьбе с семейным насилием», «Об административной ответственности», возникают затруднения в правильной квалификации деяний и вменении соответствующих санкций, а также в устранении причин и условий совершения преступлений и правонарушений против несовершеннолетних.

2. Усовершенствовать механизм реализации действующего законодательства.

В законодательство Монголии включены правовые нормы, обязывающие административные органы решать вопросы, касающиеся защиты прав и интересов несовершеннолетних от преступных посягательств, но реализация данных норм в настоящее время находится не на должном уровне. Также в законодательных актах не решен вопрос контролирующего субъекта. Так, одной из внесенных законода

телями поправок к новому Уголовному кодексу Монголии (2002 г.) является «назначать несовершеннолетним другие наказания, кроме лишения свободы» [6. ст. 62, 69.] (это принудительные меры воспитательного воздействия, отсрочка исполнения судебного приговора о лишении свободы). Именно здесь не отражен субъект, который должен осуществлять контроль над реализацией данной нормы.

С момента вступления в силу Уголовного кодекса Монголии (2002 г.) до настоящего времени так и не была создана специальная воспитательная организация для несовершеннолетних при применении к ним принудительных мер воспитательного характера.

По нашему мнению, наказания, налагаемые на несовершеннолетних, такие как принудительные меры воспитательного воздействия, отсрочка исполнения судебного приговора о лишении свободы, должны осуществляться как неотъемлемая часть предупредительной деятельности административных органов. По опыту некоторых стран (Новая Зеландия, Филиппины, Таиланд и др.) возможно принятие иных многосторонних мер, кроме перечисленных в Уголовном кодексе Монголии.

3. Координировать деятельность, касающуюся вопросов защиты прав несовершеннолетних.

По закону Монголии «Об административно-территориальных единицах и их управлении» полномочия в отношении защиты интересов детей и семьи должны осуществлять руководители столицы Монголии, аймаков (область), районов, сомонов (сельская административная единица аймаков).

Сегодня в Монголии действуют около 20 государственных, более 220 общественных (из них активно действующих — 70) организаций, но из-за их несогласованной деятельности результаты малоэффективны и отрицательно влияют на деятельность административных органов по предупреждению преступлений и правонарушений в отношении несовершеннолетних.

Существующие до 1990-х гг. при городском, аймачном, районном, сомонном исполнительных управлениях комиссии по делам несовершеннолетних вели деятельность по борьбе с безнадзорностью детей, защите их прав, предупреждению правонарушений [7]. Хотя они и не входили в систему Министерства внутренних дел, их деятельность была тесно связана с детской службой милиции. В годы правовой реформы данные комиссии перестали существовать. Несмотря на это, с помощью Детского фонда ООН при административных управлениях — в районах Баянгол и Багануур Улан-Батора, в аймаке Хэнтий — с сентября 2006 г. в виде эксперимента начал реализовываться проект по созданию «Комитета по делам несовершеннолетних, привлеченных к уголовной ответственности» [3]. С 2008 г. по инициативе и просьбе местных управлений в аймаках Убс, Кобдоский, Центральный, Хубсугул дополнительно организованы аналогичные комитеты. В настоящее время обсуждается вопрос о возможности создания комиссий по всей стране как самостоятельных организаций с единым руководством, наделив их функциями для решения вопросов как несовершеннолетних, привлеченных к уголовной ответственности, так и несовершеннолетних, потерпевших от преступлений.

4. Информационное и кадровое обеспечение.

В начале 1990-х гг. в связи с развитием в стране демократии и переходом на рыночную экономику в деятельности милиции Монголии произошли немалые перемены. Так, в 1997 г. был создан «Отдел по профилактике детской преступности [8], в 2001 г. отдел по профилактике преступлений [9] и Детское отделение при нем, в 2012 г. устранен данный отдел, а в 2014 г. при Столичном управлении полиции организован Отдел по делам детей и семейных проблем.

Работу с детьми и подростками, совершившими преступления и правонарушения или пострадавшими от них, осуществляют инспекторы по делам несовершеннолетних, дознаватели, следователи полиции, адвокаты, прокуроры, судьи, а также педагоги, психологи, социальные работники. Но дознаватели или следователи не способны общаться с ребенком в соответствии с его возрастными особенностями, а адвокаты не в состоянии оказать юридическую помощь так, чтобы возникло доверие к ним со стороны детей.

Неоднократные организационно-штатные мероприятия свидетельствуют об активном поиске целесообразных организационных форм, которые могли бы обеспечить наиболее полную реализацию уголовной политики Монголии в отношении несовершеннолетних. Деятельность детской службы заключается в исполнении инспекторами по делам несовершеннолетних отдельных поручений начальников различных подразделений, при этом у них остается мало времени на выполнение основных должностных обязанностей. Аналогичные ситуации сложились в администрациях городов, районов и сомонов, где специалистов по работе с детьми не хватает, и они в большинстве выполняют не свойственные им функции. Все это является одной из причин осуществления деятельности административных органов по предупреждению преступности несовершеннолетних, защите их от преступных посягательств не на должном уровне.

Только с 2010 г. в Центре информационных исследований ГУП Монголии начали исследовать информацию о совершенных за определенный период правонарушениях, в том числе в отношении несовершеннолетних. А до этого не представлялось возможным проводить тщательное исследование преступлений и правонарушений против несовершеннолетних, выявлять причины, факторы, обрабатывать информацию. Например, согласно бюллетеню 2011 г. Центра информационных исследований ГУП Монголии, количество совершенных правонарушений против прав ребенка (указанных в законе «О защите прав детей» Монголии) и расследованных органами полиции в 2008 г. составило 76, в 2009 г. — 1, в 2010 г. — 1 [2], что говорит о недостаточном выявлении всех случаев нарушений прав и интересов детей. Сегодня в Монголии нет отдельной организации, занимающейся статистикой детских преступлений и правонарушений.

Таким образом, необходимо улучшать деятельность административных органов Монголии по предупреждению правонарушений против несовершеннолетних путем совершенствования правовой среды, координации соответствующих органов, создания учреждений, охватывающих все административные единицы страны и ведущих комплексную работу по защите прав и интересов детей.

В дальнейшем в рамках единой системы защиты детей в Монголии должен быть создан административный орган, объединяющий правоохранительные и органы социальной защиты, деятельность которого будет направлена на предупреждение преступлений и правонарушений против несовершеннолетних, на воспитание и перевоспитание несовершеннолетних, совершивших преступления, и их социализацию.

Литература

1. Бюллетень Национального органа статистики Монголии. Улан-Батор, 2010.

2. Бюллетень Центра информационных исследовании ГУП Монголии. Улан-Батор, 2011.

3. Жейн С Ким, Р.Оюунбилэг. Обзор отчета Комитета по делам несовершеннолетних, привлеченных к уголовной ответственности. Улан-Батор, 2009. URL://http:www.unicef/org/Mongolia

4. Конституция Монголии //Гос. бюллетень. Улан-Батор, 1992. № 1.

5. Программа по изменению состава и стратегии деятельности Национального управления по защите детей // Приложение постановления правительства № 197 от 09.29.2004.

6. Уголовный кодекс Монголии //Гос. бюллетень. Улан-Батор, 2002. № 4.

7. Устав Комиссии по делам несовершеннолетних. Указ Президиума Великого Народного Хурала МНР. 1964. №137.

8. Приказ ГУП МЮ и ВД Монголии от 24 мая 1997 г. №107

9. Приказ ГУП МЮ и ВД Монголии от 6 апреля 2001 г. №А/11

Права ребенка // Сб. международных правовых и других документов. МЮВД Монголии, Детский фонд ООН. Улан-Батор, 2011.© Хайдав Болормаа преподаватель кафедры уголовного права Института юриспруденции Монгольского государственного университета г. Улан-Батор, Монголия E-mail: nb_badka@yahoo.com

Несовершеннолетние жертвы преступлений в Монголии

По состоянию на 2013 г. 836 детей стало жертвами преступлений. Среди них оказалось 360 девочек, и 118 детей до 7 лет, с 8 до 13 лет — 223 ребенка, с 14 до 17 лет — 495 детей. Большинство детей, потерпевших или вовлеченных в преступления, были в возрасте от 14 до 17 лет [1]. По состоянию на 2014 г. 1 439 детей стали жертвами преступлений, из них дети до 7 лет — 205, от 8 до 13 лет — 389, от 14 до 17 лет — 845 [2].

По состоянию на первое полугодие 2013 г. 337 детей было вовлечено в преступления, из которых 104 — учащиеся средних школ. По состоянию на 2014 г. 1 258 детей было вовлечено в преступления, 516 детей в какой-либо мере стали жертвами преступных действий.

Имеется тенденция роста преступлений против детей и количества детей-жертв преступлений. В связи с этим необходимо тщательно исследовать преступления совершенные против детей, и срочно принять меры по их предотвращению. Во многих странах мира существуют собственные законы, система по защите потерпевших от преступных действий, социальная политика, направленная на защиту потерпевших от криминальных преступлений, в том числе и детей.

Ключевые слова: несовершеннолетний, ребенок, потерпевший, преступление, несовершеннолетний потерпевший.

Khaydav Bolormaa Lecturer of Criminal Law Department, Institute of Law, Mongolian State University Ulaanbaatar, Mongolia

Underage victims of crime in Mongolia

By 2013 836 children became victims of crimes; among them were 360 girls, 118 children under 7 years, 223 children aged 8 to 13 years, 495 children aged 14-17 years [1]. Most of the victims and children involved in the crime were aged 14 to 17 [1]. In 2014 1439 children became victims of crimes: 205 children under 7 years, 389 children aged 8 to 13 years, 845 children aged 14-17 years [2].

As of the first half of 2013 337 children were involved in crimes, 104 of which are secondary school pupils. In 2014 1258 children were involved in crimes, 516 children were the victims of criminal acts.

There is a tendency of growth crimes against children and the number of underage victims of crime. In this connection it is necessary to thoroughly investigate the crimes committed against children, and take measures to prevent them. Many countries have their own laws, the system for protection of criminal acts victims, social policy aimed at protecting children.

Keywords: minors, a child, a victim, crimes, underage victim.

В Конвенции ООН о правах детей сказано: «Каждый, кто не достиг 18 лет, называется ребенком». В законе Монголии о защите прав детей определено: «Данный закон действует для защиты прав детей начиная с их рождения и до возраста 18 лет».

За последние 3 года 2 930 детей совершило 1 847 преступлений, 3 191 ребенок подвергся преступным действиям, из них 348 или 10,9 % погибли, 1 828 или 57,3 % пострадали.

Другими словами в год в среднем 977 детей совершили 616 преступлений, 1 064 детей подверглись преступным действиям, нападкам, 116 детей погибло, 609 детей пострадало. Преступления против детей не только возрастают, но и имеется тенденция, что дети становятся жертвой преступления. Имеются данные, что количество детей-жертв преступления увеличилось на 14,1 % по сравнению с предыдущим годом.

Однако эти данные относятся только к правовым организациям и органам полиции, к делам проверенным и выявленным, на самом деле невозможно установить количество преступлений, совершенных против детей. В связи с этим необходимо тщательно изучить преступления, совершаемые против детей, и принять неотложные меры.

Кто такой несовершеннолетний потерпевший?

При установлении несовершеннолетнего потерпевшего следователь, прокурор, суд выносят постановление, а судья приговор [2].Правовое положение потерпевшего несовершеннолетнего состоит из его прав и обязанностей. Несовершеннолетний потерпевший наделен теми же правами, что и совершеннолетний потерпевший, а именно:

• имеет право нанять адвоката, представить данные, представить просьбу о проверке вещественных доказательств, участвовать на заседании суда, задавать вопросы подсудимому, свидетелям, экспертам, предъявлять претензии к работе, решению следователя, прокурора, суда, давать показания на родном языке и другом языке, нанять переводчика, после окончания следствия ознакомиться со всеми материалами дела, потребовать возмещения нанесенного ущерба вследствие преступления, получить копию постановления о помиловании или наказании, предъявить претензию путем апелляции и в контрольном порядке ознакомиться с претензией других лиц касательно решения суда, дать пояснения.

• имеет право на просьбу об отказе от следователя, прокурора, переводчика, эксперта, судьи, представителя граждан, секретаря судебного заседания.

Очевидно, что несовершеннолетний ребенок становится жертвой многих преступлений, перечисленных в «Уголовном кодексе» Монголии. Например, рассмотрим как несовершеннолетний ребенок стал потерпевшим из-за преступлений, перечисленных в статье 17 [2] «Уголовного кодекса Монголии» — преступление против детей, семьи, социальной нравственности.

Зарегистрировано 5 случаев вовлечения несовершеннолетнего в преступление (ст. 114 Уголовного кодекса) за последние 8 лет. Этот вид преступления в основном классифицируется вместе с некоторыми другими видами, по этой причине их количество может казаться малым.

На примере решения конкретного суда [3], в одном районе за год было 6-8 случаев вовлечения несовершеннолетних в совершения преступлений (повторно зарегистрированы), и преступники понесли наказание.

После 2003 г. по стране зарегистрировано 8 случаев преступлений по вовлечению несовершеннолетних в пьянство, наркоманию, проституцию, бродяжничество, попрошайничество (ст. 115 Уголовного кодекса). Из-за насилия и противоречий в семье девочки убегают из семей, большинство из них подвергается половому насилию.

За 2007-2014 гг. зарегистрировано 45 преступлений, связанных с оставлением детей без присмотра (ст. 117 Уголовного кодекса), то есть 6 преступлений в среднем за год. Из-за трудных жизненных условий и других обстоятельств за последние годы участились случаи, когда девушки стали бросать своих детей.

По стране зарегистрировано 22 преступления, совершенных вследствие недобросовестного отношения к своим обязанностям по заботе о детях дошкольного возраста (ст. 119 Уголовного кодекса).

Преподаватели и работники детских садов, яслей, которые обязаны воспитывать детей и заботиться о них, относятся к своим обязанностям недобросовестно и безответственно, вследствие чего жизнь и здоровье детей подвергаются риску и опасности.

Основными работами, которые выполняют дети в городах и населенных пунктах являются розничная торговля, разнос груза, сбор вторичного сырья, телефонные услуги, заготовка дров, мытье машин, авторемонт, работа в местах общественного питания, сбор денег в общественном транспорте, уборка в домах, уход за детьми. В ходе регистрации и рассмотрения дела, а также при вынесении решения встречается много трудностей, например, выясняется, что заставляют детей работать в принудительном порядке в основном сами родители или другие родственники [5]. С другой стороны, в Уголовно-процессуальном кодексе статьи, защищающие свидетелей, потерпевших не совсем конкретны, вследствие этого их можно привлечь к себе деньгами, дать взятку, запугать, из-за этого дело закрывается, 7 из таких 10 преступлений были аннулированы.

Еще один вид преступления — это изнасилование (ст. 126 Уголовного кодекса). 9,5 % населения Монголии или 131 841 человек — это девочки 15-19 лет, 8,2 %, или 107 672 человек — девочки 5-9 лет, 8,6 %, или 118 564 человек — девочки 10-14 лет. Девочки этого возраста за последние годы часто подвергаются изнасилованию открыто и в скрытом виде. За последние 3 года было зарегистрированы более 130 случаев, связанных с изнасилованием [6]. Изнасилование в основном совершается скрытно, в кругу семьи, родных, братьев, сестер, родители стараются скрыть этот вид преступления и заинтересованы в том, чтобы забрать свои заявления и претензии обратно. Девочки, ставшие жертвами таких преступлений, зачастую заражаются венерическими болезнями и беременеют. В этом году из девочек, которые подверглись изнасилованию, 5 забеременели. У девочек, ставших жертвами изнасилования, отношение к обществу меняется, зачастую они становятся проститутками, убегают из дома, становятся участниками других видов преступлений.

Кроме этих преступлений совершаются также преднамеренное убийство, похищение собственности, кража имущества других лиц, убийство матерью своего только что родившегося малыша, торговля людьми. Жертвами этих преступлений также становятся дети.

Пострадало 568 детей, из них 69 было в возрасте до 7 лет, 141 — от 8 до 13 лет, 358 — от 14 до 17 лет. 218 детей было привлечено за намеренное и ненамеренное нанесение физического вреда другим лицам, 131 ребенок — за автодорожную аварию, 60 детей — за хулиганство, 58 детей — за возможность создания опасности для окружающих, не имеющих соответствующей защиты, 51 ребенок — за изнасилование, 32 ребенка — за похищение, 6 детей — за половое извращение, 2 ребенка — за кражу, 10 детей — за другие виды преступлений [7].

Из-за насилия в семье пострадало 28 детей. Из исследований центра против насилия установлено, что в нашей стране один из двух детей подвергается какому-либо насилию. Было проведено исследование среди детей относительно их понимания данной проблемы, их мировоззрения, более 20 % детей, которые участвовали в нем, заявили, что они подвергаются нападкам, насилию со стороны родного отца, отчима и других родственников.

Также немало случаев насилия со стороны совершеннолетних сверстников (16%). 55%в какой-то мере подвергаются насилию со стороны других лиц, если сравнить с совершеннолетними, то эта цифра почти в 2 раза больше.

Изучив обстоятельства, при которых пострадал ребенок, причины совершенного против него преступления и его обстоятельства можно сделать следующие выводы.

В Уголовном кодексе для лица, совершившего преступление против ребенка, не в полной мере прописана ответственность, которую он должен нести. Изнасилование, половое совращение, вовлечение в проституцию — эти жестокие преступления совершаются в основном людьми, которые раньше были наказаны и приговорены.

За недостойное обращение с детьми, вовлечение детей в наркоманию, попрошайничество, бродяжничество их родители, опекуны почти не несут ответственности. Необходимо усилить ответственность родителей, попечителей, которые уделяют мало внимания детям, запретить торговым организациям и организациям обслуживания продавать детям спиртные напитки, обслуживать их, и в случае нарушения усилить меры наказания и ответственности, направить действия государственных, административных и правовых организаций на помощь детям, пострадавшим от преступных действий.

Учитывая вышеуказанное предлагаются следующие меры:

• оказать помощь в борьбе с преступностью путем создания информационного фонда о преступлениях, совершаемых против детей;

• рационально организовать работу по предостережению детей от дорожно-транспортных аварий, усилить меры ответственности виновных лиц;

• отбирать лицензии у торговых организаций, продающих спиртные напитки и сигареты детям;

• усилить меры наказания для преступлений, совершаемых против детей.

Литература

1. URL: http://www.bataar.mn/10008975

2. Монгол Уле дахь гэмт хэрэг, захиргааны зерчлийн нехцел байдал. Улаанбаатар, 2014. 216 дахь тал.

3. Уголовно-процессуальный кодекс Монголии. Улаанбаатар, 2002

4. Уголовный кодекс Монголии. Улаанбаатар, 2010. 54 с.

5. Состояние дел о преступности в Монголии за 2010 год, причины, меры предостережения. Улаанбаатар, 2011.25 с.

6. Причины, обстоятельства совершения детьми преступлений и подверженности их преступным действиям: доклад исследовательской работы на тему. Улаанбаатар, 2011. 29 с.

7. Причины, обстоятельства совершения детьми преступлений и подверженности их преступным действиям: доклад исследовательской работы на тему. Улаанбаатар, 2011. 31 с.

8. Причины, обстоятельства совершения детьми преступлений и подверженности их преступным действиям: доклад исследовательской работы на тему. Улаанбаатар, 2011. 18 с.

9. Государственная информация: Закон о защите прав детей. 1996. № 8.

10. Права детей, защита детей. Улаанбаатар, 2011.

11. Дети и закон. Улаанбаатар, 2008.

12. Цэлмэг Ц. Криминология. Улаанбаатар, 2005.

13. Конвенция по правам детей. 1989.

14. Монгольская национальная комиссия по правам человека: доклад о правах человека и свободе в Монголии. Улаанбаатар, 2008.

15. Монгол Уле дахь гэмт хэрэг, захиргааны зерчлийн нехцел байдал. Улаанбаатар, 2014.

4. URL: http://mongolnews.iWi/44168ПРОБЛЕМЫ