Ретросказание

История, как подчеркивал в конце XIX в. П. Лакомб, восходит от следствия к причине, тогда как наука движется от причины к следствию. Такое направление вытекает из того значения, которое ученые-натуралисты придают воспроизводимости своих экспериментов: одни и те же причины, действующие в одних и тех же экспериментальных условиях, производят одни и те же следствия. История же видит одни только следствия, причем каждый раз разные, и пытается докопаться до их истоков. Она, таким образом, не предсказание; она - ретросказание.

Поль Лакомб: От случайного к необходимому

...Причиной одного явления является другое явление, которое по необходимости ему предшествует. Если бы последующему явлению для того, чтобы произойти, не требовалось предшествование другого, мы бы и не подумали считать это последнее причиной.

С идеей необходимого предшествования связывается в каком-то смысле полярная идея более или менее обязательного следования. Мы понимаем, что если имеется первый член, то будет и второй; вслед за причиной мы ожидаем наступление следствия, но уже не с той уверенностью, какая у нас бывает, когда речь идет о предшествовании причины.

Действительно, опыт учит нас, что следование не всегда является неумолимо заданным. Мы наблюдаем бесконечное мно-

См.: Koselleck R. Le pronostic historique dans I'ouvrage de Lorenz von Stein sur la Constitution prussienne // Le Futur passe. P. 81-95.

178

В поисках причин

жество ступеней в том своего рода принуждении, которое антецедент осуществляет над консеквентом — от совершенно неизбежного до вероятного и возможного.

Когда нам кажется, что следствие с неумолимостью вытекает из вызвавшей его причины, мы говорим, что оно необходимо; когда же, несмотря на наличие причины, нам кажется, что следствия может и не быть, мы говорим, что оно случайно. Это два субъективных термина, которые имеют отношение к нам самим и выражают некое интеллектуальное и вместе с тем моральное впечатление [...] в этих терминах нет ничего абсолютного; не в природе имеются две отчетливо различные вещи — необходимое и случайное, но в нас самих присутствует некое градуированное впечатление; мы противопоставляем необходимое случайному, как говорим: холодное и горячее. [...]

До сих пор мы употребляли слово "причина". Но можно употреблять и слово "условие". Все, что называют причинами некоего следствия, представляет собой условия наступления этого следствия. Условие может быть абсолютно обязательным для наступления следствия: пока оно не выполнено, следствие невозможно. Но, с другой стороны, даже когда условие выполнено, бывает, что следствие не наступает еще неопределенно долгое время. Оно, таким образом, его настоятельно обусловливает, но при этом вовсе не предопределяет.

De I'histoire consideree comme science, p. 250-251.

Ретросказание предполагает возможность двигаться во времени в обоих направлениях — мы еще поговорим об этом. Оно привносит в поиск причинности в истории элемент стабильности и силы, который не следует недооценивать: конечный пункт задан, и в своей работе историк исходит именно из него. Этим, однако, не устраняется полностью риск бредовых построений, но, по крайней мере, он сведен к минимуму. Так, историк может предлагать всевозможные трактовки Французской революции, но в любом случае у всех его объяснений имеется общий инвариант, к которому они должны сводиться: сама революция. Так что полет фантазии приходится сдерживать.

Это замечание не лишено основания, ибо в поисках причин историк очень часто обращается к своему воображению.